Глава 10. Цветное и черное

Поскольку с математикой у меня проблем не было, я прекрасно поняла: все семеро воспитанников дракона были с прибабахом. Из нормальных – только Юлик, но он маленький и попал в замок случайно. Что же остальные? Где-то должно быть еще три девочки, но на сегодня мне потрясений хватит. Я, пожалуй, отложу знакомство с ними на более благоприятное время. Чем дальше, тем больше я сочувствовала Лоренсо. Он такой хороший, щедрый, добрый, а эти отморозки за его спиной строят козни! Фу, противно! И если я промолчу, то буду такой же, как они. За ужином все ему расскажу! Интересно, я ему понравилась? Ну, как женщина? Он, как я понимаю, не монах. Любовницы были, и неудивительно. Интересно, а смылся он куда? Может, к бабе какой? Надо об этом тоже аккуратненько спросить. А то неловко мечтать о занятом уже мужике. Я за честность в отношениях. Хотя с чего я взяла, что он вообще на меня внимание обратит в этом плане? Приглашение на ужин – вообще не повод для таких мыслей. Может, он просто хочет узнать о моем мире. Мне ведь есть, о чем рассказать: телевидение, транспорт, интернет, медицина, наконец. Не то, чтобы я многое успела в колледже узнать, но разбираюсь в болезнях чуточку больше, чем местные крестьяне, это факт. Я с некоторым трудом, методом проб и ошибок, нашла свою спальню. Раздраженно заглянула в маленькую дамскую комнатку, вспомнив, что где-то здесь должны быть нормальные купальни, но руки я почему-то мою из кувшина. Про остальную гигиену вообще промолчу. Появившейся в спальне Марии я раздраженно заявила, что мне нужно еще одно платье. Или два. Или целый шкаф. Хочу предстать перед монсеньором во всем великолепии. Я не обольщалась: не красавица, но и не ужас-ужас. Волосы шикарные… были. Кожа хорошая, фигура средней паршивости. Грудь имеется, талия тоже, а ноги все равно под длинной юбкой не видно. Глаза еще неплохие. Большие, светлые, серо-зеленые. Я не такая яркая, как местные пейзанки, но на контрасте выгляжу загадочно и мило. И красный цвет мне не слишком к лицу, хочу голубой! – Донна, я вас услышала, – успокоила меня Мария. – Будет вам голубое платье к вечеру. У нас немало женских нарядов имеется… для гостий синьора Лоренсо. Найдем, подгоним под фигуру. Пока же я вам голову вымою, я сбегала в аптечную лавку и купила волшебный бальзам для восстановления волос. Пришлось соглашаться: голову вымыть очень хотелось. А вот донашивать платья за бывшими Лоренсо – не очень. Но выбора все равно не было. Авось он не заметит, мужчины так мало внимания обращают на женские шмотки! Обычно они запоминают то, что под ними, ага. Купальнями оказались несколько больших квадратных комнат с деревянными лоханями и цельной медной ванной. Под медной ванной имелась печь для нагревания. Я надеюсь, меня не сварят заживо – потому что Мария мне велела лезть в мутную воду с пряным запахом трав. Не укроп и не лавровый лист, скорее, мята и какая-нибудь лаванда. Видимо, не суп, а чай. Ванна оказалась вместительной, вода приятно теплой, а руки у Марии на удивление ловкие и умелые. Как она мне волосы перебирала – я просто кайфовала. Полный релакс, меня даже на массаже так не развозило. Камеристка что-то втирала мне в голову, потом долго расчесывала пряди, потом мыла, потом чем-то снова намазывала. Вытащила меня из ванны, обмотала простыней и усадила возле окна – сушиться. Долго гладила волосы щеткой и защищалась: – Какой цвет чудный, словно зерна кофия или драгоценный кедр. И не черные, и не красные, а сияют-то как! Когда я уже в своей спальне погляделась в большое зеркало – ахнула от удивления. И в самом деле – удивительно! Никогда раньше у меня волосы не были столь гладкими и блестящими. Вся глупая рыжина исчезла. Пряди лежали крупными волнами, чисто как в рекламе шампуня. – Вот вам голубое платье, должно подойти. Платье оказалось не только голубое, но еще и бледно-желтое, практически цвета шампанского. Откровенно говоря, голубым были лиф, манжеты, плотно обхватывающие запястья, и часть подола. Широкие рукава из желтоватого шелка и лазоревый лиф украшены золотыми лентами, хитрая шнуровка под грудью весьма явственно подчеркнула достоинства фигуры. Волосы Мария оставила лежать свободной волной, доходящей до талии, лишь сверху закрепив золотую