Глава 12. Это что еще такое?
Я стою в преисподней? Это мой персональный ад?
То, что я вижу совсем не ассоциируется с учебным классом. Это, скорее, поле битвы после жестокого сражения, а не лаборатория по зельеварению.
Здесь всё не так, как показывают у нас в кинолентах. Вместо блестящих медных котлов, бурлящих зельями, лежат разбитые осколки, облитые тёмно-зелёной жидкостью, пахнущей горелым сахаром и гниющими травами.
Стены, видимо когда-то украшенные какими-то пометками, сейчас покрыты чёрными сажевыми подтеками. На полу лежат остатки рассыпанных ингредиентов: сухие лепестки роз, лохматые корни какого-то неизвестного мне растения, блестящие змеиные чешуйки.
Или не змеиные?
И всё это «добро» вперемешку с осколками стекла и разбитых колб валяется на полу.
В центре лаборатории стоит огромный котёл, который опасно перекошен. Из него струится густой дым, пахнущий жженой серой и гарью.
Глаза начинают слезиться, а горло разрывает от сухого давящего кашля.
Теперь понятно, для чего мне надушенный платок. Девчонки ещё берегли мои нервы, не рассказав, что значит «уборка в лаборатории после урока зельеварения».
В целом всё выглядело так, будто здесь произошла не просто неудачная попытка приготовить зелье, а настоящий магический катаклизм, закончившийся полным разгромом.
И это всё мне нужно убрать! Ну декан Рэймар, вот же г…
Ладно, будем считать один — один. Хотя это несправедливо, что за выходки Амалии отдуваюсь я. Но кому я могу пожаловаться?!
Чувствую: если ещё проторчу здесь хоть минуту, то придётся уже меня отсюда выносить. И не факт, что живой.
Поэтому, пробираясь сквозь этот погром, я подхожу к крохотным окнам и распахиваю их. Пусть хоть немного этот смрад выветрится.
Жадно глотая свежий воздух, я осматриваю предстоящий участок работы. Ох, мне бы хоть до утра с этим справиться.
Немного придя в себя, принимаюсь за работу. Начинаю подбирать осколки стекла и слышу звук. Хлюп!
Прекрасно! Я топчусь на какой-то слизи!
Убрав пол, очищаю парты от пятен и какой-то слизи.
Брр!
Подхожу к преподавательскому столу и собираю вырванные страницы из книги «Свойства магических растений». Тянусь за последним листом, который валяется под партой, как внезапно застываю, не разгибаясь.
Это же…
— «Сердце Тьмы», — читаю я.
С затаившимся дыханием рассматриваю цветок тёмно-фиолетового цвета. Листья широкие, бархатистые, с небольшими чёрными жилками, словно каменные вкрапления.
А дальше описание: «Сердце Тьмы растёт в виде высокого куста с тонким стеблем и гроздью тёмных бархатистых цветов, похожих на раскрытые пасти чудовищных зверей.
Он опасен не только для физического здоровья, но и для души. Его сок можно использовать в магических ритуалах тёмных сил. Но чаще всего его используют для любовного приворота.
По легендам, рецепт приворота был передан аморинами ещё много веков назад и имел превосходный результат. Но неумелое использование или недостаточный магический резерв могли стоить жизни тому, кто отважился его применить. Потому рецепт считается запретным».
Лист выпадает из моих дрожащих пальцев. Прикрыв рот, чтобы не вскрикнуть от охватившего меня ужаса, я едва слышно произношу.
— Что же ты натворила, Амалия?
Я помню каждую строчку, что написана на том клочке бумаги, который нашла в библиотеке. И пыльца из Сердца Тьмы была самым важным ингредиентом.
Зачем Амалия это сделала?
Внезапно в коридоре раздаётся какой-то шум. Отмерев, я кладу последний лист в книгу и ставлю её на полку.
Не хватает ещё быть пойманной с поличным за чтением информации о таком опасном растении. Отныне мне нужно быть предельно осторожной. Я не знаю, кто друг, а кто враг. И любое моё неосторожное действие или слово может обернуться против меня.
