Глава 14

Наверное, они оба на некоторое время просто выпали из реальности, потому что очнулись только благодаря истошно вопившему коммуникатору капитана. Причём, судя по нервному голосу Дестрана, тот вызывал амьенца уже не в первый раз.

— Кап! Натан!!! Да отзовись уже, где тебя птуры носят?! Пора начинать подготовку к выходу из гипера, мы все на местах, а где ты, один ксыч знает! Капитан, если ты немедленно не ответишь, я объявлю на корабле тревогу, изолирую все отсеки и проведу тотальное сканирование!

Сознание возвращалось медленно и нехотя.

Инстинкт не позволял разжать руки и выпустить драгоценную дайкари даже на то мгновение, которое потребуется, чтобы ответить полукровке. Но постепенно до размякших мозгов амьенца начал доходить смысл воплей, разум нехотя включился, и капитан со стоном сожаления чуть отстранился от разомлевшей Лиэнн.

— Дес, не ори, у нас… у меня всё в порядке. Буду через, — бросив затуманенный взгляд на девушку, Натан мысленно выругался — какая, к птуру работа, когда у них полным ходом процесс запечатлевания идёт? Когда дайкари в кои-то веки не шипит, не шарахается и не убегает прочь, а сама льнёт и отвечает на поцелуи?

Ну почему это случилось именно сейчас?! Почему он ещё ночью не додумался отнести волосатого паразита хозяйке? Тогда бы они не спеша разрешили все проблемы, он бы признался в своих чувствах, может быть, Лин даже ответила бы ему взаимностью!!! И сегодня было бы не так мучительно отрываться от неё и погружаться в текущие дела и заботы.

— Я не понял, — прервал его размышления голос Дестрана, — через сколько ты будешь в рубке? Повтори, будь добр.

— В идеале — завтра. Но поскольку прыжок отложить не получится, то я буду через две склянки.

— Сколько-о? — протянул инженер. — Натан, ты там точно в порядке?

— В полном!

Он не в полном и вообще не в порядке, но доу об этом знать не следует. По крайней мере, пока.

— Тогда почему ты взялся считать время, как его считали в древности, причём на водных кораблях? И на что тебе целый час — носик припудрить?

— Дессс, не нарывайся! Потом всё объясню. Прости, сейчас реально не до тебя. И не было бы грядущего прыжка…

— Оу…, - полукровка соображал быстро. — Так полагаю, лучше на время забыть, что у меня в подчинении есть техник и самому выполнить её работу?

— Дес, отвали, — буркнул капитан и сбросил вызов.

Лиэнн отрешённо слушала этот разговор и понемногу приходила в себя.

Амьенец её целовал!!! А она не могла найти в себе сил, чтобы оттолкнуть его. Да что греха таить? Сама льнула так, что не оторвать.

И готова была на большее. Да что там — на большее? Она готова была на всё!

Космос, как же хорошо в его руках! Спокойно, уютно, тепло… И полное ощущение правильности происходящего.

— Как ты? — мягко произнёс капитан, почти касаясь губами щеки девушки.

Сознание и разум тут же схватились за руки и, помахивая Лин на прощание, попытались удалиться. Но тут мужчина отстранился, Лин от разочарования едва не застонала — куда ты? А как же я? — и встретилась с его внимательным взглядом.

Тот подействовал, как ведро воды за шиворот.

«Что я творю? — ужаснулась доу. — Он же… мы же сейчас чуть не…»

— Лиэнн, не молчи. Я напугал тебя? — в речи капитана добавились тревожные нотки.

— Я в порядке, — собственный голос показался ей хриплым, а слова почему-то царапали горло.

— Прости, я не должен был так набрасываться. Позволь мне объяснить, что произошло?

Лин молча кивнула — пока не пройдёт спазм, лучше рта не раскрывать, а то вместо нормальных звуков она издаёт какой-то скрип вперемешку с карканьем.

— Присядь! — произнёс мужчина, продолжая удерживать девушку.

— Тут тесно, да и некогда рассиживаться, — возразила она, — говори, и пойдём на рабочие места.

— Да, прыжок, — он вздохнул. — Как некстати! Лиэнн, что ты знаешь о физиологии амьенцев?

