Глава 12.2

В зал вошел он.

Высокий эльф в белом камзоле с серебряной вышивкой, смотревшейся богато, но не вульгарно. У него была идеальная фигура с широкими плечами и узкой талией, черные блестящие волосы, четко очерченные брови и бездонные голубые глаза.

Эльфы славились своей красотой, но этот затмевал всех, кто находился в зале. Это был самый красивый мужчина из всех, кого Бонни видела в жизни.

Лина, возможно, поспорила бы, что их фрионский принц Джейдан краше, но для Бонни он был всего лишь портретом в спальне юной госпожи Патрисии. Этот же эльф был здесь и сейчас. Настоящий, живой. Еще немного, и от его блеска пришлось бы зажмуриться.

В тишине стучали каблуки идеально отполированных сапог. Эльф пересек зал и остановился перед ней.

— Любовь моя, как я рад, что ты очнулась.

Мелодия его голоса очаровывала. А когда мужчина улыбнулся, сердце Бонни заколотилось, как бешеное, словно собираясь вылететь из груди прямо к великолепному эльфу.

Да, она не только очнулась, но и очевидно была живее всех живых.

Погодите, он сказал что-то про любовь?

— Ваше высочество, это настоящее чудо, — пробормотал седовласый лекарь.

— Хвала богам и… Создателю. — Прекрасный эльф махнул слугам. — Приготовьте комнату принцессы. — И снова обратившись к Бонни, вытянул свою изящную руку. — Прошу, любовь моя.

Бонни коснулась прохладных пальцев, и они сжали ее ладонь.

Это сказка. Она умерла и за свои страдания попала в рай. Странно, что эльфийский, но да у нее не было и не могло быть претензий.

Тело еще плохо слушалось, но с поддержкой принца она смогла выбраться из хрустального гроба. Стоило ей неуверенно коснуться голыми стопами пола, как красавец подхватил ее на руки и понес из шикарного зала в не менее шикарный коридор.

Да по сравнению с этим дворцом особняк Арлингейлов — просто деревенский домик!

Бонни рассматривала интерьеры с нескрываемым восторгом. И это хоть немного помогало не таращиться на черноволосого эльфа. Пусть он и называл ее «любовь моя», но было бы неприлично слишком откровенно пожирать его взглядом. Даже она это понимала.

Пока шли, их провожала вся процессия из слуг, придворных и стражников. Эльф отнес ее в спальню с гигантской кроватью и аккуратно положил на мягкую перину.

— Ах! — У Бонни вырвался стон.

Она никогда не спала на таких кроватях.

Один раз они с Линой украдкой понежились на матрасе Патрисии, но те ощущения меркли в сравнении с этой мягкостью.

Эльф истолковал ее стон по-своему.

— Мэтр Билал! — позвал он.

Его голос звучал взволнованно, и в то же время не утратил чарующей мелодичности. Как будто эльф мог одинаково красиво гневаться, отдавать приказы и признаваться в любви.

Из-за его плеча показался уже знакомый старец.

— Ваше высочество, принцессе необходим покой и восстанавливающая магия. Боюсь, это займет еще несколько дней.

Лекарь выудил из складок черной мантии какой-то пузырек с зеленой жидкостью и протянул эльфу, а тот передал Бонни.

— Попей, милая, — ласково попросил он и поднёс к ее губам пузырек.

Бонни заглянула в его голубые глаза и послушно открыла рот. Она бы и не то сделала, лишь бы он еще раз назвал ее «милой».

Лекарство оказалось сладким и тягучим, как сироп. А еще от него страшно клонило в сон. Откинувшись на воздушные подушки, Бонни закрыла глаза.

Какой прекрасный и всё же странный загробный мир. Но еще страннее будет, окажись все это правдой.Выбираем визуал Андреаса