22. Чёрная комета

Ангелина.

Лёжа на груди Рэйнера, я прислушивалась к его дыханию и пыталась запомнить последние совместные минуты. Запах и тепло его кожи, жёсткость щетины. Осторожно отстранилась и всмотрелась в него. Расслабленное лицо и размеренное дыхание не оставляли сомнений — мой мужчина спал.

Стараясь делать как можно меньше движений, встала с кровати, отыскала платье и оделась. На цыпочках подошла к шкатулке, стоящей на секретере, открыла её и зажала в руке знакомый ключик.

Затем оглянулась и снова долго смотрела на Рэйнера. Сейчас я проходила точку невозврата. Что бы ни случилось, как раньше уже не будет. «Прощай, Рэйнер» — прошептала одними губами и вышла из комнаты.

Рэйнер.

Едва закрылась дверь, резко открыл глаза. Убедился, что шкатулка пуста, взял пергамент и чернила. Сжал челюсти, чувствуя, как гуляют желваки от злости. Недрогнувшей рукой составил быстрое послание для начальника тайной полиции и отправил с посыльным.

Ангелина.

Одной рукой я прижимала к груди Огненный жезл, завёрнутый в ткань, другой держала юбку. Когда я, запыхавшаяся, поднялась в Высокую башню, Великий жрец был уже там.

— Принесла? — спросил сухо.

— Да.

— Давай сюда, — цепкие старческие пальцы буквально вырвали из рук свёрток, — о, да, это он! Иди за мной!

С этими словами старик спрятал артефакт в дорожную сумку и начал спускаться по винтовой лестнице. Я поспешила следом. Когда мы миновали очередной пролёт, жрец наклонился и толкнул какую-то маленькую незаметную дверь. Та поддалась, и мы оказались в туннеле.

На ладони старика зажёгся светящийся шарик и рассеял тьму. Я сказала:

— Не знала про этот туннель.

— Ты много чего не знаешь.

— Я знаю, что вернусь сегодня в свой мир. Ведь так?

— Кхм. Так, так. Помолчи и не мешай мне.

Вздохнула с облегчением. Мы шли около получаса и наконец-то вышли наружу. Я покрутила головой в разные стороны, пытаясь понять, где мы. Но места были незнакомые.

— Не отставай, — бросил Жрец и зашагал вглубь леса с непривычной для старика прытью. Я пошла следом. Спустя несколько минут мы вышли на полянку, где были привязаны две лошади.

Жрец торопился и злился, что я нас задерживаю. А я впервые ехала верхом в темноте и на новой лошади. Молилась лишь о том, чтобы не свалиться и не свернуть себе шею. К счастью, удача пока что была на моей стороне.

Спустя примерно час лес закончился, и мы выехали на открытую местность. Старик спешился и привязал лошадь. Я последовала его примеру.

Ночной воздух холодил плечи и я поёжилась. Из-за туч выглянула луна, освещая пространство. Вокруг поляны высокой стеной возвышались вековые деревья. В центре стоял огромный плоский камень. Жрец подошёл к нему и принялся рыться в сумке.

Сначала он извлёк круглую чашу, накрытую прозрачной крышкой. Внутри неё поблескивала вязкая прозрачная жидкость.

— Чаша воды, — вслух проговорил жрец, устанавливая артефакт на камень.

Следом на стол был водружён стеклянный шар, внутри которого клубился серый туман.

— Воздушный шар, — артефакт был расположен напротив предыдущего.

— Огненный жезл.

Последний предмет занял место в вершине магического треугольника из трёх артефактов.

Старик сложил кончики пальцев и нахмурился:

— Откуда фонит?

— Что? — переспросила и приблизилась.

— Я говорю, здесь фонит чужой магией.

Старик всмотрелся в меня, шагнул ближе и потянул за цепочку на шее:

— Это ещё что такое? — на сморщенной ладони переливался турмалин.

— Это подарок Рэйнера…

— Идиотка! — жрец резко дёрнул, обрывая цепочку.

— Ай! — шею словно обожгло.

Старик швырнул украшение на землю, прошептал заклинание и в следующий миг от камня осталось лишь облачко дыма. Жрец обернулся ко мне и прошипел:

— По турмалину можно отследить любого человека. Что сейчас и делали.

— Я не знала, клянусь! И Рэйнер спал, когда я уходила.

— Значит проснулся! Какая же ты… глупая! — махнул рукой и вернулся к камню, продолжая бубнить под нос «надо торопиться, времени мало».

Старик снова соединил кончики пальцев и принялся читать заклинание. Я обняла себя за плечи, ёжась от холода. Предрассветная тьма пугала. Повсюду мерещились страшные чудовища, притаившиеся среди деревьев. Я подошла ближе к камню.

