Эпилог

— Милый, ты один? Что случилось? Где Ивэн и Андрос?

Марк легко взбежал по ступеням беседки, наклонился над Есей, сидящей в плетёном кресле, и легко поцеловал в подставленные губы.

— Не волнуйся, с мальчиками всё в порядке. Они с Гором решили ещё побегать по лесу.

— А ты почему ушёл?

— Я? — наигранно оскорбился Марк, но сразу сменил тон на игривый, и предвкушающе улыбнулся. — Я, вообще-то, соскучился… Причём страшно… С этим переходным периодом у Андроса, мы с тобой совсем перестали находить время друг для друга.

В голосе Марка всё отчётливее проступала хрипотца, мужчина наклонялся ниже, заслоняя собой окружающий мир и не оставляя Есе места для манёвра.

— Ну как же… — с самым честным видом, Еся упёрлась пальчиками в мощную грудную клетку мужа и сделала вид, что хочет оттолкнуть. — А на прошлой неделе, на речке? Забыл?

— Ты ещё прошлый месяц вспомни. — Марк не собирался долго дискутировать. Сгрёб взвизгнувшую Есению в охапку и понёс в дом.

— Марк! А если Таля вернётся не вовремя?

— Не вернётся. Я Сержа предупредил, она у них до вечера пробудет. Марго там затеяла учить девчонок каким-то новым хитрым пирогам, пока испекут, пока попробуют…. Короче, не забивай голову. Ты сейчас должна думать только о том, как поинтереснее провести время с мужем.

— Так это заговор? — Еся возмущённо стукнула Марка кулачком по плечу. — Ты всё предусмотрел!

— Заговор, — согласился Марк, сгрузил сердитую жену на кровать и накрыл сверху собой. — Стукни меня ещё раз.

Когда через несколько часов сытый и довольный Марк снова отправился в лес, Еся зашла в комнату мальчиков, чтобы сменить им постельное бельё. Подростки-оборотни, — те ещё вонючки, честно сказать. Проснувшиеся гормоны мужчины и зверя образуют ядерную смесь с соответствующими ароматами.

Первым делом Еся занялась постелью Ивэна. Мальчику шёл уже пятнадцатый год, и, откровенно говоря, мальчиком он был только в глазах Еси. Для остальных же Ивэн представал в виде настоящего бородатого мужчины, высокого и крепкого. Ростом он уже почти сровнялся с Марком и уступал ему лишь в комплекции — был чуть суше, с менее развитыми мышцами, но зато более гибкий и очень ловкий.

Есения с любовью провела ладонью по чистой ткани свежей наволочки. Надо же, столько испытаний выпало на долю мальчика, но вырос он замечательным парнем. Одних только операций перенёс в детстве пять штук. Последнюю сделали в 11 лет, и её инициатором выступил сам Ивэн, — хотел полностью избавиться от хромоты. К сожалению, операция не сильно помогла, и лёгкая, почти не заметная хромота на левую ногу осталась, но всё разрешилось неожиданным образом во время первого оборота, который случился у Ивэна в 12 лет.

Оборот происходил медленно и мучительно, Есения тогда думала, что не переживёт этого и сойдёт с ума от переживаний за своего мальчика. Марку пришлось увести Ивэна в лес и они вместе с Гором и Сержем долго отсутствовали в поселении. Серж вернулся на следующий день, успокоил взволнованную Есю и целую неделю самостоятельно вёл дела стаи. Гор прибегал каждый день, слишком широко улыбался, брал необходимые вещи и еду, приготовленную Есей, и опять уходил в лес.

Когда мужчины вернулись, Есения не могла поверить, что видит перед собой Ивэна. Вмиг повзрослевший, он смотрел на приёмную мать серьёзными не по возрасту глазами и скупо улыбался.

— Ма, я тебя люблю. — Ивэн обнял Есю, и она поняла, — беззащитного ребёнка больше нет. Вместо него теперь вот этот сильный, уверенный в себе парень, и к этому ей придётся привыкать.

От хромоты Ивэна после первого оборота не осталось и следа. Проснувшаяся вторая сущность полностью излечила его тело и придала звериную силу и выносливость.

Ох и завидовали десятилетний Андрос и шестилетняя Талия старшему брату! Им ещё несколько лет не светило познать собственных зверей и побегать вместе с отцом по лесу в волчьем обличие.

Но время идёт очень быстро, и вот, уже настал черёд Андроса. Две недели назад у него случился спонтанный первый оборот, напугавший и его самого и Есю, находившуюся в одной комнате с сыном. Хорошо, что дома был Ивэн. Он мгновенно оказался рядом с младшим братом и увёл его на улицу, за дом, пока Еся звонила Марку и Гору.

Обороты давались Андросу легко, а вот контролировать зверя получалось с трудом, и ему приходилось много времени проводить со старшими мужчинами в лесу, где они и воспитывали совместно его зверя.

