Часть 6 Лидия Таверс

 Лидия Таверс

В королевство Лодос я попала впервые и мне тут понравилось. Знаете, из-за тёплого морского течения, север нашего континента похож на земную Балтику, поэтому на его западе зимы всяко холоднее, чем на севере - такой вот забавный парадокс. Королевство Лодос считается страной оборотней, но люди здесь тоже есть, да и другие расы встречаются, правда, много реже, чем в Тагоре. Оборотней в этом мире я увидела впервые - они не любят разделяться и бродить по свету. Вообще, оборотни Лодоса красивые, как мужчины, так и женщины - высокие, почти все светловолосые, с мощными фигурами, похожи на скандинавов чем-то (это мне потом сказали, что тут живут в основном разные кошачьи и волки). Внешне от людей они практически не отличаются, разве что при эмоциональных всплесках глаза становятся похожими на звериные, да в голосе нотки порыкивающие появляются. Свои обороты в городе они не проводят - большинство горожан подавляет тягу к обороту специальными артефактами, остальные же в дни полнолуния удаляются на природу, так что в звериной ипостаси я оборотней и не видела. Королевство Лодос оказалось специфичным - здесь один большой город - столица Айнир (ну как большой - по местным меркам - тысяч двести пятьдесят разумных тут живет, в том же Тагоре, к примеру, не меньше полумиллиона жителей). Остальная структура страны состоит из небольших поселений или городков при замках местных аристократов. Говорят, что в некоторые лесные поселения дорог нет вовсе - оборотням так удобнее жить.

В магическую академию приём будет осенью, а сейчас только конец зимы, но при академии существует подготовительная школа, куда меня приняли на платной основе. Вообще-то она для магически одарённых детей из немагических семей. Они учатся в обычных храмовых школах и дополнительно посещают эту. Школа эта королевская, то есть для своих бесплатная. Тут расчёт прямой - таких детей не так уж и много и их дешевле свезти в столицу и обучить, чем устранять последствия спонтанных магических выбросов. Кстати, с удивлением узнала, что у нелюдей магически одарённые дети в немагических семьях появляются много чаще чем у людей, поэтому подобные школы есть только в нечеловеческих странах.

На оплату учёбы в школе мне и своих денег хватило, но папуля изрядно пополнил мой счёт в гномьем банке. А ещё сделал строгую приписку к переводу, что, мол, я сама соображу, когда дать ему знать о своём местонахождении, однако он: "...не потерпит, чтобы его дочурка в чём-то нуждалась или ещё не хлеще - стала подрабатывать..." На этом месте записки я остановилась и закатила глаза - папочка считает, что пение это не работа, а увлечение женщины из приличной семьи, за которое всякие дураки почему-то платят деньги - вот такой выверт сознания у моего папы-гнома.

Учёба в магической школе мне понравилась, прежде всего, тем, что там учили элементарному, то есть тому, чему в любой магически одарённой семье детей учат с пеленок - это тренировки по контролю над своей магией, чтение аур, первые попытки распознавания сути своего дара, ну и кое-что из истории магии. Надо сказать, что сначала я себя там чувствовала неловко - этакий Ломоносов в женском обличье с подростками за одной партой, а потом привыкла, даже весело было.

Новостей из Тагора я старательно избегала - ну вот зачем мне знать о королевских свадьбах, о нарядах фавориток на последнем балу и прочей ерунде. А чтобы ручонки не тянулись, куда не надо, я записалась в спортивный женский клуб - представляете, в Айнире есть и такое. У них королева фанатка конного спорта, что мне кажется странным для оборотня (королевская семья Лодоса - оборотни, вроде бы дикие коты).

Жизнь моя шла в жёстких рамках - я намеренно так составила себе расписание, чтобы не было ни одной свободной минуточки, а вечером, чтобы только ноги до кровати донести и не вспоминать эти синие глаза, эти руки, этот шепот...

