ГЛАВА 37

Когда Эдар ушел, я целую вечность рыдала на полу в прихожей, а потом еще столько же просто лежала, глядя опустошенными глазами перед собой. Я ничего не понимала. Не могла поверить, что он ушел. Он ведь так искренне убеждал меня в своей любви, так смотрел на меня… Он заставил меня изменить самой себе, заставил предать все свои принципы ради того, чтобы быть с ним. Я простила ему все. Я простила ему смерть Пола… Я поверила ему, а он взял и ушел… Оставил меня и ушел… Что изменилось? Почему?! Я просто не могла в это поверить. Мне казалось, что он должен вернуться. Сказать, что все это просто глупая шутка, дурацкий спектакль. Взять меня в охапку, как он всегда делал, посадить к себе на колени, поцеловать… Неужели всего этого больше не будет? Неужели все это была игра? Нет… Нет, что-то не так… Этот его взгляд. И то, как он избегал смотреть на меня. Я не верила ему. Не верила ни одному его слову. Но как мне узнать правду? Последнее, что я помню, это как корчилась от боли в шраме. Как почувствовала внутри себя чье-то присутствие. А потом – пустота. Должно быть, что-то произошло в тот момент… Что-то такое, отчего Эдар изменился ко мне. Но что? С трудом я заставила себя подняться и осмотреть квартиру. Нужно хотя бы понять, где я нахожусь, и уже отталкиваться от этого. Квартира оказалась двухкомнатной, современной и, судя по виду из окна, располагалась в красивом зеленом районе. В ней уже была вся необходимая мебель и вещи: все новое и сверкающее. Безликое… Я чувствовала горечь от одного вида на это убранство. А когда я дошла до спальни и открыла лежавшие на полу черные сумки, мне и вовсе стало трудно дышать. Деньги. Каждая из них была доверху набита деньгами. Сумки оказались такими тяжелыми, что я едва смогла поднять их. Проверила все, а потом закрыла, задвинула в угол и обессиленно села на кровать. В голове звучал голос Эдара: «Плата за твои услуги». Я сжала кулаки. Было такое ощущение, что он попросту купил меня, попользовался и выбросил. Стало так неприятно, что я не смогла больше находиться дома. Наскоро оделась, взяла ключи и вышла из квартиры. Слова Эдара не выходили у меня из головы. Я знала, что он что-то скрывал и убеждала себя, что не верю. Ни единому его слову не верю. И все же, они ранили меня. Лед в его голосе. Фраза о том, что я ему надоела. Каждое слово вонзалось в сердце. «Это ложь», – твердила я себе, но не могла перестать сомневаться. А вдруг я ему в самом деле надоела? А вдруг он просто мной манипулировал? А вдруг он выберет себе другую из пленных волчиц и… От одной мысли об это я так разозлилась, что встала посреди улицы, тяжело дыша. Прохожие смотрели на меня, как на сумасшедшую, и обходили, а я никак не могла успокоиться. Хотелось отыскать Эдара во что бы то ни стало и сказать ему, чтобы даже не думал ни к кому прикасаться. Ни к кому, кроме меня. Эта ревность была настолько оглушительной, что я сама себе поразилась. Что со мной происходит? Почему я все это чувствую? Я ведь мечтала о том, чтобы он меня отпустил. Так почему вместо того, чтобы радоваться, я не могу перестать о нем думать? Почему готова обменять эту внезапную свободу на его плен? Готова снова сидеть безвылазно в доме, лишь бы быть рядом с ним… Я дошла до какого-то парка, села на скамейку и прикрыла голову руками. Что он со мной сделал? Как мне теперь жить дальше? Я ведь стала зависимой… Просто стала зависимой… Может быть, я не верила ему только потому, что не хотела верить? Я покачала головой. Нет… Если бы я не видела его взгляда, я бы еще могла поверить его словам. Но я успела изучить Эдара. Он пытался казаться холодным и равнодушным, но я чувствовала, что все это маска. Мне нужно разобраться в этом. Нужно понять, что именно заставило его так поступить. Быть может, это не вернет мне Эдара, но по крайней мере я узнаю правду. Вновь перебрала в голове события последних дней. Мы с Эдаром почти не разлучались и все было хорошо, пока я не почувствовала боль в шраме. А значит, разгадка кроилась именно в нем. Я решительно кивнула своим мыслям и встала, направляясь обратно в квартиру. Шрам. Мне нужно узнать, откуда он взялся и что с ним происходит. И теперь, когда я могу свободно передвигаться, самое время это выяснить. Я найду Амалию и заставлю ее все рассказать. Вернувшись домой, я обнаружила, что Эдар оставил