Глава 20

Даже не открыв глаза, я поняла, где именно мы оказались. Я способна была узнать звон гор даже вслепую, даже закрыв уши руками… Магия, кипевшая здесь, была невероятно сильной - куда сильнее, чем всё то, с чем я привыкла иметь дело, пока меня обучала мама. Мы, конечно, бывали в горах, но только не в этих, не в тех, где располагался клан горных ведьм.

Я легко узнала эту площадку, хотя никогда прежде не видела её. Мама рассказывала о месте, где можно молиться горам - небольшом плато, круглом, диаметром не больше тридцати метров. Здесь всё из камня, и если упадешь - не успеешь зацепиться ни за что. Так, говорила она, уходят ведьмы. Они падают вниз, отдавая свой долг горам, и если горы принимают его, то тогда ведьмы растворяются в вихре телепорта… И выживают.

Если же нет, то ведьму ждет только жестокая смерть. Разбиться, упав в пропасть, и осознавать каждый миг своего смертоносного падения с необычайной ясностью. Ведь горы будут шептать: ты проиграла, ты не смогла вернуть долг. Теперь рассчитаешься жизнью.

Я взглянула на свои руки и поняла: это не моё тело. Я ощущала себя, как и обычно, но видела что-то совершенно иное.

Подняв взгляд на женщину, я сначала подумала, что гляжу на свое отражение. Потом поняла - нет. Просто она, пользуясь помощью гор, как ведьма, которая ещё не одержала свободу, но могла зато претендовать на их силу, отдала мне то, что делало её Александрой. Теперь мы стояли вдвоем, абсолютно одинаковые, наверняка с одинаковыми голосами.

В центре горного круга был Магнус. До ужаса бледный, он как будто потерял все краски, которые были в его внешности, и я запоздало осознала, что это последствия атаки гор. Медно-рыжие волосы сейчас казались тусклыми, и это означало лишь одно: огонь в моем огненном медленно, но верно умирал.

В моем. Я сама не знала, что заставило называть Магнуса своим, но теперь не могла избавиться от мысли, что каким-то чудесным образом умудрилась привязаться к нему за это время. Я смотрела на него и слышала, как духи огня шептали что-то в моем теле, как бормотали, что я просто обязана дать ему шанс, но сейчас лишь тряхнула головой, отгоняя их подальше.

- Магнус, - позвала я, но не успела договорить.

- Магнус, - отозвалось моё отражение, та, настоящая Александра, - ты слышишь меня, Магнус? Она заколдовала меня, эта жуткая ведьма.

- Не верь ей! - выпалила я, сама не зная, что заставило отреагировать так быстро. - Это она!

Я понимала, что это глупо. Настоящая Шарлотта Каннингем никогда бы не стала унижаться и просить о любви мужчины, о его спасении… Магнус должен это понимать. Он не поверит испуганной, скулящей девчонке, а я не могла найти в себе силы, чтобы расправить плечи, смотреть ему в глаза и отвечать с достаточной смелостью.

Во взгляде, которым он скользнул сначала по мне, а потом по Александре, сквозило презрение. Такое отчаянное, что я не могла избавиться от ощущения, что это всё, конец. Огненный переводил взгляд с меня на неё, и…

- Если ты ошибешься, - я не знала, что заставило меня выдохнуть эти слова, - то это будет конец.

- Конец нашим чувствам, - вторила мне Александра.

Магнус сжал зубы. Он всё ещё молчал.

- Конец твоей жизни, - возразила я. - Потому что ты не переживешь свою ошибку, господин декан, - в моем голосе зазвенели насмешливые нотки. - И род тебе продолжать будет не с кем.

Ты его любишь?

Духи огня вновь дали о себе знать. Я слышала их голоса, слышала, что они шептали мне, но тряхнула головой, избавляясь от противных голосов. Не до любви сейчас! Я не была уверена, что это вообще возможно - за такой короткий срок почувствовать любовь к мужчине, который, возможно, сейчас выберет другую. Нас с Магнусом связывали пока что не чувства, но магия, и я знала, что он, обманутый нашим с Александрой поразительным сходством, тем, что мы сейчас как две капли воды, не может нащупать эту самую тонкую связь, способную нас спасти.

- Тебя не должны напугать угрозы, - прошептала Александра. - Выбери ту, кто на самом деле является Шарлоттой Каннингем. И пусть наши взаимные чувства помогут тебе сделать правильный выбор.

