Истинная за миллион — Глава 6. Дана.

Глава 6. Дана.

Владислава Егорович вёл себя до невозможности странно уже со вчерашнего дня. Я до этого не могла представить, что мой босс бывает таким… простым. Действительно, несмотря на то, что я видела его на протяжении нескольких недель каждый божий день, не считая выходных, таких наклонностей я в нём ещё не замечала.

В ресторане я чувствовала себя неловко до такой степени, что просто несла какую-то ахинею. Ещё более неловко мне было оттого, что Владислав Егорович это заметил и попытался меня приободрить. Я, вроде бы, не хотела разговаривать с ним на любые темы, не касающиеся работы, но, одновременно этого желала, желала узнать этого мужчину за пределами рабочей оболочки. И он был не против.

Не уверена, что в офисе у меня возникло бы такое желание, да и, в офисе я бы себе такое не позволила, скорее всего, пытаясь сохранить положенную дистанцию, однако тут, в отеле, я не чувствовала себя именно секретарём… Но и думать о том, что в глазах окружающих я выгляжу просто девушкой Владислава мне не хотелось, потому что слишком уж это было нереально, всё-таки, его, скорее всего, привлекают женщины куда эффектнее.

“Так, Дана, стоп!” — приказала я сама себе. — “Прекрати об этом думать! Вон, блинчики какие вкусные”…

Блинчики и правда были шикарные, я смаковала каждый кусочек. Более вкусных я, наверное, и не ела после того, как мамы не стало. Всё, что готовила мама казалось мне не чем иным, как пищей богов. О маме тоже не стоит думать, а то так недолго и сделать сладкие блинчики солёными.

Когда я, наконец, доела, то подняла взгляд на Владислава Егоровича, тарелка которого была пуста. И он на меня смотрел, причём так, будто бы внимательно разглядывал. Мне захотелось то ли сжаться под его взглядом, то ли расплавиться.

— Можем идти, я думаю, — пробормотала я, отводя глаза. Чёрт, ощущаю себя двенадцатилетний пигалицей рядом с парнем-старшеклассником, который спросил у неё, не видела ли она русичку.

— Хорошо, да, водитель уже заждался, наверное, — усмехнулся, судя по голосу, он. — Я хотел вас, Дана, ещё кое о чём попросить…

Я вопросительно вскинула брови.

— Понимаете, по общей версии, я приехал сюда только ради празднования юбилея фирмы, чтобы засвидетельствовать своё участие в жизни компании и всё такое. На самом деле, завтра начнётся масштабная проверка по выявлению махинаций с некоторыми проектами, в том числе, из-за хищения некоторых сумм денег. Немаленьких, я полагаю, сумм… Так вот, пока что о проверке никто не должен даже подозревать. И, было бы странно, если бы я приехал на мероприятие с секретарём. Так что, вы должны притвориться моей невестой.

Я на некоторое время будто бы зависла. Невестой? Притвориться? Какой идиот в это поверит вообще? Я рядом с этим мужчиной смотрюсь будто бедная родственница.

— А вы уверены, что это будет выглядеть правдоподобно? — более вежливо задала я интересующий меня вопрос.

Владислав Егорович ответил незамедлительно:

— Именно поэтому я и говорю вам об этом сейчас. У нас есть немного времени на то, чтобы превратить вас в девушку, которая могла бы быть рядом со мной.

У меня его заявление вызвало лишь горькую усмешку, но вида я не показала, ровным голосом ответив:

— Если это так необходимо, то, думаю, я должна согласиться… любимый, — последнее слово я произнесла с интонацией наигранного обожания, чем вызвала смех босса.

— Благодарю тебя, дорогая, — включился в мою игру он, вставая и подавая мне руку.

Глядя друг на друга влюблёнными глазами, а внутренне смеясь, мы вышли в холл, где к нам тут же подбежал Сергей.

В машине мы сели рядом друг с другом на заднее сидение, а Владислав Егорович уточнил:

— Дана, куда сначала поедем?

Я пожала плечами, потому что и правда не знала. что тут да и к чему. И каким вообще образом Владислав Егорович собирается меня превращать в свою невесту. Вдруг мне положена платиновая сбруя и кожаный поводок, отделанный бриллиантами?

— Хорошо, тогда сначала в ближайший ювелирный, — это он уже к водителю обратился.

А мне теперь мысль про сбрую покоя не давала. Или, всё-таки, поводок? А, может быть, мне ещё и бейджик потребуется с надписью “Невеста Миллера Владислава Егоровича”? Ну, чтобы все точно всё поняли.

Ехали мы совсем недолго, я даже подумала, что проще было бы, наверное, пешком дойти, но потом поняла, что Владиславу Егоровичу это по статусу не положено. Да и холодно там, кошмар просто…

В ювелирный салон мы зашли под руку и широко улыбаясь. Мой босс сразу же обратился к консультантке:

— Девушка, покажите, пожалуйста, кольца нам… с камнями, да, — видимо, в женских украшениях мужчина не очень-то и разбирался, потому как поспешил меня саму пододвинуть ближе к указанной витрине и спросить:

— Какое нравится?

