Глава 28

Иван Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять… Ну? Где тридцатая? Аж обидно! Было бы круто – тридцать машин на полчаса… Лежу и считаю отблески на потолке. В жизни не задумывался, что это. Кажется, даже никогда не видел их… Падал и засыпал… А сегодня не могу. Вот выдумал себе, что это машины. Хотя… Семнадцатый же этаж… Шума города не слышно. В квартире тоже тишина. Из спальни ни звука. Вообще! Аж хочется проверить, живая ли она там! Но это будет уже верхом наглости. Хотя… Не верхом ли было оставлять ее у себя? Насильно! Ха! Я насильно уложил девушку в свою постель! Вот только сам я на диване! И проклинаю все на свете! Потому что хочу быть в спальне. Дико хочу быть в спальне. Она продажная? Подсадная утка? Подставная невеста? Да плевать! Дайте мне ее! Немедленно! Только вот… Не дается. Никак. Единственным аргументом, который заставил ее остаться, был, что сейчас уже почти три часа ночи и она попросту подругу свою разбудит… Вот сейчас уже полпятого. Я полтора часа лежу и пялюсь в потолок. Интересно, а если совсем не спать, я завтрашний день выдержу? Обычно мне удавалось хотя бы часа четыре прикорнуть. Но тут… Ситуация, мягко говоря, экстраординарная… Я не могу без нее. И с ней не могу. Вот так, как сейчас, не могу. Хочу по-другому. Я ее хочу! И плевать, что у нее на уме. Справлюсь со всем. В конце концов, брачный контракт решает большинство имущественных вопросов. Брачный. С ней. Хочу. Жмурюсь, чувствую подлое нытье в животе… Нет. Спать точно не смогу. В принципе… Если бы сегодня был обычный рабочий день, то через полчаса я бы уже вставал. И к шести на работу. И ее выдернуть. Чтобы она сэндвич мне притащила… А че это только она мне? А самому даму побаловать слабо, Царев? Рывком сажусь на диване… Даму. Побаловать. Она любит рыбу. . Василиса Удивительно, но я шикарно выспалась! Офигительно удобная постель! После моего надувного матраса в Катюхиной квартире – просто райские кущи… Или с чем еще это можно сравнить… Так спине хорошо! А еще… Подушка как-то неуловимо приятно пахнет им… Его гелем для душа, его телом… И я снова вспоминаю тот поцелуй, и вот это: “С ума по тебе схожу”… Нет, я все понимаю, но можно же хоть минутку помечтать? Утыкаюсь носом в мягкую ткань и полной грудью втягиваю в себя аромат сандала, цитруса и… И жареного хлеба? Ой! Это что? И кофе? А сколько времени? Вылезаю из постели, дважды укутываюсь в специально для меня распечатанный банный халат и аккуратно иду на кухню… Вау! . Иван – Ай фил гуд! – подпеваю Джеймсу Брауну. Музыка играет у меня в наушниках. Было бы свинством с моей стороны включать ее через динамик, но настроение у меня такое, что хочется и петь, и танцевать. В конце концов, никто ж не видит! – Ай нью зет, Ай вуд нау!.. Перекидываю тост на тарелку, поворачиваюсь! Блин! Тарелка летит на пол с громким звоном! – Черт, – ругаюсь, срываю наушники, поднимаю взгляд. – Я тебя разбудил? – Нет! Она смеется и кидается мне на помощь… Смешная такая в этом халате, который ей безумно велик… Волосы распущены, чуть спутаны, лицо без капли макияжа… А глаза блестят почти детским озорством. И она смеялась. От меня, моей песни или моего настроения… Василиса присаживается, чтобы подобрать чудом оставшуюся целой тарелку, а я… А я присаживаюсь, чтобы коснуться ее волос… – С добрым утром, – произношу еле слышно, и тут она поднимает глаза… . Василиса Обволакивающий, манящий, пленяющий, сводящий с ума… Взгляд, в котором утонуть можно… Голос, который окутывает тебя мягким бархатным рычанием, не давая пошевелиться… Его дыхание. Так близко… Я ощущаю его своей кожей… И не могу ничего ответить… Замерла и смотрю на него, готовая на все на свете… Он тянется рукой к моему лицу… Кончики шершавых пальцев аккуратно трогают мои скулы, ведут вниз, к шее… – Иван, – выдыхаю, пытаясь отстраниться. – Замолчи! – приказывает резко и… Боже, я же почти сижу на полу, как может у меня земля уйти из-под ног? Закрываю глаза, чтобы не видеть звезд перед ними, а он терзает мои губы, впивается по-хозяйски. Вдыхает меня, врывается в меня, и так мне от этого сладко! Он ведет ладонью по моим волосам, спускается к спине, прижимает меня к себе… – Ваня, – шепчу почти умоляюще. – М, – чувствую, что он улыбается, – это мне нравится больше… – У тебя сейчас что-то сгорит! – подкалываю его. – Да и фиг с ним! – заливисто хохочет Царев, но сковородку с конфорки сдвигает. – Василиса, – протягивает мне руку, приглашая в свои объятья. – Вань, – смотрю на него снизу вверх, – Вань, ну ничего же не получится. – Ты можешь хотя бы на одно утро забыть об этом? – возмущенно спрашивает он меня. – Что должно получиться? – смотрит мне прямо в глаза. – Вот ты так уверена в этом “ничего”, а что должно? А? – вижу гневные отблески в его взгляде. – Хотя нет. Не надо. Не говори, – трясет головой, шумно выдыхает. – Васька, мне плевать, на кого ты работаешь и что было тебе заказно! Можешь смело докладывать своим нанимателям, что ты добилась цели, – смотрит на меня победоносно. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой!