Глава 50

Как–то неминуемо приближается время каникул. Я бы сказала, что дни скачут с нереальной скоростью. Одно радует – ректор нашу троицу не трогает, лишь посматривает со стороны изучающим взглядом. Думаю, он ожидает, что к нам еще кто–нибудь присоединится, раз нас уже трое. Смешно, но я не удивлюсь, если так и есть. В группе никому нет дела до того, с кем я обедаю, мы стараемся прилюдно не проявлять чувства, так что все тихо и мирно. Мия и Кайя, конечно, пытаются периодически выспросить подробности нашего союза, в основном, их интересует горизонтальная плоскость, но я не раскрываю секреты. Мне кажется, они несколько разочарованы моей молчаливостью, но не теряют надежды разговорить. Как–то раз подсели к нам за столик в столовой и пытались задавать вопросы парням. Они, не таясь, сказали, что думают о любопытных. Забавно тогда вытянулись лица девушек, они–то небось считали, что все драконы сверхвоспитанные и крайне обходительные с дамами. Но нет. Мои такие только со мной. – У кого–то последний день занятий, – говорит кто–то прямо мне на ухо, вырывая из собственных мыслей. Оборачиваюсь. – И вам обоим привет, – киваю. – Да, последний. А письмо домой так и лежит в комнате. Сегодня же надо его послать скоростной почтой, пока поисковую бригаду за мной не отправили. – Прекрасно, значит, отправишь и приходи к нам, отпразднуем! – Джеро шлепает меня по попе. – Эй! – смотрю по сторонам. – Нам Кайзер выговор сделает! И ладно, приду, правда, не знаю, что праздновать. Экзаменов не было, я даже не могу понять, насколько справляюсь с вашей наукой. – Все адепты мечтают о жизни без экзаменов, а ты страдаешь, – качает головой Торвин. – Именно, Гестия, глупо, – Джеро притягивает меня к себе за талию. – И не зуди, я ведь не любовью с тобой в коридоре занимаюсь. На секунду представляю, какого было бы сделать это прямо здесь. Должно быть, мои глаза загораются от желания вживую погрузиться в фантазию, потому что драконы тут же усмехаются и качают головой. – Не получится, – отвечает на мои неозвученные мысли Торвин, – ректор позаботился и расставил артефакты слежения во всех общественных уголках академии. Не думаю, что он только нас подозревает в неконтролируемом разврате, но мы точно стали последней каплей его терпения. – Кто ему виноват, что он только понял, что заведует учебным учреждением, наполненным половозрелыми адептами с личными покоями, – слишком громко, как по мне, рассуждает Джеро. – Хорошо–хорошо, не будем в коридоре, давайте уже сменим тему. – Какая стеснительная, – с двух сторон ко мне прижимаются драконы, – а без одежды ты не такая. – Ой, ну вас, – краснею и слегка отталкиваю обоих. – Дайте мне получить знания. Следующие две недели и без того бездельничать, пока вы доучиваетесь. – А–хах, так и быть отпускаем, – они со смехом отлепляются. Провожаю драконов с улыбкой на губах и снова вспоминаю про письмо. Вернее, письма. Они готовы лишь наполовину, и я сомневаюсь, что смогу дополнить еще хоть строчку, значит, придется отправлять, что есть. «Дорогой Герольд! Искренне надеюсь, ты когда–нибудь испытаешь нечто похожее к девушке, что происходит между мной и моими драконами, и поймешь меня. Оправдываться не буду. Я ничего не совершала. Но и нота, на которой мы расстались, меня не устраивает. Считай, это моя попытка наладить пусть хрупкий, но мир. Твоя сестра, Гестия». Перед глазами выскакивают написанные строчки. Собственно, это все, что я из себя смогла выдавить. Пожалуй, так и отправлю. С мамой одновременно и легче, и сложнее. Хотя казалось бы, что может быть трудного в том, что я остаюсь в академии из–за учебы. Однако ж все. Она может заподозрить ложь по строчкам. А даже если не учует ее, то остается вероятность того, что мама, как заботливый родитель, решит приехать в академию, дабы поддержать дочь в рвении к учебе. Хоть иди к ректору и проси не пускать ее на территорию. Непросто, в общем.