мне не только кучу налички, но еще и вернул мои вещи, которые я уже считала потерянными: документы и сумочку. А еще подарил новенький телефон и ноутбук. Все это я нашла на столе в квартире, и после недолгих раздумий, открыла коробки и включила приборы. Сначала не хотела ничего от него брать, но желание докопаться до сути оказалось сильнее. Плевать каким образом, но я узнаю правду. Первым делом я начала искать в Интернете информацию о моем приюте, ведь это была единственная возможность выйти на Амалию. Поиск отнял у меня несколько часов, потому что я ничего не знала, кроме названия города, в котором находился тот приют. Я заходила на сотни сайтов, но все оказывалось не то. Память многое вытеснила с тех времен, и теперь воспоминания поддавались очень неохотно. Даже имя директора никак не получалось вспомнить. В конце концов, когда я уже была готова рычать от отчаяния, на шестнадцатой странице поисковика показался приют, который на фотографии был очень похож на мой. Не веря своим глазам, я кликнула на него и проверила адрес. Все совпадало, и чем больше фотографий я смотрела, тем сильнее убеждалась, что это именно он. Я тут же позвонила по указанному там телефону, но выяснилось, что руководство приюта давно сменилось и меня никто не помнит. Ответившая мне девушка пообещала посмотреть информацию в архиве и перезвонить, но я на нее сильно не надеялась. Решила, что будет правильнее самой съездить в тот город и попытаться что-то выяснить. Теперь, когда у меня была куча денег и вся свобода в мире, ничего мне не препятствовало. Я купила билет на самолет и легла спать, а утром взяла такси и направилась в аэропорт. Когда я садилась в машину, то увидела странного вида мужчину, который шел со мной весь путь от дома и теперь подходил к припаркованному у тротуара мотоциклу. Он был широкоплечим, и в движениях чувствовалась какая-то хищность. Я напряглась. Могла поклясться, что он был оборотнем. Все время, пока мы ехали в аэропорт, я поглядывала в зеркало заднего вида и неизменно находила тот мотоцикл. Даже специально попросила водителя свернуть с главной дороги и сделать крюк, чтобы окончательно во всем убедиться. Мотоцикл следовал за нами по пятам. Я не понимала, кто этот оборотень и что ему от меня нужно, но на всякий случай постаралась затеряться в толпе, как только вошла в аэропорт. Выскочив из такси, я ринулась в самую гущу, а потом прошла в туалет и прождала там какое-то время. Надеялась, что оборотень потеряет меня из виду и отстанет. Потом осторожно вышла и огляделась. Немного успокоилась, когда не заметила его нигде, и пошла на регистрацию. Хотела поскорее пройти в зону вылета, чтобы окончательно сбежать от странного преследователя, но, когда очередь дошла до меня, сотрудники аэрокомпании внезапно отказались меня пропускать. Они просканировали мой паспорт и выдали: – Боюсь, что вам запрещено покидать штат, мэм. Я ошарашенно уставилась на них. – В смысле? Как это запрещено? – В системе есть запрет. – На каком основании? – По решению суда, мэм. – Какого суда? Вы издеваетесь надо мной? Сотрудники переглянулись, снова извинились и вернули мне паспорт. Я ошарашенно взяла, отошла и села в зоне ожидания. Начала искать информацию на официальных сайтах спецслужб, и оказалось, что у меня действительно был запрет на выезд из штата. Я не понимала, как Эдару удалось такое провернуть, а главное зачем? Неужели все ради того, чтобы я не поехала на север к нему? Или дело в другом? Я со злостью швырнула теперь уже бесполезный паспорт обратно в сумку и встала. Повернулась, чтобы пойти к выходу, и застыла, заметив вдалеке все ту же фигуру оборотня. На смену страху пришла злость. Я была практически уверена, что этого преследователя тоже нанял Эдар. Что все это значит? Если он отпустил меня, то почему нанял кого-то за мной следить? Почему не выпускает из штата? Что, черт возьми, происходит? Я направилась прямиком к нему, но он заметил это и куда-то скрылся, пока я продиралась сквозь толпу. Я с раздражением огляделась, а потом, наплевав на то, как это выглядит, закричала: – Передай ему, что он не имеет права, так со мной поступать! Если я свободна, значит могу ехать, куда захочу! И не смей больше за мной следить! Проходившие мимо люди отшатнулись от меня, а я, раздосадованно зарычав, взяла вещи и пошла ловить такси до дома.