Магнус повернулся ко мне и вопросительно изогнул брови. Он как будто спрашивал - а что я могу сказать о чувствах? Шарлотта Каннингем влюблена в Магнуса Лефара? Она готова простить ему все грехи?

- Нет у нас с тобой ещё никаких чувств, - покачала головой я. - И не будет, если ты продолжишь вести себя, как упрямый осел. Во мне слишком много гордости и фамильного, родительского упрямства, чтобы это было так просто, лорд Лефар. А ты ещё пока что не заслужил, чтобы тебя любили. Мы связаны только магией, - я отвернулась от него, - и одним коротким обещанием.

Вновь направленный на Александру взгляд.

- Разве женщина, которая тебя любит, так бы сказала?

- Разве, - не удержалась я, - Шарлотте Каннингем есть за что тебя любить?

Иначе, иначе надо было говорить, чтобы спасти нас обоих. чтобы воздух спасти. Чтобы заставить его столкнуть эту мерзкую Александру с горы. Но я позволила себе быть честной, и правда, возможно, оказалась далеко не такой приятной, как хотелось бы верить в это Магнусу.

Магнус переводил взгляд с меня на Александру и обратно. На губах его заиграла полураздраженная, если честно, знакомая мне улыбка, за которую периодически хотелось как минимум убить этого мужчину. Во взгляде полыхало недоверие. Он смерил меня взглядом, потом - мою противницу, горную ведьму, которая сейчас мило улыбалась и всё пыталась заглянуть ему в глаза, выражая свою предельную преданность, даже неожиданную немного, если честно.

Она пыталась доказать ему, что влюблена? В самом деле? Не уверена, что я могла бы так смотреть на Магнуса… Настолько быстро. Нет, мне надо было бы время, надо было бы собираться с силами. Чтобы завоевать меня, ему пришлось бы потратить немало энергии…

Но это если мы выживем, разумеется. Возможно, этого и не случится. А я почему-то в этом сомневалась.

Он выжжет иллюзию на той, кого выбирает, - шептали огненные духи, пока Магнус медленно поднимал руку, на которой уже загорался огненный шар. Мне казалось, что он сейчас отчаянно пытается понять, в кого же им швырнуть, кого пометить, как женщину, которая ему нужна, с которой он хочет продолжать род огненных…

И он определился.

Я не успела даже вскрикнуть. Даже не предупредила его. Только увидела, как пламенный шар врезается в Александру, а моя собственная иллюзия, поддаваясь горной магии, разлетается на мелкие, крохотные кусочки…

Это даже не было больно. Я только почувствовала, как с меня в одночасье сорвали маску, которая делала меня совсем другим человеком. Огненные духи в моей душе возликовали - и я даже не сразу поняла, почему. А потом вдруг осознала, что произошло.

Магнус не выбрал ту, другую женщину. Он просто понял, что и она покрыта иллюзией тоже. И сейчас та магия, которой она всё это время прикрывалась, стремительно выгорала, слетала с неё, падала настоящими лохмотьями и разлеталась по ветру.

Я шокировано охнула.

Эта женщина не была так юна, как Александра. По сути, Александры и не существовало, наверное, никогда, это был сборный образ горной ведьмы, которую она создала, собирая по кусочкам все самые стандартные привычки.

Укравшая огонь.

Укравшая воздух.

Передо мной стояла моя родная бабушка, леди Лисандра Каннингем. Растрепанная, с развевающимися по ветру волосами, в которых уже можно было увидеть седые пряди. В её глазах будто застыла вся грусть веков, всех горных ведьм, которых она заставляла убивать огненных, а потом и самих уничтожала.

Да, это была моя бабушка.

А ещё - настоящее чудовище.

Её улыбка, злая, коварная, заставила меня содрогнуться и отступить на полшага назад. Дальше было некуда, вдалеке, в пропасти, гремела река, и следующий шаг означал бы абсолютную пустоту под ногами. Я не хотела погибнуть, рухнуть в неизвестность. Не хотела, чтобы меня поглотило пламя. Не хотела, чтобы пугающая пустота погубила меня.

Не хотела умереть от руки собственной бабушки.

Но Лисандру, кажется, в эту секунду интересовала совсем не я. Она повернулась к Магнусу и, не скрывая ненависть, пылающую в её синих глазах, швырнула в него колдовским пульсаром.

