ЭПИЛОГ

(Спустя месяц)

Жалостливый взгляд императора, что смотрел вслед уезжающей карете, был настолько реалистичным, что все присутствующие не могли не поверить в его печаль. Сегодня настал тот самый день, когда пришло время Амае покинуть родную империю и отправиться на чужие земли. Вот только лишь немногие знали, что место принцессы и моей младшей сестры по совместительству заняла никто иная как Лиара. К слову, отец знал о подмене.

Я ему рассказал, в тот самый день, когда решил изменить свой план по отмщению и пойти другим путем. Не собирался раскрываться перед ним, но потом, немного подумав, решил, что так будет даже лучше. Он столько лет доверял этой лицемерной твари, погубившей мою матушку, поэтому я хотел, чтобы император собственными ушами услышал, какая она дьяволица, свихнувшаяся на всю голову.

Никогда не забуду с каким сильным грохотом сердца направлялся в его дворец. На дворе была ночь. Сильные порывы ветра, словно издеваясь, подталкивали меня в спину, заставляя идти быстрее. Природа будто боялась, что я передумаю.

Золотой меч, что даровал мне император, с которым я мог прийти к нему в любое время суток, был крепко зажат в моей руке. Стражи, что стояли у его покоев, в недоумении нахмурились, не зная, как быть. Время было позднее, точно не для аудиенции, но отказать по закону они мне не могли, поэтому стояли передо мной, переглядываясь друг с другом.

Переступив порог главной комнаты, на меня навалились воспоминания: как я играл здесь с ним в прятки, как слушал его наставления и вместе с ним вырезал фигурки из дерева… Всё это было так давно и будто не со мной.

– Дамиан? – послышался удивлённый голос отца, который вышел на звук моих шагов.

Я склонил голову, чувствуя повисший в воздухе вопрос.

Если честно, у меня разом все мысли вылетели из головы. Пока шёл сюда, подбирал слова для начала разговора, и они были, да только тут же испарились, стоило увидеть того, на кого обида в моём сердце никогда не пройдёт.

Секунды бежали. Мы смотрели друг в другу глаза.

Я понимал, нужно что-то сказать, но не мог. Не мог начать, так больно было ворошить прошлое.

В итоге, не произнеся ни звука, медленно опустил руку в сторону ножен, извлекая клинок, который император обязательно должен был узнать.

И он узнал…

Стоило только ему взглянуть на инициалы, которые лично выгравировал для меня, как его дыхание участилось, а руки задрожали.

– Откуда… – голос отца охрип от эмоций. – Откуда он у тебя?

В его глазах появился блеск подступающих слёз, которые… меня не трогали.

– Ты сам мне его подарил, – невозмутимо пожал плечами, хотя внутри всё дрожало от напряжения, сковывающего тело. От злости, которую я так и не смог заглушить за все эти годы. От невыносимого желания наорать на него, спрашивая, как он мог так поступить?! Как мог предать матушку?! Но вместо этого я стоял на месте, без стесняя показывая ярость и презрение, направленные на него. – На день рождения, – продолжил следом. – И сам выгравировал мои инициалы на нём. Об этом знали только ты, я и мама… которая погибла по твоей вине!

– Я… – императора трясло всё сильнее. – Ты… я…

Я видел, что он в непередаваемом шоке. Видел, как ему тяжело, но успокаивать не спешил.

– Ты с такой лёгкостью отказался от неё, – хмыкнул я, испытывая необузданное желание развернуться и уйти отсюда. – А ведь именно твоя новая жёнушка и погубила маму…

– Что… – от услышанного отца повело в сторону и он поспешил ухватиться за первое попавшееся – стойку, на которой стоял канделябр, грохнувшийся от толчка.

По комнатам разнёсся громкий для тишины ночи звон металла, на который тут же прибежали стражники.

– Ваше величество! – кинулись они к нему, видя, как он хватается за сердце.

– Вон! – зарычал он. – Пошли вон!

Я стоял и наблюдал за его мучениями. Не раз представлял себе этот момент. Думал, что от увиденных в реальности его страданий мне станет легче, но нет. Не становилось.

– Я выжил, чтобы отомстить… – сорвалось холодное с моих губ. – Если в тебе осталась хотя бы капля совести, ты сделаешь то, что я скажу!

Мои слова больно хлестали по нему. Я не мог замолчать, не мог успокоиться. Эмоции взяли верх.

