Глава 12

До дома добирался, мечтая, чтобы Сани и Алекс еще не вернулись. Так оно и было – в доме царили тишина и покой. Я умылся, стараясь остудить пылающее лицо, и даже задумался, а не свалить ли куда-нибудь на вечерок. На работу, например. Там к моим вспышкам гнева привыкли, никого не удивишь. Но для начала хотелось убедиться, что сын и Сандра вернутся без приключений. Поэтому я сидел на диване в гостиной и ждал. Часы тикали, злость только нарастала. Вот где их носит? Неужели, чтобы купить еду, нужно полдня шляться по городу? Поэтому, когда хлопнула входная дверь, я едва не сорвался с места, чтобы пронестись мимо и исчезнуть раньше, чем успеют хоть что-то сказать. Однако шанса у меня не было – Сани вошла в комнату с тяжелым пакетом. За ней тащился Алекс – и выглядел он странно, будто что-то замышлял.

– Ральф? – увидел меня. Видно, рассчитывал, что дома не окажется. – Ты быстро.

– Я уже ухожу, – ответил спокойно. – Запирайте дверь, подниму защиту.

В этот миг Сани свернула на кухню, и я заметил за пазухой у сына странное шевеление.

– Это что такое? – спросил я.

– Где? – Алекс сделал вид, что не понимает, о чем речь.

– У тебя под курткой, Ал. Что. Это. Такое.

– Ральф, я… В общем… – Мальчишка не знал, куда деться от моего взгляда. А затем выпустил на пол облезлого серого котенка. Только котов мне дома не хватало. И так бардак кромешный.

– Вынеси это за дверь, – приказал Алексу.

– Ральф, пожалуйста, можно, он останется? – тихо попросил мальчишка. – Ему негде жить.

– Здесь не приют для животных, – рявкнул я, и плохо сдерживаемая злость все-таки взяла верх над рассудком. С чего они взяли, что можно вот так врываться в мою жизнь, переворачивать все с ног на голову, а потом делать вид, что так и было? Что я всем что-то должен.

– Но…

Кот шмыгнул куда-то, спасаясь от моего гнева. Ничего, найду. Отправится на помойку.

– Слушай меня, – заставил голос звучать ровно и шагнул к Алексу. – Я не давал разрешения приносить в мой дом всякие комки шерсти. Хватит того, что терплю тебя. Не устраивает – берешь кота, и выметаешься отсюда. И чтобы ни его, ни тебя здесь не было.

Алекс смотрел на меня огромными глазами. Словно перед ним был не человек, а чудовище. Да я и так был чудовищем. Всегда. И не собирался это менять. Из его глаз скатилась слезинка. Одна, вторая. Мальчишка тихо всхлипнул – и умчался на кухню, к Сани. Но я ни о чем не жалел. Пусть не думают, что из меня можно вить веревки. Где подевался дрянной кот?

Оглянулся по сторонам – никого не видно. Спрятался, зараза. В бездну всех. Почти добрался до выхода, когда из кухни вылетела взъерошенная Сани.

– На два слова, – схватила меня за руку и потащила в спальню.

Я не желал с ней разговаривать. Хотел только одного – чтобы меня оставили в покое. Все. Друзья, враги, родственники, свалившиеся из ниоткуда. Но Сани висела на мне, вцепившись так, что не отдерешь. Пришлось втолкнуть ее в спальню и закрыть дверь.

– У тебя минута, – заявил с порога.

– Ты что творишь? – Она зашипела не хуже кота. – Ты что творишь, Ральф? Зачем довел сына до истерики? Что он тебе сделал?

– Ты видела, что он притащил кота?

– Притащил. И что? Дети всегда тянут в дом животных. Это нормально, Ральф. Я тоже приносила то кошечек, то собачек. Но меня никто не грозился вышвырнуть вместе с ними.

– У тебя была нормальная семья.

– Я тоже считала тебя если не нормальным, то хотя бы более разумным человеком. Видимо, ошибалась.

Меня? Нормальным? После нашего магического контракта? Может, мне девчонку подменили, пока мы подписи ставили? Я рассмеялся – хрипло, до колик. А Сани, пылающая праведным гневом, наступала на меня.

– Послушай меня, Ральф. Сын у тебя один. И ты у него один. Нравится тебе или нет, но ему отсюда идти некуда, только на улицу. Если тебя устраивает такой вариант, зачем ты его пустил в дом? Если не устраивает – зачем угрожаешь? Ты что, слепой? Он и так старается. Старается тебе не мешать.

– Что-то незаметно, – хмыкнул я.

– Потому что ты не видишь дальше собственного носа. Закрылся в свой панцирь, тебе там хорошо и уютно. Никто не мусорит, никто не лезет в душу. А мир движется дальше, Ральф. Он не будет тебя ждать. И Алекс не будет. Ты хоть раз спросил его, что он здесь делает?

– Спрашивал. Получил нечто невразумительное. – Гнев начинал остывать. Возвращалась привычная пустота.