сетку. Я была хороша и свежа и прекрасно это осознавала. Глаза сияли, бледная кожа покрылась нежным румянцем. – Ах, голубка, до чего ж хороша! – всплеснула руками Мария. – А почему у вас все наряды такие яркие? – запоздало полюбопытствовала я. – И только Лоренсо, я видела, носит черное? – Ах, милая, это потому, что Черный Дон был злодеем и убивцем! Сколько невинных дев он погубил, скольких прекрасных юношей лишил жизни в своих подвалах! Сам Черный Дон носил только черное, и слуги его носили черное. И мы все, жители Тернеции, с того дня, как он сгинул, поклялись не надевать черного, чтобы не иметь с чудовищем ничего общего! – А Лоренсо? – Монсеньор надевает черное, когда выезжает за пределы замка. Чтобы его сразу узнавали и боялись. Ну и еще потому, что только у него есть деньги на черную ткань. Дорогая она очень. Нет в Тернеции черного красителя, если красить одежду тем, что есть, будет блекло и быстро выгорит на солнце. Я невольно захихикала. Это они хорошо придумали: не носить черное якобы в память о Черном Доне. А на самом деле все гораздо проще. Впрочем, я понимала, что люди здесь живут веселые, а потому любят яркие цвета. Ну и цена на цветные ткани явно выше, чем на серые и светлые, поэтому знать подчеркивает свои богатства веселенькими одеждами. Мне, в общем-то, нравилось. Выросшая в довольно бедной семье, я тоже любила все яркое и кричащее. Впрочем, мне ли винить родителей? У меня бывали хоть и недорогие, но новые вещи: сапожки, куртки, платья. Младшим же приходилось донашивать за мной то, что выжило в неравной борьбе с лужами и кустами. И все равно я с удовольствием разгладила рукав нарядного шелкового платья: ну красота же! А что его кто-то носил до меня – ничего, бывает. Итак, Мария проводила меня… на широкий балкон, где был накрыт столик на двоих. Лоренсо уже ожидал меня. Он был в ярко-розовом. Ядреном таком, прямо поросячьем. Наверное, тут не считали розовый цвет для девочек. Что ж, ему даже этот кошмар был к лицу. – Донна Зинаида, вы великолепны! – Монсеньор, у вас очень… ммм… яркий наряд сегодня. Мария нас покинула, Лоренсо помог мне сесть за стол, словно нечаянно погладив горячей ладонью плечо. – Был у градоправителя. Пришлось подчеркнуть свой статус вот этим. Хотя я предпочитаю черное. Вам не нравится? – Я привыкла к менее нарядным мужчинам, – призналась я. – И к строгим цветам. Синий, серый, черный, белый… – Мне снять это? – А можно? – оживилась я. Интересно, он совсем разденется? Догола? К сожалению, под розовым кафтаном с буфами и серебряными кантами оказалась обычная белая сорочка без рукавов. Что ж, хоть это и неприлично, но поглядеть есть на что. Какие у него плечи! А руки! Нет, не бугрятся мускулами сверх меры, но крепкие, гладкие и рельефные. – Вина, мадонна? – На брудершафт! – решила схулиганить я. – Это как? – Это обычай моей родины. Нужно переплести руки, выпить, а потом поцеловаться – и после этого можно отбросить все условности и звать друг друга по имени. И на «ты». – Поцеловаться? – оживился Лоренсо. – Какой славный обычай! Показывайте. Он быстро разлил игристый розовый напиток по золотым кубкам. Я показала, как скрещивать руки. Выпили. А потом дракон очень осторожно и деликатно клюнул меня в губы. Что ж, не сработало. Жаль. Я рассчитывала на большее. Видимо, рано. – Итак, Ида, мы теперь друзья? – весело спросил Лоренсо. – Может быть, расскажешь мне правду? – Ида? – Ну да. Короткое дружеское сокращение от Зинаиды. Или тебе нравится как-то по-другому? – Нет-нет, все отлично. Что ты хочешь от меня услышать, Энцо? – Я тоже сократила его имя. Это было… так интимно! – Ты ведь мне наврала утром? Ты вовсе не из другого мира. Просто ну… я спросил сегодня у специалиста. Нет, решительно невозможно перемещение между мирами без порталов или ритуалов высшей магии. А подобный ритуал в нашем мире может провести только дракон, да и то – сильнейший. И мы бы все почувствовали колебания магического фона. Значит, ты местная. Глазки светлые, кожа белая – с севера, видимо. – И кто же я, по-твоему? – развеселилась я. – Очередная охотница за сокровищами дракона. Знаешь, сколько вас таких побывало в моем замке и моей постели? Но нужно отдать тебе должное: твое представление было лучшим за все годы. Я едва не купился.