Глава 8. Цветок

Олс в одних походных брюках, его могучее тело с впечатляюще-гармоничным рельефом так и притягивает мой взгляд.

Не успеваю испугаться или засмущаться, Олс ловит мой взгляд, и я замираю, подчинённая им сразу. От его властного горящего взгляда моя кровь буквально вскипает.

Смотрю неотрывно в его глаза, всё ещё подрагивая под его младшим братом от томного, густого наслаждения.

— Ева приняла меня, Олс, — довольно заявляет Лисах.

При этом он выходит из меня почти на всю длину и плавным толчком погружается в меня в самую глубину.

С моих приоткрытых губ срывается протяжный стон… а я при этом смотрю во вспыхнувшие мрачным голодным огнём глаза Олса. И от этого его взгляда мне ещё жарче… или это краска стыда, залившая мои щёки?

— Вижу, — говорит Олс низким резким голосом. — Нам пора в путь.

— Даже не поцелуешь нашу жену? — усмехается Лисах, — она сейчас такая горячая.

Я краснею, хочется спрятаться, сбежать, но под властным взглядом Олса, это невозможно. Всё, что я могу, это продолжать смотреть в его глаза, всем существом ощущая себя под его братом.

— Позже, — переводя тяжелый взгляд на мои губы, хрипло говорит Олс. — У нас сегодня долгий переход. Позаботься о жене. Алирх встретил гонцов. Я отдам распоряжения и вышлю отряды вперёд.

С этими словами он выходит из шатра, а Лисах берёт моё лицо пятернёй, поворачивает к себе.

— Не позволю тебе думать, — хрипло говорит он и овладевает моим ртом умелым языком и властными губами.

Все мои мысли о произошедшем, о том, как эти двое спокойно разговаривали, о том, как мне воспринимать происходящее, растворяются от глубоких и размашистых проникновений Лисаха.

Мои стоны под ним, несдержанным и горячим, всё громче. Его движения всё размашистее и быстрее.

Я горю, изнываю, кричу. Царапаю его, отчего он хватает мои запястья и разводит мои руки широко, прижимая их к постели.

Опираясь на кулаки, на вытянутых руках, удерживает мои запястья. Вторгается в меня в ровном быстром ритме, разглядывая моё пылающее лицо, мою голую грудь, то, как я дрожу.

Моя новая вспышка удовольствия под его молчаливым взглядом просто беспощадна. Я содрогаюсь всем телом, рваным ритмом сокращаюсь внизу.

И тут уже Лисах с глухим рыком, напрягая всё своё могучее тело и опустив голову, изливается внутри меня. И меня — в ответ на его удовольствие — новой волной, ещё мощнее!

Моя магия вспыхивает, растворяется в его силе. Мне настолько хорошо, что даже сознание гаснет.

Прихожу в себя не сразу. Лисах уже одет.

Он помогает одеться мне — пунцовой от смущения и незнакомого сытого удовольствия во всём теле. Прослеживает мой взгляд на узор цветка на моём пальце.

Берёт мою руку и легко целует её рядом с цветком.

Это жест так необычно нежен. Его губы так легко и мягко гладят мою кожу.

Затаиваю дыхание от того, как этот высокий могучий вождь склонился над моей рукой — она кажется совсем тонкой и хрупкой в его огромной ладони.

— Истинная моя, — выдыхает он. — Пойдём, жена. Пора в путь.

Жена… неужели я — жена?.. Только лишь от того, что рисунок проявился на руке?..

Лисах не даёт мне размышлять. Сжимает мою руку в кулаке и выводит меня из шатра. Ведёт меня по лагерю, а я оглядываюсь вокруг, робко оглядывая могучих воинов, быстрых красивых женщин.

Они приветственно взмахивают руками, их взгляды на молодого вождя наполнены твёрдой уверенностью и уважением, а на меня — любопытством и восхищением.

От их взглядов я смущаюсь, невольно жмусь ближе к Лисаху. Он замечает, обнимает меня за талию — и мне сразу становится спокойнее.

Мы выходим на пространство перед большим шатром. Там уже три коня. Алирх и Олс уже верхом, только конь Лисарха ждёт.

Я думала, я поеду с Лисархом, но он, тронув мою щёку кончиками пальцев, подхватывает меня за талию и… подсаживает меня к Олсу!

Вздрагиваю и съёживаюсь от его уверенного собственнического прикосновения, как Олс удобно устраивает меня на мягкой подушке впереди своего седла.

А потом… обхватывает рукой мой подбородок, запрокидывает мою голову и… опускает свои сухие горячие губы на мои!

Ох… от этого безоговорочного присваивания я замираю, кажется, не дыша.

Олс прижимает меня к себе крепче, раскрывает губами мои губы, проникает языком внутрь, ласкает медленно, пробуя, смакуя. Неспешно и собственнически. Умело и властно.

Только утихший пожар в теле от того, что со мной творил его младший брат, сейчас, от этого неторопливого исследовательского поцелуя, вспыхивает с новой силой.

Я вцепляюсь пальцами в его руку, шалея от ощущения его каменного предплечья, и никак не могу это остановить, прекратить. В его монолитной хватке — просто бессмысленно.

Олс берёт меня поцелуем так, что я издаю глухой стон и, кажется, что умру, если он остановится.

Мне становится жизненно необходимо, чтобы он продолжал. Хочу с ним в шатёр, чтобы стонать и кричать под ним так же, а может и громче, чем под его братом.

Ведь я чувствую, знаю: с ним я связана, ему принадлежу. Мне необходимо быть с ним. Быть — его.

Олс отрывается от моих губ, смотрит на них пристально, прижимает мои подрагивающие губы большим пальцем. Вскидывает горящий взгляд: глаза в глаза. А я аж затаиваю дыхание оттого, как он красив, с этими сияющими глазами, с лёгкой довольной усмешкой в уголках строгих губ.

До меня медленно доходит, что только что произошло. Скашиваю глаза в одну сторону и другую.

Лисах и Алирх пристально смотрят на меня. Краска смущения заливает моё лицо, сердце оглушительно бьётся, щёки горят.

И тут Олс усмехается, глядя на меня, легко целует в губы и берёт мою руку. Сплетает наши пальцы и поднимает так, чтобы я посмотрела на них.

Не могу сдержать ошеломлённый возглас: на моём среднем пальце, как и на большом пальце Олса начинают проступать очертания степного цветка…