Глава 34

Деймос улыбнулся, а я напряглась. Мужчина неспешно опустил руку во внутренний карман камзола и извлек на свет небольшую, обитую черным бархатом шкатулку.

— Вы поразительно осведомлены, лорд ван Дерн. Собственно, ради этого я и напросился к вам на ужин, — произнес принц, поставив шкатулку на стол. Легким движением пальцев он сдвинул её к моему отцу. — Слышал, вы начали работу по созданию брачных артефактов для нас. Но, возможно, вам подойдет этот материал? Я счел, что будет уместно преподнести семье невесты традиционный дар.

— Да, для моей дочери я хочу только самое лучшее.

Отец нечитаемым взглядом посмотрел на бархатную коробочку и медленно открыл крышку. Внутри, на шелковой подложке, покоился достаточно крупный, тускло мерцающий кристалл, под которым виднелся сложенный в несколько раз лист бумаги. Вероятно, чертежи Северина.

— Говорят, его грани скрывают в себе ответы на самые сложные… инженерные загадки. Я уверен, что такой искусный мастер сам создаст украшения для своей дочери, чтобы все было идеально.

— Исключительная огранка, — сухо констатировал отец, захлопывая шкатулку и небрежно пряча её в карман. — Но, смею заметить, принц, чтобы заставить такой камень сиять, нужна мощная основа. Не всё может выдержать давления. Некоторые драгоценности могут попросту… треснуть.

— Можете не сомневаться, лорд ван Дерн, — потеряв всякую ироничность, строго отозвался Деймос. — Я никогда не позволю своей драгоценности треснуть. Если потребуется, я сам стану для неё щитом. Никто не посмеет причинить ей вред.

Даже матушка перестала улыбаться, внимательно вглядываясь в жесткие черты лица Деймоса.

Я сидела ни жива ни мертва, чувствуя, как под столом его теплая ладонь накрыла мое колено, даря чувство защищенности. Он только что открытым текстом, при моих родителях, поклялся защищать меня даже ценой собственной жизни. Независимо ни от каких обстоятельств. И, судя по расширившимся глазам отца, Алексан ван Дерн тоже это понял.

Отец долго, напряженно молчал, сверля бастарда взглядом.

— Что ж, — наконец медленно произнес Алексан, откидываясь на спинку стула. Его плечи чуть расслабились, а в голосе пропали убийственные нотки. — В таком случае, Ваше Сиятельство, я, пожалуй, возьмусь за шлифовку вашего подарка.

— Буду вам безмерно признателен, — ответил Деймос с коротким кивком. — Материал прекрасен, но в то же время слишком хрупок. Если что-то пойдет не так, не стоит волноваться, я найду еще один…

— За кого ты меня принимаешь? — упрямо вздернул подбородок отец. Усомниться в его артефакторном гении было сродни личному оскорблению.

Я судорожно выдохнула. Мда. Если для Аурелия отец когда-то собирался создать обычные обручальные браслеты, то для нас всё обстояло иначе. Создание свадебных артефактов — это пустяк по сравнению с тем, что нам действительно предстояло провернуть.

Но отчего-то мне вдруг стало грустно. Неужели… мне действительно хотелось обсуждать все эти банальные свадебные хлопоты? Выбирать цветы, ткани, примерять наряды…

— Ах, мальчики, — звонко рассмеялась матушка, изящно взмахнув рукой и окончательно разряжая обстановку. — Предлагаю закончить с формальностями. Роксана, дорогая, прикажи подавать десерт. Уверена, Его Сиятельству придется по вкусу наше фирменное суфле.

Остаток ужина прошел на удивление в теплой атмосфере. Деймос сыпал остротами, матушка ему виртуозно парировала, а отец, хоть и продолжал хмуриться для приличия, больше не пытался просверлить в принце дыру. Кажется, всем известный повелитель страха только что прошел самое ужасное испытание в своей жизни — заслужил одобрение Алексана ван Дерна. Хоть и не совсем…

Когда пришло время прощаться, Деймос учтиво поцеловал руку моей матери, пожал руку отцу (что само по себе было историческим событием) и повернулся ко мне.

Мы стояли в холле. За стеклами входных дверей маячили силуэты гвардейцев Аурелия, готовых фиксировать каждый наш жест.

— Благодарю за чудесный вечер, леди Роксана, — специально громко произнес Деймос.

Он взял мою руку и, почтительно склонившись, прижался губами к костяшкам пальцев. Но прежде чем выпрямиться, его губы едва ощутимо мазнули по моему запястью, скрытому тканью платья — там, где совсем недавно было созданно им теневое кружево.

Значит… Придешь?

Я улыбнулась в ответ, негласно говоря, что буду ждать.

— Спи спокойно, моя сумеречная леди.

Когда входные двери закрылись за его спиной, отсекая нас от дворцовых ищеек, отец громко фыркнул, скрестив руки на груди.

— Наглец. Невыносимый, самоуверенный, опасный наглец.

— Опасный, но наглец? Это как? — рассмеялась я.

— А как он может быть не опасен?! — возмутился Алексан. — Мою кровиночку уводит! У меня на глазах!

— По-моему, он тебе понравился, — резюмировала матушка, лукаво щурясь.

— Я этого не говорил! — ответил Алексан и развернулся к лестнице, всем своим видом выражая крайнюю степень оскорбленного достоинства. — Но… ладно. Если он действительно готов стать для нашей дочери щитом, я соберу ему этот чертов артефакт. Роксана, завтра с рассветом жду тебя в лаборатории. Будем готовиться к нашей… свадьбе.