В этот момент Жрец закончил заклинание, и между тремя артефактами пробежала искра, соединив их едва видимой магической нитью. Сами предметы начали слабо светиться. Я несколько раз обошла камень и в какой-то момент увидела лицо Великого Жреца.

Его глаза горели безумным огнём, а кисти рук лихорадочно тряслись. На меня он больше не обращал внимания. И тут я впервые засомневалась. Этому человеку я доверила свою жизнь и по его совету предала любимого мужчину. А вдруг, это было ошибкой?

К горлу подкатила тошнота, то ли из-за нервов, то ли из-за бессонной ночи. Попыталась глубоко дышать носом и выдыхать ртом.

Жрец резко вскинул голову, затем достал карманные часы на цепочке. Взгляд его зацепился за меня и старик сухо кивнул:

— Начинаем. Встань сюда. По моей команде шагнёшь в арку портала. Всё поняла?

— Да, — ответила хрипло. Дурацкая тошнота, как не вовремя. В глазах заплясали мушки. Чтобы не упасть, я схватилась за камень и едва не задела Воздушный шар.

— Осторожнее! — жрец зло зашипел, метнулся ко мне и грубо оттащил в сторону. — Что с тобой не так? Хочешь мне всё испортить?

— Простите. Я случайно.

— Стой здесь и не двигайся, — отчеканил раздражённо и зло.

— Хорошо.

В этот момент я заметила какое-то движение в деревьях. Всмотрелась внимательнее. Нет, показалось.

Великий Жрец снова сверился с часами и приступил к чтению нового заклинания. Нить, связующая артефакты, стала толще и начала искриться и подрагивать. В этот момент на небе что-то вспыхнуло, подобно падающей звезде. От неё отделился луч и ударил в центр треугольника, образованного артефактами. От неожиданности я вскрикнула.

В следующий миг рядом с камнем пространство поплыло, формируя светящуюся арку. Портал открылся. А потом случилось то, чего я совсем не ожидала.

Из арки начали выходить люди в форме защитного цвета с автоматами наперевес. Человек двадцать. Тот, что шёл первым, остановился и спросил:

— Ты, что ли, Великий Жрец?

— Я, — старик хитро прищурился. — Твоё имя?

— Я Кречет. Говори, что надо делать.

— Сколько у тебя людей?

— Четыре тысячи.

— Все с оружием?

— А как же.

— Хорошо. Пусть проходят и строятся.

— Как скажешь, начальник, — хмыкнул тот, кто назвался Кречетом. Я инстинктивно шагнула назад, прячась за спину Жреца, но двое меня заметили и похотливо оскалились.

А потом они пошли из портала толпой. Десятки, сотни. Боевики, догадалась я, вспоминая сводки новостей из своей прошлой жизни. Вот кого они мне напомнили.

Это что же получается? Старый безумец выписал себе армию из другого мира, чтобы разрушить этот? А на линии огня окажется генерал? И всё это благодаря мне? Страх за себя исчез, сменившись страхом за других людей, за тех, кто был ни в чём не виноват, за любимого мужчину, в конце концов. Я снова шагнула к Жрецу и спросила:

— Что здесь происходит?

— А ты как думаешь? — ответил, даже не взглянув на меня. Старик следил за боевиками, выходящими из портала, и жадно потирал руки.

— Зачем здесь эти люди?

— Хочешь напоследок узнать правду? Так и быть. Когда-то давно у молодого мага отняли всё: любовь, семью и имя. Тогда он собрал из пепла нового себя и поклялся отомстить. Я уничтожу старый прогнивший Альдебран вместе с его алчным Императором. А на его месте построю новый. И ни разу больше, ты слышишь? Ни разу больше не откроется портал, через который сюда, словно бесправный скот, переправляют золотых.

— Девушка, та, которую вы любили, она была золотая?

Жрец горько усмехнулся и начал говорить. Каждое слово отдавалось болью в его глазах, которые впервые выражали неподдельные чувства.

— Не просто золотая. А та самая золотая. Из-за которой всё и началось. Дед Хэлленбурга возжелал её, а она выбрала простого мага, мальчишку. Но Императору не отказывают. Нам пришлось бежать с новорожденной дочерью на руках. Тогда Хэлленбург обезумел. Он приказал казнить через сожжение каждую золотую, до тех пор, пока к нему не вернётся исчезнувшая. О, это были тёмные времена. Конечно, она вернулась, пришла к нему сама, а потом… Знаешь, что самое страшное в этом мире, Ангелина? Увидеть знакомое ожерелье на трупе, иссушенном до черноты проклятым огнём!

