Глава 29

— Наарх Танарес, посол Альдарика, к вашим услугам, миледи, — пробасил демон, отвешивая поклон. За его спиной маячили еще несколько, таких же мускулистых, почти обнаженных и не вызывающих доверия. — Мы посланы, чтобы забрать вас отсюда.

Дея окинула его подозрительным взглядом. За ее спиной ерзал Ноэль, пытаясь выглянуть из-за материнской юбки и рассмотреть анайха в подробностях. А в углу дрожала, всхлипывая, Катарина.

— Кем посланы? — нахмурилась девушка.

— Мной, — раздался спокойный голос.

— Йеванн? Но… как?!

Наарх отступил, пропуская другого демона. Это бы Йеванн. Дея узнала его по глазам и едва удержалась, чтобы не броситься ему на шею. Остановило лишь то, что он весь был в крови. Багровые, уже взявшиеся коркой потеки покрывали его мощную грудь и лицо. Но это была не его кровь, а тех, с кем он дрался. Человеческая.

Дея почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Перед глазами на секунду повис туман, земля под ногами качнулась, и девушка, не сдержавшись, зажмурилась.

— Я не хотел напугать тебя, — в голосе Йеванна появились горькие нотки.

Она услышала, как он шагнул, сокращая расстояние между ними. Остановился так близко, что она ощутила его дыхание.

Анайх протянул когтистую руку. Хотел коснуться своей дакши, но увидев на ее побледневшем лице отвращение и ужас — передумал. Его рука повисла безвольной плетью.

— Ты не должна бояться, — произнес он сквозь зубы. — Я здесь, чтобы защитить тебя и Ноэля. Посмотри на меня!

Резкий окрик заставил ее подчиниться.

Дея открыла глаза, взгляд уперся в кровавую корку.

— Ты… ты убил его? — выдавила она через силу.

— Кого, Дея?

Йеванн сжал ее руками за плечи, и ворожея задрожала, как осиновый лист.

— Рейвена… моего брата.

Он встряхнул ее и прорычал:

— Ты считаешь, что это твой брат? Тот, кто похитил тебя и твоего сына, и рассчитывал использовать в своих планах? Ты беспокоишься о нем?

— Он мой брат…

— Не разочаровывай меня, Дея! Оглянись, посмотри, что происходит! Анайхи сражаются с магами ради тебя. А твой братец сейчас на крепостной стене, он отдал приказ разворачивать пушки и бить по дворцу.

Она плохо понимала, что он говорит. Внутренняя боль и тошнота почти затмили рассудок. Но у нее еще остались силы, чтобы спросить:

— Зачем… по дворцу?

— А как же еще с нами справится? — лицо анайха перекосила кривая усмешка. Между губ сверкнули клыки. — Он надеется похоронить нас вместе с этими стенами.

Словно подтверждая его слова, прозвучал первый залп. Пушки еще пристреливались, так что ядра, начиненные горючей смесью, упали в нескольких ярдах от стен, но и этого было достаточно. Раздался оглушительный взрыв. Волна земли и камней хлынула в окна первого этажа, разбивая стекло, заполняя пространство, погребая под собой дорогую обстановку комнат.

Здание дрогнуло, но устояло.

— Пора, дайэрэ, — произнес Наарх, кладя руку на плечо Йеванна.

Тот шумно выдохнул:

— Да, пора убираться отсюда.

Взвизгнула Катарина, когда Наарх без предупреждения схватил ее. Закричала, отбиваясь:

— Пусти меня сейчас же, чудовище! Урод! Исчадие Хаоса!

Но тот молча подтащил верещащую служанку к окну и вместе с ней взмыл в небо. Полуобнаженный демон из свиты подхватил Ноэля. В отличие от своей няньки, мальчик завизжал от восторга. Во дворе еще продолжалось сражение, но анайхи один за другим забирали тела своих раненых и убитых и исчезали в клубах дыма.

— Нет, стой, подожди! — очнулась Дея, когда Йеванн схватил ее на руки. — Мы не можем уйти просто так! Мы не можем бросить раненых во дворе!

— Анайхи заберут своих.

— А люди? Что будет с людьми?

- Это уже не твоя забота.

— Нет, моя! — она оттолкнула его, отпрыгнула, разрывая кольцо объятий. Замерла, тяжело дыша и не сводя с него дикого взгляда. — Ты не понимаешь! Я чувствую их! Чувствую всю их боль! Я должна им помочь!

