Глава 34 · Разговор на троих

Эмилия де Лорелье

Сердце бьётся быстрее взмахов крыльев. Кровь стучит в висках, в горле и особенно где-то внизу живота.

Тело плавится, прямо-таки горит… от злости, облегчения и от желания, которое я успешно, или же, если судить по взглядам мужчин, совершенно безуспешно пытаюсь скрыть.

Аурелиан опускает голову. Пусть и немного, но он выглядит виноватым. Как будто только сейчас осознал весь масштаб произошедшего. Однако его золотые глаза сияют разными чувствами… в них не только вина, но и голод. Будто тех нескольких минут, когда он неистово целовал меня, было катастрофически мало.

Астарот же… этот демонюга не рогатый после вопроса только улыбается шире, нарочито медленно растягивая губы, при этом не сводя с меня взгляда. Хищного. Порочного. Он совершенно не чувствует себя виноватым, наоборот, будто наслаждается тем, что видит меня взбешённой.

— Мне нравится, когда ты злишься, малышка Эми, — произносит низко, бархатно, почти мурлыча, как новорождённый дракон. Но он ведь не из крылатых! Он, тьма моя родная, демон!

То, как этот мужчина говорит, как смотрит на меня… тяжело оставаться отстранённой и не поддаваться искушению. Я пытаюсь держать лицо, но… он будто видя, как действует на меня, продолжает изводить.

— Твои глаза, поглощённые тьмой, прекрасны! — пожалуй, это самый лучший комплимент в моей жизни. Бездновый взгляд всегда был моим оружием, каждый, абсолютно каждый реагировал на него со страхом, но для Астарота это нечто большее. — Ты выглядишь невероятно сексуально.

Я чувствую, как тьма внутри меня вздрагивает от удовольствия, ликует! Ей безумно нравятся его слова. Нравится, что кто-то наконец-то посмотрел на нас по-другому. Она даже готова кинуться в его объятия, изнутри подталкивая меня… предательница!

Как и тело, оно тоже подло предаёт меня.

Жар между ног становится практически невыносимым. Желание настолько сильное, что мне приходится сесть на ближайший обломок колонны, чтобы скрестить ноги, дабы хоть чуть-чуть сбавить напряжение.

Грудь набухает, соски трутся о ткань при каждом вздохе. Из-за чего мне больно, сладко и мучительно одновременно. Сжимаю бёдра сильнее, ещё сильнее, в надежде избавиться от безумного желания, но от этого чувствую себя только хуже. Пульсация нарастает, легче не становится…

Я хочу их обоих. Прямо сейчас. Хочу, чтобы де Талье вновь набросился с поцелуем, хочу, чтобы демон прижался сзади, обхватив руками грудь, хочу…

Тьма!

Хочу мысленный подзатыльник!

— Пока вы не ответите на мой вопрос, — цежу сквозь стиснутые зубы. — Ничего. Не. Будет. — и честно, в этот момент я абсолютно не понимаю, к кому обращаюсь. К себе или к ним?

— Вы договорились? — напрямую спрашиваю у де Талье. Затем перевожу взгляд на уж больно довольного собой Астарота. — Ты поэтому говорил про какую-то игру⁈

Но вместо того, чтобы наконец-то ответить, они продолжают смотреть на меня и улыбаться, убивая последние крупицы моего самоконтроля.

Да я их уже буквально придушить готова!

На остатках разума, не расплавленного влиянием порочных улыбок и взглядов, призываю тьму. Пусть и не придушу, но они у меня получат!

Магия послушно откликается. Всё-таки она тоже жаждет ответов, хотя не только их, скорее, вовсе не их…

Бездна!

Два тонких чёрных хлыста взмывают вверх, после чего сразу же направляются к крылато-чешуйчатому и рогатому не рогатому, с силой шлёпая их по ягодицам. То-то же!

Мужчины не защищаются, даже не отшатываются. Мышцы напрягаются, глаза вспыхивают алым и золотым, они даже будто выдыхают с каким-то безумным наслаждением и… их улыбки становятся ещё шире. Хотя, казалось бы, куда больше?

— Заслуженно, — произносит ректор. Его голос снова становится низким, сексуальным. Он возвращает себе привычную ухмылку — ту самую, которая изо дня в день сводила меня с ума в Академии. Ту, в которую я когда-то влюбилась.

— Ответы, — повторяю со сталью. Упрямства мне не занимать. Как всегда говорила мама — прабабская натура.

Они переглядываются, будто ведут какой-то молчаливый диалог, потом кивают. И, о, наконец-то!, начинают рассказывать.

