Эпилог

Мирослава была на восьмом месяце беременности, когда в дом прибыл нежданный визитер. По заведенному порядку тому пришлось просить у главы семейства разрешения увидеться с его снохой. Так было всегда, если в замке отсутствовал сам Марк Людвиг Элтон. После непродолжительной беседы с прибывшим, свекор отправился в личные покои Мирославы.

— Мне бы не хотелось, чтобы ты с ним встречалась, дочь, но решение принимать тебе. И это твой дом, ты здесь надежно защищена, а не закрыта от мира. Как скажешь, так и будет.

— Я увижусь с ним. В малой гостиной. Хорошо?

Ее встреча с Альфредом Спрутом состоялась уже через несколько минут. При первом же взгляде на старшего Спрута отметила, что тот сильно сдал: плечи поникли, морщины стали глубже, походка утратила энергичность. Она рассматривала его, а он — ее. Померились и взглядами.

— Как поживаете, Альфред? — это было просто начало разговора, и ничего иного.

— Подыхаю, Слава. Уверен, тебе не рассказывают тут… — и он обвел желтыми глазами красивый старинный зал. — Полагаю, ты не в курсе, что стало с моим сыном? Что он, сломя голову, бросился за тобой. Что след привел его на Марс. Что пренебрег уговорами и запретами и прибыл туда за тобой. Итог был предсказуем. Его схватили. Приговорили к каторге. И вот мой Вальтер получил заслуженное наказание.

— Что вы хотите от меня?

— Не я. Он. Сын хочет проститься с тобой.

— Что Вальтер знает про меня?

— Все. Я часто с ним вижусь, мы говорим, в том числе, и о тебе. Это может быть последняя его просьба, Слава. Никого никогда не умолял, но сейчас…

— Через несколько дней приедет мой муж. Мы с ним поговорим о вашей просьбе.

Марк был категорически против, чтобы жена летела куда-то, в принципе. А тут еще на Марс и на свидание с Вальтером Спрутом! Но после трех дней уговоров он сдался. Правда, отправился с ней и поклялся, что ни на шаг не отпустит от себя, а при первом же намеке на волнение погрузит на корабль и увезет домой. И встреча состоялась. Мирославе казалось, что Вальтер глаз не спускал с ее лица. Почти весь час, отпущенный им на разговор, просидели в молчании. Уже в конце желтоглазый пират опустил взгляд на ее живот.

— Кого ждете? — было заметно, что вопрос дался ему непросто. — Мальчика? Поздравляю.

— А кто родился у тебя?

— Пацан. А можно… мне бы лишь прикоснуться… — и он чуть пошевелил рукой в направлении Миры.

— Нет! — немедленно напрягся сидящий рядом с ней Марк.

— Я никогда…я не хотел… — закрутил Вальтер головой.

— Все, Мирослава! — поднялся на ноги лорд Элтон. — Нам пора. Прощайтесь.

— Прости меня, Слава, — и она первый раз увидела в его глазах тоску. — Если сможешь. И прощай.

Уже на корабле, когда подлетали к Нектополу, Мира завела с мужем разговор о том, что можно сделать для Вальтера Спрута. Супруг на нее рычал, сверкал синим пламенем, скрипел зубами и даже ругался. Но она заводила разговор вновь и вновь.

— Ты что?! Ты простила его?! Или…неужели, у тебя к нему были сильные чувства? — стал он потом пристально всматриваться в ее глаза, а руки его потянулись к запястьям жены.

— Нет. Это другое. Вот! Держи мои руки. Что ты считал? Теперь успокоился? Разреши мне обратиться с этой же просьбой к свекру, если сам не можешь помочь!

У свекра тоже наблюдала бурную реакцию на свои слова. Но Мирослава не отчаивалась и подбирала новые и новые доводы для убеждения вмешаться в судьбу Вальтера Спрута. В итоге Людвиг Элтон пообещал попытаться смягчить наказание бывшему пирату, но взамен потребовал исполнения своего желания.

И вот, в фамильном замке Элтонов царил переполох. Семейство пребывало в волнении, ожидая с минуты на минуту рождения Винсента Элтона. Именно так попросил назвать младенца отец Марка, ссылаясь на славную жизнь и подвиги своего предка. Это было его заветное желание! А теперь дед и отец места себе не находили и в тысячный раз вымеряли шагами коридор перед дверями комнаты, приготовленной для родов.

— Почему это нас с тобой туда не пустили? — гневно шевелил бровями старший Элтон. — Женщинам можно, значит, присутствовать, а нам нет? Как будто мы ни при чем!

— Рыжик так захотела. А с женщиной в положении спорить — себе дороже делать.

— Здесь ты прав, сын, — на секунду замер Людвиг Элтон, а потом шагнул ближе к дверям, прислушиваясь. — Но что же там творится? Полчаса назад сказали, что младенец вот-вот родится!

— Значит, так надо. Отойди от двери. Стой, сказал тебе! Еще не хватало, чтобы Рыжик на нас рассердилась.

— Напугал, прямо! — хмыкнул тот, но руки от дверей убрал. — И что это за прозвище?! Рыжик!!! Сто раз тебе говорил, что называть так молодую леди Мирославу Элтон…

Тут до них донесся из-за дверей новый звук. Писк младенца! От услышанного мужчины так и замерли.

— Это что же… Это то, о чем думаю?! — схватился дед за сердце.

— Свершилось! — просиял молодой отец.

А через две недели в замке был устроен большой прием в честь новорожденного и его родителей. Съехалось много гостей, звучала красивая музыка, поздравления, добрые пророчества и много веселого смеха.

— Покажи-ка мне еще раз моего сына, — потребовал Марк у своего отца и приподнял кружевной уголок покрывала, чтобы понаблюдать черный пушок на маленькой головке.

— Хватит уже беспокоить моего внука, — недовольно ворчал тот. Дед как взял час назад на руки младенца, так и не желал отпускать. — Он заснул. А ты иди лучше и потанцуй с женой. Что это ее без конца кружат другие мужчины?

— Это мне положено ревновать, а не тебе. И отдай ты уже ребенка няньке!

— Не кричи. Разбудишь. Что?! Выпустил супругу из рук, а теперь зубами скрипишь?

— Все. Пора заканчивать этот чертов прием. Одна нервотрепка с ним.

— Правильно. Гони всех прочь. А мы с Винсентом пойдем в детскую. О, вон и наша бабушка про внука и мужа вспомнила. Что, дорогая, отправимся на покой? — подставил Людвиг локоть супруге.

— Можно мне тоже пойти с вами в детскую? — поднялась из кресла и мать Мирославы. — Я бы хотела еще немного полюбоваться спящим мальчиком, нашим Вини. А потом отправлюсь в свои покои.

— Пойдемте, леди, молодые сами здесь разберутся.

Следующий танец Марк танцевал с Мирославой сам. Кружил жену по залу и довольно щурился, ощущая ее руки на своих плечах. А потом не удержался и поцеловал в рыжую макушку.

— Я люблю тебя.

— А я тебя.

— И во всем доверяешь?

— Конечно.

— Помнишь, я обещал, что сделаю тебя счастливой? Как справляюсь?

— Отлично. Лучше и не придумать.

— То ли еще будет!..

— На что ты сейчас намекаешь?

— На твое новое желание, конечно же.

— Что?!! Опять считал? Ну, ты и…

— А что? Хорошее желание. Винсенту будет веселее расти с сестрой. Или с братиком? Что-то я не до конца прочитал твои соображения, Рыжик.

Он хмыкнул, она ответила смехом. Вечер продолжался. И впереди была целая жизнь.

Конец