– Так ты спроси. Может, он тебе расскажет, как отчим пытался его пристрелить, а в итоге застрелил его собаку. Или как вышвыривал из дома, что пытаешься сделать и ты. Посмотри на себя со стороны. Думаешь, ему нужен такой отец?

– Нет. Но я и не собирался становиться ему отцом.

– Не ври, – Сани ударила меня кулачками по груди. – Себе-то хоть не ври. Твоя любовница от тебя бы не забеременела, если бы ты не хотел. А потом что? Струсил? Испугался ответственности? Струсишь сейчас – лишишься единственного родного тебе человека. По крови родного. Он ведь уйдет, ему не впервой. И станет таким, как ты. Не страшно?

Я молчал. Мне нечего было ей сказать, потому что Сани была права. Права целиком и полностью. Наверное, я трус. И просто не хочу ничего менять. Да, мне удобно жить так, как жил. Но это не значит, что я желаю Алексу вреда. Просто…

– Я не умею быть отцом, – сказал тихо. – И никогда не научусь. Все будет повторяться снова и снова.

– Не будет, если ты не захочешь, – так же тихо ответила Сани, опуская руки мне на плечи. – Поговори с Алексом, пока не поздно. Он – подросток, его слишком просто сломать. Прошу.

Я развернулся и пошел прочь. Не то, чтобы собирался послушаться Сани, но в чем-то она действительно была права. Алекс не виноват. Ни в том, что кто-то жаждет моей смерти. Ни в том, что я на ровном месте рассорился со Скайденом. Ни в чем в моей проклятой жизни. Только в том, что когда-то мне показалось правильным иметь семью. Я ошибся, и моя ошибка стоила ему счастья.

Алекс нашелся на кухне. Сидел за столом, опустив голову на руки, и тихонько всхлипывал. Его худые плечи легонько вздрагивали. В груди кольнуло чувство вины – старое, давно забытое и похороненное. Ненавидел ощущать себя виноватым.

Придвинул стул, сел рядом. Я не знал, что ему сказать и как поступить. Тупик какой-то, из которого нет выхода.

– Прости. Я был неправ.

Наверное, впервые в жизни просил у кого-то прощения. Раньше таких случаев не припомню – предпочитал решать конфликты другими методами. А сейчас слова давались с трудом.

Ал еще раз всхлипнул – и прижался ко мне, пряча лицо на груди. Стало стыдно. Нашел, на кого орать. На того, кто мне не ответит. Осторожно провел рукой по его волосам. Мальчишка зарыдал сильнее.

– Ну, не плачь. – Попытался сказать хоть что-то. – Ладно, кот так кот. Только он живет во дворе, а в холодное время – в прихожей. Договорились?

– Спасибо, папочка, – донеслось до меня, и внутри все похолодело. За что ему меня благодарить? Я обнял сына и затих. Наверное, до меня только дошло, о чем говорила Сани. Я ведь едва не сломал ему жизнь – еще раз, просто потому, что мне было плохо. Запоздало пришел страх. И понимание – я убью того человека, который заставил моего сына бояться собственной тени.

– Алекс, а твоя мама живет там же, где и раньше? – спросил, когда он немного успокоился.

– Да, а что? – Ал поднял на меня заплаканные глаза.

– Ничего, хочу забрать твои документы. А то мало ли. Вдруг, как родственники моего друга, однажды вспомнит, что у нее есть сын.

– Я к ней не вернусь, – Алекс замер, будто боясь пошевелиться.

– Не вернешься. Обещаю. Как зовут твоего отчима?

– Джош. Джош Деннилз.

Что ж, теперь я знаю имя кандидата в покойники. А если у меня будет хорошее настроение и он останется жив, то до конца своих дней будет мочить штаны при одном воспоминании обо мне.

– Иди, ищи своего кота, – сказал сыну. – Там в прихожей под шкафчиком была коробка, обустраивай, как считаешь нужным. Только смотришь за ним сам.

– Хорошо, обещаю.

И Алекс умчался в гостиную. Вскоре послышалось мяуканье, и он пронесся в прихожую с котом подмышкой. А в кухню заглянула Сани.

– Все в порядке? – спросила она.

– В полном, – заверил я. – Ал получил своего блохастого питомца и радуется.

Сандра улыбнулась и села рядом. Перехватила мою руку.

– Я рада, что вы помирились, Ральф, – сказала она.

– Я тоже. Слушай, завтра мне придется уехать. На сутки, может – на двое. Никуда не выходите без особой надобности. Если что случится – ты знаешь, где живут мои друзья, обращайся к ним. Алекса одного не выпускай, это опасно.

– Хорошо. Куда ты едешь? – Сани заметно встревожилась.

– В Ривербрук, к его матери.

– Уверен? – В ее взгляде читалась непонятная для меня тревога – словно Сани беспокоится, вернусь ли.