— О чём? — от изумления она даже на пару мгновений смогла сосредоточиться. — Ничего не знаю, кроме одного — вы одна из самых закрытых рас Вселенной.

— И эта закрытость неспроста, — продолжил Натан. — Мы тщательно бережём нашу тайну, чтобы не вручить в руки чужаков оружие против себя. Не амьенец может её узнать только в одном случае…

Капитан замолчал и снова склонился к голове Лин, вдыхая потрясающий аромат своей дайкари.

А девушка напряглась, вспоминая, когда в последний раз принимала душ? Вроде вчера, но отчего он её нюхает и дышит так, будто марафон пробежал? Может быть, у Натана аллергическая реакция? Опасный для жизни отёк?!

Она резко задрала голову, чтобы посмотреть, не задыхается ли амьенец, может быть, его надо тащить в медотсек?

Мужчина охнул, потому что она умудрилась чувствительно приложиться макушкой о его подбородок.

— Ох, Лин, осторожнее! Сильно ушиблась?

И она на мгновение зависла — он что — о ней переживает? Волнуется, не слишком ли сильно она ударилась о его непростительно твёрдую челюсть?! Ну дела… Похоже, никакого отёка и аллергии у него и в помине нет.

— В каком случае? — с трудом вспомнив, о чём они говорили до столкновения макушки и подбородка, спросила девушка.

— Когда он встречает свою дайкари, которая относится к другой расе.

— А…

— У нас всё сложно и, одновременно, просто, — продолжил мужчина, предварительно подтянув Лин обратно и ласково поглаживая пострадавшее место на её голове. — Мужчины моей расы не вступают в связь с женщинами, пока не встретят свою дайкари. Дайкари — это единственная, сокровище, смысл жизни каждого амьенца. Его счастье и его проклятье. Только со своей дайкари мы создаём полноценную семью, только от неё родятся дети.

— В каком смысле — не вступают в связь? — Лин даже растерялась — неужели у амьенцев есть свои иолу?!

— В прямом. Я — девственник, Лиэнн.

— Потому что ещё не нашёл свою… дайкари? До сих пор? Как же ты… Я знаю, что мужчины не могут без… Ну, ты понял.

- Если на кону стоит свобода и счастье, то удовольствием можно пренебречь, — ответил Натан. — Тем более что давно созданы симулянты. Они совершенно безопасны, привязка к ним не образуется.

— Привязка? — насторожилась девушка.

Нет, не может быть такого, чтобы у расы капитана было так же, как у доу! Или очень-очень похоже…

— Да, и это и есть главная тайна моей расы, — мужчина выдохнул, и Лин почувствовала, как его дыхание пощекотало ей висок. — Первый контакт с женщиной для амьенца всегда последний. Нет, не в том смысле, что мы умираем или что-то вроде этого, — торопливо объяснил Натан, почувствовав, как напряглась Лиэнн, — у нас происходит так называемая привязка. И амьенец на всю жизнь становится, по сути, рабом своей первой женщины. Он настолько привязывается к ней, что жить без неё не может. Да и не хочет.

— О…, - у неё не находилось слов.

— Единственный шанс остаться собой, построить семью и родить детей — это дождаться дайкари и вступить в связь именно с ней. Только после близости с единственной амьенец не превратиться в безвольное существо, потому что это союз равных. Основанный на взаимной любви, привязанности, уважении, где каждый в первую очередь думает и заботится о своей половинке, а потом уж о себе.

— И вы… сознательно избегаете любой связи до брака?

— Да. Пока не встретим свою пару.

— И как вы узнаёте, что она — та самая? Если не можете… того этого… проверить на совместимость?

— Инстинкт подсказывает. Там такие чувства и ощущения, что невозможно перепутать. Я шокировал тебя?

— Немного, — ответила Лиэнн, — но не потому, что у амьенцев такие сложности с отношениями, а…

— Подожди, не продолжай! — почти взмолился Натан. — Я понимаю, как для тебя, человечки, это дико звучит, но попробуй посмотреть с другой стороны. Пусть до брака мы лишены удовольствий, но зато не имеем за спиной хвост из брошенных женщин и внебрачных детей. Мы не изменяем своим парам, носим их на руках, и готовы ради улыбки дайкари в лепёшку расшибиться. Всё в дом, всё для семьи. Вернее амьенцев нет мужчин, потому что для нас существует только одна женщина в мире — наша первая и она же — единственная.

