Глава 17. Миссия

– Обязательно было её так усыплять? – сквозь шум в ушах доносится до меня незнакомый женский голос. – Она ведь не чистокровка. Отходить будет долго.

– Всё вышло спонтанно, – отвечает мужчина.

Почему так гудит голова? И во рту сухо, как в пустыне. Мерзкие ощущения. И кто эти люди, чьи голоса я слышу?

Так! Стоп!

Мужской с хрипотцой голос я узнаю. Помню, выпила лимонад в таверне, а дальше…

Я будто под гипнозом ушла на улицу и провалилась… в дыру!

Резко распахнув глаза, я зажмуриваюсь от яркого света.

– А нет, пришла в себя она довольно быстро для полукровки, – с усмешкой произносит мужчина.

Щурясь, чтобы привыкнуть к яркому свету, я осторожно осматриваю место, где оказалась. Это небольшая комната со скудно обставленной мебелью.

Лежу я на твёрдой тахте, а рядом стоят немолодая пара. Мужчина высокого роста, с густой бородой цепко смотрит на меня. Рядом находится кареглазая женщина, похожая на жердь.

Куда я попала и что этой парочке от меня нужно?

– Кто вы? – Я стараюсь не подавать виду, что мне до дрожи страшно.

В этом мире слабость – это порок.

– Я же говорила, что ты переборщил с порошком! У неё помутнение разума, – недовольно шипит женщина. – Видишь, нас даже не помнит.

Хм. Значит, настоящая Амалия была знакома с этой парой? И если да, то как мне реагировать на происходящее?

– Здравствуйте, что я здесь делаю? – Я поднимаюсь на ноги.

Перед моими глазами пляшут мошки, а голова немного кружится.

– Деточка, ты совсем нас не узнала. – Женщина наигранно всхлипывает. – Это же мы, твои дядя и тётя.

Родственники? И почему я раньше о них ничего не слышала? А ведь и правда я ничего не знаю о родне Амалии. Где её родители? Ведь должна же быть семья.

– Интересно вы приглашаете в гости, – отвечаю я.

– Прости. – Женщина промакивает несуществующую слезу платком. – После гибели твоих родителей…

Что? Родителей Амалии нет в живых? Плохо, очень плохо. Значит, за меня некому заступиться. А эти родственнички доверия точно не внушают.

– Перестань, Грейс, – кричит мужчина так, что я едва не икаю от испуга. – Время уговоров давно прошло. Мне надоело возиться с этой девчонкой.

Ох, а выдержка у «дядюшки» так себе. И притащили они меня не ради того, чтобы справиться о моём здоровье. Что им нужно?

«Вот что бывает, когда уклоняешься от миссии».

А ведь именно эти слова я слышала, перед тем как отключиться.

Значит, эти двое связаны с миссией Амалии? Но я понятия не имею, что должна делать. Знаю только, что это как-то связано с деканом Рэймаром.

– Но ведь можно договориться, Альберт, – пытается возразить женщина.

Вот только я вижу страх, появившийся в её глазах.

– Замолчи! – Мужчина сжимает руки в кулаки. – А теперь ты!

Встречаюсь взглядом с Альбертом, и кожа покрывается мурашками, а внутренности сжимают липкие щупальца страха. Это не шутка. Я действительно нахожусь в опасности. Я чувствую это каждой клеточкой кожи.

– Я что-то сделала не так? – спрашиваю я, стараясь сохранить маску спокойствия на лице.

– Не так? Ты всё делаешь не так! Давным-давно должна была охмурить Дэмира Рэймара, а ты ходишь вокруг да около! – Незнакомец брызжет слюной.

Я вижу, как его буквально трясёт от злости. Одно неверное слово, и я точно получу по голове.

– Всё не так просто, как кажется на первый взгляд, – говорю я, молясь, чтобы они поверили мне. – Но я стараюсь…

– Ты издеваешься? Стараешься? Да он бегает от тебя, как от прокаженной, а должен, наоборот, тащить в свою постель и в храм!

А вот попробовал бы сам затащить в храм декана. А то свалили всё на бедную Амалию и ждут, пока она всё сделает. Знать бы, в чём заключается это «всё». И зачем?

– Ты никчёмная, как и твои родители! Для чего тебе кровь аморинов, если ты не можешь соблазнить одного мужика? Такая глупая, что не додумалась его поцеловать?

Ещё немного, и глаза Альберта вылетят из глазниц. Настолько он взбешен.

Но подождите!

Аморины? Где-то я уже слышала о них. Крутится в голове…

Точно! Они способны влюблять в себе с одного поцелуя. И в жилах Амалии Арто течёт кровь этих существ? Но… Я ведь поцеловала декана. Пусть это была не настоящая Амалия, но тело-то её. Кровь ведь её.

Так почему декан Реймар не пал у моих ног? Что с ним не так? Возможно, чары аморинов на драконов не действуют? Но тогда бы эти двое знали об этом. Возможно, дело в самом декане.

– У меня не было возможности его поцеловать, – смущённо отвечаю я и опускаю взгляд.

Не хватает ещё, чтобы Альберт прочёл в моих глазах ложь. Мамочки, как же из всего этого выпутаться?