Выйдя из комнаты сыновей, Еся заглянула к дочери. Талия, её маленькое солнышко, пока пребывала в замечательном детском возрасте, и в её комнате всё было сплошь розового и сиреневого цвета, даже школьные тетрадки и смешные ручки с пушками наверху. Девочка засматривалась мультфильмами про пони и единорогов, и Марк, до дрожи обожавший дочь, завалил детскую комнату мягкими игрушками в виде её любимых персонажей.

Загрузив первую партию белья в стиральную машину, Еся отправилась на кухню. Достала большой кусок мяса из холодильника, немного подумала и добавила второй, такой же. Когда в доме столько любителей вкусной еды, желательно готовить с запасом.

А через полтора часа, аккурат к тому моменту, когда духовка запиликала, оповещая о готовности ужина, явился Гор. Вдохнул аппетитные ароматы, витавшие по всему первому этажу дома, шумно сглотнул и жалобно посмотрел на Есю.

— Марк за едой для мальчишек прислал? — догадалась Еся. — Садись пока, перекуси, а я быстро соберу сумку.

Гора уговаривать не пришлось, и уже через минуту он так орудовал вилкой и столовым ножом, что любо-дорого посмотреть.

— Когда ты уже женишься, неприкаянный наш? — дружески попеняла Еся.

— Когда найду женщину, готовящую не хуже тебя.

— Прогиб засчитан. Добавку будешь?

— Буду!

Еся спрятала улыбку и подложила другу ещё тушеного мяса. Гор мог отшучиваться и выворачиваться сколько угодно, но Еся-то знала, — недолго ему ходить холостым. Не так давно в медицинском центре, в который за 13 лет разросся их скромный медкабинет, появилась молоденькая скромная медсестра — Светлана. Невысокая и хрупкая, она полностью оправдывала своё имя, — вся такая светленькая и нежная, ну просто садовый цветок, а не девушка. Светлана работала с Есенией в кабинете физиотерапии и массажа, поэтому всё происходящее Еся наблюдала, так сказать, из первых рядов. Она прекрасно замечала и то, что Гор, которому, в общем-то, совершенно нечего делать в их владениях, зачастил к ним в кабинет, и то, как испуганно-восторженно распахивались глаза Светланы при виде начальника, и то, как она смущённо краснела при разговоре с ним. Все эти переглядывания, высматривания в окно, осторожные расспросы и печальные вздохи точно вели к одному — к зарождающимся отношениям.

Накормив гостя и передав с ним для своих мужчин увесистую сумку, Есения решила прогуляться к Бусыгиным и заодно забрать Талю, чтобы с ней навестить бабушку.

Бабуля так и не знала о том, что её внучка вышла замуж за оборотня, и о том, что правнуки у неё не простые, а очень даже особенные. Любила своих родных Людмила Степановна до беспамятства, и очень обижалась, если к ней не заглядывали каждый день. Возможно, своей любовью и заботой, бабушка пыталась компенсировать недостаток общения с родной дочерью. Мама Еси так и не наладила близкие взаимоотношения с родственниками и всё общение с ней сводилось к телефонным разговорам и редким визитам, во время которых все чувствовали некоторую неловкость.

Удивительно дело — своего зятя Марка Людмила Степановна обожала и всегда становилась на его сторону. Еся уже давно махнула рукой на любые попытки хоть что-то сказать против. Если эти двое спелись, то лучше сразу согласиться и даже не думать спорить.

Марк отвечал бабушке взаимностью, но иногда подшучивал над пожилой женщиной и припоминал, как она хотела заполучить в зятья Гора, на что бабуля отмахивалась и смеялась громче всех.

Ивэн, Андрос и Талия тоже были сильно привязаны к любимой прабабушке и жили практически на два дома, регулярно оставаясь у Ба с ночёвкой, или убегая к ней при любом конфликте с родителями.

Со временем Людмиле Степановне стало тяжеловато ухаживать за большим хозяйством, но она очень болезненно отнеслась к возможному сокращению угодий. Поначалу ей активно помогала Еся, а, когда дети подросли, они, неожиданно для всех, сами приняли решение взять шефство над бабулиным садом и животными, и теперь регулярно трудились на грядках и обихаживали кроликов и птицу. Еся и Марк только радовались такому трудовому рвению и неустанно нахваливали отпрысков.

По дороге к Бусыгиным Есения набрала номер Стеллы. Мама Ивэна звонила ещё днём, но Еся, по понятным причинам, ответить ей не смогла.

— Привет.

— Ой, Еся, привет. Что-то сегодня не дозвониться до тебя… Как там Ивэн? К нам не собирается?

— Да, вроде, нет, не говорил ничего..

Ивэн к родной маме ездить не желал абсолютно, как бы Еся его не уговаривала и не объясняла необходимость этого. Маленького его ещё можно было отправить в новую семью мамы хоть ненадолго, но после обретения зверя, Ивэн твёрдо отказался от визитов и ездил только вместе с Марком и Есей, когда они все вместе собирались в стаю отца. Происходило это крайне редко, один-два раза в год, и, конечно, Стелла скучала по своему первенцу, но Ивэн стоял на своём крепко. Альфа, и этим всё сказано.

