Глава 29. Военный лагерь

Сырая земля хлюпала под ногами. Над палаточным лагерем вились струйки дыма от костров. Остро пахло жареным мясом и конским навозом. Анрэй любил аромат походной жизни. Предчувствие битвы – вот что он навевал. Оно разливалось по венам, заставляя кровь убыстрять бег.

  Но в этот раз все было иначе. То, что прежде приносило удовлетворение, теперь раздражало. Даже крамольная мысль закралась: может, стар он для походной жизни? Как иначе объяснить не проходящую тоску по дому? А ведь когда-то считал дни до нового похода… Конечно, он знал причину такой перемены, но упорно ее игнорировал.

  После ссоры с женой Анрэя уже ничто не радовало. Даже отсутствие наследника не беспокоило как прежде. Если любимая женщина отказывается родить ему детей, то какая разница, кто получит страну после него? Главное это будет не их с Флорианой сын, прочее не имеет значения.

  — Похоже, мы здесь надолго, — к нему подошел Кир – первый советник и просто близкий друг. — Мелания с отцом серьезно окопалась в крепости. Осада займет несколько месяцев.

  — Мне казалось, им не терпится дать бой, — нахмурился Анрэй.

  — Все на это указывало, а теперь тянут. Как будто ждут чего-то.

  — Подкрепления?

  Кир потер подбородок:

  — Разведчики ничего не докладывали. Впрочем, от этой дамочки можно ожидать чего угодно. Я давно говорил, что от нее надо избавиться.

  — Я не убиваю женщин.

  Кир скривился. Его отношение к Мелании не являлось секретом. Он ее и за человека не считал, не то что за женщину.

  Анрэй оставил друга и пошел вдоль палаток. Воины, завидев его, вставали, но он жестом велел им не обращать на него внимания. Раньше он частенько подсаживался к одному из костров, чтобы разделить со своими людьми трапезу, но сейчас хотелось побыть в одиночестве.

   Надо бы сосредоточиться на осаде, обдумать возможность подкрепления, составить тактический план, проконтролировать распределение продовольствия на случай, если осада затянется. Дел хватало, но он мог думать лишь о жене. Она обрела над ним странную власть. В стране сотни красивых, умных женщин, которые с радостью примут его ухаживания. Так почему именно она?

  До встречи с Флорианой Анрэй не совершал необдуманных поступков, но рядом с ней чувства брали верх. То, как она цепляла его, выводила из себя – делало его живым. Она словно разбудила его от многолетнего сна, вдохнула краски в серые будни, но она же ранила больнее других, принося мучительные страдания. Он любил ее и ненавидел одинаково сильно.

   Ненавидел за то, как она поступила с ним. Отвергла, точно он какой-то мальчишка. Он мало для нее сделал? Мало ей дал? Или попросил взамен что-то немыслимое? Всего-то каплю любви. Но, видимо, это слишком много. Не заслужил.

   Анрэй добрался до границы лагеря. Дальше простиралось занесенное снегом поле. На белом фоне черным пятном выделялся всадник. Он несся во весь опор к лагерю. Разведчик спешит сообщить о войске врага?

   Анрэй вытащил меч из ножен и приготовился лично встретить всадника. Ждать пришлось недолго. Мужчина, не щадя лошадь, мчался во весь опор. В сгущающихся сумерках Анрэй не сразу рассмотрел его лицо. А, увидев, с кем имеет дело, крепче перехватил рукоять меча.

   К нему приближался мормэр Рикард Морей. Первым порывом Анрэя было разрубить мужчину пополам. Один его вид вызывал в нем неконтролируемую ярость. Анрэй был не в состоянии постигнуть, чем этот мужчина лучше его. Что такого есть у Рикарда Морея, чего нет у него? Неужели молодость? Неохотно он признал, что соперник хорош собой. Девушкам такие нравятся.

   Рикард натянул поводья. Лошадь резко остановилась, подняв в воздух брызги снега и едва не сбросив наездника.

  — Мой лэрд, — выдохнул он.

   Вид у него был безумный, словно он мчался сутки напролет без еды и сна. Одной рукой он придерживал себя за раненый бок. Анрэй подобрался, предчувствуя дурные вести. Люди не проделывают такой путь с дырой в боку да еще в спешке, чтобы сказать что-то приятное.

   — Мой лэрд, — повторил мужчина, хватая ртом воздухом. Он был не менее загнан, чем лошадь под ним. — У меня вести о лэйди.

   — Говори, — кивнул Анрэй.

   — Ее арестовали по обвинению в ведьмовстве, — выдал он.

  Анрэй подумал, что ослышался. Кто в здравом уме поднимет руку на его жену? Кто настолько глуп? У него, должно быть, отсутствует инстинкт самосохранения. Поэтому он поначалу не поверил Рикарду Морею. Но тот, спешившись, поведал детали, которые невозможно выдумать.