- Здравствуй, - криво улыбаясь, протянула она, - последний из огненных, положивший взгляд на мою внучку. Не ожидал меня здесь увидеть.

- Ожидал, - протянул Магнус. - Я знал, что за этим стоишь ты. Даже не сомневался. Только такая, как ты, может так легко распоряжаться чужими жизнями и не заботиться ни о ком, кроме собственного довольства и достатка. Это же у тебя в характере, Лисандра Каннингем. Самая отвратительная ведьма из всех, кого я когда-либо встречал.

- Да? А может, ты хочешь сказать это о моей невестке?

- У Дараэллы доброе сердце. У тебя его нет.

Лисандра ухмыльнулась.

- На моей стороне сила гор. Сила воздуха. И все уверены в том, что это ты убил несчастного де Рейна. Моя внучка… - она презрительно взглянула на меня. - Моя внучка ничего не сможет сделать. Она забудет это столкновение, как страшный сон. Разумеется, я не убью её. Просто воспитаю из неё правильную горную ведьму. Чтобы было кому потом занять мое место и изничтожать таких, как ты.

Мне хотелось крикнуть, что она ошибается, что то, что она творит, это самое настоящее преступление, но я поняла, что не могу. Как и любая горная ведьма, я попала под влияние верховной и вряд ли была способна сейчас хотя бы сдвинуться с места.

- Думаешь, что есть кто-то сильнее меня, огненный? Ошибаешься. Я слишком долго копила силы. Я убила много своих подданных, чтобы уничтожить всех твоих. Но мы рождались, а вы нет. И пришел ваш конец. Ты погибнешь, Магнус Лефар. Погибнешь, и ничто тебя не спасет.

Вокруг Магнуса разгорелся ореол пламени. Он усмехнулся.

- Ты думаешь, - прошептал он, - что преимущество на твоей стороне, потому что ты в горах. Но я чувствую, что источник моей силы здесь, рядом. И он готов со мной поделиться.

Конечно, я была готова! Моя бабушка только что убила носителя магии воздуха, кажется, последнего, теперь собиралась то же самое сделать с последним из огненных, а дальше что? Будет последний из морских, потом последняя из горных, а она вылезет на трон из костей и станет заправлять царством мертвых? Тогда ей придется набрать в слуги себе слишком много некромантов.

Я попыталась поделиться огнем, вселившимся в меня, с Магнусом. Попыталась показать ему, что вот он, совсем рядом, и Лефару совсем нетрудно протянуть руку и взять силу, которую я ему предлагаю. Совершенно безвозмездно.

Может быть, пока что у нас большой любви и не вышло, но бабушку надо остановить. И это даже не обсуждается!

А с остальным мы как-нибудь потом между собой разберемся.

Если выживем, конечно.

- Ты глупец, - ухмыльнулась Лисандра. - Огня здесь нет. Здесь есть горы. И их слишком много…

Здесь были горы. И я чувствовала, что могу черпать их энергию. А что, если…

- Тебе не хватит сил, - прошептала Лисандра.

А что, если превратить энергию гор в огонь? Ведь во мне теперь есть и то, и другое. Почему я не могу быть таким себе мостом между чарами? Почему не могу помочь Магнусу?

Но размышлять было уже поздно. Лисандра выкрикнула что-то, вскинула руки, и с её пальцев сорвался огромный сгусток горной энергии.

А я сделала последнее, что могла - попыталась превратить это колдовство в огонь.

Магнус не заставил себя долго ждать. Он тоже вскинул руки, загораясь. Теперь в нем не осталось практически ничего от живого человека. Он больше напоминал полыхающую свечу, состоящий сплошь из огня. Чары вокруг него плавили воздух, плавили камень у него под ногами…

И заканчивались, потому что топлива-то в Магнусе не так уж и много.

Я надеялась, что огненные духи подчинятся мне. Они и вправду не оказывали особого сопротивления, почти с легкостью перекручивая горную энергию в чистое, неподдельное пламя. Да, с ним трудно было совладать, но я чувствовала, как оно стремительно вырывалось на свободу, пытаясь захватить всё больше и больше того, что, кажется, принадлежало ему по праву.

Я сейчас почти не осознавала себя, была скорее таким себе передатчиком чар - и знала, что то, с какой легкостью они сейчас рвутся наружу, должно кому-то помочь. Магнусу или бабушке, это было мне неведомо.