В глазах демона вспыхнула ярость.

— Даже ценой своей жизни?

Она не успела ответить. Второй залп оказался удачнее. Огненные ядра влетели в основание стены.

Удар был такой силы, что Дею отбросило на несколько шагов. Она упала, успев закрыть голову руками. Вскрикнула, ударившись об пол.

На мгновение девушку окутала густая, плотная тишина. Она поглотила все остальные звуки: пушечную канонаду, крики раненых, звон мечей. Даже голос Йеванна. Дея видела, как он что-то говорит, склонившись над ней, или кричит, видела, как двигаются его губы, но — ничего не слышала.

А потом тишина взорвалась адским грохотом. Дрожь пробежала по стенам дворца от фундамента до самой кровли, и здание, пошатнувшись, начало оседать.

— Вставай! — Йеванн схватил ее за руку и потянул. — Нужно убираться отсюда!

Дея с трудом поднялась на ноги и застыла. Паника сковала ее по рукам и ногам, когда с потолка посыпалась штукатурка, а потом и куски лепнины.

Огромными, расширившимися от ужаса глазами она смотрела, как над головой лопнула толстая цепь. Тяжелая многоярусная люстра плавно качнулась, нежно звеня хрустальными подвесками, а потом со скоростью звука рухнула вниз…

Вся жизнь пронеслась у Деи перед глазами за тот краткий миг. Смерть коснулась ее краем плаща. Опалила леденящим дыханием. Неизбежность была так близко, конец настолько неотвратим, что не осталось ни сил, ни желания сопротивляться.

Резкий удар сшиб ее с ног. Тяжелое красное тело накрыло собой и прижало к полу. Огромные крылья распахнулись, в последний миг создавая живой шатер…

Грохот. Треск. Короткий полузадушенный вопль.

Волна нестерпимой боли, выжигающей внутренности до самых костей.

Йеванн… Он накрыл ее собой, чтобы спасти.

Дея почувствовала, как хрустальные подвески рухнувшей люстры вошли в его плоть тысячью острых игл. Услышала хруст перебитых костей. Ощутила, как ломаются крылья…

И закричала.

Впоследствии она не могла объяснить, что случилось в тот миг. Помнила только опаляющий жар, возникший внутри, испепеляющую боль, что росла, поглощая ее сознание, пока не взорвалась ослепительно-белым светом. Этот свет неумолимой волной прокатился по замку, по двору, по телам, пронзая людей и анайхов насквозь. Накрыл их сияющим куполом и рассыпался миллиардами обжигающих искр.

Дар, который она пыталась сдержать, оказался сильнее воли. Он вырвался на свободу, чтобы сделать то, для чего был создал богами.

Но это была слишком тяжелая ноша для одной маленькой ворожеи. Отдав все, что имела, Дея просто лишилась сознания.

Она уже не видела, как яростный свет окутывает изломанное тело Йеванна. Не чувствовала, как сращиваются кости анайха и затягиваются раны. Не слышала, как он зарычал, вставая и сбрасывая с себя покореженные остатки металла и хрусталя, словно они были сделаны из бумаги.

— Дея!!! — словно издалека донесся его отчаянный вопль. — Дея, очнись!

Сквозь накатившую слабость она ощутила, как ее схватили надежные, крепкие руки. Как сухие губы лихорадочно целуют ее.

Голос Йеванна превратился в безумный шепот. Он отдавался в ее голове, повторяясь как заклинание:

— Глупая маленькая ворожея! Что ты наделала! Ты отдала слишком много чтобы спасти того, кто этого не заслужил.

Дея с трудом шевельнула губами. Не сказала — выдохнула, цепляясь за плечи мужа.

— Так угодно судьбе.

— В Бездну судьбу! — раздался бешеный рык. — Больше я тебя не потеряю!

Последние слова потонули в стоне и грохоте рухнувших стен.

Взмахнув крыльями, анайх вылетел из развалин. За его спиной падали стены, дворец складывался, словно карточный домик. Кричали люди, стонало железо. Небо почернело от дыма пожарища. Воздух заполнили клочья пепла.

А он с нежностью и отчаянием прижимал к себе тело любимой. Чтобы сейчас ни случилось — он не даст ей умереть. Пусть сам Хаос, хозяин Бездны, придет за ней — он не отдаст. Сразится с каждым, кто рискнет встать на пути, и убьет без сожалений любого, кто посмеет его задержать.