Осмотрев лабораторию и убедившись в кристальной чистоте, я покидаю помещение.
В коридоре никого. Тогда откуда шум? Может, у меня галлюцинации? Неудивительно, в такой-то момент. Как говорят, у страха глаза велики.
Закрыв плотно дверь, я иду по пустынному коридору. Жутковато и впору бы испугаться, особенно если учитывать нападение незнакомца, но я настолько устала, что даже бояться нет сил. Быстрее бы в душ и в постель.
Ещё и плечо, как назло, начинает жечь. Испачкалась чем-то опасным, пока убиралась? Вроде бы нет. Вот дойду до комнаты и гляну.
Оказавшись в общежитии, я тихо прохожу в нашу комнату. Внутри девчонок не оказывается. Это даже к лучшему. Сразу прохожу ванную и, встав напротив зеркала, я расстёгиваю пуговицы на рубашке, готовая обнаружить царапину, ожог, да всё что угодно, но никак не…
Это что такое?
Ошарашенно смотрю на своё плечо, где «красуется» какая-то чёрная клякса. Но, присмотревшись повнимательнее, я понимаю, что это что-то вроде татуировки. Небольшой дракон, которого ещё прошлой ночью на моём теле не было.
— Откуда это появилось? — шепчу я.
Душу сжимают липкие щупальцы страха. Что, если я по-неосторожности какое-то проклятие подхватила? Это вполне возможно, если учесть, что я оказалась в волшебном мире.
Перебирая все возможные и невозможные варианты, я вспоминаю, что, когда в комнате «Теней» я бежала от декана Рэймара, мне в спину что-то прилетело. Это дело лап дракона?
Может, какая-нибудь следящая метка? А, что? Вдруг тут и такое водится! Но тогда декан знает, что целовала его я. Ой-ой! Можно, я умру на месте?
Стоп. Отставить панику! Если бы это было так, почему он ничего мне не высказал в своём кабинете? Что это за игры?
А что, если дракон знает, что Амалия — это не Амалия?
Мамочки. Во что я влипла?
— Ты думаешь о том же, о чём и я?
Я вдруг слышу голоса в комнате. Девочки вернулись? Вроде говорит Севиль.
В спешке застёгиваю рубашку. Не хватает ещё, чтобы они видели эту метку. Для начала надо попробовать самой во всём разобраться.
— Ага, но пока будем просто наблюдать. Нельзя рубить сгоряча, — отвечает блондинке Линда.
О чём это они?
Наспех ополаскиваю лицо и привожу себя в более-менее приличный вид. Я выхожу из ванной и замечаю слегка удивлённый вид у обеих. Да что такое?
— Что-то не так? — нервно спрашиваю я.
Они же магички. Может, чувствуют эту метку? Может, это и правда проклятие? Тогда у меня большие неприятности. Хотя, что может быть хуже, чем непонятная миссия, порученная ректором, и попаданство?
— Да нет. Просто мы не думали, что ты тут. Ты как-то быстро справилась, — отвечает Линда. — Всё ведь хорошо?
А смотрят так, будто у меня рога на голове торчат.
— Я хотела быстрее сбежать из этой преисподней, поэтому убиралась как не в себя, — спокойно говорю я.
— Откуда? — округляет глаза Севиль.
Вот же дурёха! Это надо же такое ляпнуть. Наверняка здесь нет рая и ада. Что я несу? Нужно срочно разобраться в устройстве этого мира. Не хватает ещё проколоться на чём-то земном.
— Эта лаборатория — просто ужасное место. Мало того, что я выдраила все котелки, так ещё на слизи топталась. Это было на грани! — Я со всей скорбью мира опускаюсь на свою кровать и печально прикрываю глаза.
Может, они пропустят мимо ушей мою оговорку?
— Вот да. Уборка лабораторий — это особый вид наказаний, — соглашается Линда. — Мне одного раза хватило.
— Да, денёк был тот ещё.
Я слышу голос Севиль.
— Поэтому завтра самое время поднять себе настроение и отправиться на ярмарку.
