Глава 22. Теперь у меня две дочери!

Дом семьи Тивирон

— Не плачь, дочка, — баронесса Тивирон гладила Киору по голове, пытаясь её успокоить.

Уже больше часа девушка рыдала, не имея сил остановиться и взять себя в руки. Причиной тому послужило письмо от семьи Кэйхил, в котором чёрным по белому написано, что помолвка не состоится.

— Тварь! — всхлипывала Киора, глотая горькие слёзы обиды и негодования. — Всему виной эта тварь! Санса! Всё из-за неё! Я так ждала этой помолвки! Мама! — девушка вскинула заплаканный взгляд на родительницу, цепко схватив её за ладонь. — Мне так нравится Адриан! Хочу, чтобы он стал моим мужем! Прошу тебя, — голос дрогнул, — сделай что-нибудь!

В груди баронессы Тивирон кипела ярость на Сансу, что в её понимании была пустоголовой идиоткой. Мягкосердечна тряпка, об которую на протяжении стольких лет вытирали ноги. Но вдруг всё изменилось. Что пошло не так? Неужто терпение этой мерзавки подошло к концу? Бред! Точно нет! Она — безвольное, бесхребетное ничтожество, что столько раз доедало объедки с пола, которые ей были кинуты по доброте душевной!

— Я… — всхлипывая, Киора заливалась слезами. — Я не хочу другого! Хочу его! Адриана Кэйхила! Мама…

И вновь громкие рыдания прокатились по комнате. Они разрывали сердце баронессы, которая была готова собственными руками открутить голову Сансе, ведь именно она, дрянь, заставила её ребёнка страдать!

— Не переживай, — шептала женщина, сдерживая ярость, рвущуюся на свободу, — ещё не всё потеряно. Ты же видела, приглашение на бал нам прислали, а это значит, что знать не отвернулась от нас. Шанс есть.

— П-правда? — с заиканием спросила Киора, глаза и нос которой припухли от нескончаемого потока слёз.

— Правда, — улыбнулась баронесса. — Тебе стоит принарядиться, чтобы быть на этом балу обворожительнее всех. Твой Адриан как увидит тебя, так сам побежит к родителям просить о возобновлении помолвки.

Киора улыбнулась, довольно кивнув. Ей пришлись по душе слова матери.

— Ты права! — шмыгнула она носом. — Так и поступим! Донесём до всех, что в случившемся нет нашей вины. Мы — пострадавшая сторона! А Санса… — черты лица Киоры ожесточились. — Санса — тварь неблагодарная! Нужно было переломать ей ноги, чтобы никуда уйти не смогла! Дрянь такая!

— Не переживай, совсем скоро она пожалеет, — на губах женщины растянулась коварная улыбка, — что осмелилась на этот шаг! Просто подожди немного.

Вика

— Мне кажется, — виконт Оберон хитро прищурился, — или твои щёчки и правда стали меньше?

— Ты так считаешь? — глаза Лории широко распахнулись от услышанного.

Приложив ладони к лицу, она резво выскочила из-за обеденного стола, подбегая к окну и вглядываясь в своё отражение.

— Что-то я не вижу.

— А вот я вижу, — заверил любящий отец свою дочь. — Эти занятия, пусть и считаю их странными, — мужчина поморщился, — но они идут тебе на пользу. Ты стала бодрее, веселее…

— Это всё Санса, — Лори кинулась ко мне, касаясь моего плеча. — Папенька, я так рада, что теперь она часть нашей семьи, ты бы только знал!

Стало так приятно, аж мурашки по коже побежали.

— Вот насчет этого я и хотел с вами поговорить, — лицо хозяина дома стало сосредоточенным. — Завтра бал…

Ох уж этот бал. Я так переживала. Не хотела, чтобы из-за меня на Лорию и её отца пала тень позора.

— В общем, я принял решение, но мне нужно ваше согласие, — кивнул виконт Оберон, подзывая к себе слугу, в руках у которого была кожаная папка. — Девочки, ознакомьтесь. Вдвоём. И, если никто не против, пусть Санса подпишет эти документы.

Волнение побежало под кожей.

Лори, не говоря ни слова, взяла у слуги вышеупомянутое, раскрывая и читая написанное от руки.

С каждой строкой моё сердце билось чаще, в то время как молодая виконтесса улыбалась всё шире.

— Да! — заверещала она, хлопая в ладоши, словно маленькая. — Папочка, да! Я согласна!

«Удочерить… — ошалело моргала я. — Он собрался меня удочерить…»

— Санса? — послышался осторожный голос виконта, когда прошли секунды, а я так и стояла, словно оглушённая, глядя в одну точку и удерживая в руках кожаную папку.

— Д-да?

— Что скажешь? — отец Лории глядел на меня.

— Растерялась, да? — с пониманием приобняла меня виконтесса. — Папочка, она растерялась! — девушка кивнула со всей уверенностью.

— Если ты волнуешься, что мы с дочерью будем претендовать на твоё наследство… — заговорил хозяин дома, — то можешь быть спокойна. Я…

— Что вы? — я вскинула взгляд. — У меня даже мыслей таких не было. Просто… — к горлу подкатил слёзный ком. Виконт Оберон… Он так сильно похож по характеру на моего отца. — Просто не знаю, как вас благодарить. Вы… потрясающий человек! Воспитали такую прекрасную дочь. Я несказанно счастлива, что небеса привели меня к вам.

Не удержалась, одна слезинка всё же скатилась по щеке.

— Ну вот, — Лори, продолжая меня обнимать, зашмыгала носом, — я тоже плачу.

— Лили, Лия, — повысил голос виконт Оберон, — несите тряпки, у нас тут потоп намечается.

— Ну, папенька, — улыбнулась Лория.

Я следом за ней.

— Вот это уже другое дело, — засмеялся хозяин дома. — Давайте не будем грустить? Впереди нас ждёт бал у графа Давьера. Этот танцевальный вечер пойдёт нам на пользу. Пусть все знают, теперь у меня две дочери, которых я никому не дам в обиду!