Аурелиан делает шаг вперёд. Останавливается передо мной. Смотрит на меня снизу вверх, но, кажется, как будто наоборот.

— После той ночи… — начинает он, а я в этот момент готова сквозь землю провалиться в царство тьмы и разврата… но я уже здесь!

Щёки вспыхивают, дыхание сбивается. Пожалуйста, только без подробностей. Не повторяй, а то я со стыда сгорю!

— После того случая, — де Талье исправляется, будто прочитав мои мысли. — Я отправился во дворец к дяде, доложить об обстановке и о том, что Король демонов пробрался в мою Академию, обойдя защиту.

Он нервно проводит рукой по волосам, оставляя в них чёрные следы пепла.

— Я ведь всегда верил ему, считал мудрым драконом, поэтому рассказал всё. — я нервно приподнимаю бровь. — Почти всё. В том числе и о своих догадках, что Астарот твой второй истинный.

Де Талье делает паузу. Губы сжимаются в тонкую линию, из чего я делаю вывод, воспоминание не из приятных. Тяжело разочаровываться в том, кому верил не одно столетие. В этом его можно понять.

— Император выслушал меня. Долго молчал, как я тогда думал, что он подбирал слова, дабы подбодрить меня, или же искал правильный выход. Потом положил руку мне на плечо и ласково, как отец, которого у меня никогда не было, произнёс: «Это ложная истинность, дорогой племянник. Демон обманывает её. Твоя истинная принадлежит только тебе. Единственный способ снять это воздействие — убить его. Иначе ты не сможешь её вернуть».

Я вздрагиваю. Этот уже бывший Император — то ещё чудовище! Так нагло врать прямо в лицо своему племяннику!

«Ложная истинность!», «воздействие!» — передразниваю мысленно.

— И ты поверил? — уточняю.

Аурелиан кивает.

Неужели? Хотя это и следовало ожидать…

— Да, но не совсем. Я всё-таки привык действовать обдуманно. Поэтому решил для начала поговорить с Астаротом. — он бросает короткий взгляд в сторону демона.

Мужчина издаёт короткий смешок, будто вся эта ситуация его забавляет.

— Я впустил его, и мы… поговорили, малышка Эми, — продолжает, подхватывая рассказ. После его слов становится понятно, что они не только говорили, но и мерились… крыльями.

Астарот делает шаг ближе ко мне. Не касается, просто стоит рядом. Вынуждая моё сердце забиться быстрее, будто вот-вот вырвется из груди.

— И? Что дальше? — нетерпеливо требую продолжения. Разговоры меня хоть немного отвлекают от их присутствия. Особенно от того, как они смотрят на меня.

— Я показал ему древние книги, что хранятся у нас в архивах. В вашем мире стараниями драконов всё было уничтожено. А также рукописи тех, кто видел, как начиналась первая война. Даже нашёл и привёл свидетеля. Потому что этот… твой ректор до последнего не хотел верить.

Астарот смотрит мне в глаза. Прямо. Без улыбки.

— Там было написано чёрным по алому: Император боялся, что связь света и тьмы, а именно тройственный союз, сделает драконов… равными. Что истинная, которая примет обоих, разрушит иллюзию превосходства чешуйчатых. Что мир перестанет делиться на «мы» и «они». И тогда его абсолютная, вечная власть рухнет. Поэтому он развязал войну. Не за честь. Не за чистоту крови. А за страх потерять трон, любовь и преданность людей.

Де Талье продолжает, голос его становится тише.

— Когда я читал эти строки… чувствовал, как внутри всё ломается. Всё, во что я верил. Всё, чему меня учили с самого рождения, рушилось с каждым прочитанным и сказанным словом. Поверить было, честно признаюсь, тяжело. Поэтому я предложил проверить Императора.

Астарот кивает.

— Мы решили играть. — ах вот оно что! — Делать вид, что ненавидим друг друга, что не можем поделить тебя и готовы биться не на жизнь, а на смерть. Мы не знали, насколько далеко зашёл золотой дракон и как он будет действовать дальше. Поэтому даже при тебе продолжали играть. Он мог следить за тобой через заклинания или артефакты. Мы не могли рисковать… мы должны были остановить это раз и навсегда!

Он делает паузу. Смотрит на меня долго, тяжело.

— Мне очень жаль, малышка Эми. Нам жаль. Мы не знали, что ты страдала. А если бы знали, насколько плохо тебе было в те дни… мы бы пришли раньше. Любой ценой, наплевав на Императора и всех остальных! Потому что только ты важна для нас.

