Глава 24

Я прищурилась, не веря своим глазам, и потрясённо выдохнула: – Да ладно? Ты не ошиблась? Он? – Ш-ш-ш! – Изабелла раздражённо встопорщила перья. – Не обманывай себя, это тот ещё подлец. Слышишь? – М-м, – невразумительно пробормотала я, прикипев взглядом к матёрому, обаятельному на вид, темноволосому мужчине в тёмно-синем, слегка вычурном костюме. Каждое движение Фредерика Карнивала буквально дышало аристократическим изяществом – от лёгкого наклона головы до небрежного взмаха рукой. Его собеседница то кокетливо хихикала, прикрывая рот ладонью, затянутой в перчатку, то заинтересованно наклоняла голову, показывая жгучее внимание к беседе. – Да не смотри ты так! – сорока рассерженно клюнула меня в мочку уха. Не больно, но ощутимо, однако я застыла на месте, неспособная пошевелиться. Магия какая-то… Ещё и пахнет цветами так вкусно… Свежий, но удивительно сладкий аромат! Мистер Карнивал казался таким инородным в простой городской оранжерее, как драгоценный камень, случайно оброненный в обычный садовый пруд. Такому человеку место было во дворце, среди мраморных колонн и расшитых гобеленов, а не в провинциальном Рэйнграде среди горшков с фиалками и кадок с пальмами. – Я тебя сейчас в темечко клюну, – пригрозила Изабелла, впиваясь когтистыми лапками в плечо. – А? – выдала я, и лишь когда “негодяй и подлец” вдруг повернул голову в нашу сторону, я поспешно отвернулась, возвращаясь из странного забвения в реальность. – О нет, кажется, он нас заметил! – прошептала я, прижав ладонь к колотящемуся сердцу. Да что же со мной произошло? Почему я вела себя как кошка, что учуяла у соседей заросли валерьянки? Изабелла помолчала, осторожно выглядывая из-за моего плеча, затем тихо произнесла: – Так, Мелечка, дыши полной грудью. Я послушно попыталась втянуть воздух через нос, однако рёбра сжались, не желая впускать в лёгкие живительный кислород. – Не слышу! Усерднее сопи носом! – скомандовала Изабелла, и лишь когда я восстановила дыхание, продолжила. – Вроде бы не обратил внимания. Куда-то направился прочь от оранжереи… – она вспорхнула в воздух, оказавшись прямо перед моим лицом. – Ну что, насмотрелась? Впечатлилась? Теперь бегом в лавку и продавай цветы. – Но мы же только пришли! – я невольно надула губы, как ребёнок, которому не купили обещанную игрушку. – Может, хоть одним глазком заглянем внутрь? Чувствуешь аромат в воздухе? Я хочу понять, что это за цветок так вкусно пахнет. Может, и у нас получится продавать такие в лавке? – Что? – сорока вытаращила глаза, залетела мне за спину и принялась подталкивать меня клювом меж лопаток. – Живее, перебирай ногами, раз-два, раз-два. Вот же глупая, не доглядела. Думала, раз вы с Глэдис… – Мы с Глэдис? – переспросила я, машинально переставляя ноги и пытаясь разобраться в царящем в голове хаосе. – Невовремя пришли, – туманно ответила Лучезарная, стоило нам свернуть за угол и направиться по широкому тротуару. С каждым шагом, отдаляясь от оранжереи, я чувствовала, как сознание постепенно проясняется. Однако мысли всё ещё путались, голова кружилась, а во рту пересохло, будто я провела целый день в пустыне. – Что… что вообще происходит? – прохрипела я, облизывая пересохшие губы. Изабелла опустилась мне на плечо и взъерошила перья: – Этот гад свои чары распустил. А они коварные – их не всякий чувствует. Видимо, дама была из важных, раз он почти в открытую её околдовывал. – Я попала под действие магии? – я испуганно остановилась, прижав прохладные ладони к горячим щекам. – Почему ты меня не предупредила? Сорока виновато развела крыльями: – Глэдис эти чары не трогали ни на столечко, – она показала перьями мизерное расстояние. – Вот я и подумала, что ты тоже устойчивая. Моя вина, извини. Я потёрла указательными пальцами виски, пытаясь собраться с мыслями: – Разве такие чары вообще законны? Надо пожаловаться в местную полицию! Это нормально, что тут по улицам ходят всякие Карнивалы и внаглую околдовывают народ? Изабелла снизила голос до еле слышного шёпота: – Он каким-то образом использует цветы, но как – ещё никто не выяснил. – Цветы? – я ошарашенно моргнула. – Он околдовывает людей с помощью цветов? – Тише ты! – сорока предостерегающе щипнула меня за мочку уха. – Не кричи на всю улицу. Это лишь моё предположение, иного способа я не вижу. Зато я слышала, что ни одна проверка не дала положительного результата на вредоносную магию, и он чист перед законом. Да и Карнивал не дурак, использует её с умом. А тут мы просто оказались не в то время не в том месте. Говорю же, эта женщина – явно важная шишка. Я медленно побрела вперёд, обхватив себя руками. Кажется, впереди наклёвывались серьёзные проблемы. Если я так себя вела на расстоянии от Карнивала, что будет, когда он заявится в мою лавку и начнёт в упор источать свою магию? Сердце застучало где-то в горле: – Вот как так может быть? А выглядит вполне приличным. – А маньяки, по-твоему, должны ходить с табличкой "Я злодей"? – фыркнула Изабелла. – Глупышка, самые страшные люди часто кажутся невероятно обаятельными. Сегодня ты лично в этом убедилась. Довольно скоро наш разговор сошёл на нет. Я брела по мощёным улочкам, глубоко погружённая в свои мысли, а Изабелла тихо сидела на плече, иногда поглядывая по сторонам. “Что же делать?” – размышляла я, нервно покусывая нижнюю губу. – “Рано или поздно он заявится в мою лавку, это неизбежно. Надо встретить его во всеоружии”. Может, и правда стоит обзавестись каким-нибудь оружием? Например, припрятать под прилавком садовые ножницы побольше? Или заготовить щепотку перца, чтобы швырнуть в лицо, если вдруг начнёт колдовать и распускать свои феромоны без разрешения? Я так увлеклась планированием собственной обороны, что не сразу заметила, как мы вышли на знакомую улочку, где располагалась моя лавка. Только услышав гул голосов, я подняла голову и замерла от неожиданности. У дверей моего магазинчика толпилось не меньше десяти человек. Они возбуждённо переговаривались, размахивали руками, и, кажется, их весьма увлекло то, что происходило внутри.