Глава 8

Официант собирал осколки бокала и искренне извинялся за неуклюжесть перед парой, только что вошедшей в кафе.

— Лиз ты меня специально сюда притащила, что бы я почувствовала себя земляным червяком на фоне новой бабы мужа?

Лизка поперхнулась коньяком и долго кашляла, грозя мне кулаком, потом осипшим голосом поинтересовалась, что за фигню я несу, и может ли химиотерапия расплавлять мозги?

— Повернись к стойке и увидишь выход в свет влюбленной парочки.

Да, именно сейчас, и именно в это кафе заявился мой почти бывший муж и его новая девушка. Ну что сказать, красотка, правда. Длинные ноги, длинные волосы, огромные с поволокой глаза, взгляд «олененка Бэмби», трепещущие ресницы, то приобнимет, то ручкой плечо погладит, то прижмется к защитнику рядом. Вот как надо, хотя учится мне уже поздно, я как-нибудь и так доживу, но мужа я понимала в этот момент.

Рядом что-то нелицеприятное в адрес Михаила шипела Лизка, а я с любопытством наблюдала за своим мужем. Он неосознанно прижимал ее руку к себе. Заглядывал ей в глаза, потом горделиво поднимал голову, победным взглядом обводя соседние столики. Гордо расправлял плечи, выпячивая грудь.

Дааа…. Со мной он так себе не вел никогда, и на мой взгляд это выглядело немного по-дурацки, такой брачный танец сизого голубя вокруг любимой. Но кто я такая, чтобы критиковать возвышенную влюбленную душу, и что бы не начать откровенно ржать, я дернула подругу за рукав и предложила сваливать. Хватит, развлеклись и достаточно, хорошего понемножку, тем более, что пора было принимать лекарства.

Нам удалось выйти незамеченными и уже садясь в такси я не выдержала и натуральным образом заржала, Лизка подхватила и всю дорогу мы, как две ненормальные хохотали в полный голос.

— Он бы еще перед ней приседать бы начал, — выдавила из себя Лизка и снова зашлась в диком хохоте. Я давно уже держалась за живот, икала и пыталась вдохнуть воздуха между приступами смеха.

Дома нас встречала моя мама, посмотрев на наши раскрасневшиеся лица сразу учуяла новость:

— Колитесь.

Пришлось расколоться, мама похихикала, но попросила мальчишка и мужчинам не рассказывать. Как она пояснила:

— Не стоит их расстраивать.

Мы еще немного посплетничали, пока домой не пришли мальчишки. Потом кормились, провожали Лизу и когда мама уехала домой, я отправила их спать, а сама села доделывать работу. Как ни странно, это звучит, но то «дикое ржание» при виде вытанцовывающего "брачный танец" мужа стерло во мне все чувства к нему. Вообще, все. Пропало сожаление, обида, боль, ненависть, даже гнева не осталось. Как с белого листа ластиком стерло все.

Пожалуй, я только сейчас почувствовала облегчение, как будто тяжелый груз с плеч свалился. И работа пошла, и тошнить меня почти перестало, и мысли были уже о дальнейшей нашей жизни, о планах «на после экзаменов Димки», каникулы. Кажется, я оживала.

Сергеичу я позвонила на следующий день и предложила посидеть в ближайшем кафе около больницы, я готова была подписать все документы и инициировать после развода раздел имущества. Он уже подал заявление о наложении запрета на операции со счетами и бизнесом, и на продажу спорного имущества.

У меня наконец-то включился разум. Заодно мы с Богословским договорились, что он представит мне кандидатов на роль моего представителя, мы пообщаемся и после решения суда займемся оформлением документов.

Радовало, что заканчивался курс химии, предстояло сдавать кучу анализов, но это уже не пугало, такая ерунда. Из-за разговора слегка опаздывала "на опыты в клинику" пришлось побегать, Синеглазка встречал меня прямо у входа, попенял, что задерживаюсь, не дожидаясь моих извинений отправил меня на полный осмотр. Сдача анализов и корректировка лечения начинались со следующей недели и меня попросили лечь в больницу, не спорю, так было бы удобнее всем, но…уже на этой неделе состоится первое заседание суда и как там пойдет дальше, когда суд назначит следующее сказать никто не мог.

— Артем Борисович, простите, но я не могу лечь в больницу, я могу приезжать каждый день, прямо с утра, но…

Сурово нахмуренные брови всегда улыбающегося Синеглазки вместо того, что устыдить, развеселили меня, за что мне тут же прилетело.

— Олеся Николаевна, я не спрашиваю, я вам настоятельно рекомендую. Что может быть сейчас важнее вашего здоровья.

— Развод Артем Борисович. И не сам развод, а решение суда в мою пользу, что бы мальчики остались со мной.

Вот это я дала, да. Нежнее надо было, а не прямо в лоб. Мужчины, даже самые замечательные, существа нежные, их беречь надо.

— Вы разводитесь?

— Увы…

— Но… вам же нужна сейчас помощь. Неужели это нужно делать прямо сейчас. Как он мог?

— Артем Борисович, на развод подала я, у мужа другая жизнь, а мне так будет легче, когда определятся границы и ограничится наше с ним общение.