Вот так вот незаметно пришел следующий май, промелькнул летний сезон, наступил сентябрь - фюрэфф - мой второй любимый месяц года и время начала занятий в академии. В саму академию, как отличница школы, я поступила автоматом и на бесплатной основе. Ну, как на бесплатной - всё относительно, я же не гражданка королевства Лодос, поэтому моё "бесплатно" является условным. Я оплачиваю общагу, расходные материалы, форму (симпатичные такие мантии у них тут формой считаются) и питание - это примерно сорок процентов от обычной оплаты. Не плохо для девочки меньше года назад обнаружившей у себя магию, а? Платить я предпочла ежегодно, хотя при разовом взносе всей суммы за четыре года обучения полагалась приличная скидка, но я привыкла не заглядывать далеко.

Жизнь в академической общаге была устроена вполне удобно - жили мы по двое в комнате, свой душ и туалет, Только вот моя персональная паранойя нашептала мне, чтобы я и в комнате не снимала серый артефакт. Более того, первым заклинанием, выученным ещё в школе, стало заклинание сокрытия амулетов и артефактов, А помимо всего этого помним, что живу я среди оборотней (земное фэнтези это наше всё) и вторым по счёту я выучила заклинание приглушения запаха - вроде и пахнет женщиной, но не явно, не раздражающе. Зато спала спокойно, и соседка (вполне себе милая оборотница) не ревновала меня к своему парню. Да и он - потянул пару раз носом в мою сторону и потерял интерес - я у них была вроде мебели.

М-да. Зато дополнительных занятий я себе нахватала - мама не горюй! А зачем? Да затем, что мой синеглазый сниться мне начал каждую ночь и так тоскливо звать, что хоть спать не ложись. Всё время один и тот же сон: будто бы какая-то спальня, обстановку не вижу, вижу лишь горящую красную свечу на маленьком круглом столике перед кроватью, ещё вижу Ольгерда по турецки сидящего на этой кровати, голого по пояс, с распущенными волосами и закрытыми глазами и его голос: "Где ты, детка, вернись, прошу. Я скучаю, детка, вернись". И вот как скажите, мне было высыпаться перед учёбой с такими-то вывертами подсознания? Это только в конце второго курса, когда проходить стали магию сна, я узнала, что видела действительно происходящие события - Ольгерд применял заклятье "сонный зов".

Гранит магической науки и спорт стали тогда для меня спасением. И тем и другим я занималась с каким-то даже остервенением, в результате - зимнюю сессию я сдала в двойном размере и за первый семестр завершила первый курс. Наш декан предложил мне не париться с первым семестром второго курса, а сразу прыгнуть в мою новую группу, потому что у меня "очень дисциплинированное мышление", чем я "выгодно отличаюсь от большинства слушателей академии". А мне что? Я свою прежнюю группу вообще не запомнила, так что после каникулярной декады потопаю вливаться в новую группу уже второго курса.

С деканом вообще интересно получается - он темный эльф, а эльфы имеют собственную магию, отличную от человеческой, они почти не пользуются артефактами (может только портальными), предпочитая им лесные амулеты и собственные умения. Так вот, мне кажется, что декан меня настоящую видит, потому что когда мы, бывает, остаёмся наедине, он берет мою руку и вполне интимно подглаживает пальцами внутреннюю сторону запястья. Меня это несколько напрягает - мне тут ещё попаданской классики, с участием декана магической академии, не хватало.

Декаду каникул я провела весьма продуктивно - в библиотеке, пытаясь хотя бы по верхам охватить первый семестр второго курса. И грусть меня взяла капитальная - там много чего мне недоступным оказалось, ввиду отсутствия практических занятий. Декан сказал, что поможет и даже познакомил с каким-то светлым эльфом, сказав, что это его друг, который готов со мной попрактиковаться, Но чую я, что мне эта помощь дороговато обойтись может, уж больно этот друг умильно на меня посматривает, хотя по всем признакам у них с нашим деканом интим присутствует.