…Внизу, на площади, человек натянул магический лук.

Рейвен знал: высшего демона не уничтожить обычным оружием. Но артефакт, пропитанный кровью невинных жертв и непокорной магией Бездны способен убить даже богов.

Сейчас он сделает то, о чем мечтал все эти годы. То, к чему готовился столько лет…

То, ради чего прошел через Бездну и вернулся назад…

— Ты труп, Йеванн Райс! — прошипел маг, целясь в анайха.

Он уже почти спустил тетиву, когда раздался еще один залп. Огненное ядро упало так близко, что взрывная волна сбила Рейвена с ног.

Мага откинуло в сторону, протащило по земле несколько ярдов, разрывая одежду и плоть. А потом накрыло лавиной из земли и камней.

Но это никто не увидел…

***

Дея не знала, сколько времени продолжалось беспамятство. Очнувшись, она поняла, что лежит на широкой кровати, укрытая атласным одеялом. А рядом, в кресле сидит муж, в своем человеческом виде, и держит ее за руку.

Веки Йеванна были плотно закрыты. Но стоило Дее шевельнуть пальцами, как он тут же открыл глаза. Взгляд, в котором смешались тревога и нежность, окутал ее непривычным теплом.

— Как ты? — голос мага звучал хрипло и глухо.

Дея прислушалась к себе. Ничего не болело, если не считать небольшой слабости и легкого тумана, мешающего ясно мыслить.

— Хорошо… А ты? Твои раны… — ее взгляд заметался по его лицу.

Губы Йеванна дрогнули в нервной усмешке.

— Ты спасла меня. И не только меня. Даже не представляешь, что сделала.

— Ноэль! — Дея резко села в кровати. Покачнулась от слабости. — Где мой сын?!

— Тише, — Йеванн удержал ее за плечи. — С ним все хорошо, играет в соседней комнате. Я сказал, что пущу к тебе, как только ты проснешься.

Дея подчинилась его мягкому голосу и властным рукам. Легла на подушки, но сердце продолжало тревожно стучать.

— Как он? Не пострадал?

— Нет, парень в полном порядке.

— А Катарина?

— Жива и здорова. Если не считать небольшого нервного потрясения.

— Какого потрясения? — забеспокоилась Дея.

— Похоже, она панически боится высоты, — хмыкнул Йеванн и погладил ее по руке. — Тебе не о чем переживать. Лучше отдыхай и набирайся сил, нам предстоит переход в Альдарик, а порталы берут слишком много энергии.

— Альдарик? — Только теперь Дея обратила внимание на комнату, в которой оказалась. — А где мы сейчас?

Ее окружала непривычная обстановка. Стены с пилястрами, сводчатый потолок, высокие стрельчатые окна с цветными витражами, изображающими битву между крылатыми анайхами. Бронзовые статуи на постаментах. Тяжелая, вычурная мебель инкрустированная эмалью и золотом. Везде бархат и шелк, ковры и подушки…

— Это охотничий домик на границе между Гвадарсом и Бъенгордскими фьордами. Когда-то в нем останавливались послы Альдарика, но со времен правления Венария мы его первые посетители.

Дея вздрогнула, услышав имя императора. В груди неприятно заныло.

— Что мы здесь делаем?

— Ждем, пока ты наберешься сил для перехода.

— Но… как мы здесь оказались? Анайхи… они не приснились мне?

— Нет.

Йеванн нагнулся, поднес ее руку к губам и поцеловал. Его поцелуй отдавал печалью и горечью.

— Как ты узнал, где я?

— Почувствовал, — он улыбнулся с непривычной мягкостью, от которой сердце девушки на секунду затрепетало. — Это невероятное ощущение. Будто у меня внутри возник компас, и его стрелка направлена на тебя.

— А как ты смог прийти так быстро?

— Ну, это легко. Приняв свою истинную сущность, я принял и все ее дары. Так что мне почти ничего не стоило создать пространственный портал к реке, взяв тебя за главный ориентир. Но я опоздал, прости. Не думал, что этот ублюдок рискнет…

— Не надо так… — она прервала его, отвела глаза в сторону. — Пожалуйста.

Больно слышать от мужа такие слова. Пусть Рейвен и причинил ей боль, он все еще ее брат.

— Лучше скажи, что теперь с нами будет? — попросила тихонько.