Он взъерошил на затылке волосы, вздохнул:

— Я буду каждый день осматривать вас сам. Постараемся подобрать подходящие успокоительные, мой телефон должен быть у всех ваших родных. И если вам вдруг стало плохо, немедленно звоните. Договорились?

— Да, доктор, слушаюсь доктор, так точно, доктор.

Он хитро улыбнулся:

— А вот этот ответ мне очень нравится. — Подмигнул и потащил меня за собой на укол.

В самый последний день химиотерапии случилось страшное. У меня выпали волосы. Они просто остались лежать на подушке, когда я проснулась и побрела в ванну. Хорошо, что первым я встретила Диму, который не упал в обморок при виде лысой матери, а аккуратно развернул меня к зеркалу в коридоре и утешающе прошептал:

— Они все вырастут, я читал. Ты только не переживай, ты все равно красивая.

В зеркале отражалась худющая лысая тетка с зеленоватой мордой лица. На Хэллоуин и гримироваться не надо. Не веря собственным глазам, я провела рукой по голове. Гладкая как коленка. Е-мое, а что ж делать то, как я пойду на суд лысая? Не веря собственным глазам, я провела рукой по голове. Гладкая как коленка. Е-мое, а что ж делать то, как я пойду на суд лысая?

— Дим, звони тете Лизе она должна знать, где продаются парики.

Лизка прискакала, побив все рекорды езды на автомобиле по городским пробкам.

— Одевайся, я тебе привезла шляпку с полями. Недалеко есть магазин, где можно будет что- то тебе подобрать.

Напялив шляпу я пару минут прикидывала, глядя в зеркало, что лучше, ехать как городская сумасшедшая в шляпке, или как задержавшийся в пубертате представитель среднего возраста, примкнувший к молодежному протестному движению против чего- то там… Решительно сняла шляпу и пошла отбирать у старшего бандану.

Лучше, конечно не стало, но хоть общий вид был в одном стиле, джинсы, рубашка мужа, забытая им в стиралке, бандана, сойдет. Главное быстро добраться до магазина. С чего я вдруг так верила, что одним париков можно все исправить, не знаю, меня вела вперед цель, выглядеть приличной матерью и сохранить в тайне, что я больна.

Увы и ах, то что мы нашли с Лизой, никуда не годилось. В зеркале я видела худющую, зеленую тетку с копной непонятно чего на голове. При этом копна на голове почему- то не держалась совсем и то и дело, съезжала на сторону.

— Сними, — Лиза хмуро рассматривала витрину, надеясь найти, что- то приличное. — Девочки, у вас есть хоть что-нибудь подходящее?

Продавщицы, давно уже понявшие проблему, переглянулись и покачали головами.

— Нет, и в городе ничего приличного нету, надо в областной центр ехать, может там что- то найдется.

Я рухнула на пуфик, стоявший около зеркала и закрыла глаза:

— Я никуда не поеду, и отсюда не уйду, я не могу в таком виде появится где либо, а тем более в суде.

Одна из девушек насторожилась и прямо спросила:

— Разводитесь?

— Ага. И мне надо выглядеть более-менее… Дети…

Она сорвалась с места и помчалась в подсобку, через пару минут вернулась, держа визитку:

— Вот. Это моя подруга. Она делает тату, но вам настоящее тату нельзя, я правильно понимаю? Она еще рисует хной или специальной краской тату на время, очень красиво рисует, правда. Не надо парика, вы в нем, простите, ужасно выглядите. Пусть Марина нарисует вам тату, сделает макияж, вы оденетесь примерно в этом же стиле, и будете выглядеть пусть и необычно, но привлекательно.

Первым порывом было повернуться и уйти, какое тату, я взрослая женщина, мать двоих взрослых детей… «ага, ты еще по привычке заяви, что ты замужем и ваще ты не такая», мелькнувшая среди прочих мысль, заставила меня призадуматься. У меня в любом случае началась новая жизнь, не спрашивая моего согласия. Как она сложится никто не знает, уйдет ли с концами болезнь, никто не гарантирует, будет ли у меня еще в жизни любовь, тоже неизвестно, доживу ли я до внуков…Тогда чего я пытаюсь цепляться за прошлую я, когда давно уже я иная.

— А давайте, — улыбнулась, видя огромные круглые глаза подруги. — Сейчас и поедем, только надо позвонить в клинику, попрошу перенести осмотр.

Пока ловили такси и устраивались в машине Лиза упорно молчала, потом выдохнула и торжественно произнесла:

— Я с тобой.

— Догадалась почему я согласилась?

— Да, все-таки я неплохо тебя знаю и помню тебя еще до того, как ты стала подстраиваться под этого козла, ты сильно изменилась Лесь, в молодости ты не была такой тоскливой и уступчивой, какой стала замужем.

Я знала, что она меня поддержит, я ведь тоже знала ее хорошо.

Марина встретила нас с улыбкой:

— Проходите дамы, мне Наташка позвонила. Я дам вам сейчас альбомы с рисунками, а вы выберите, что вам нравится. Я могу сделать тату хной, могу краской. Хна продержится не очень долго, краска подольше. Все абсолютно безопасно.