Мне почти все нравились, но вот вычурные камни размером с фундук на некоторых кольцах вызывали лишь брезгливость, что ли. Надеюсь, такое надевать мне на палец не придётся.

В правом нижнем углу витрины располагалось тоненькое колечко, которое было по всей окружности украшено маленькими синими камушками. Цена тут же показалась мне на глаза, поразила до глубины души, но я махнула рукой на это, решив, что мой псевдо жених сам виноват, что подпустил меня к этому великолепию. Неудобно было, конечно, но, в конце концов, я ему это кольцо потом верну и пусть возвращает его потом в магазин, или дарит кому-нибудь. А я просто полюбуюсь такой красотой один вечер.

— Думаю, вот то внизу справа мне нравится больше всего, — я с улыбкой повернулась к Владиславу Егоровичу, а тот, даже не взглянув на кольцо, выбранное мною, сказал девушке, которая смотрела на него, как на величайший подарок небес:

— Нам то, что выбрала моя невеста, а так же, ей, думаю, понадобятся серьги.

Я вздохнула. Ну, да, мои простые золотые гвоздики явно не подошли бы к образу невесты успешного и богатого-пребогатого бизнесмена.

— У нас есть серьги из той же коллекции, которые будут смотреться так, будто бы идут набором к кольцу. Показать? — вопрос консультантка адресовала мне, я же растерянно кивнула. Все так удачно притворяются, будто бы моё мнение тут учитывается.

Девушка ушла, видимо, за серьгами, а Владислав Егорович спросил:

— Тебе точно нравится кольцо?

Я пожала плечами.

— А какая разница? Оно у меня всего на вечер.

Босс вскинул брови:

— Собираешься мне его вернуть? Боюсь, оно мне даже на мизинец не налезет.

— Ну, значит вернёте, проблема разве?

— Не смеши меня, дорогая, — он усмехнулся. — Оставишь себе, мне лень об этом даже думать.

Теперь пришла моя очередь усмехаться. Конечно, как же я могла подумать, что эти страшные по моим меркам суммы могут что-либо значить для него… И правда ведь.

— Хорошо, если вам плевать, то я кольцо оставлю себе, — я улыбнулась, показывая, что спокойна. — Оно красивое.

И, кажется, следующая фраза мне послышалась…

— Ага, но ты красивее.

Мне хотелось переспросить, правильно ли я услышала, но почему-то стало неловко задавать подобный вопрос. А ещё мои щёки абсолютно точно стали пунцовыми, потому что я чувствовала такой жар, что захотелось голову в морозилку засунуть, чтобы остудить её немного.

Как раз вовремя пришла девушка, держа в руках раскрытый футляр с сережками-колечками, выполненными в точности так же, как и моё якобы обручальное кольцо.

— Прекрасно, — заявил Владислав Егорович, как ни в чём не бывало. — Думаю, Дана прямо сейчас наденет украшения.

Мне оставалось только кивнуть, потому что смысла возражать не было. Ему лучше знать. Но про себя я подумала, что носить такую красоту и ездить в метро и ходить по тёмным переулкам — просто самоубийство. Значит, лежать им в шкатулочке спрятанными далеко-далеко. Не думаю, что смогу их продать… По крайней мере, не сразу, да. Не такая я и сентиментальная, на самом деле, да.

Пока мой странный босс оплачивал покупку, я сняла свои серьги и надела на их место новые. А, когда я потянулась к кольцу и хотела водрузить его на безымянный палец правой руки, мужчина совсем неожиданно оказался у меня за спиной и перехватил мои пальцы.

— Позволь, я сам, — он обошёл меня, взял коробочку с кольцом из моих ослабевших рук, а потом опустился на одно колено и спросил:

— Ты станешь моей невестой?

Я хотела сострить или, хотя бы, просто усмехнуться, но почему-то не смогла даже вздохнуть: у меня замерло сердце и перехватило дыхание. Всё, что у меня получилось сделать — это выдохнуть короткое:

— Да…

Кольцо мягко скользнуло на мой палец, Владислав Егорович тут же встал на ноги, отряхнул брюки и, подставив мне локоть, сказал:

— Вот и хорошо, что теперь наша сделка закреплена официально…

Его слова позволили мне очнуться от своего оцепенения. Точно, сделка. Для него это простая сделка, да. Игра, возможно. Я не должна даже мечтать о том, чтобы это было по-настоящему. Не имею совершенно никакого права. Хотя… Мне же потом страдать, да.

“Так!” — сказала я себе строго. — “Ты должна себя вести, Даночка, согласно правилам, иначе можешь потерять прекрасную работу: босс не любит секретарш, влюблённых в него”.

И, надо сказать, я начинала понимать всех тех глупышек, которые готовы были пасть к его ногам: это же просто идеал мужчины! Другое дело — я-то от них отличаюсь. И не тем, что смогу его завоевать и бла-бла-бла, а тем, что даже жестом не покажу, что врюхалась, кажется, в него по уши. Соответственно, он об этом не узнает, а я сохраню своё рабочее место. Всё просто, как дважды два — четыре.

