Глава 51

– Какое счастье, что вам осталась лишь неделя. Оказалось, ничего не делать целыми днями не так весело, – жалуюсь парням. – Отсыпалась бы, ведь ночью тебе очень даже есть, что делать, – весело подмигивает Джеро. – Я высыпаюсь, – краснею при воспоминаниях о наших совместных ночах. Из академии уехали на каникулы только первогодки, однако в коридорах стало гораздо свободнее. И мы вовсю пользуемся тем, что оставшимся есть дело только экзаменов, и практически не скрываемся. – Но потом полдня мне скучно. На улице не проведешь столько времени, делать нечего, и бывает прохладно. – Поучилась бы, – не отрываясь от книги, комментирует Торвин, – я дал тебе хороший материал к изучению. – Ха, я ведь не ты, – фыркаю, – чтобы постоянно учиться. – И слава Свету! – смеется Джеро. – Ладно, не дрейфь, немного осталось. Потом еще скучать будешь. Две недели в драконьем царстве могут быть очень насыщенными. – И пусть, – машу рукой, – мне даже надоело бояться вашу родню. В конце концов, не понравлюсь, их проблемы. Вы от меня никуда не денетесь и не будете находиться там, где мне некомфортно. – Ого, как ты прокачала уверенность в себе, – усмехается Джеро, – а вначале – вы меня на цепь посадите, будете навещать лишь для потомства, – произносит он издевательским тоном. – Да, – отвечаю спокойно, выпрямляясь, – теперь, когда мы втроем чувствуем эмоции друг друга, я уверена, что вы сами сбежите, если я буду регулярно страдать и злиться. – В твоих словах есть резон, – кивает Торвин. – Тем лучше, что до определения нашего постоянного местожительства еще как минимум два года, а то и больше. Тебе ведь надо доучиться. Это мы будем свободны в конце третьего курса. Настроение вмиг падает. – Вот зачем ты напомнил? Чтобы я снова грузилась мыслями на тему, как я буду тут без вас? – спрашиваю зло. – Уоу–уоу, полегче, – обнимает меня Джеро, – мы решим этот вопрос. Только не впадай, пожалуйста, в уныние, нам экзамен идти сдавать у ректора. А он и без того удручает. – Ладно, – улыбаюсь, – смилостивлюсь над вами. И я не думаю, что Кайзера стоит бояться, не будет он вас заваливать. – Ты уверена? – скептически хмурится Торвин. – Он ведь ученый по натуре. И ему явно интересно проверить, не влияет ли наша с тобой связь на природный ум. – Скажите ему, что влияет его неуместное любопытство. – Обязательно так и передадим, – кивают парни. – Ладно, мы уходим, отдыхай, – целуют меня в макушку, – не скучай. – Ага, удачи, – желаю им. Драконы уходят, а я решаю остаться на улице. Сегодня солнечно и довольно тепло. Словно самое настоящее лето. Сижу, греюсь в лучах, как внезапно солнце загораживает тень. Неохотно открываю глаза, кому–то что–то понадобилось от меня. Ко мне редко подходят адепты, инстинктивно чувствуют связь с драконами. Но подошедшему человеку, конечно, все равно на любую мою связь. Она бы подошла в любом случае, ее бы ничего не остановило. – М–мама? – произношу, заикаясь. Я перегрелась на солнце и получила удар, или она и впрямь здесь. Лучше бы первое. – Ты как тут? – К тебе приехала, доченька! – произносит она счастливо. – Я так соскучилась, – добавляет и заключает в объятия. Нет, мама мне не кажется, она действительно тут, рядом. – Эм, я тоже скучала, – произношу ошарашенно. – Но я не понимаю, разве родителей пускают на территорию академии? – О, я тоже думала, что нельзя, – мама отстраняется от меня, – но твой ректор такой душка. Он мгновенно согласился, когда я представилась. Наверное, у них особая поддержка первогодок, а то ведь категорически не хотел, не понимал, как я попала на территорию, все о каких–то стражах говорил. Пришлось начать бросаться на него тем, что я мать и ведьма из рода Рохо. Он тут же превратился в душку. – А–хах, забавно, – выдавливаю из себя улыбку. – Так ты с утра приехала? Не писала даже. Вот ведь ректор, вот шутник. Небось согласился только, чтобы поставить нас троих в неудобное положение. – Да, просто собралась и приехала. Твой отец говорил написать, а брат и вовсе уверял, что меня никто на порог не пустит. Не положено, мол, вам мешать, он узнавал. Но я их не послушала. Проникаюсь уважением к Герольду. Кажется, он действительно принял мое предложение мира. Хотя ему выгодно хранить мою тайну, ведь родители вспомнят, что он старший и допустил подобное. Пусть даже если включить логику, Герольд никак не смог бы нам помешать. Но мама с папой иногда любят вменить брату вину из–за того, что он старший. – К–какая ты упорная, – говорю, лихорадочно соображая, что делать.