  — Ее казнят, — говорил он, пока они шагали к палатке Анрэя. — Сожгут на костре, как ведьму. Вы – единственный, кто может ее спасти.

  — Она отправила тебя ко мне? — уточнил Анрэй, откидывая полог палатки.

  — Нет, она не хотела, чтобы я ехал сюда.

Анрэй поморщился. Даже стоя у края пропасти, Флориана отказывалась от его помощи. Или смерть для нее предпочтительнее, чем быть обязанной мужу?

  — Она боялась, что войско без вас проиграет бой, — добавил Рикард, и Анрэй устыдился своих мыслей. Фло беспокоилась о его интересах. Ну, что за девушка…

  В палатке Рикард тяжело опустился на стул. Он был бледен от кровопотери.   

  Следом вошел Кир. Даже не пришлось за ним посылать. Анрэй наспех обрисовал ситуацию. Ему требовался совет друга. По правде говоря, ему требовалось его одобрение. Ведь решение он уже принял.

  — Отправишься в Кингросс? — Кир слишком хорошо его знал.  

  — А ты предлагаешь оставить все, как есть? — Анрэй был близок к тому, чтобы вспылить. Кир призывал бросить Флориану на растерзание врагам.

  — Какая эта по счету твоя женщина? — Кир был как всегда прямолинеен. — Даже жена не первая. Сколько их еще будет? А страна у тебя одна.

  — Не смейте так говорить о Флориане! — вместо Анрэя за девушку вступился Рикард. И это было унизительно.

  У Анрэя в руках вся власть в стране, а он не может спасти любимую женщину. На кой такая власть? Злость на жену и разочарование из-за ее поведения прошло. Растворилось без следа, как снег по весне. А из-под него подобно подснежникам проступили истинные чувства. Анрэй поклонялся жене больше, чем богам, любил сильнее, чем свою страну, ее благополучие он ставил превыше собственной жизни.

  — Как разведчики это прозевали? — Анрэй сверлил Кира взглядом. Все-таки разведка подчинялась ему.

  — В среде священнослужителей у нас нет людей. Ты же знаешь, какие они сплоченные. Не пробиться. Мы можем только наблюдать со стороны, но этого мало.

  — Значит, опять придется все делать самому, — проворчал лэрд. — Ни на кого нельзя положиться.

  — Анрэй, как твой советник, как твой друг, в конце концов, я говорю тебе: останься, — снова заговорил Кир. — Если уедешь, проиграешь не просто бой, проиграешь страну.

   — А если останусь, потеряю жену, — возразил он. — И, вероятно, столицу. Я не могу позволить, чтобы за моей спиной творилось подобное. Это переворот. Если бы ты справлялся со своим делом как следует, мне бы не пришлось уезжать.

  Кир нахмурился. Наконец и он задумался о происходящем:

  — Думаешь, Мелания нарочно тянет время, чтобы ее союзники закрепились в Кингроссе?

  — Эта мысль приходила мне в голову, — кивнул Анрэй.

  — Я еле выбрался из крепости, — подал голос Рикард. — Пришлось прорываться с боем.

  — Возьми отряд, — тут же среагировал Кир. Теперь и он понял, как важно вернуть контроль над столицей.

  — Хорошо, — кивнул лэрд, — но небольшой, чтобы не тормозил меня. В Кингроссе хватает верных мне людей. Стоит приехать в крепость, и они встанут на мою сторону.

  Анрэй окинул взглядом палатку. Что он здесь делает? Почему еще не в седле, не несется во весь опор в Кингросс, чтобы спасти любимую.

  Кир добавил:

  — Я сделаю все необходимое, чтобы удержать войска под контролем до твоего возвращения.

  — Назначаю тебе главнокомандующим на время моего отсутствия. Не подведи меня на этот раз.

   Анрэй хлопнул друга по плечу. Рикард хотел поехать с ним, но лэрд отказался от его компании. Раненый попутчик будет сдерживать его в пути. Да и просто не хотелось делить с ним дорогу. Мужчина все понял и не настаивал.

  До Кингросса было два дня пути. Анрэй сократил их до полутора. Всю дорогу думал лишь об одном: а если с женой что-то случится? Если он опоздает? У него так и не будет шанса попросить прощения, рассказать, что она для него значит. Сколько бессонных ночей он провел, думая о ней. Сколько боролся за каждый шаг к ней навстречу. Он не был готов ее потерять.

  Когда впереди замаячили стены Кингросса, Анрэй пришпорил коня, обгоняя свой отряд. Конь был на последнем издыхании, но все-таки поднял его на холм.

  Ворота стояли закрытыми. Не слезая с коня, лэрд постучал.

  — Открывай! — потребовал у стража. — Приказывает твой сюзерен.