Аурелиан подходит ближе. Острожно берёт мою руку, будто боится, что оттолкну. Но мне это нужно, так же как и ему. Знать, что он рядом, чувствовать его… их обоих.

Однако Астарот пока что держится в стороне.

— Мы ошиблись. Мы думали, что защищаем тебя. А на самом деле… чуть не убили. Прости нас. Прости меня.

Я молчу. Де Талье нежно целует меня в висок. Мне становится легче, но демона всё-таки не хватает для полного восстановления.

— Подойди, — протягиваю руку в его сторону.

Астарот делает шаг, перехватывает ладонь и губами прижимается к моему запястью.

В этот момент тьма внутри меня наконец-то успокаивается.

Мужчины ещё что-то рассказывают. Я слушаю, иногда задаю уточняющие вопросы.

Несмотря на то что меня злит их поступок, к концу рассказа понимаю, что они всё сделали правильно. Знай я правду с самого начала, точно бы не смогла так красиво отыграть свою роль.

Моя реакция и действия имели огромное значение в сегодняшней победе. Это надо признать и похвалить себя. Я проделала колоссальную работу. К тому же за буквально несколько часов повысила уровень магии: научилась обездвиживать не одного, а целую толпу противников, и не каких-то там адептов-боевиков, а древних существ — демонов и драконов. Ещё связываться через тьму с папой и Астаротом. Это хороший опыт.

И теперь, благодаря нашей слаженной работе, вся правда будет раскрыта. Каждый в Элениуме узнает, что демоны, которых боялись не одно тысячелетие, не такие уж и опасные.

— Мне нужно вернуться в Академию, ты со мной, Эми? — спрашивает де Талье.

— Или ты останешься со мной, малышка? — подключается Астарот с лёгкой насмешкой в голосе.

Мне хочется провести время с каждым, а лучше с ними обоими, но сейчас, понимаю, я должна сделать выбор. И он очевиден.

Мне нужен демон. Наша связь до сих пор не подтверждена, и вдали от него я буду с ума сходить. А мне уже с лихвой хватило тех дней, когда я чувствовала себя как нечисть из загонов некромантов… больше не хочу.

Однако рогатому не рогатому королю это знать совсем необязательно.

— Я… я хочу осмотреть дворец! — отвечаю на оба вопроса.

Ревностный рык дракона сотрясает стены зала. И всё-таки даже после договорённостей, после всего, что мы пережили, ревности в мужчинах совершенно не убавилось. С этим мне ещё предстоит поработать. Но, пожалуй, не сейчас.

Аурелиан исчезает в золотой вспышке, отправляясь в ГолдСтарс, а я остаюсь один на один с Королём демонов.

— Проведёшь мне экскурсию? — говорю первое, что приходит в голову. Потому что «отведи меня в спальню» у меня язык не поворачивается произнести, как бы ни хотелось.

Его лицо вытягивается, на секунду он выглядит почти растерянным, но быстро соглашается, окидывая меня таким взглядом, что я чувствую себя горящей в котле с драконьим пламенем…

Во время так называемой экскурсии я почти ничего не вижу вокруг и уж тем более не слушаю, о чём увлечённо, но в своей насмешливой манере рассказывает Астарот.

Я бесконечно прокручиваю в голове наш разговор. Каждое слово, каждый взгляд. Абсолютно всё.

Демон вдруг останавливается, касается моей руки, вырывая из мыслей и возвращая к реальности.

— Ты не слушала, — не спрашивает, утверждает.

— Да, то есть нет, то есть… — ему, как и ректору де Талье ещё придётся привыкнуть к тому, что периодами я летаю в своих мыслях. У Лиары, правда, на это ушли годы нашей дружбы, надеюсь, что у мужчин получится гораздо быстрее, иначе… в наших отношениях с самого начала намечаются сложности. Но их и так предостаточно, поэтому хотя бы этих хотелось бы избежать.

— Спальня королевы, — продолжает, кивая на тяжёлые двери с резьбой сплетённых демонических тел. — Здесь ты можешь отдохнуть. Моя спальня напротив.

Поднимаю взгляд. Да-да. Я помню этот коридор, по которому мы шли к «месту для переговоров».

— Спасибо, — выдыхаю и сразу же делаю шаг к своей спальне. Вхожу и захлопываю дверь перед его носом.

Остаюсь одна. Прислонившись спиной к холодному дереву, медленно сползаю на пол. Чуть-чуть посижу, выдохну и в душ, а там… посмотрим.