Новая группа оказалась гламурненькой - там учились принцы-оборотни, и приставшая к ним придворная поросль, женская часть которой с первого дня принялась меня серенькую задирать. Я честно терпела, сколько могла, а потом набила мордуленцию одной особо рьяной оборотнихе из придворных деток (ухмыляюсь: "Не тебе, малышка, задирать девчонку, выросшую в шахтёрском городке"). Когда начались разборки на уровне ректора академии, я думала, что меня попрут под белы рученьки - деваха та оказалась графской дочуркой, и папочка её, прямо таки настаивал на моём исключении, но за меня неожиданно вступились принцы-близнецы. Сильно подозреваю, что их благосклонность была вызвана тем, что девица эта откровенно лезла к ним в ближний круг, выбрав простейший путь - через постель. Не, в постель-то она наверняка попала, а вот дальше от неё решили красиво избавиться, посредством скандала со мной. Что говорить - интригу братцы-коты провернули лихо и, видимо в благодарность, взяли надо мной негласное шефство. Мне это дело понравилось, потому что помогло достаточно просто решить проблему с дополнительными практическими занятиями. Братцы-коты материал давали качественно и добросовестно (за что большое им спасибо). Они ведь магию с детства изучали, им эта академия, по-моему, была нужна лишь в качестве причины сбежать из дворца на волю. Ну и бонусом - их шефство позволило мне избавиться (тьфу-тьфу) от внимания декана и его друга (кхм!). А я взамен обучила братцев гномьим и орочьм ругательствам (кстати, орочий мат очень похож на русский). Ну и к веселью своему братцы меня приобщили. Где мы только с ними не хулиганили, даже на ратушу столичную забирались (каюсь - это я им посоветовала покрасить в красный цвет причинное место коту, который на крыше ратуши горгулью изображает). Разве что к подружкам своим они меня не водили, хотя потом выяснилось, что подружка у них одна на двоих (странные, однако, вкусы у братьев). Но все таверны Айнира были наши, а уж сколько раз мы сигали по крышам и заборам, удирая от стражи и не сосчитать! Так что летнюю сессию я сдавала уже полноценной второкурсницей и была готова отправиться на практику - куда родина, в виде декана, пошлёт.

Родина послала меня и, прицепившихся ко мне, братцев-котов в лодоско-тагорское пограничье. Пограничье это было вполне себе мирным - между королевствами Лодос и Тагор никаких проблем на текущий момент не существовало, кроме контрабандистов, которых ловили на совместных операциях. Сначала я на братьев злилась, уж больно мне хотелось одной побыть в той крепости (романтичное такое местечко), но потом добрые разумные из факультетского секретариата подсказали, что декан сначала планировал с инспекцией ко мне на практику приехать, но как узнал, что мама братьев одобрила им практику в этом месте, так резко и передумал. Говорят, что мама у моих котов дама резкая, чуть что не по ней - головы, хвосты и уши летят в разные стороны. Но у меня без проблем не бывает - встретилась я тут со своим прошлым в виде отряда наёмников под начальством Ирга, который меня тотчас узнал и завопил, сволочь, на всю крепость:

- Сольвейг!!! - я вздрогнула, но не обернулась. Так нет же! Эта тупая, здоровая скотина в два прыжка меня догнала и начала трясти: - Сольвейг! Сольвейг! Вот ты где обитаешь, а мы тебя совсем потеряли!

Я зашипела:

- Отпусти меня немедленно, я не Сольвейг.

А эта дубина, как давай ржать:

- Ну как же ты не Сольвейг, если ты Сольвейг!