Следующим пунктом назначения для нас стало место, где даже я, коренная москвичка, которая всё же немало роскоши повидала, почувствовала себя неуютно. Торговый центр, который назывался “Покровский пассаж” поразил меня обилием магазинов, бренды которых мне даже сниться не могли. Мне оставалось только надеяться, что меня точно не поведут в самый дорогой магазин, который тут только найдётся, потому что о ценах в бутике Армани, например, от той же Саши я вполне наслышана и не хочу к ним никакого отношения иметь. Как мне потом на грешную землю с таких небес спускаться?

Но надежды мои никак не могли оправдаться, потому что абсолютно все магазины тут были ужасно дорогими, ужасно известными, ужасно дизайнерскими.

Я молча шла рядом с Владиславом Егоровичем и ни о чём не спрашивала. Он шагал уверенно, точно зная, куда идёт, поэтому я понимала, что спорить и переубеждать его бесполезно. В конце концов, он создаёт образ своей невесты, имеет, вроде как, право.

Мы прошли лишь прямо по первому этажу, где я старалась не рассматривать витрины, потом поднялись на второй, и зашли в магазин, который хоть и не был магазином Гуччи или Дольче-Габбана, но всё-таки давал понять, что цены тут не детские. Я продолжала хранить молчание и в тот момент, когда к нам буквально подлетела девушка-консультант.

— Доброе утро, — она улыбалась так искренне, что я удивилась: а у неё скулы ещё не свело? — Что желаете? У нас поступление…

Наверное, она хотела сказать что-нибудь про зимнюю коллекцию, но мой босс её перебил:

— Подыщите моей невесте вечернее платье, туфли, пальто и сапоги. Обувь же у вас тут есть?

Девушка разулыбалась и засуетилась, сразу же обратилась ко мне:

— Пройдёмте, я уже вижу, что у нас есть прекрасные варианты для вас.

Я и дальше молчала.

Молчанию моему пришёл конец, когда на меня попытались нацепить жутко модную бесформенную тряпку, которая являлась последним пёстрым писком моды:

— Извините, но это слегка не в моём вкусе, — я попыталась как можно мягче намекнуть девушке, что такое приобретать я точно не буду, пусть и плачу не я.

К счастью, консультант попалась проницательная, и сразу спросила:

— Предпочитаете классику?

Я кивнула и опять замолчала.

Следующее платье она мне принесла, и оно мне сразу же понравилось. Серебристо-голубоватое, с чёрным кружевом поверх, длиной чуть выше колена и достаточно закрытое. При всём при этом смотрелось шикарно, что, я думаю, Владиславу Егоровичу и требовалось. Туфли мне сразу же подобрали простые чёрные лодочки на высоком каблуке. Учитывая рост моего спутника, не приходилось волноваться о том, что я могу вдруг стать выше его.

С верхней одеждой тоже вышло достаточно удачно: кашемировое пальто тёмно-серого цвета оказалось на пару сантиметров длиннее платья, и прекрасно выглядело с длинными сапогами на толстом каблуке высотой всего сантиметров пять.

И всё бы было прекрасно, но меня волновал всего один вопрос: где я там на приеме этом переобуваться-то буду, а?

Вещи надеть мне пришлось сразу после того, как Владислав Егорович за них заплатил, мою же одежду вместе с туфлями аккуратно упаковали в пакеты, которые вручили вызванному из машины Сергею.

А меня повели пытать дальше. На нулевом этаже торгового центра располагался салон красоты, где, оказывается, меня уже ждали. Не выдержав, я спросила мужчину:

— Вы что, сами этим всем занимались? — мне в это не верилось совсем.

— Нет, я связался с главным юристом дочерней фирмы, она — женщина. Сказал, что моей невесте следует подготовиться к приёму, она порылась в интернете и передала маршрут Сергею.

Я кивнула.

— А вы уверены, что с ней было безопасно говорить о том же ювелирном магазине? У меня же заранее должно было быть кольцо и всё такое…

— Она знает, для чего я сюда приехал. Она — прекрасный специалист, который ещё полтора месяца назад работал в головном офисе. И именно по её просьбе я приехал сюда с проверкой.

Я кивнула, усмехнувшись. Он с такой теплотой говорил об этой неизвестной женщине, что я подумала, что он к ней что-то испытывает. Если это действительно так, то, думаю, хорошо, что он ей сказал о фиктивности моего однодневного статуса.

В салоне красоты меня закрыли на полтора часа и это было ещё неплохо. Волосы успели уложить мягкими локонами, на лицо лёг легкий макияж, даже маникюр мне успели сделать. Но это и не удивительно: вокруг меня кружили целых четыре девушки.

Посмотрев в зеркало после этого всего, я поняла, что так хорошо, похоже, никогда и не выглядела… Оказывается, дорогой одежды и пары часов в салоне достаточно для того, чтобы из Золушки превратиться в принцессу. Фей не подкачал.