Император сидел на полу и с понурой головой слушал, какой он трус и жалкое ничтожество. Да, я обвинил его во всём. В смерти матушки, которой не случилось бы, не подпусти он к себе эту лицемерную шваль. Винил в том, что Амая должна отправиться к чёрту на кулички из-за какого-то идиотского договора. И в том, что он не достоин управлять империей, потому что не в состоянии отличить добро от зла!

– Я столько лет тебя искал… – всхлипнул он, когда моя гневная речь стихла. – Столько лет ждал, что ты вернёшься ко мне… Сын… Я сделаю всё, что ты скажешь…

И он действительно сделал. Переоделся в форму стража, вместе с моими парнями просачиваясь во дворец императрицы, который уже был под моим контролем, ведь днём ранее мне удалось схватить евнуха Джэна за горло. Внезапно выяснилось, что у этого лизоблюда есть семья. Жена и дочь подросток, которых мои парни любезно пригласили погостить в ведомство наказаний.

Им не угрожало ничего. Я никогда не паду до уровня Элиры Ри'Далэйн, чтобы мучить и истязать невиновных.

Стоило евнуху узнать, что дорогие его сердцу люди в моих руках, как он быстро стал покладистым. Именно Джэн заменил отравленный чай, который предназначался для Эми, на обычный. И именно он потом отправил мне послание, рассказывая о несостоявшихся действиях императрицы.

Она даже не подозревала, какие заговоры плетутся у неё под носом, как и не ожидала, что предательство последует со стороны того, кому эта тварь доверяла.

Сражение во дворе императрицы было наигранным. Все стражи уже знали о моем приходе и о приходе моих парней. Они просто отыгрывали свои роли, должен заметить, мастерски.

Да, пришлось немного пролить кровь. Без этого никак, иначе у императрицы раньше времени могли бы появиться вопросы.

С наслаждением наблюдал, как стражи волоком утаскивают эту шваль из дворца. Она визжала и пыталась вырваться. Но куда ей.

Дальше всё закрутилось, словно снежный ком. Суд. Приговор. Шок придворных и моих младших братьев, которые даже не догадывались ранее, кем я им прихожусь. Они были так ошеломлены, когда отец объявил, кто я. Их взгляд был встревоженным и виноватым. Будто они забрали у меня матушку. Позже у нас с ними состоялся разговор, где я сказал, что не держу на них зла. Попросил у них того же, ведь именно я наказал их мать, пусть и не смертной казнью.

Элира Ри'Далэйн, как я и обещал, не выпустила душу из тела. Её, с поставленным на правую щеку клеймом предательницы и убийцы, лишили титула, отправляя в закрытый монастырь, в котором она проведёт всю свою оставшуюся жизнь. Для надежности к ней приставили стражу. Я сам выбрал парней, которые будут контролировать будни бездушной твари.

Она покидала стены внутреннего и внешнего двора сидя в большой клетке, которую везли на тележке. По улицам империи, мимо домов аристократии, рынка и центральной площади.

Горожане, до которых донесли правду, кричали ей оскорбления и бросались камнями, на что Элира Ри'Далэйн шипела, посыпая их голову бранными словами.

Пусть она и была свергнута, получила наказание и знатно хлебнула дерьма, но это не могло вернуть мне матушку.

Евнуха Джэна, за его помощь, не стали лишать жизни, а дали ему шанс обрести свободу через очищение собственной кровью. А именно – плеть. Пятьдесят ударов. Он едва не ушёл за грань, но всё же справился, забирая свою семью и покидая империю.

Все, кто работал на императрицу, были пойманы и наказаны. Эстар Морано не стал исключением. Я лично вошел в его поместье в сопровождение своих парней и, схватив его за шиворот на глазах у всех, потащил за собой. Его супруга бросалась угрозами, а дочь визжала, словно её режут. Их счастье, что я не бью женщин, но они всё же ответили за то, как издевались над Дэмией. Отец пнул их под зад их столицы, лишая положения в обществе и всего имущества. Эти две квочки стали нищими и бездомными. Как по мне, такое наказание для них хуже смерти.

Что же до Эстара Морано…

Его казнили на главной площади. Смерть была мучительной. Привязанный к столбу, он медленно умирал под солнцепеком без еды и воды.

Моя матушка была отомщена!

Что же до Амаи… Я сразу сказал отцу, что она не отправится в империю Лиаро, хочет он того или же нет! На что отец мгновенно согласился, думая, как выйти из положения. Но план у нас уже имелся, поэтому волноваться было не о чем. Если только о будущих принцессах, которых могла постигнуть та же участь.

