Глава 28

— Чего тебе? — я с подозрением посмотрела на котика, который вальяжно вышагивал рядом.

— Зрелища! — заявил наглец, не отставая.

Прогонять пушистого не стала. Все равно с ним веселее. Главное, чтобы к нему не присоединился хозяин. Вот там уж точно начнется настоящее зрелище! Я за себя не ручаюсь!

Вместе мы вошли в лабораторию. Драго привычно устроился на уголке стола, дабы не помешать и не попасть под горячую руку. Я же вооружилась тряпкой и принялась готовиться к работе.

— Кожаная, а тебе нравится мой хозяин?

Вопрос я проигнорировала. Вместо этого начала расставлять колбы и распалять горелки.

— Молчание — знак согласия, — мудро произнес кот. — Значит, все-таки нравится.

Толстая стеклянная колба, которую я несла на стол, треснула в руке.

— Нравится?! — пророкотала я, тыкая в него острым огрызком. — Слушай, если ты пришел действовать на нервы, то у тебя отлично получается. А я не люблю когда мне действуют на нервы. В этой академии на нервы действовать можно только мне. Усек, пушистик? Ты или молчишь, или я тебя побрею!

Кот внимательно выслушал меня и сказал:

— Нельзя отвергать матушку Судьбу, Эрика.

— А ты так и хочешь лысину примерить, да? — хмыкнула я, роясь в травах.

— Хорошо-хорошо. Я тебя понял. Давай сменим тему?

— Ну-ка, попробуй. Даю тебе второй шанс.

— Хм… А что насчет твоего детства? Расскажи мне о себе. Как ты получила фамилию Элистар?

Наверное, он думал, что это больная для меня тема. Спрашивал Драго настороженно и спокойно, чтобы не задеть. Однако действовал в лоб.

Вот только тот факт, что я сирота, меня ничуть не злил. Порой мне казалось, что так даже лучше. Ведь я одна. Совсем одна. Мне не нужно было думать о родных. Не нужно было уживаться с чьим-то мнением. Я сделала себя сама.

И горжусь этим.

Никто и никогда не сможет сломить мою волю.

— Я бы рассказала, вот только мало что помню из детства.

— В смысле?

— Да в прямом, — я улыбнулась. — Моё детство будто…

— Стерли? — предположил кот. И был прав.

— Именно! — я щелкнула пальцами. — Стерли. Вернее, я помню его очень смутно.

— И что же ты помнишь?

— Помню свою комнату. Большую, в розовых цветах. Помню, что часто ела клубничное мороженое. И, наверное, все. Родителей не помню. А вот какую-то ворчливую нянечку в большом чепце никак не забуду.

— Значит, у тебя был дом… — задумчиво протянул Драго.

— Был. Но я не знаю, где он. И не знаю, как оказалась в лесу.

— В лесу?

— Именно. Я бежала по лесу и была очень напугана. — Воспоминания накрыли меня с головой.

Темный густой лес, вдали воют волки, в кустах что-то или кто-то шуршит. Мне очень холодно. И очень страшно. До смерти страшно. Ноги болят. Лицо горит.

Единственное, что я помню — я бегу от кого-то. Всю ночь я пыталась скрыться от преследователя. И мне это удалось.

В итоге я упала в ловушку для животных — в большую яму, прикрытую листвой. И уснула там. А на утро меня нашли охотники и отвели в город. Так я и оказалась у порога дома-приюта «Госпожа Элистар».

Леди Элистар была милая старушка. Добрая, но достаточно строгая для того, чтобы приструнить сорванцов, приходящих в её дом с улицы.

Я ей сразу понравилась. И она мне. В целом, я приюте было здорово. Небольшой домик, в котором жили дети и хозяйка, всегда был чистым, теплым и сухим. В нем было всего три комнаты. Одна маленькая — спальня леди Элистар и две огромные детские: для девочек и для мальчиков. На улице распологалась кухня, столовая и умывальня. Все. Строго. Сердито. Но большего и не требовалось. 

В приюте я прожила четыре года. А потом…

Потом появился он. И жизнь моя сломалась.