— У нас есть сорок минут, — посмотрел на наручные часы Владислав Егорович, — А тут есть неплохой ресторан, где холодные закуски приготовят очень быстро. Хочешь есть, дорогая?

На этот раз обращение он не выделял голосом, видимо, тренируясь для будущей публики.

Я мягко улыбнулась и сказала:

— Думаю, да, я проголодалась, — со стороны, надеюсь, мы были похожи на пару будущих молодожёнов, и мои актёрские таланты не подвели. Впрочем, кому какое дело… Слова моего босса и внешних признаков точно хватит для того, чтобы нам поверили.

На этот раз в ресторане я не чувствовала себя неловко. Не то чтобы дорогая одежда так много для меня значила… Нет, я чувствовала себя прекрасно и в своих вещах, просто теперь я соответствовала месту, в котором находилась и даже не думала о презрительных взглядах, который могли кинуть на меня другие. Всё-таки, мнительности во мне предостаточно, хотя я и стараюсь бороться с нею изо всех сил.

— Добрый день, рады приветствовать вас в нашем ресторане, — к нам подошёл кто-то типа портье. — Пройдите, пожалуйста, в зал, вам предоставят столик.

Я в ответ вежливо улыбнулась и, кивнув, вместе с Владиславом прошествовала в зал, придерживая его за локоть. При этом я старалась, чтобы походка и осанка мои были грациозными.

В зале нас и правда проводили к свободному столику, сразу же подошёл официант, приняв наш заказ на салаты и чай. А, когда он ушёл, мой босс сказал:

— Ты держишься так, будто бы всю свою жизнь провела, разъезжая по королевским дворам.

Я, не выходя из образа, кротко улыбнулась:

— Как и многие девочки, я об этом, конечно же, мечтала, однако, по королевским дворам разъезжали только лишь мои куклы.

А вот Владислава Егоровича не очень интересовал его образ, по крайней мере. здесь и сейчас, поэтому он искренне, пусть и тихо, рассмеялся.

— В любой сказке настоящая принцесса тиха, скромна и на балу бывает лишь раз, чтобы встретить принца. Думаю, с ролью принцессы ты бы справилась на “ура”.

От его замечания я смутилась, а в голове мелькнула мысль о том, что принцессой я буду только в том случае, если он станет моим принцем. В слух же я сказала:

— Только обязательно нужно помнить, что это только роль, а я не в сказке и после бала вернусь в свой привычный мир.

И мне, на самом деле, даже не было грустно. В дорогой одежде и в дорогих ресторанах я чувствовала себя не в своей тарелке, а вот вернувшись к роли девушки не самого высокого достатка, я точно почувствую себя уверенней. Не из-за того, что это моё место и там мне и быть или ещё что-то наподобие этого, а из-за того, что невестой богатого бизнесмена и успешной девушкой я, надев на себя эти вещи, не стала, а поэтому и тошно даже. Но вообще, мыли уже настолько спутались, что я решила постараться не думать не о чём хотя бы сейчас.

— Никакой в тебе романтики, любимая! — притворно вздохнул он. — А как же дух авантюризма?

— Я его оставляю дома, на работу с собой не беру.

Слово “работа” подействовало на мужчину как ушат холодной воды. Он сразу же изменился в лице, будто бы окаменел весь, хотя, вроде бы, продолжал улыбаться.

— К тому же, — постаралась сгладить неловкость я. — Авантюризм — не то, что должна демонстрировать всем подряд невеста такого человека, как вы.

Владислав криво улыбнулся:

— Но мне-то можно.

Я рассмеялась.

— Хорошо, в таком случае с приёма сбежим и пойдём есть чипсы и мёрзнуть в парке, а потом оба заболеем.

— Звучит заманчиво, — усмехнулся босс. — Ловлю на слове.

Но, несмотря на всё, какой-то странный холод, возникший при упоминание того, что для меня то, что происходит сейчас — это работа, в его глазах остался.

И, пусть на самом деле всё это и было правдой, я поставила себе цель заставить его забыть об этом… И самой забыть, потому что. кажется, не мне одной хочется думать, что всё по-настоящему.

Но, сначала приём.

Сразу же из ресторана мы отправились куда-то, где и будет проходить то самое мероприятие. Глянув на время, я спросила:

— А во сколько начало?

— Через десять минут, — Владислав Егорович произнёс это с таким видом, будто бы у нас ещё час впереди как минимум был.

Я округлила глаза и хотела было уже разразиться переживательной тирадой, но мужчина перебил меня, сказав:

— Точность — вежливость королей, любимая.

Мне очень понравилось, как он произнёс последнее слово, я даже отвернулась, чтобы скрыть глуповатую улыбку, которую не смогла сдержать.

Приехали мы за две минуты до начала всего действа.

— Дверь только сама не открывай, — предупредил меня Владислав Егорович. — И, пока всё не закончиться, называй меня Влад, — всё это он буквально прошептал, видимо, чтобы Сергей не услышал.

Я кивнула. Владислав… то, есть, Влад, вышел из машины, обошёл её, и по-джентльменски открыл передо мне дверь машины. Моё сердце быстро забилось, потому что все, кто стояли или так же выходили из машин сразу же на нас обернулись.