Последние слова старик выкрикнул, а затем словно сгорбился, и голова его затряслась.

— Мне жаль, никто не заслуживает пережить такого.

— Тогда, сидя в грязи и пепле возле её костра, я поклялся, что больше ни одна золотая не умрёт. И что Хэлленбурги заплатят сполна за их мучительные смерти.

— Это вы переправили всех золотых в наш мир!

— О да, уже тогда мне поддавалась магия порталов и трансформации пространства. Я сделал невозможное, и исполнил первую часть клятвы. Все золотые исчезли из Альдебран и были спасены. Я остался, и продолжил двигаться к своей цели и поближе к Императору. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе — знаешь эту вашу земную поговорку?

Я неуверенно кивнула, а Жрец продолжил:

— Ни черта ты не знаешь.

— Лили, девушка, которая поставила мне метку золотой —  она ваша внучка, — догадалась я.

— Да. И, будь уверена, пока я жив, ни один волос не упадёт с её головы. Проклятые Хэлленбурги должны исчезнуть. А похищения золотых должны прекратиться.

Часть меня радостно отозвалась на эту новость. Но разум возразил: насилие порождает ещё большее насилие. А судя по количеству боевиков, Альдебран скоро захлебнётся в крови.

Я опасливо осмотрелась. Лесная поляна сейчас напоминала военный плацдарм. Мне снова показалось, что я увидела какое-то движение в деревьях. Жрец проследил за моим взглядом и кивнул.

— Да, я тоже заметил, что у нас гости.

Я повернулась, накрыла старческую руку своей, и горячо зашептала:

— Должен быть другой выход! Вы спасли столько невинных не для того, чтобы сейчас снова пролилась кровь!

Жрец вырвался и грубо оттолкнул меня:

— Солдаты Хэлленбурга не достойны сострадания, так же, как и эти продажные шкуры, — кивнул на боевиков, — и никогда больше не смей сравнивать их с золотыми!

Жрец недобро прищурился:

— Я смотрю, ты разговорилась. Только ты неверно истолковала мои откровения. Видишь ли, нет смысла что-либо утаивать от трупа.

— Что?

В этот момент к Жрецу подошёл Кречет. Похабно оскалился, мазнув по мне взглядом и сказал:

— Почти всё, Великий Жрец. Что дальше?

— Ждите. Ну что, Ангелина, — повернулся ко мне, — твоя очередь.

Но вместо того, чтобы идти к порталу, я попятилась назад и недоверчиво спросила:

— Куда ведёт этот портал? Где именно я окажусь?

— Какая разница. Он ведёт в твой мир.

От деревьев начали отделяться фигуры магов. Мы были окружены со всех сторон. Боевики занервничали. Ночное небо прорезала автоматная очередь. Я охнула и прикрыла уши.

Вокруг боевиков начало сжиматься кольцо из воинов армии императора. Снова раздались крики и автоматные очереди, несколько воинов упали. Жрец крикнул Кречету:

— Уничтожьте их всех! Вперёд! — и для верности махнул рукой.

Кречет дал команду «огонь», и пространство сотряслось от автоматных очередей. Раненые кричали и падали, началась суматоха.

Я заметила мага в синем камзоле с волосами до плеч, который создавал заклинание. Вскоре раздался хлопок, и поляну накрыло прозрачным куполом. Воздух словно стал вязким. Пули перестали долетать до целей, останавливались в воздухе и падали на землю. Тут и там начались рукопашные схватки. Меня кто-то толкнул.

— Ну всё, мне некогда. Давай, пошла! — с этими словами старик схватил меня за запястье и поволок к арке портала.

— Что там за аркой? Скажите же!

— Горы Афганистана, тысяча горцев и твой старый знакомый охотник! Но тебя, идиотку, эти тонкости не волновали, когда соглашалась на сделку! А теперь пошла, я сказал!

— Нет! — я упала на землю, сопротивляясь. — Пожалуйста, не надо! Это верная смерть, за что?

— Я не оставляю свидетелей. Но слово держу. Поэтому пошла, ну же!

Жрец наклонился, и я почувствовала, как холодные пальцы сомкнулись на горле. Продолжая сжимать его, с непривычной для старика силой, Жрец заставил меня подняться на ноги и толкал к арке портала. Я сопротивлялась, как могла, но уже чувствовала спиной энергетическое потрескивание.

«Рэйнер!» — пронеслось в затуманенном болью мозгу. В следующую секунду хватка ослабла, я упала на колени и закашлялась.

Вокруг творилось настоящее безумие. Крики, ругань, звуки ударов неслись со всех сторон. Битва шла не на жизнь, а на смерть.