И все это на полную громкость. Представляете! Весь этот бл...кий цирк происходил на глазах у братцев-котов. Они, конечно же, с большим удовольствием понаблюдали за этим спектаклем, потом подошли к нам и представились Иргу моими одногруппниками из Лодосской магической академии. Подробненько так расспросили его про меня-Сольвейг, потом сами рассказали про меня-Лидию, потом все вместе направились распивать спиртные напитки и меня с собой прихватили в виде груза. Как я и подозревала, примерно через час, эта троица алкашей стала наседать на меня с требованием немедленно им спеть. Добрых слов о том, что я больше не пою, они просто в упор не слышали, пришлось поливать их ледяной водичкой, магически призванной из ближайшей горной речки - вроде отстали, на этот вечер. Короче, три декады практики слились для меня в один большой ужастик. Догадываетесь о причине? Нет? Так я вам скажу - коты и Ирг нашли друг в друге родственные души и пили, как не в себя, что естественно, заканчивалось тем, что я пятый угол по крепости искала, лишь бы они меня не обнаружили и не пристали в очередной раз с требованием показать братцам, как я "чудесно пою".

Как и всякий кошмар, практика закончилась совершенно неожиданно, и тогда я, прижав Ирга к стенке какого-то амбара, потребовала от него клятву молчания о том, что он меня видел. Вид у меня явно был такой, что клятву Ирг дал, правда обиделся - орки, они же сплетники ещё те, а я его лишила такой сенсации! Вообще-то мы с Иргом дружим, а дружба наша возникла на чисто финансовой почве - просто я ему однажды посоветовала, как изменить систему расчётов с нанимателями, и в качестве примера контрактик один вычитала. Там дело было в сроках расчётов - платили наёмникам по возвращению с задания, а оплата всегда подушевая. Ну, представьте - уходит на задание двадцать наёмников, а возвращается восемнадцать, за двоих погибших не платят, а на отряде висят обязательства перед их семьями. С тех пор Ирг считает себя обязанным за мной присматривать, за что я ему была очень благодарна, потому как Тагор не тот город, где можно расслабиться.

Заслуженное время каникул я решила провести с королевой, отбрехавшись от братиков тем, что мне надо навестить родню в Тагоре. Под их внимательными взорами, я, вполне себе легально, перешла границу, погладила по головке свою паранойю и не стала пользоваться пограничным порталом, а на случайных перекладных дотащилась до первого крупного города, откуда прыгнула прямо на восток. И это было удивительно! Оказывается, по особому королевскому указу в городишке, в окрестностях которого нынче обитала королева Эрика, был построен стационарный портал. Я долго хихикала по этому поводу - подкатывать к жене начал Его Величество.

Королева Эрика

Сегодня у меня радость! Сегодня у меня праздник! Сегодня ко мне прибыла дорогая пропажа - Сольвейг! Мы будем вместе почти два месяца летнего сезона! Ах, она мне так нужна с её добротой и жёсткостью, с её иронией и умными советами! Именно она показала мне путь для женщины, которой разбили сердце. Она была права - он труден и очень болезненен, на этом пути понимаешь все свои ошибки и иллюзии, но этот путь позволил собрать себя по кусочкам, выжить и начать жить. Уже более двух лет длится мой скорбный путь к себе. Оглядываясь назад, я вижу девочку, безумно влюбленную в своего красавца-мужа, вижу его снисходительную нежность к глупышке, только выскочившей из закрытого пансиона, совсем ничего не представляющей из себя в плане магии, не имеющей никаких знаний, не понимающей придворной жизни, знакомой только с этикетом да с глупыми любовными романами. Иногда мне кажется, что Алекс намерено оставлял меня в состоянии пансионного полудевичества, чтобы наслаждаться моей влюбленной наивностью и неопытностью, когда искушённость дворцовых красоток ему надоедала. И уж магичку или механикуса он точно не собирался из меня делать. Получается, что его полностью устраивала глупенькая куколка в роли королевы, но куколка сломалась - то ли недостаточно глупа оказалась, то ли дворцовые красотки перестарались, показывая мне мою ничтожность, сложно сейчас рассуждать об этом.

