Глава 58

Старик ухмыльнулся в седые усы.

— Людям надо верить в победу добра, и я лишь подготовил почву для твоего возвращения, насколько мог.

— И теперь, я так понимаю, как в сказках, Белый лорд должен сразиться с этим вселенским злом, дабы восстановить статус-кво? Шанс на победу-то вообще есть, принимая во внимание, что Красный монарх вобрал магию целого мира?

— Нет, Итан. Это я не про победу, а про то, что ты никому и ничего не обязан. Что будешь делать дальше, решать только тебе. Я лишь стараюсь сдержать свое слово. А что до статус-кво… Само твое появление в мире Радуге уже качнуло баланс на весах. Красный монарх, вероятно, окончательно спятил и превратился в животное. Впрочем, последним он был даже и при человеческой личине. Он отшельником живет в своем замке, периодически осуществляя потрясающие жестокостью налеты. Третирует людей и преследует всех драконов, которых ему удается найти. Нашего брата осталось совсем мало, и те предпочитают прятаться в горах. У Красного лорда нет больше ни сподвижников, ни армии, да, скорее всего, и слуг тоже. Никто его не видел в человеческом обличии уже очень давно.

Итан встал, поблагодарил за еду и вышел из сторожки. Лес вокруг казался родным и знакомым. Когда-то над ним отец катал его на своей широкой спине. Молодой дракон хорошо помнил первые, захватывающие дух ощущения от полета. В этом же лесу, вблизи от замка, он часто играл с другими детьми. Здесь всегда было шумно. Смех, визг, хлопки драконьих крыльев.

Погрузившись в воспоминания, Итан, следуя за учителем, молча дошел до замка. В широких коридорах сейчас отзывалось только эхо. Многие верхние покои стояли разрушенные и заваленные снегом. Тронный зал, служивший когда-то образцом хорошего вкуса, несмотря на невиданную для человеческого мира роскошь, сейчас был разграблен, и его ранее всегда белые стены местами покрывали сажа и копоть. И потемневшие разводы везде. Могли ли тринадцать лет сохраняться следы крови? Впрочем, Итан не сомневался, что это именно кровь.

Парень пошел дальше, вспоминая каждую комнату, каждый изгиб коридора. Казалось, перед его глазами встают сцены развернувшейся здесь жуткой бойни. Не пострадать во дворце могла лишь одна комната, и сейчас Итан туда шел. Вход в родовое хранилище технически найти мог кто угодно. Но на этом все. Попасть в сокровищницу был способен только прямой представитель правящего рода или его спутники. Итан явственно вообразил, как бесился Красный монарх, поняв, что в живых не осталось ни одного из Дангоев. Парень же вообще не почувствовал, когда переступил незримую границу. Здесь он находился впервые. Помещение было заставлено стеллажами — драгоценности, предметы искусства, сундуки с золотыми и серебряными монетами. Слитки незнакомых Итану сплавов. Изделия, назначения, которых парень не знал. Несметные драконьи богатства, оказывается, реально существовали, но молодой дракон не ощутил от этого абсолютно никакой радости. Больше всего его внимание привлек лист, лежащий на столе. Он даже не был свернут. А зачем? В хранилище никто, кроме Итана или его потомков, попасть бы не смог.

'Здравствуй, мой славный мальчик!

Прости, не хотел, чтобы вышло так, но и драконы далеко не всегда всесильны. Не знаю, в каком виде ты застанешь наш мир по возвращении, но мне глубоко жаль, что я не смог сохранить его спокойным и процветающим, а тебе — обеспечить счастливое детство. Раз ты читаешь это письмо, то уже стоишь в родовом хранилище. Средств, как сам видишь, тебе хватит на любые задумки. Больше ничего я сберечь не сумел.

Много столетий назад драконы покинули мир, в котором ты жил последние годы. В твоем праве вернуться туда, забрав преданных вассалов, или найти нашему народу новое пристанище. Но мир Радуги прекрасен и стоит того, чтобы за него побороться. Да и в чем наша сила, если мы опять станем убегать? В любом случае решать тебе. Я уже это право утратил.

Да, и еще. Прощаясь, я сказал тебе важные вещи, и я не обманул, но все же недоговорил. Просто не все, что можно сказать взрослому сыну, есть смысл говорить ребенку. Если так случилось и ты все же влюбился, не кори себя. Заблуждение, будто мы можем сопротивляться своим чувствам, потому что мы сильны. Это они слабы. Если ты полюбил, значит, другого пути и не существовало. Очень надеюсь, что эта девушка, кто бы она ни была, разделяет твои чувства. И мы с мамой вас заочно благословляем. А еще я верю, что ты сможешь оставить моим внукам и правнукам лучший мир, нежели тебе смог оставить я.

Любящий отец.

p.s. Итан, мама возмущается, что я не пишу от нее ни слова, хотя она и просит. Но я надеюсь, к тому моменту, когда ты получишь это письмо, вы уже обнимитесь, и она скажет все сама'.

Последние строчки отчего-то расплылись перед глазами. Итан отвел взгляд от бумаги, выдохнул и проморгался. Потом тихо спросил:

— Учитель, как случилось, что моей матери нет в живых? По тексту письма я понял, что отец собирался ее спрятать или защитить каким-то другим образом.

Лорд Эндергон печально хмыкнул.

— Белая леди всегда была преданной и послушной. Но покорной — никогда. Она присоединилась к битве, как только стало ясно, что белым драконам не выстоять. Простите ее, ваше величество. Она слишком любила вашего отца.

Наверное, раньше бы Итана разъела обида и даже… ревность. Но сейчас он ее понимал. Нет ничего хуже видеть, как может погибнуть твоя пара, и не вмешаться. Итан бережно сложил лист и убрал его во внутренний карман куртки.

— Пойдемте, учитель. Мне нужно знать все, что я пропустил за эти тринадцать лет.

— Конечно, но это разговор не на один вечер. Главное, помни, что Красному монарху удалось захватить магию мира, но не подчинить ее. Поэтому все силы льда, как только почувствовали своего хозяина, сразу устремились назад. Ваш резерв сейчас почти пуст. Но это ненадолго.

— То есть и Красный монарх уже тоже в курсе, что я вернулся?

— Скорее всего, нет. Пока нет. Магии было слишком много, чтобы монарх мог ее контролировать, а значит, и отслеживать. Но рано или поздно он ощутит, что происходит что-то не то. И тогда нам стоит быть готовыми.

— Я не собираюсь ждать этого «тогда». Внезапный упреждающий удар намного эффективнее. Я — Дангой. И я не побегу.