— Но почему вы скрываете свои особенности?

— Чтобы не стать объектом охоты, — пояснил капитан. — Понимаешь. В мире сотни тысяч миров, на них обитают разные расы, и не все придерживаются строгих правил, соблюдают мораль. А у некоторых и мораль диаметрально противоположная нашему образу жизни. Некоторые расы, вернее, принадлежащие к ним женщины, не видят ничего плохого в том, чтобы соблазнить мужчину и привязать его к себе крепче, чем цепями. Не по любви, нет, а преследуя выгоду или просто ради развлечения. Им плевать на чувства амьенца, переспала, перешагнула и пошла дальше. А он больше себе не принадлежит.

Лиэнн только потрясённо вздохнула, не зная, что на это ответить.

— И поэтому мы держимся в стороне и не подпускаем к себе близко представительниц других рас, продолжал Натан. — Амьенка сразу почувствует, что этот мужчина — её данай, как и он — что она его дайкари. А с другими такого не происходит. Вот и получается, что он весь её, а она свободна и делает, что хочет. К счастью, большинство амьенцев находят своих дайкари среди соотечественниц. Но бывают исключения.

— Например? — Лиэнн в волнении облизала пересохшие губы.

Это невероятно!!! Получается, у народа Натана тоже есть единственные и запечатление после первой близости!

Космос, если бы она оказалась его дайкари! Это решило бы все проблемы — его ненависть к доу, её боязнь безответной привязки!

— И… зачем ты мне всё это рассказываешь?

— Потому что ты — моя пара. Моя половинка, — с нежностью в голосе произнёс Натан.

И Лин охнула, боясь поверить в такое счастье.

— Я — твоя дайкари? Но…

— Ты пока ничего не чувствуешь, я понимаю, — торопливо заговорил мужчина. — Это нормально, ты же не амьенка, а человечка! Просто знай, что для меня ты важнее всех на свете, я жизнь положу, чтобы сделать тебя счастливой! А если ты не сможешь ответить мне взаимностью, я буду любить за двоих. Но у тебя доброе и отзывчивое сердце, я чувствую, что у нас всё будет хорошо. Только, пожалуйста, не избегай меня и не отталкивай! Разреши быть рядом, я не стану тебя торопить.

— Но…

— Я поначалу вёл себя по-идиотски, но только потому, что привык заранее отгонять излишне любопытных и навязчивых женщин. А когда понял, что ты — моё счастье, то не знал, как подойти.

— И тебя не смущает, что мы принадлежим к разным расам? — с запинкой спросила девушка.

Её так и подмывало открыться. Признаться, что он — её иолу, и у доу тоже есть тайны, но она готова ответить откровением за откровение. Довериться Натану так же, как он доверился ей.

— Нет, ни капли, — заверил мужчина. — Я не ксенофоб. В последнее время много читал про людей, и понял, что мы во многом похожи. Не считая взаимоотношений полов, конечно. Но если ты сможешь меня полюбить, если позволишь стать твоим мужем — обещаю — ты никогда об этом не пожалеешь! Я рад, что мне досталась именно ты — такая потрясающая, красивая, умная, добрая и решительная. А ещё меня покорила твоя сдержанность по отношению к противоположному полу — я наблюдал, ты на самом деле не старалась привлечь кого-нибудь из команды! Не строила глазки, не флиртовала и не пыталась забраться в постель. Мне необыкновенно с тобой повезло!

Лиэнн не смогла удержать улыбки, и совсем было собралась открыть Натану свою тайну и сердце, как тот прижал её к груди, поцеловал в макушку и с чувством добавил:

— Вот кого в качестве своей дайкари я бы не пережил, так это доу. Всю жизнь этого опасался, слава Космосу, предки меня уберегли от такого несчастья!

И её сердце, рухнув с высоты, разлетелось на мелкие осколки…