Первое, что сделала Сольвейг, как будто из ниоткуда, возникнув на пороге моего кабинета, это задала странный вопрос:

- Эрика, кому ты здесь веришь? Кому ты можешь доверить тайну?

Я задумалась:

- Только Рите, моей камеристке, она со мной с детства, она приехала со мной из Сонара, - я слабо улыбнулась, - я же урождённая сонарская принцесса. А зачем тебе это?

- Понимаешь, Эрика, моя персональная паранойя говорит мне, что моё пребывание в твоем замке очень скоро перестанет быть секретом, а мне бы хотелось, провести у тебя все свои каникулы и не сбегать тёмной ночью.

- А что такое паранойя?

Она засмеялась:

- Вид душевной болезни, когда всех подозреваешь в нехороших вещах и преследовании.

- Очень полезная болезнь, - задумчиво сказала я, - надо обзавестись, - и мы весело расхохотались.

Я позвонила в колокольчик, замагиченый на вызов персонально Риты (сама придумала, между прочим) и когда она прибежала, обрисовала ей наше затруднение. Рита со вниманием осмотрела Сольвейг и сказала: "Гесса, на тебя вот мантию одеть, да парик рыжий подобрать и вылитая магесса Сения получишься". И вышло всё по слову Риты! Утром я сообщила управляющему, что вчера вечером ко мне прибыла магесса Сения из Тагорского университета, что не вызвало у него никакого интереса, так как учителя и маги ко мне приезжали постоянно. Он только поинтересовался, где её разместили. Я сообщила, что магесса будет жить в покоях рядом с моими. И начались чудесные деньки: мы гуляли, учились, разговаривали.

Я учила Сольвейг метать ножи и похвасталась, что сама смогла намагичить подкачку и подогрев воды в замке. И теперь у меня не хуже чем во дворце - есть и душ, и туалет, и ванна (правда внутренняя перестройка замка ещё идет, но это не беда). А она учила меня плавать и при этом долго хохотала над моим купальным костюмом. А потом заставила меня всё с себя снять, говоря что, во-первых, нас на замковом озере никто не увидит, а во-вторых, чтобы получить удовольствие от плавания, надо чтобы между водой и телом ничего не было. Ещё она долго ехидничала, говоря, что мне положено быть русалкой, потому что Сонар - это морское королевство, а я оказалась просто топориком, который тонет, даже не попав в воду. После, она рассказывала о своей жизни в Лодосе, о принцах-близнецах и их проделках.

Сольвейг единственная, кто говорит со мной откровенно, называя вещи своими именами. Это она без стеснения задала мне вопрос: "Почему многие братья-близнецы и не только, увлекаются нежными отношениями с одной женщиной?" - и привела в пример братьев-котов. Я ей ответила, что честно говоря, не знаю точного ответа, но это как-то связано с перворожденными - у них братья-близнецы всегда женятся на одной женщине. После такого вопроса я осмелела и спросила Сольвейг, почему она отказалась стать временной любовницей Ольгерда (в прошлое её появление, у меня просто язык не повернулся спросить такое). Она мне ответила, что "становиться королевской шлюхой вовсе не было мечтой её детства". Я не поняла ответа, и уточнила вопрос: "Сольвейг, но ведь у вас уже были нежные отношения к этому моменту?" Она немного подумала и сказала, что она свободная женщина, встречалась с ним - свободным мужчиной и их связывали чувства, по крайней мере, с её стороны, а его предложение это унижение: присвоили статус временной содержанки, поигрались, надоела, дали денег (или чего там дают шлюхам) и выбросили. "Но ведь временная любовница - это не шлюха", - возразила я ей. "А кто? - спросила она. - Эрика, женщина, которой с полного её согласия и одобрения, платят за постель - это шлюха. Любовь, - сказала Сольвейг, - может привести к браку, может не привести - это не важно. Любовь нельзя купить или продать, купить или продать можно тело, но не душу, в которой живёт любовь. А то, что предложил мне Ольгерд - это была покупка моего тела. Рабынь так же покупают, но у рабыни нет выбора, а у меня выбор был, и я его сделала".