Еся хоть и уговаривала мальчика не обижать родную мать, но сама его прекрасно понимала. Стелла и Дан за годы брака успели родить пятерых дочерей, и сейчас, кажется, ждали шестую. Дан рвал и метал после каждого УЗИ, обещавшего очередную девочку, и все больше злился на Ивэна. Мальчик действовал на него, как красная тряпка на быка.

Такие вот причуды матери-природы.

— Есь, а как он вообще? — грустно спросила Стелла.

— У него всё хорошо, тебе не стоит волноваться.

— Спасибо тебе… За всё..

— Стелла…

— Да?

— Я уверенна, со временем всё наладится. Он повзрослеет и обязательно поймёт.

Стелла вздохнула.

— Он уже повзрослел.

Разговор произвёл на Есю тяжёлое впечатление, и до дома Бусыгиных она шла в состоянии глубокой задумчивости.

За годы, прожитые с Марком, она не раз и не два размышляла об истинных парах, и, что уж тут скрывать, боялась, что и их семья может когда-нибудь столкнуться с этим. Что же это за истинность такая? Мудрая подсказка природы или наказание?

Наблюдая за семьёй Стеллы и Дана, Еся склонялась ко второму варианту. Вот уж над кем злодейка-судьба поиздевалась. Дан, известный ловелас и гуляка, привязан намертво к одной женщине и зациклен на рождении сына-наследника. А Стелла, неплохая, в общем-то, мать, вынуждена жить в разлуке с любимым сыном, потому как её муж на дух не переносит чужого отпрыска. И рожать Дану одну дочь за другой. Да, все девочки очень красивые, сильные и здоровые. Как там Грэг говорил? Чтобы бегали быстрее всех и ходили босиком по снегу? Это да, это девочки Дана и Стеллы могут. Но их родители почему-то от этого не становятся более счастливыми.

Кстати о Грэге. Марк рассказывал, что с Лерой он тоже не особо ужился. Девушка родила ему двух дочерей подряд, после чего их пара прекратила своё существование. Непонятно, что послужило причиной, — то ли рождение дочек вместо желанного сына, то ли вредный характер Леры, но Грэг испарился в неизвестном направлении, а Лера вернулась в родную стаю, пожила в ней несколько месяцев, да и поехала дальше искать счастья, оставив девочек своим родителям.

Смех со двора Бусыгиных был слышен ещё на подходе к их дому.

— Так не справедливо! Дядя Серж себе целый пирог забрал!

— Милая, ты всегда можешь вызвать меня на бой и в честном поединке отвоевать право на пирог.

Новый взрыв смеха заставил Есению улыбнуться. Серж, как всегда, в своём репертуаре. Внешне суровый и устрашающий, он был по настоящему преданным другом и заботливым семьянином. Про таких говорят "Как за каменной стеной".

— Ой, что, мама пришла?! Мама, да? Мамой пахнет! — громко зазвенел высокий голосок Талии.

— Тише, дорогая. Не нужно кричать, мама сейчас подойдёт. — ласково пожурила Марго.

— Мама! — обрадовалась Таля, едва Еся зашла во двор к Бусыгиным.

— Здравствуй, родная. Соскучилась?

— Очень! — Таля прыгала вокруг Еси, держа её за руки и кружа. — Мама-мама-мама! Любимая моя мама! От тебя так папочкой пахнет, ты знаешь?

Серж закатил глаза и демонстративно сморщился, а Марго заулыбалась и подмигнула Есе, а вслух сказала:

— Это потому, что твой папочка очень сильно любит маму и крепко её обнимает при встрече.

— А папа придёт сегодня ночевать? А Ивэн? А Андрос? Я соскууууучилась…

— Придут, обязательно придут, папа обещал. — Есения пригладила растрепавшиеся волосы дочери, обняла её за плечи и спросила:

— Ну что, пойдём навестим бабушку? Она, наверняка, испекла что-то вкусное. И крольчата должны были сегодня родиться.

— У белой крольчихи?

— Да, у белой.

— Ура! Пойдём скорее!

Талия побежала вперёд, весело подпрыгивая и напевая песенку, а Есения не спеша последовала за ней. Вечерние сумерки окутали посёлок, в домах зажигались огни, откуда-то потянуло ароматным древесным дымком, — затопили баню. Со стороны леса раздался волчий вой, слишком короткий, чтобы вызвать беспокойство у людей, но те, кому он был предназначен, услышали всё, что нужно.

— Папа возвращается! Мама, ты слышишь? Папа и братья идут домой! Это значит у Андроса всё получилось, правда?

— Слышу, детка, слышу… И, да. Андрос теперь взрослый. Только, тссс. Это секрет, ты помнишь?

Талия сделала жест рукой, обозначающий рот на замке, и опять умчалась вперёд, не в силах совладать с радостными эмоциями, а Есения шла по улице и улыбалась светлой улыбкой счастливого человека.

Конец