— Кого я вижу? — жрец отвернулся от меня и оскалился, глядя вперёд. — Генерал Файерстоун без магии. И что ты сделаешь?

Посмотрела наверх, и увидела Рэйнера с обнажённым мечом. Он не сводил глаз со старика.

— Тебе мало не покажется!

Я попыталась встать на ноги и отойти к генералу, но Жрец резко дёрнул меня обратно, одновременно с этим выставляя перед нами магический щит. Рэйнер занёс меч, но щит даже не дрогнул. Старик оскалился и захохотал. Сейчас он выглядел по-настоящему безумным. Снова он держал меня за горло. Снова я безуспешно царапала его стальные пальцы, пытаясь высвободиться.

Очень медленно, глядя на Рэйнера, который не мог пробиться к нам сквозь магический щит, старик толкал меня к порталу, безумно смеясь и наслаждаясь происходящим.

Вокруг творилось нечто невообразимое. Маги и воины императора наступали, их становилось всё больше. Кажется, мы побеждаем — это была последняя мысль, которая мелькнула в голове, прежде чем спину обдало потрескивающим электрическим холодом. Жрец втолкнул меня в арку портала. «Неужели, всё?» — пронеслось в мозгу.

Рэйнер.

Я не верил в происходящее. Прямо у меня на глазах безумный старик мучил Ангелину, а я ничего не мог сделать. Этот грёбаный кошмарный сон всё не заканчивался. Я вкладывал все силы в удары меча, но тщетно. Простое оружие не может тягаться с магическим щитом.

Увидел, как Ангелина закрывает глаза и исчезает в светящейся арке. Ещё секунда, и всё будет кончено.

В этот момент по предплечью пробежала искра. Посмотрел быстро на руку и узнал ощущения — магия рвалась наружу. Моя утраченная магия вернулась! Невероятно быстро, но времени осознавать происходящее не было.

Сформировал разящий огненный шар, вложил в него всю ярость и злость, и метнул в щит Жреца. Защита была пробита.

Старик тут же выпустил из рук свою добычу и принялся кружиться вокруг себя, пытаясь потушить горящую мантию.

А в следующую минуту оставшиеся в живых наёмники побежали обратно в портал, из которого вышли, сшибая всё на своём пути. Ангелина едва успела отойти в сторону.

— Нет! Нет! Стойте, куда вы?! Вам же заплачено! Трусливые твари! — великий Жрец рвал седые волосы и кричал. Но для наёмника родная шкура всегда дороже.

Оглянулся и заметил, что Трэвис оказался возле камня и тронул один из артефактов. Арка портала начала искриться и мигать. Жрец взревел нечеловеческим голосом, и скрылся в портале за долю секунды до того, как тот окончательно погас.

Со всех сторон слышались стоны раненых. Оставшихся в живых наёмников заковывали в наручники и уводили. Ангелина поднялась на ноги и пошатнулась.

За пару шагов оказался рядом с ней. Обнял, прижал к себе и спрятал от всего мира. Она дрожала и плакала. Такая чужая, и такая своя. Неважно. Всё неважно, главное, что жива! Прижал к груди и поцеловал в макушку, с наслаждением вдыхая любимый запах.

— Рэйнер! — донеслось откуда-то тихо, затем громче. — Рэйнер.

Обернулся и увидел Трэвиса. Начальник тайной полиции стоял в нескольких шагах, держа в руках наручники. Призвав всю силу воли, ослабил объятия и отстранился. Ангелина подняла заплаканное лицо. Такое невинное и честное, и протянула ко мне дрожащие руки. Ложь, всё ложь. Сделал шаг назад, встал рядом с Трэвисом и кивнул ему:

— Делай, что должен.

Лорд Шарпмайнд подошёл к девушке и сказал:

— Я Трэвис Шарпмайнд, начальник тайной полиции Его Императорского Величества. Леди Ангелина, вы будете задержаны по обвинению в государственной измене. Я должен надеть на вас магические наручники.

Удивление, недоверие и страх — вот что мелькнуло на её лице перед тем, как она вскрикнула:

— Я не замышляла измены! Я не знала о планах Жреца, я просто хотела вернуться в свой мир, и он обещал, что вернёт меня. Обвиняйте меня в краже артефакта, если нужно, но не в измене!

— Это уже не моя компетенция, — сухо ответил Трэвис.

— Рэйнер! Умоляю! Я не хотела, я не знала, что будет вот это всё! Прошу, поверь!

Заставил себя не двигаться и смотреть в сторону, затем развернулся и пошёл прочь, услышав спиной, как щёлкнули, закрываясь, магические наручники.