Меня крайне заинтриговала такая постановка вопроса - свободный мужчина, свободная женщина, их свободная любовь - это была необычная мысль, и я решила хорошенько её обдумать.

А потом она спросила:

- Ты поняла, с какой целью тебе стационарный портал отдельным королевским указом организовали? - я удивленно подняла на неё глаза. - Что, не поняла? Это твой король дорожку для примирения выстилает, - я кажется, побледнела, и Сольвейг встревожилась: - Что ты, что ты, маленькая, чего ты так испугалась?

Я мёртвой хваткой вцепилась в её руку:

- Сольвейг дорогая, что же мне делать? Посоветуй, ты такая умная!

- Я умная? Была бы умная, бежала бы от твоего родственника со всех ног, - горько усмехнулась она, - хотя... - она скептически осмотрела меня, - есть вариант, но не знаю, сможешь ли ты его выиграть.

Я уже справилась с собой и твердо заявила:

- Я смогу всё, что нужно.

- Ну, хорошо, тогда ты должна понять и принять одну очень неприятную вещь.

- Какую? - я серьёзно смотрела на неё.

- Он никогда не любил тебя, Эрика, - это было, как удар ножом в сердце, я на мгновение прикрыла глаза, - я объясню, - продолжила Сольвейг, - ты в силах выслушать меня?

- Да.

Она одобрительно кивнула:

- Молодец! Ты научилась слышать правду. Так вот, ты вышла замуж по типичной для аристократов причине, которая называется - выгода. И не важно, чья это выгода, семьи или королевства. Ты провела годы в закрытых пансионах за вышивкой и чтением любовных романов, ты не видела мужчин и не знала их, тебе был незнаком окружающий мир, тебя приучили подчиняться решениям старших, особенно решениям старших мужчин. Я правду говорю?

- Да.

- Тебе очень повезло в том, что твой первый мужчина, твой король оказался терпеливым и умелым любовником - он предпочёл приручить тебя лаской, а ведь мог грубо сломать тебя в твой первый раз, и ты навсегда превратилась бы в холодную женщину, ненавидящую мужчин, - я покраснела, - не смущайся, Эрика, не надо, я ведь тоже женщина и всё понимаю, - сочувственно сказала Сольвейг. - И вот что я тебе скажу - ты должна познакомиться с ним заново, влюбить его в себя, быть загадочной и неуловимой. Запомни - мужчины охотники, но женщины не жертвы! Не делай первый шаг, не соглашайся на первое предложение, не капризничай, будь молчаливой, всегда сохраняй ещё одну загадку в запасе, - она усмехнулась, - и если вдруг когда-нибудь, тебе придётся взять паузу, держи её до последнего, до изнеможения, держи паузу! - она с сомнением посмотрела на меня, - я тут тебе тайное послание накидаю о плотской любви, кое-что тебе, наверное, покажется ужасным, однако помни - ты должна знать, но вот применять всё, что я тебе напишу, можно лишь по велению души и тела, но не разума. Знаешь, есть одна старая присказка - в добровольной постели неправильных решений не бывает.

А потом внезапно оказалось, что до её отъезда остался один день, и наступила странная растерянность, но Сольвейг сказала:

- Та-ак! Что за грустяшки у нас тут? Принимаю волевое решение! Эрика, дорогая, а приходилось ли тебе напиваться?

- Нет, - робко ответила я.

- Ты же сейчас, по существу, студиоз, а каждый студиоз просто обязан время от времени напиваться, ибо иначе не вынести груз знаний! - Сольвейг воздела вверх указательный палец, потом сграбастала колокольчик и вызвала Риту. - Рита, - торжественно провозгласила она, - срочно доставь в покои королевы три, нет, четыре бутылки приличного вина, проследи, чтобы все их открыли, нужна закуска. Что ещё? А! Воду! И похмельное средство. Воду и похмельное средство поставь на видное место и можешь быть свободна.