– Не было возможности?! Издеваешься? Или забыла, кто ты такая?! Ты дочь предателей, которую нужно было попросту убить! Но мы тебя пожалели, приняли тебя! Дали шанс отомстить твоему кровному врагу, спасти наш клан и вернуть справедливость! Так что ты творишь, Амалия? Тянешь время, хочешь, чтобы Рэймар раскрыл тебя и нас? Хочешь крови? Он не пощадит! – Альберт нависает надо мной. – Послушай меня, девочка, шутки кончились! Если ты в течение месяца не станешь госпожой Рэймар и не доберёшься до кристалла, то сначала я вырву сердце твоему дядюшке-ректору, а затем сверну твою шею! Ты всё поняла?!

Внезапно в руках мужчины появляется чёрный туман, который тянется ко мне. Сердце колотится так, словно вот-вот пробьёт грудную клетку. В панике я заползаю с ногами на тахту, но это не спасает меня от удушающего тумана.

Он обволакивает меня полностью, сжимая все внутренности. Дышать совсем нечем, а разум плавится. Лавина дикого ужаса накрывает с головой.

– Альберт, достаточно!

Я слышу испуганный голос Грейс.

Туман резко исчезает. Я без сил валюсь на тахту.

– Запомни, что с тобой будет, если не выполнишь миссию! – угрожает мне мужчина.

В следующий миг рядом со мной разрастается чёрная дыра. Альберт берёт меня за шиворот и толкает в неё. Спустя мгновение я больно ударяюсь обо что-то твёрдое.

Кажется, я опять в городе. Сил подняться совсем нет.

– Амалия? – звучит голос, от которого все внутренности вдруг сжимаются.

Поднимаюсь на локтях, отлепляясь от рыжего дощатого пола, пахнущего перебродившим виноградом, а взгляд ползёт по чёрным строгим брюкам с идеально выглаженными стрелками, затем по плотной ткани белоснежной рубашки и останавливается на удивлённом лице декана Рэймара.

Откуда он здесь?

Тут же судорожно оглядываюсь, чтобы понять, где я нахожусь. В академию меня ведь не могли переместить. Там всевозможные блокирующие печати, самое безопасное место после королевского дворца в этом государстве, как местные говорят.

Светлыми коридорами с высокими потолками тут и не пахнет. Мрачный закуток, откуда виднеется вход в зал со столами с белыми скатертями, и ещё один, заполненный дымом и пугающим мужским хохотом.

Оттуда доносится точно такой же неприятный запах, пропитавший крашеный дощатый пол, на котором я сейчас и сижу прямо у ног декана. Таверна.

— Вам плохо? — раздаётся вновь низкий голос Рэймара.

И хоть звучит он сталью, но всё же в нём проносятся нотки волнения.

Отвлекаюсь от своей «экскурсии» и перевожу взгляд на пугающего дракона, только вот он тут не один. Слева от него, прямо у таблички, обозначающей мужской туалет, стоят двое молоденьких щуплых пареньков с виноватым видом.

— Я в порядке… — только и хочу сказать я.

К горлу подкатывает тошнота. Это после портала так всё внутри скрутило?

— Надеюсь, это усталость от учёбы, а не результат того, что вы могли употреблять в таком месте! — строго отчитывает декан.

Затем его глаза, в которые приходилось смотреть, задрав до невозможности голову, оказываются почти напротив моего лица. Ну, на голову выше, вообще-то, но уже смотреть куда проще, потому что декан за долю секунду ставит меня на ноги, как куклу.

Плечи горят от его прикосновений, мозг плавится, как зефир в жару.

Боги, какой же этот злой мужчина всё-таки красивый… Стоп… о чём это я? Почему мои мысли не слушаются и становятся вязкими как смола?

Хочу освободиться, но ноги будто ватные. Лучше не буду пока рисковать, а то вон в сторону ведёт, словно после наркоза.

— А вы не перестаёте удивлять! Ладно мальчишки убегают в таверну. Что с них взять? Но вы… Будете объясняться с ректором, как придёте в себя!

«С ректором? Это, наверное, хорошо… Мне к нему и надо», — тянутся мысли в моей голове, вместо того чтобы испугаться.

— Не знаете, что бывает за нарушение Устава и посещение подобных мест? — продолжает декан.

Не знаю, а вот мои девочки, застывшие за его спиной и на повороте к уборным, кажется, знают, потому и пугаются до ужаса, цепенея на месте.

Вижу, что хотят подойти, но боятся.

«Не надо», — одним лишь взглядом говорю я им.

Раз уж поймали меня, то отдуваться буду сама. Они и так много для меня сделали. А таверна… Ну, кто же знал, что нас поймают. Или это не мои мысли, а бред, навеянный той жидкостью, которой меня опоил «дядя»?

Не знаю, но мне дурно…

Силюсь, чтобы покачать головой и дать девчонкам ясный сигнал не подходить. Я справлюсь.

— Понятно, — решает декан, думая, что мой отрицательный жест был ответом на его вопрос.

А у меня ко всему прочему ещё и голова начинает кружиться.

Не успеваю испугаться и отклониться (да что там, отклониться бы и не смогла: тело сейчас такое тяжёлое, едва веки держу открытыми), как он касается пальцами моего лба, видимо желая привести меня целительной магией в чувства, только вот…

— Адептка Арто! Адептка Арто! Что ещё за номер?! Амалия! — суетится «глыба льда», когда в глазах меркнет, а тело норовит грохнуться на тот самый мерзко пахнущий пол.

К счастью, я повисаю на чём-то более приятном и пахнущем так же восхитительно, как — декан.