Машина, к счастью, не была низкой и у меня даже получилось выйти из неё достаточно грациозно. Ну, по крайней мере, за руку Влада я лишь держалась, а не упала прямо носом вперёд, цепляясь за всё, что мне под руки попадётся.

Положив руку ему на сгиб локтя, я улыбнулась, едва заметно. Он улыбнулся в ответ. Уверена, все вокруг думают, что мы счастливы… И, будь этот мужчина по-настоящему моим, я и правда от счастья витала бы на седьмом небе. Но, как говорится, мечтать не вредно… Хотя, я могу себе это позволить в ближайший, как минимум, час. Он будет Владом, и будет рядом со мной. А я буду просто этим наслаждаться, а когда мы вернёмся к работе, просто заставлю себя не думать об этом и стану прекрасной секретаршей, которая ему и нужна. Даже буду рада, если у Саши всё получился… Она красивая и подходит ему, по крайней мере, по положению.

Так, ладно, мыслей о подруге ещё для полного счастья тут не хватало… Лучше уж буду думать о том, что вооооон у той тётки, которая размером раза в два меня шире, слегка разошлась молния на платье на спине. А у девушки, которая облачилась в платье в пол, вообще на подоле какие-то странные пятна явно не дизайнерского происхождения. В общем, это я замечала не для того, чтобы кого-то ткнуть неидельностью образа, а, скорее, чтобы самой перестать волноваться из-за того, что, возможно, на голове какой-нибудь волосок лежит не так, как ему положено.

Мы уже через пять минут оказались в банкетном зале, а ещё через две минуты на сцену вышел мужчина… не самого, как по мне, презентабельного вида. Он был очень худым и высоким, из-за чего на нём костюм смотрелся, как на пугале огородном. Ко всему прочему, он, видимо, отчаянно пытался скрыть свою лысину, зачёсывая на бок редкие волосинки. Зрелище, мягко говоря, не очень.

И, подойдя к микрофону, мужчина начал вещать своим высоким голосом:

— Мы все рады приветствовать вас здесь, — он, вроде бы, говорил достаточно, уверенно, но мне показалось, что он едва ли от страха не дрожит. — На мероприятие, посвящённом юбилею нашей замечательной фирмы. Я не буду долго разглагольствовать, скажу лишь, что каждый из присутствующих сыграл немалую роль в развитии предприятия. И, конечно же, самую значимую помощь нам оказывает всем здесь знакомый Миллер Владислав Егорович!

Все зааплодировали, повернулись в нашу сторону. Я натянула свою дежурную пластмассовую улыбочку, а Влад вдруг отстранился от меня и пошёл в сторону сцены. Взойдя на неё, он отстранил стрёмно оратора от микрофона и сказал:

— Спасибо за внимание к моей персоне и за приглашение, — он усмехнулся едва заметно, не думаю, даже, что кто-то кроме меня заметил это. — Я рад быть причастным к "Юноне", рад быть среди тех, кто изо дня в день создаёт величие этой компании. И, так же, хотел бы восхититься упорством и трудолюбием Константина Эдуардовича, который сегодня нас всех тут и собрал. Браво!

Он, вроде бы как, говорил серьёзно, но мне в каждом его слове мерещился сарказм.

Хлопая в ладоши вместе со всеми, Влад сошёл со сцены и вновь оказался стоящим почти вплотную ко мне.

После этого ещё парочка человек произносили свои речи, которые, к счастью, не были длинными. А, когда не очень и торжественная торжественная часть была окончена, официанты наполнили помещения, к каждому столу поднося закуски.

В начале я очень волновалась, но сейчас смотрела на окружающих меня людей и думала о том, что они ничем даже внешне не отличаются от привычного мне окружения. Наверное, на фоне их попыток казаться элегантными, всякие недостатки казались ещё более заметными, чем на простой повседневной одежде.

Но, всё-таки, из равновесия вывести меня попытались, как же без этого. Любое общество без этого не общество вовсе, а тут, кроме меня, видимо, все друг другу были знакомы. Почуяли, стервятники, свежую кровь и налетели.

Влад оставил меня буквально за пару секунд до того, как две женщины непонятного возраста с фальшивыми улыбками на губах подошли ко мне. Они рассматривали меня так, будто бы в любой момент были готовы предать огню. С чего такие пылкие чувства, интересно?

— Добрый вечер, — пропела одна из них. — Вы ведь спутница Владислава Егоровича, не так ли?

Я отвечать сразу же не спешила. Взяла у мимо проходящего с подносом официанта бокал шампанского, сделала небольшой глоток, а потом лениво так ответила:

— Невеста.

Бокал я брала с одной единственной целью: продемонстрировать кольцо. И этот небольшой трюк не остался незамеченным, дамочки, вроде как, стали вести себя поскромнее, но моё предположение быстро доказало свою ошибочность.

— Просто каждый раз с Владиславом разные девушки… И с каждым разом всё моложе, — на этот раз говорила вторая.