И начался наш грандиозный загул, как назвала Сольвейг это действо.

Было очень весело и забавно, потом я достала витар, который Сольвейг оставила у меня в свое прошлое печальное посещение, и умоляюще посмотрела ей в глаза.

- Ах, ты, мышь этакая, - нахмурила, было брови Сольвейг, но я видела, что ей и самой хочется музыки, - ладно, может и получится.

Она пробежала пальцами по струнам, тронула клавиши, что-то тихо сказала витару, вздохнула, прикрыла глаза и запела:

"Дотянись рукой - твоя. Нельзя, нельзя.

Не смотри мне так в глаза. Нельзя, нельзя.

Вспоминать, как рука в руке лежала нельзя..."

Потом мы ещё выпили, потом ещё была музыка, а потом я сказала:

- Сольвейг, можно я тебя спрошу.

- Можно, - ответила она.

- Ольгерд, он такой, он любит красоту, нет, ты не подумай, ты моя сестра, ты гениальна, у тебя божественный голос, но я никак не могу понять, почему он тебя выбрал? Я допускаю, что он мог восхищаться тобой как менестрелем, мог наслаждаться беседами с тобой, но он же имеет холодный, совершенно змеиный разум и единственное из-за чего он мог бы отодвинуть в сторону удобную гадину Бет - это красота.

- Ну, про "отодвинуть", это ты погорячилась, а в остальном...

Она усмехнулась и начала снимать с себя артефакты (странно, я даже не замечала их раньше), потом она стянула с себя рыжий парик и распустила, собранные пучок волосы. Я потеряла дар речи - на меня огромными фиалковыми глазами смотрела фея.

- Сольвейг, кто ты? Разумный, человеческого происхождения не может быть столь совершенным.

Я протянула руку и дотронулась до белой, гладкой, как шёлк кожи её лица.

- Ну что ты, маленькая, я человек, у которого на фоне ужасного события, открылись магические способности, впрочем, подозреваю, что весьма посредственные, - она засмеялась. - Ты ведь человек, Эрика?

- Да, почти, я ведь, как и ты - магесса.

- Хорошо, ты человеческого происхождения, Эрика?

- Да.

- Ты улучшала магически свою внешность? - лукаво прищурилась она.

- Нет! - возмутилась я.

- Дай руку.

Она вскочила и потянула меня к зеркалу, мы встали рядом. Она была примерно на полголовы выше меня, такая же тонкая в талии, как и я, только грудь у неё больше. Сольвейг сдернула мою заколку, и волосы хлынули волной, она взяла прядь и произнесла: "Какая красота - такие светлые, густые, ещё и кудрявые. А какие глаза у тебя, Эрика, огромные, голубые, как весеннее небо, а носик, а розовые губки, а шейка твоя

точёная, Эрика, так ты точно человеческого происхождения?"

Я не выдержала и рассмеялась. Потом ещё была чудесная музыка, потом мы уснули, потом было утро, пришлось применять похмельное средство, потом она коротко обняла меня и ушла порталом.

Тень Виктор Скайле

Виктор рычал, кровь дальнего предка-оборотня неожиданно взыграла в момент резкого обострения эмоций. Он натурально рычал на работников отдела входящих посланий: "Вас здесь такая куча придурков сидит, послания сортирует. У каждого придурка на конторке напоминание - все сообщения из Восточного замка являются приоритетными, и их следует доставлять мне в течение часа, а я что вижу? Сообщение о том, что к королеве прибыла магесса Сения, провалялось у вас почти два месяца! Это что? Сговор? Против короля?" Начальник отдела посерел и медленно осел на свой стул. Виктор резко развернулся и вышел. На фоне душащей его злобы, он даже не стал пользоваться вестником и отправился в университет сам. По дороге удалось немного успокоиться, поэтому войдя в приёмную ректора, он уже мог вполне внятно изъясняться. Секретарь, узрев знак тайной канцелярии и зверское выражение лица посетителя, подскочил и рванул в кабинет ректора, бормоча: "Одну минку, гесс, одну минку". Ректор радушно встретил посетителя у своего стола и, усадив в кресло, спросил:

- Гесс Скайле, что привело тебя ко мне?

