Глава 19

Василиса – Иван… Иванович, – вскакиваю, задыхаюсь от негодования, почти выплевываю его имя. – Вам не надоело?! – Добиваться тебя? Нет, – машет головой. – Не надоело! А глаза при этом искренние-искренние… – Какое “замуж”? Что значит “замуж”? Где я и где ваш “замуж”? Вы решили поиграться? Добавить в жизнь острых ощущений? На скалах не хватает? Я чувствую, что у меня по щекам текут слезы, а у него глаза расширяются с каждым моим словом. – Василиса, Васенька, Вась, услышь меня, пожалуйста! – кажется, он сейчас на колени передо мной упадет. – Я как только тебя увидел, так сразу голову потерял! Василис, я сейчас не шучу, – хватает меня за руку. – Васенька? Его пальцы крепко, но нежно сжимают мое запястье, его глаза пылают, его сердце бьется так, что даже я слышу… – Василиса! – произносит он пылко, а у меня все обрывается внутри. . Иван Она дрожит… Глаза блестят от слез, которые девочка моя уже не сдерживает… Не удивительно… Ее окружают одни уроды… Что бывший ее, что я ступил… Черт! Ловлю ее запястье, держу. Не могу… Физически не могу дать ей сейчас уйти… – Пожалуйста, девочка моя… – почти шепчу ей. – Дай мне шанс хотя бы объясниться… Чувствую, что она больше всего на свете сейчас хочет, чтобы я ее отпустил… И понимаю, что больше всего на свете сейчас не хочу ее отпускать. Притягиваю к себе. – Маленькая, знаю, что не заслужил доверия, – почти шепчу, аккуратно трогаю пальцами ее скулы, веду вверх. Висок, волосы… О боже… Я сейчас с ума сойду… От ощущения ее кожи под своими пальцами, от шелка ее волос в моих руках, от ее аромата, от ее сбивающегося дыхания… – Вань, – произносит она еле слышно, а я… У меня просто срывает тормоза! “Вань”! Это она так меня назвала! Это ж зеленый свет! И я рву вперед… Ее губы… На них горечь кофе, но мне сладко. Безумно… Едва касаюсь. Даже не претендую на глубокий поцелуй. Просто мимолетное прикосновение, сжатие, но после не отодвигаюсь. – С ума по тебе схожу, Васька, – шепчу ей хрипло, а она жмурится, шумно сглатывает. – Иван Иванович… Да черт! Да что ж такое! Не могу! Нет! Опять “Иван Иванович”… Опять отстраняется. – Василис, – почти рычу и вдруг… . Василиса Телефон! Его телефон. Пришло сообщение, но звук настроен, как на важные. Он снимает блокировку экрана и… И я вижу свой портрет… Да? Точно, это я… В клубе, кажется… Это зеленое платье… То есть… Он не врал?! Долго рассматривать не получается, Царев открывает переписку, читает, поднимает на меня ошарашенный взгляд… – Не фига ж себе! – произносит недоумевающим голосом. – Это вообще как? – Ч-что? – уточняю, заикаясь. – Так… Сядь, – рывком опускает меня за стол… О-па… Вот так, по мановению волшебной палочки добивающийся меня мужчина моментально превращается снова в начальника. Он кому-то звонит. – Алло, Серый? Что значит “сбили”? – голос Царева выражает крайнюю степень удивления. – Как? И? Окей! Ждем, пока больше ничего не предпринимаем! Отбивает звонок… Смотрит на меня. – Над забором коптер с камерой запустили, – он вскидывает бровь. – Обычный, детский… Над нашей, – поднимает палец вверх, – территорией. – И?.. – мне самой уже интересно. – Его сбили! Из винтовки! Прикинь? – Иван смотрит на меня, но я чувствую, что мыслями он уже где-то в другом месте. – Так, а что ты там насобирала на этого Коще… Как, ты сказала, фамилия? – Кощевой, – подаюсь вперед, азарт работы захлестывает и меня. – Мне нужно все, что ты успела раздобыть… Надо назначить ему встречу… Только, – Царев морщится, – не дай бог, он решит, что мы пытаемся договориться… Ты уверена, что там наша земля? – На двести процентов, – заявляю категорично. – Я подняла все аэрофотосъемки и планы за пятьдесят лет! – Так! Ты сейчас откроешь доступ к папке Кощевого нашим СБшникам… – смотрит на меня вопросительно. – С телефона не можешь? Прямо сейчас. Поджимаю губы, бледнею. – Могу… – Отлично! Открывай, чтобы я айтишников не дергал. И надо понять, что происходит на той стороне забора. Ты говоришь, встречалась с ним? – Да, – киваю. – Никаких результатов встреча не принесла… Я ему показывала планы, что это наша земля, а он улыбался и говорил мне, что я ошибаюсь. – Черт! Значит, собираем на него все, что можно, и вызываем его на встречу уже со мной. Там какой основной бизнес? – Иван допивает кофе, мой тоже заканчивается. – Вроде как юридические консультационные услуги, но, – качаю головой, – там такой офис… – закатываю глаза. – Понятно, – поджимает губы. – Рейдеры… Значит, так… Сейчас идешь увольняешься из школы, – он смотрит на часы. – Если твоя директриса не будет нам ставить палки в колеса, то заявление и приказ – это двадцать минут… – Там еще обходной лист, – бормочу я. – Это потом приедем, – отмахивается. – Пошли сейчас в школу и, если все норм, то через два часа мы будем в офисе… Глядишь, СБшники к этому времени еще что-то соберут… Черт, у меня же сегодня в три еще “Агрика”, – морщится. – А ты мне по ним обзор делала? – Делала, все в папке, как обычно, – бормочу. – Отлично. Значит, к встрече, считай, готов… В машине все важное перескажешь. Пошли, – берет меня за руку. – Иван Иванович! – я выдергиваю свою ладонь из его. – Я от вас тоже увольняюсь! Не только из школы! – Вась! – восклицает возмущенно. – Ты с ума сошла! Какое “увольняюсь”? Ты вот это все бросишь? Он смотрит на меня горящими глазами, а у меня в груди что-то сжимается и пульсирует… Я… Я же… – Нет!