Я внешне сохраняла спокойствие, однако, внутренне негодовала. Какого хрена они до меня докопались? Пиявки.

Я всем видом демонстрировала, что не настроена на светскую беседу, но женщины игнорировали мои невербальные намёки.

— Кстати, простите нас, мы не представились: я — Рощина Эльвира Аркадьевна, рада знакомству.

— А я Пяткова Алевтина Гавриловна.

Я едва не рассмеялась: мне их имена показали забавными и, в каком-то смысле, нелепыми.

— Дана Евгеньевна, — фамилию свою я им оглашать не стала.

Разговор зашёл, к моему счастью, в тупик: дамочки не знали, что ещё сказать. Я в это время выпила уже свой бокал шампанского и взглядом искала официанта, чтобы взять ещё один. Но планам моим не суждено было сбыться: совершенно незаметно ко мне со спины подошёл Влад и прижал к себе.

Мне даже оборачиваться не надо было, чтобы понять, что это он. У меня на секунду сердце застыло и перехватило дыхание. Хотелось, чтобы вдруг мы оказались одни во всём этом зале, а время застыло. Прикосновения мужчины были такими приятными, что я едва не плавились от них.

— Здравствуйте, Владислав, — какая-то из тёток посмела прервать мгновения нашей идиллии, и я едва не зарычала со злости: свалили бы потихоньку и все бы остались довольны, но, нет, надо было вклиниться!..

Но, к моему счастью, мужчина не стал от меня отстраняться. Он лишь негромко проговорил:

— Думаю, мы с Даной покинем вас, дамы, — мне, возможно, показалось, но он даже на них не посмотрел.

В следующий момент я едва сдержала вскрик. Влад подхватил меня на руки без особых усилий, попрощался со всеми и уверенно отправился в сторону выхода. В холле, незаметно для меня он взял нашу верхнюю одежду, одной рукой придерживая меня, накинул на себя пальто и сказал:

— Кажется, кто-то обещал мне мороженное и простуду.

Я смотрела на него огромными удивлёнными глазами, не понимая, что вообще произошло.

— Я же… пошутила, — наконец получилось у меня проговорить.

Влад скорчил грустную рожицу маленького ребенка, что в сочетании с его образом смотрелось очень и очень комично, я не смогла сдержать смешок.

— Ну, думаю, съесть мороженое в Макдональдсе мы вполне можем. Да и на улице, вроде бы, не так уж и холодно…

Лицо мужчины после моих слов стало куда серьёзнее.

— Дана, только не думай, — мне нравилось, что он не обращается ко мне на "вы"… К сожалению, уже завтра мы будем друг для друга лишь начальником и подчинённой, но сегодня я могла себе представлять, что нас связывает нечто большее. — Ты только не думай, что обязана сейчас подчиняться моим глупым порывам…

Я не дала ему договорить:

— Я подчиняюсь только своим глупым порывам, — у меня на губах появилась усмешка, правда, была она скорее шальной, чем просто весёлой. — Мне нравится карамельное мороженое, а тебе?

Влад сразу же растерял свой запал, шутливо мне поклонившись:

— Пойдёмте, леди, вас ждёт ваше мороженое с карамелью, а меня простой пломбир.

И всё так красиво начиналось… Однако, было одно "но". Мы города не знали и заблудились. Зайдя в Яндекс. Карты, я никак не могла определиться в какую сторону мы смотрим. Наконец, с горем пополам мы нашли ближайший Макдональдс, правда, топать ножками до него пришлось полтора километра.

Всё время в пути мы молчали, лишь изредка перекидываясь ничего не значащими фразами. И, в какой-то момент, я начала рассказывать о себе, о своей жизни, о сегодняшнем и вчерашнем дне… в итоге, я подскользнулась, не заметив коварный тонкий слой льда, которым был покрыт асфальт. Я приготовилась уже своим шикарным нарядом облагодетельствовать Уральскую землю, однако и меня, и землю эту спас Владислав, который буквально за мгновение оказался совсем рядом со мной и помог удержать равновесие.

— Воу, — это тихое восклицание было единственным, что я вообще смогла выдать, оказавшись в непосредственной близости от мужчины. Встав ровно на ноги, я попыталась чуть отстраниться от него, скинув руку со своей талии, но у меня, конечно же, ничего не вышло. Мы так и стояли рядом, а я не осмеливалась поднять голову, чтобы рассмотреть на Влада. Но осмелился он: пальцами свободной руки приподнял мой подбородок и, не дав мне опомниться, впился в мои губы поцелуем.

Первым моим порывом было попытаться его оттолкнуть, потому что я понимала, что происходящее сейчас — это ошибка, о которой он потом будет сожалеть… Но с каждой секундой его губы всё настойчивее смиради мои, рука с подбородка сместилась на затылок, а вторая сжимала мою талию почти до боли.

И я сдалась. Приоткрыла рот и сама несмело ответила на поцелуй. Этого хватило мужчине, чтобы как-то странно рыкнуть и прислонить меня к стене дома, находящегося в паре шагов от нас, своим телом. Я потеряла счёт времени, сама уже подняла руки и пальцами зарылась в его коротких непослушных волосах, с силой их сжимая.