– Уверен. Давно хотел пообщаться с его отчимом. Кажется, пора.

– Ты ведь не станешь его убивать?

Сани смотрела внимательно, будто стараясь заглянуть под кожу. Я тихо рассмеялся.

– Не могу дать гарантий, солнце. В целом, это противоречит моим принципам. Но очень хочется. Просто посмотреть, как эта тварь издохнет. Вот была бы радость.

Сандра вздохнула и опустила голову мне на плечо. Похоже, теряю хватку – собственная пленница меня не боится. Хотя, что врать-то? Не боялась изначально. Я видел много женщин и мужчин, которые тряслись от ужаса и готовы были на все, чтобы спасти свою шкуру. А Сани дрожала только раз – когда мы подписывали контракт, и я угрожал убить ее брата.

– Уеду рано, так что на сегодня переезжаю в кабинет, чтобы никого не будить, – сказал ей.

– Почему? – Сани округлила глаза – а затем, кажется, поняла, что спросила, и густо покраснела. – То есть, дело твое, конечно, но ты меня не разбудишь. И потом, это твоя комната, в кабинете могу поспать и я, если хочешь.

– И порыться в моих бумагах? – спросил в шутку.

– Больно надо, – фыркнула Сани. – Думаешь, я что-то там пойму?

– Ладно, твоя взяла. Тогда я ложусь спать, а ты проследи, чтобы под покровом ночи кот вдруг не сменил место жительства на гостиную.

– Ужинать не будешь?

– Нет.

Мне действительно нужен был отдых. Я хотел выехать еще затемно. Может, даже не завтра, а сегодня в ночь, чтобы добраться до Ривербрука на рассвете. Когда солнце только встает над землей, никто не ожидает худого. Не будет его ждать и неведомый мне Джош Деннилз, не говоря уже о Розали. Вот и побеседуем по душам. Поэтому, несмотря на то, что до ночи оставалась еще уйма времени, я лег и закрыл глаза. Сон пришел сразу – большая редкость для меня. Правда, он был обрывистым и тревожным. А когда проснулся, Сани уже сопела под боком, хотя часы на стене показывали начало десятого. Наверное, этот день вымотал нас всех.

Я осторожно поднялся и переоделся, стараясь не шуметь. Из оружия захватил верный пистолет и шокер – тоже может пригодиться, чтобы парализовать врага и доставить ему несколько не особо приятных минут. Кроме того, усилил защиту, застегнул на запястьях пару браслетов, добавил к ним перстень – при умелом использовании он может отразить достаточно мощное заклинание. Жаль, что я – не боевой маг, иначе спектр развлечений мог стать гораздо шире. Подумал – и захватил тонкий длинный кинжал. На всякий случай, если разговор пойдет не в то русло. Оглянулся на Сани – она по-прежнему спала – и вышел в гостиную. Как и ожидал, кот лежал сверху Алекса. А мы ведь договаривались. Но ни того, ни другого трогать не стал. Только проверил заклинания на доме и сел в мобиль.

Дорога предстояла длинная, помнил я ее смутно. Ривербрук остался где-то позади, на задворках памяти. Вспоминалась только узкая речушка, которая змеилась в центре города, и ровненькие, вылизанные ряды домов, которые меня раздражали, но казались надежным пристанищем, где никто и никогда не найдет.

И Розали. Низенькая, чуть полноватая, с забавными веснушками на носу. Что должно было случиться, чтобы она связалась с таким, как этот Деннилз? Наверное, я.

Мобиль мягко урчал, впереди черной лентой сверкала дорога – недавно закончился дождь. Кристалл связи я предусмотрительно оставил дома. Все равно за мгновение вернуться не смогу, а названивать начнут. То с работы, то некоторые личности, которым хотелось расквасить нос. Или мышка – моя лавина гнева пришлась на Сани с Алексом, а вот удерживать Эберта придется ей. А я сейчас не хотел ни с кем разговаривать. Нужно было сосредоточиться, чтобы не перегнуть палку. Или наоборот – перегнуть, отвести душу и забыть. И второй вариант казался куда более привлекательным.

Остановился в какой-то деревушке, заглянул в кафе, работающее круглые сутки. С появлением мобилей, способных передвигаться на дальние расстояния, они стали актуальны. За стойкой скучала девица лет двадцати в смешном клетчатом платье и косынке, подбирающей волосы.

– Кофе, – попросил я.

– С молоком? С коньяком? – Утомленно спросила девица.

– Просто черный кофе.

Через минуту передо мной стояла дымящаяся чашка. Паршивый напиток, но хотя бы прогонял сонливость. Расплатился с девчонкой, не взяв сдачи, и продолжил путь. Небо только начинало сереть, а тучи уже обещали дождь, когда на горизонте показались коричневые крыши Ривербрука. Я сбавил скорость. Злость снова подняла голову. Вспомнились вчерашние слова Сани и насмерть перепуганные глаза сына. Ну что ж, день обещает быть забавным.