Но Лефар не останавливался. Первый горный сгусток отбросил его на полшага назад, но он ответил огненным пульсаром, что ударился в грудь Лисандры.

Бабушка только расхохоталась. Ей, казалось, было всё равно, любую атаку она готовилась принять с довольной, победной улыбкой. Полыхание огня только ещё больше веселило её.

- Давай! - закричала она. - Давай, Магнус, убей меня! Уничтожь меня на глазах у внучки!

Она раскинула руки в стороны, как будто раскрываясь для следующего удара. Но Магнус, вместо того, чтобы швырнуть в неё огнем, ответил тем же жестом.

Они оба сейчас были как настоящее средоточие магии. Огонь и горы, алое и синее, стояли друг напротив друга, два титана, два основателя, две опоры своего дара…

И я поняла, что эта магия, которую они сейчас рассыпают, она вся может принадлежать мне. Что мне пора решать, кто именно из них должен победить.

Это была моя бабушка.

Это был мужчина, который пытался принудить меня к отношениям.

Магнус пытался однажды убить мою маму и моего отца, ещё задолго до моего рождения. Пытался завоевать женщину, которая ему не принадлежала.

Что им руководило?

Страсть. Это была не любовь, я прекрасно это осознавала. То, что связывало его и мою мать, нельзя было назвать настоящими чувствами. Страсть, что-то дикое, что так и не нашло отклика в Дараэлле Каннингем, вольной горной ведьме.

А бабушка?

Жадность. Желание отомстить за то, что кто-то не встал на её сторону, хотя, по мнению Лисандры, все должны были поклоняться ей и только ей.

Она хотела обладать силой, не знающей никаких разумных границ. И я знала, чем это закончится для моей семьи. Она сначала уничтожит Магнуса, но потом просто пойдет по головам. Падет мама. Падет дедушка. Падет папа. А я просто превращусь в жертву, которую бабушка сделает такой же, как она.

Она не заслужила всевластие.

Она заслужила наказание.

И я позволила огненным духам превратить горную энергию в пламя.

Вокруг вспыхнуло всё. Мне казалось, я сама горю, и ужасный, раскаленный ветер едва не сбил меня с горного плато, но я продолжала стоять. Пламя окутывало меня, превращая в живую свечу.

И бабушку тоже.

Магнус мог сейчас столкнуть её одним порывом магии. А мог попытаться удержать меня, не дать свалиться в пропасть. Я думала, он просто закончит эту битву, оборвет жизнь своего врага…

Но он поступил иначе. Позабыв о Лисандре, он бросился ко мне, и я почувствовала, как меня обнимают его горячие, пламенные руки. Успела только уцепиться в огненные, но совершенно не обжигающие плечи, и скосила взгляд на бабушку, чтобы заметить…

Заметить, как порыв ветра сметает её с плато.

Я услышала крик. Громкий, надсадный. Бросилась к краю, но было уже поздно. Лисандра Каннингем, побежденная огнем и ветром, побежденная горами, падала вниз. Магия слетала с неё, растворялась в горах, возвращая им долг, но этого было слишком мало.

Мне казалось, я видела, как выгорает молодость бабушки. Когда она наконец-то упала на острые камни, то уже не была ни молодой, ни красивой, ни даже горной. Синева глаз - я будто видела с такого огромного расстояния, - стала чернотой, прекрасное лицо покрылось морщинами. Волосы поседели. Она была старой, отвратительной и… И понесла справедливое наказание за все те злодейства, которые успела совершить за долгую жизнь.

Я слышала шелест ветра. Слышала, как он говорил мне спасибо - спасибо за то, что отомстила. Ветер был свободен. Он гулял в горах и восстанавливал баланс даже так, без своего носителя, и я подумала, что это, наверное, очень правильно. Ветру не нужен повелитель. Ветер сам себе может быть отличным хозяином.

Магнус угасал. Он возвращался в свое нормальное состояние и больше не походил на чудовище, а был обыкновенным живым человеком, может быть, несколько более… пылким, чем мне бы хотелось.

- Ты в порядке? - услышала я его хриплый, уставший голос.

- Да, - ответила, даже толком не понимая, что говорю. - Я…

Договорить не успела. Вспыхнули вихри телепортов, и теперь, хоть и запоздало, на горном плато вновь возникли мои родные…