Но вечно всё это продолжаться, к сожалению, не могло.

Мужчина прервал поцелуй и посмотрел мне в глаза. Он не говорил не слова, но сейчас это было и не нужно. Я не хотела слышать никаких оправданий и прочего, мне хотелось, чтобы он просто стоял рядом.

Но, когда он заговорил, я услышала совсем не то, чего ожидала.

— Хочу отмотать время назад и повторить, — произнёс он это хрипловатым голосом, от которого у меня резко подкосились колени. К счастью, он всё ещё прижимал меня к себе так крепко, что я даже не накренилась, а буквально повисла между ним и стеной.

— Я бы тоже не отказалась… — получилось пробормотать у меня. Голос оказался каким-то задушенным, слова произносились с трудом, но всё это отошло на последний план, когда Влад мягко усмехнулся и вновь наклонился к моим губам, мягко их касаясь. На этот раз я не раздумывала и сразу же ответила на поцелуй, но он был не таким жарким и жёстким, как прошлый, а неторопливым и нежным. И мне опять очень понравилось…

Мимо нас проходили люди, кто-то, кажется, даже что-то крикнул, но мы не обратили совершенно никакого внимания на это. Нам было плевать на всё, кроме друг друга.

Не знаю, сколько именно минут, часов, дней или лет мы так простояли, но всё-таки уральский климат взял своё, и я замёрзла, о чём и поспешила сообщить Владу, отстранившись от его губ.

— Пойдём, — грустно вздохнул он. — Макдональдс никто не отменял.

Я усмехнулась, съёжилась от холода и попыталась плотнее укутаться во всю имеющуюся у меня одежду. Чёрт, как тут люди вообще живут? Бывает ведь и куда холоднее…

— Пойдём, — грустно вздохнул он. — Макдональдс никто не отменял.

К моему превеликому счастью мы дошли достаточно быстро, буквально, наверное, за пару минут. Всё это время я держалась за ладонь Влада. Она была горячей и моя рука без перчатки не мёрзла… Ну, это я себе так всё объясняла. На деле же мне вообще хотелось встать на месте, обнять его и никогда в жизни больше не отпускать.

В помещение почти никого не оказалось. В дальнем углу сидели две девчонки, да в другом конце зала жадно поедал бургер выходец то ли из Узбекистана, то ли из Таджикистана. Впрочем, такое малое количество посетителей было вполне себе объяснимо: уже достаточно поздно, а сегодня не пятница и не выходной.

Влад в подобном заведение был очень и очень давно, но не показывал своей растерянности. Брезгливости на его лице тоже не было, но, вспомнив его рассказ про свою молодость, я поняла, что снобизма в нём точно нет, даже в малых количествах.

— Здравствуйте, что будете заказывать? — измученно улыбнулась нам девушка на кассе. Видимо, студентка на подработке, бедолага.

Я решила не смущаться и сразу же затараторила:

— Капучино Лесной Орех, Макфлурри фисташковое и картофель по-деревенски.

— Вообще-то, я думал, что ты шутишь, когда ты говорила про простуду…

Я рассмеялась:

— Вот простыну, будешь обязан дать мне больничный, отдохну от тебя хотя бы… — я наигранно вздохнула, смахнув прядь, упавшую на лицо.

— Ну-ну, уставшая, — усмехнулся Влад, а потом уже обратился к ожидающей нас девушке: — Мне двадцать штук куриных крылышек и колу.

Теперь пришла моя очередь удивляться:

— А тебе много не будет? — я представила, что бы случилось со мной, попробуй я столько съесть, и вздрогнула.

— Мне ещё мало будет, — вполне серьёзно заявил он. — Мне нужно кормить внутреннего зверя.

Я просто вздохнула и ничего говорить не стала. В конце концов, все мужчины много едят… Папа вполне может уничтожить половину пирога за один присест, в то время как меня хватает максимум на пару кусочков.

— Ожидайте, всё будет готово через десять минут, — проговорила девушка, а мы пошли занимать столик.

Я хотела сесть напротив мужчины, но, раз посетителей было мало, мы заняли место с диванчиками, и мой босс резко дёрнул меня на себя, заставляя приземлиться рядом с ним. Без верхней одежды его близость ощущалась куда острее, и я едва не задохнулась, когда он губами коснулся моей щеки.

Я представила, каково же будет ощущать его, когда он будет рядом совсем без одежды… И я тоже. По телу прошла лёгкая дрожь, и я попыталась отогнать прочь свои порочные мысли. Мы поцеловались впервые меньше часа назад, а я уже думаю о сексе! Понимаю, конечно, что я слишком долго запрещала себе об этом думать, но, всё-таки, это не повод прямо сейчас набрасываться на Влада, словно кошка.

— О чём ты только что подумала? — с полуулыбкой на губах спросил меня предмет моих пошлых мечтаний. Я вопросительно на него глянула. — У тебя щёки покраснели, — объяснил он.