- Полагаю, недоразумение, - сухо отреагировал Виктор, - мы с тобой договаривались, что ты будешь меня знакомить со всеми запросами из Восточного замка, однако сообщение о том, что магесса Сения посетила королеву, прислал управляющий, а не ты.

Ректор в изумлении захлопал глазами:

- Но магесса Сения никуда не отбывала, она в этом году работает в приёмной комиссии.

- Это точно?

- Совершенно точно.

- Возможно ли сейчас пригласить сюда эту магессу?

- Разумеется.

Ректор выскочил в приёмную, и Виктор услышал топот ног секретаря. Магесса предстала пред грозные очи тени буквально через несколько минок. Тот не спешил задавать вопросы, а склонив голову, внимательно изучал её внешность. Потом прикрыл глаза и отрывисто сказал:

- Магесса, прости, что отрываю тебя от дел, однако скажи мне - не доводилось ли тебе бывать в Восточном замке у королевы?

- Да, мой гесс, год назад, - подобострастно ответила женщина.

Виктор поморщился - вот почему ему показалось знакомым это имя - он видел его в списке посетителей королевы.

- А в этом году?

- Нет, мой гесс, королева больше не запрашивала моего посещения.

Виктор отпустил магессу, попрощался с ректором, напомнив тому, о режиме секретности и вышел из университета. Необходимо было спокойно подумать, а делать это Виктор любил в движении. После короткой прогулки в сгущающихся сумерках, он пришел к выводу, что необходимо отправляться на восток к королеве, причём немедленно. Кивнув сам себе, тень быстро зашагал к порталу.

Беспокоить королеву таким поздним вечером, конечно же, крайне неразумно, однако, можно воспользоваться прошлым опытом и посетить кухню. Встретили там Виктора, как старого знакомого - накормили, напоили, благосклонно приняли сласти и поведали много интересного. Это интересное следовало обдумать, и Виктор направился в замковый сад, где тихо бродил по дорожкам, пока не услышал звук распахнувшегося окна, женский смех и нежно звучащий знакомый голос:

- Сольвейг, спой ещё, прошу-прошу, сестричка, умоляю!

- Эрика! - притворно строго прозвучал ещё один знакомый голос. - А плата?! Я же менестрель, а менестрели поют за деньги.

- А вино подойдет в качестве платы?

- Только сегодня и только для тебя.

В темноте раздались звуки витара, Тень судорожно сжал кристалл записи.

- Эрика, скоро рассвет, давай спать.

- Давай, только ты не уходи.

- Не уйду, не сейчас.

Всё затихло, по траве и листьям зашуршал ночной дождь, а Виктор так и стоял, стискивая кристалл записи. "Нашлась, нашлась", - билась в виске одна мысль. Утром, после завтрака, королева холодно приняла тень в своих покоях: "Да, была. Где сейчас? Не знаю, ушла". Далее была срочная переправка порталом в столицу и ещё более срочный доклад у принца. Виктор протянул Ольгерду кристалл: "Ваше Высочество, сначала послушайте, подробности позже".

Запись длилась не более десяти минок, слушали её более половинки часа, и Виктор подозревал, что после того, как за ним закроются двери, эту запись будут слушать ещё много раз. Подробности были изложены в сжатом виде, так же сжато последовало указание уволить отдел входящих посланий всем составом, начальника отдела арестовать и передать дознавателям.