Ярмарка? Звучит, конечно, заманчиво, но я понятия не имею, есть ли у меня деньги. Да и оглядываться буду по сторонам, как пришелец, и это меня выдаст с головой.
Амалия хоть и не помнит ничего, но не может ронять челюсть то тут, то там от удивления.
— Боюсь, я не смогу пойти. — Я не скрываю грусти в своём голосе. — Мне сейчас не до развлечений. По учёбе я отстаю, память всё не возвращается. Да и надо понять, какое заклинание я применила в кабинете декана. Так что выходной я намерена провести в библиотеке.
Надеюсь, моя отмазка выглядит убедительной. Я и так чувствую, что девчонки относятся ко мне с подозрением.
— Ну, как хочешь. Мы принесём тебе вкусненького, — улыбается мне Севиль.
Остаток вечера проходит спокойно. Поев в столовой, мы возвращаемся к себе. Сил у меня ни на что не остаётся. Поэтому я отправляюсь в кровать и сразу же отключаюсь.
Просыпаюсь от какого-то шебуршения и перешёптываний.
— Да быстрее одевайся, — подгоняет Линда блондинку.
— Я уже всё, — отвечает Севиль. — Пойдём, пока Лию не разбудили.
Я не подаю вида, что уже не сплю. Хочу избежать разговора с девчонками. Вдруг они ещё раз будут звать меня на ярмарку, а я не смогу найти убедительную отговорку?
Едва девочки выходят, я сразу же поднимаюсь с постели. Подхожу к зеркалу и ещё раз смотрю на метку. На месте, только цвет уже другой. Если ещё вчера дракон был угольно-чёрный, то сейчас его чешуйки отдают синевой.
Ох… Что же это значит?
Непослушными от волнения пальцами я натягиваю на себя одежду. Затем направляюсь в библиотеку. Надеюсь, она открыта.
Дорогу я хорошо помню. И чем ближе становится обитель знаний, тем сильнее меня охватывает страх. Что, если мадам Пумпум меня вспомнит? Она же меня уничтожит!
Времени на раздумья и сомнения я себе не даю. И, как только приближаюсь к тяжёлой двери, распахиваю её. Замираю, когда меня припечатывает к полу тяжёлый взгляд библиотекарши.
Вместо того чтобы трусливо поджать хвост и броситься прочь, я смело поднимаю голову и натягиваю на лицо дружелюбную улыбку, иду к столу мадам Пумпум.
При свете дня она выглядит ещё более устрашающе. И это что? Усики?
Мамочки…
Кажется, я прервала трапезу этой милой женщины. Свидетельство тому — рот, перепачканный сахарной пудрой. В усах даже крошки выглядывают.
— Чего тебе? — злобно бросает библиотекарша.
Вот это гостеприимство! А я то думала, что страшнее женщины, что в охране нашего детдома работала, никого и не сыщется.
— Доброе утро! — бодро произношу я. Челюсть уже сводит от улыбки. — Я бы хотела взять книги.
— И?
Как же сложно.
Но как мне правильно сформулировать свой запрос? Не скажу же я, что мне нужны книги для изучения этого мира?
— Книги по всеобщей истории, — говорю я.
— Нижняя полка на втором стеллаже в третьем ряду, — гаркает мадам Пумпум.
Ну и на том спасибо. Кивнув, я иду в указанном направлении. Беру несколько заинтересовавших меня книг. Пролистав парочку из них, немного обогатив багаж знаний, но не найдя искомого, решаюсь сделать ещё один запрос.
— Скажите, можно ещё несколько книг на другую тему? — спрашиваю я, выходя из-за стеллажа.
Видя, как библиотекарша за раз заглатывает немаленький пончик, я едва не икаю. А так можно было?
— Фто есё? — Мадам Пумпум, жуя, бросает на меня ненавистный взгляд.
Ох.
— Мне нужна книга о проклятиях, оставляющих метки, — прошу я.
У библиотекарши разом дёргаются два глаза, затем, медленно поднявшись, она нависает надо мной.
— Ты...