И покраснели, видимо, сильно, раз даже через слой макияжа это заметно. Я решила не юлить, и честно ответила:

— О тебе.

Мой ответ, судя по всему, Владу пришёлся по душе:

— Да? И какие у тебя такие обо мне мысли, что ты краснеешь.

А вот теперь я решила ответить немного иное… Всё же, не думаю, что мужчина сможет мне отказать, ели я ему прямо скажу, что хочу его. Я и сама-то себе отказать не хочу, а страстный секс с боссом в командировке — это последнее, в чём я нуждаюсь сейчас. Не сомневаюсь, мне понравится, но потом… потом будут последствия.

— Я думала о том, что всё как-то странно получилось… И быстро.

Мой ответ сразу же убил всё игривое настроение у Влада. Он стал серьёзным, посмотрел на меня так, будто бы собирался в чём-то признаться, но потом вдруг отвёл ненадолго взгляд.

— Я так понимаю, тебя беспокоит серьёзность моих намерений?

— Достаточно громко сказано, но, да… Что мне думать? Ты развлекаешься, или я и правда тебе нравлюсь?

Ответом мне послужила горькая усмешка Влада. Почему его это так встревожило?

— Не хочу, чтобы ты думала, будто бы я стал крутить с собственной секретаршей ради того, чтобы развлечься. Между прочим, я уволил немало девочек, которые на это намекали… Мои намерения будут настолько серьёзны, насколько тебе того захочется. И прошу, не снимай кольцо с пальца: пусть оно будет для тебя напоминанием о моих словах.

После того, как он всё это сказал, я впала в какой-то неясный ступор, а очнулась лишь тогда, когда на столе уже стоял поднос с нашим заказом.

Влад уже не выглядел таким напряжённым, хотя прошло, кажется, не больше пары минут. Он умудрялся аккуратно поедать крылышки и при этом ещё успевал насмешливо поглядывать в мою сторону.

— Чего не ешь? Мороженное растает ведь.

Я взяла стаканчик и ложечку и как-то на автомате стала поедать десерт, всё ещё думая о том, что же он сказал. А когда стаканчик стал наполовину пуст, я решила вообще не думать и стала наслаждаться вкусом мороженого. Это оказалось куда приятнее, чем заморачиваться.

Не то чтобы я думала, будто бы задумываться о своих действиях мне не нужно… Но я решила, что не буду ставить под сомнения слова Влада. В конце концов, мне он нравится, и даже больше, я ему тоже. У меня даже кольцо на пальце есть, а это кое-что да значит и не только для меня, а для него тоже. Если буду постоянно искать подвох, то вряд ли с кем-либо когда-нибудь смогу построить отношения.

За то время, что я поедала свою сладкую радость, Влад успел расправиться с крылышками (и куда только влезло?!) и теперь лениво потягивал колу из стакана, игнорируя трубочку.

Я посмотрела на картошку и поняла вдруг, что совсем её не хочу. И кофе не хочу тоже.

— Будешь? — спросила я Влада, а он ухмыльнулся и покачал отрицательно головой.

— Тут есть кое-что куда вкуснее картошки, — он отодвинул от себя свой стакан и неуловимым движением притянул меня ближе к себе, целуя.

Сначала я подумала о том, что, вообще-то, на нас люди смотрят, но постепенно поцелуй углублялся, мысли начали путаться, и зарываясь пальцами в волосы Влада, я подумала: «Пусть смотрят. И завидуют».

Оторвавшись друг от друга, мы решили, что пора уже отправляться в отель, потому что эротическое представление на радость окружающим, всё-таки, устраивать не хотелось.

Я думала, что мы продолжим прогулку, но, пока я одевалась, Влад вызвал такси, видимо, номер загуглив.

Я молчала, он тоже, а потом приехала машина. Мы оба нырнули на заднее сидение, промолчав всю дорогу до отеля, а потом молчали до тех пор, пока не остались одни в лифте.

И тут терпению Влада, да и моему тоже, пришёл конец. Мы прижались друг к другу, сразу же слившись в поцелуе. Он был каким-то болезненным: удовольствия от него было настолько много, что становилось не по себе.

Когда лифт остановился, нам пришлось оторваться друг от друга, но, выйдя из него и, кое-как добравшись до коридора, который вёл к моей комнате, мы снова поцеловались. Я, кажется, сходила с ума, а руки Влада проворно расстёгивали моё пальто, чтобы потом нырнуть под него и касаться моего тела через платье.

Я возбуждалась с каждым мгновением всё больше, мне казалось, что я вот-вот взорвусь. Я понимала, что надо остановиться, но глупое тело мне этого уже не позволило бы ни за что на свете.

Спас меня звонок телефона.

— Надо ответить, — пробормотала я, оторвавшись от мужчины. Он явно был разочарован, но послушно отодвинулся. — Алло? — приняла я вызов с незнакомого номера. — Кто это?

— Здравствуйте, вам звонят из приёмной скорой помощи… — я напряглась. — Истомин Евгений Сергеевич вам знаком?