— Ничего такого, что стоит бояться. Ты моя дакши, помнишь? Для демонов дакши имеет первостепенное значение. Когда я понял, что тебя похитили, Наарх и его свита заявили, что отправятся на твои поиски вместе со мной.

Она уставилась на него во все глаза:

— Но… почему?

— У демонов особое отношение к женщинам, — он погладил ее по лицу. И Дея с трудом сдержала желание прижаться щекой к его ладони. — Для них рождение дочери это чудо. Судьбоносные связи возникают не сразу, ближе к совершеннолетию никхалии, так что любая из них может оказаться истинной суженой для кого угодно. Даже для самого повелителя. Женщин оберегают и защищают. А за любой вред, причиненный никхалии, грозит смерть, без суда и следствия.

Дея устало прикрыла глаза. Близость мужа окутывала теплом. Сердце молило довериться ему, расслабиться, позволить этим рукам продолжить путешествие вниз по щеке, по шее и дальше. Но глупый рассудок приказывал не поддаваться.

— Не понимаю, — пробормотала она, чуть отодвигаясь. — Разве им не все равно?

Маг помрачнел и убрал руку. Ответил сухо:

— Нет. Чистокровные демоны могут иметь детей только от истинных суженых. От дакши. Потому и берегут своих женщин, как зеницу ока. Но такие подробности о жизни демонов людям не известны. Потому что ни один человек, попавший в Альдарик, еще не вернулся оттуда, а сами демоны не рассказывают своих секретов.

Приподнявшись на локте, она уставилась на супруга.

— А ты откуда знаешь все это?

Йеванн ответил жесткой усмешкой:

— Я тоже демон. Теперь. Последние события заставили меня сделать выбор: оставаться человеком, связанным клятвой, или отринуть все человеческое, включая ложную совесть, и стать тем, кем мне положено стать от рождения.

— И?..

Она даже дышать перестала, дожидаясь ответа.

— Я выбрал. Теперь я анайх.

Выдохнув, Дея рухнула на подушки. Уставилась в потолок.

Ее муж демон. К этому нужно привыкнуть. А она даже не успела привыкнуть к тому, что ее муж — темный маг.

Йеванн продолжал негромко рассказывать:

— Теперь я заберу вас с собой в Альдарик. И тебя, и Ноэля. Там вы будете в безопасности. Никто не сможет вас достать, даже Венарий. Когда император строил планы по захвату источника магии, то не знал, на что способны демоны ради своих любимых.

— А как же убийца? — напомнила Дея. — Тот, кто послал даранхов напасть на тебя.

— Я найду его, как только попаду в Альдарик и сяду на трон.

— Ты уверен, что трон тебя примет?

— Уверен. — Он помолчал и добавил: — Я многого тебе не сказал, прости, но так было нужно. Я знал, что Венарий шантажирует тебя сыном. Мою человеческую половину до сих пор сковывает клятва дознавателя, данная императору. Но когда я почувствовал, что тебе грозит опасность, мой демон целиком захватил меня. Впервые в жизни мы с ним слились и стали единым целым. С общей целью и общими мыслями.

Он замолчал, ожидая ответа. А Дея не знала, что говорить. Все казалось таким нереальным, сложным. Казалось, стоит зажмуриться посильнее, открыть глаза — и она обнаружит себя в своей кровати, в своей спальне, в маленьком домике в предместье Рузанны… И все будет по-прежнему. Никаких даранхов, никаких анайхов, никаких императоров…

Но реальность пропадать не желала. Можно отрицать действительность сколько угодно, но она остается. Так что Дея решила ее принять. У нее еще будет время подумать и свыкнуться с новыми обстоятельствами.

— Что нам теперь делать? — спросила чуть слышно.

Йеванн вздрогнул, когда она пожала его пальцы. Глянул так, будто видел впервые. Недоуменно, взволнованно, и в то же время — не скрывая надежды.

Выдохнул хрипло:

— Нас ждет Альдарик.

— А Венарий?

— Он сейчас слишком занят. Границы Иллурии осадили войска Гвадарса и кланы Бьенгордских фьордов.

— Но почему?

— Король Ирион обвинил Венария в нападении на столицу Гвадарса.

— Но это же сделали анайхи!

От возмущения она забыла про слабость и села.

— Конечно. Но кто-то пустил слух, что напали они из Иллурии, по приказу Венария. И что среди них был имперский дознаватель. Офицер седьмой степени Йеванн Райс.