  С той стороны молчали. Тогда он произнес:

  — Или немедленно откроешь, или завтра твоя голова украсит одну из пик наверху этих самих ворот.

  На этот раз сработало – рычаги, поднимающие ворота, пришли в действие. Другого он и не ожидал. Непонятно, на что рассчитывали заговорщики. Долго Кингросс им было не удержать. Или они планировали сбежать до его возвращения?

   Несколько минут спустя Анрэй ворвался в крепость снежным бураном. Стражи не сразу его признали. В первый момент они пытались его задержать. Даже мечи вытащили из ножен. Но Анрэй быстро дал им понять, кто он таков. Оттолкнув ногой ближайшего стража, он, все еще будучи в седле, отдал приказ всем следовать за ним. Они замешкались всего на секунду. Окончательно решиться им помог подоспевший вооруженный отряд. Воины принялись за очистку крепости от заговорщиков и их сторонников.

Звенели, сталкиваясь, мечи. Кровь лилась по мостовой подобно дождевой воде. Но перевес был на стороне людей Анрэя, а потому он не волновался за исход сражения. Вскоре город снова будет его.

  Анрэй проскакал по мостовой, высекая искры из-под копыт коня. Его целью была тюрьма. Если верить Рикарду, Фло держат там. Он вдруг подумал, что все это может быть ловушкой. Что заговорщики только и ждут его появления, а Флориана лишь предлог. Или же часть заговора, как и ее бывший муж. Но это не остановило его. Если есть хоть малая вероятность, что Фло страдает, он не имеет права отступать.

   По-прежнему на коне, Анрэй въехал во внутренний двор тюрьмы и чуть не свалился на землю. Посреди двора высился столб с обгоревшим телом. Нельзя было определить женское оно или мужское. Но не так уж часто в Кингроссе жгли ведьм, чтобы понять – перед ним жена. Он опоздал.

  Гнев, охвативший его, не поддавался описанию. Ярость богов, вознамерившихся уничтожить человечество, ни что по сравнению с тем, что чувствовал Анрэй. Все вокруг подернулось красной дымкой похожей на кровь. Пока это был лишь обман его зрения, но он собирался воплотить его в реальность, залив площадь кровью тех, кто сотворил подобное с Флорианой.

  Подоспевшие воины из его отряда собрали заговорщиков. Вычислить их не составило труда. Судить лэйди имел право либо лэрд, либо в его отсутствие священнослужитель первой ступени. Едва его арестовали, он выдал всех, кто был с ним заодно.

   Анрэй лично желал обезглавить эту мразь. Священнослужителя приволокли на площадь  к столбу с телом лэйди.

  —  Как вы попали в крепость? — вопил он. — Я велел запереть ворота и никого не пускать.

  — Ты кое-что не учел, — усмехнулся Анрэй. — Быть может, мормэры пойдут за тобой, но воины, стоит мне появиться, всегда займут мою сторону. Не стоило лезть в мою крепость. Это ошибка. На юге у Мелании есть шанс на победу. Здесь его нет. Пока я жив, я в Кингроссе хозяин.

  Анрэй обнажил меч, не видя смысла продолжать разговор:

   — Я – сюзерен Абердина и его верховный судья – приговариваю тебя к обезглавливанию. Приговор будет приведен в исполнение немедленно.

  Он занес меч над шеей священнослужителя.  

  – Мы пытались вас спасти! — взвизгнул он.

— Я похож на того, кого надо спасать? Не потерплю самоуправства. Это все еще моя страна. Я хозяин всего. И твоей жизни в том числе. И сейчас я желаю забрать ее у тебя. За смерть лэйди ты ответишь жизнью, — он замахнулся.

  — Лэйди жива! — выкрикнул священнослужитель, прежде чем сталь коснулась его шеи.

  Меч уже летел к цели. Не в силах Анрэя было его остановить, но он перенаправил удар, рубанув вместо шеи камень мостовой.

  — Что ты сказал? — наклонился он к лицу священнослужителя.

  — Лэйди жива, — повторил тот тише.

  — Тогда кто это? — он указал на обгоревшее тело, которое как раз снимали со столба.

  — Знахарка. Мы не успели сжечь лэйди Флориану. Ее казнь должна состояться сегодня на рассвете.

   Анрэй посмотрел на небо. Рассвет только занимался – еще бы немного и опоздал. Но облегчение быстро сменилось новой тревогой, и он дернул священнослужителя за ворот.

  — Где она?

  — В одной из камер.

  Он еще не договорил, а Анрэй уже направлялся в казематы. Увидеть Флориану живой, обнять ее, коснуться – все, чего он желал. Заговорщики с их планами, восстание мормэров, брошенная армия – все отошло на второй план. Его ждала любимая женщина, настрадавшаяся по его вине. И он был готов, если потребуется, вымаливать прощение на коленях.