(Спустя год)

– А-ха-ха! Я не могу! – ухохатывалась Эми, сидя на траве во дворе нашего дома. – Ты только посмотри!

С улыбкой на лице, так как от хохота любимой сложно было остаться равнодушным, я потянулся к письму, забегав глазами по написанным строчкам.

– Вот плутовка, – рассмеялся я. – Всё-таки добилась своего.

– Я вот вообще не сомневался в ней, – довольно хмыкнула Эми, счастливо вздохнув.

Лиара, которая и прислала письмо, смогла загнать наследного принца под каблук. Он боялся сказать ей слова, заглядывая в рот, и, как она обещала, ел у неё с руки. Его другие жёны? Их попросту не было. Принц не смел больше ни на ком жениться, по уши влюбляясь в нашу хитрую лису, которая, к слову, была беременна. Срок четыре месяца. Уж не знаю, как она так смогла обойти все запреты, но факт оставался фактом. Более того, Лиара уговорила принца отменить требование в мирном договоре на передачу принцесс. И он, души в ней не чая, согласился.

К слову о принцессах.

Амая, наконец-то обретя свободу, сграбастала Виана, и укатила с ним в путешествие.

Эми так звонко смеялась надо мной, когда я застал их целующимися. Первым порывом было оторвать ему голову, ведь он посмел облапать мою младшую сестру, но мне не дали. Эми с Амаей набросились на меня, когда я рванул к нему. В общем весело было. Особенно, когда он пришёл к императору, просить руки его единственной дочери, которая, по сути, уехала и была уже замужем, но по факту оставалась дома и была свободной.

– Ох, милая, – послышался голос придворной дамы Роаны, которая попросилась жить к нам, когда Амая отправилась в путешествие, – прямо под солнцем сидишь. Давай, надень шляпку. Не дай небеса, ещё тепловой удар хватит.

Эми посмотрела на меня жалобно, на что я лишь развел руками.

– С ней лучше не спорить, – кивнул я, прикладывая ладонь к округлившемуся животу любимой, которая была на шестом месяце. – Леди Роана строгая.

– Но бабушка из меня получится просто прекрасная! – выпалила женщина.

– Мы в этом даже не сомневаемся, – хихикнула Эми. – Что-то есть хочется, – поморщилась любимая.

– Ой, так чего же ты сидишь? Давай! Идём в дом! Я там столько всего наготовила!

– А те вкусные финтифлюшки? – жалобно заканючила Эми, вызывая смешок с моей стороны.

– Ну а как же без них? – рассмеялась придворная дама. – Идём, милая. Давай.

– Я съезжу в замок, – кинул вслед супруге и тётушки.

– Хорошо, – кивнула мне любимая. – Только давай недолго.

– Есть, радость моя!

Испытывая раздирающее душу счастье, направился к воротам, проходя мимо брусчатой дорожки и стражей, что круглосуточно следили за поместьем. Я не параноик, но безопасность никогда не помешает.

Как и говорил, трон меня никогда не интересовал, поэтому я передал на него права младшим братьям, которые трудились над собой в поте лица, осваивая боевое искусство, стратегию войны, и прочее, что могло бы помочь им быть готовыми ко всему.

Я взялся за их воспитание. Им было тяжело, но они не жаловались, каждый раз ожидая моего прихода с дружелюбными улыбками на лицах. За этот год они возмужали, стали крепче и начали иначе смотреть на жизнь. Сангар и Терсан не испытывали обиды на меня за то, что я сделал с их матерью, лишь поблагодарили, что позволил ей жить.

Вот и сегодня… Стоило войти на территорию ведомства наказаний, которое я так и продолжил возглавлять, как ко мне тут же подбежали Сангар и Терсан, а вместе с ними… император, который ждал, когда я назову его отцом. Вот только отец для меня только один, и это не он. А тот, кто растил меня все эти годы и приходит к нам с Эми в гости, принося гору подарков. Он наказал гильдийцам, чтобы те тщательно следлили за моим домом и оберегали мою семью, за что я был несказанно ему благодарен.

Время способно изменить многое. Возможно, когда-нибудь я смогу простить императора, но не сейчас. Сейчас же я наконец чувствовал наслаждение от жизни. Чувствовал, что во мне есть душа, а не просто безжизненная оболочка, страдающая от боли.

Эми… Мой лучик света во тьме. Моя вселенная. Это не ей небеса подарили шанс на жизнь, это она даровала мне его. Моя любимая. Моя кхали. Она стала моим спасением. Стала маяком, на который я выплыл из океана крови. Стала той, ради которой я пойду на всё.