ГЛАВА 12

– Карина, – восхищённо протянула Лилия Ивановна, когда я зашла к ней в кабинет перед концертом. – Ты хочешь сразить наповал всех наших мужчин и пап учеников? Я стояла перед директрисой в своём ультрамариновом платье в пол и слегка смущалась. Конечно, я не стала надевать под наряд ажурные чулки и даже организовала небольшую накидку, чтобы прикрыть плечи и немного – грудь. В целом, если не считать разреза от бедра, выглядела я прилично, а если семенить по сцене как японская гейша, то вполне смогу избежать лишнего тела у всех на виду. – Заметила это платье и не удержалась, – призналась я, с облегчением наблюдая одобрительный кивок начальницы. – Давно хотела спросить, – неожиданно сменила тему разговора женщина, – как твои дела в репетиторстве? Вадик не обижает? Я вопросительно возвела брови. Зачем она спрашивает? Почему он должен меня обижать? И что это за хитрый прищур? Никогда раньше не наблюдала за ней подобного? Она точно о чём-то догадывается! – Нет, всё хорошо. Мы поладили с Вовой, и он делает успехи. Вадиму Андреевичу я советовала отказаться от домашнего обучения музыке и отправить племянника в школу. Я полагаю, мальчику будет полезно общение со сверстниками и регулярные выходы на сцену, выездные концерты, чтобы побороть стеснительность и научиться держать себя перед публикой. Лилия Ивановна озадаченно нахмурилась. – Тебе что, больше не нужны деньги? – спросила она. – Вы же сами говорили, что есть вещи куда более важные, чем деньги. Думаю, это именно тот случай. – И что ответил Вадик на твоё предложение? – Попросил не вмешиваться не в своё дело, – проговорила я улыбнувшись. Лилия Ивановна рассмеялась. – Как это на него похоже. С ним всегда было непросто, но мне удалось найти к нему подход. Когда хорошо узнаешь его, ты поймёшь, что он лучше, чем желает казаться. У меня чуть не вырвался нервный смех. За время нашего знакомства я поняла, что Вадим полон противоречий. Он то спасает меня от многолетней кабалы, то раскладывает на столе, а потом с полнейшим безразличием выпроваживает вон. Да и с чего бы мне узнавать его ближе? Кто б мне позволил? Мы и так уже близки, даже слишком, но при этом страшно далеки друг от друга. Когда начался концерт, я то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды мужчин. Зрители в первых рядах, явно пришедшие сюда скучать, даже на какое-то время забывали о своих смартфонах, блуждая взглядами по моей стройной фигуре и замирая в районе декольте. Коллеги-мужчины неожиданно для всех в моём присутствии превращались в стендап-комиков, чего раньше за ними не замечалось. Стоя за кулисами, в перерывах между выступлениями, я в какой-то момент поняла, что рот болит от не сходящей с него улыбки. Меня окружали вниманием все: от молодого рыжеволосого педагога по балалайке до пятидесятилетнего работника сцены, и я невольно замечала зависть и неодобрение в глазах других учительниц. Ну вот, а я уже намеревалась одеваться так на все концерты, чтобы привлечь как можно больше зрителей мужского пола. Их всегда с таким трудом удаётся заманить. Я аккомпанировала народникам, объявляла выступления своих учеников и за суетой не вела счёт времени. Руки на автомате отыгрывали вальсы, этюды, симфонии и сонаты, а когда до завершения вечера оставалось совсем немного, я вдруг зависла, поймав взглядом знакомое лицо в зале на одном из дальних рядов. Решив, что от усталости и волнения, которое неизменно сопровождает человека на сцене, каким бы опытом он ни обладал, мне показалось, я довела вечер до конца и под довольно громогласные, чем обычно, аплодисменты зрителей, покинула сцену вместе с юными артистами. Хлопки ещё некоторое время не смолкали, и я всерьёз подумала, а не ждут ли папы танца в моём исполнении. Усмехнувшись мысли, поспешила к тем из ребят, кто ещё не ушёл, чтобы похвалить всех за смелость, талант и мастерство. Они большие молодцы, даже те, кто совершал ошибки. Ведь так непросто делать что-то под оценивающими взглядами толпы незнакомцев. Когда все стали расходиться, я направилась к кабинету, чтобы забрать вещи. Только теперь дикая усталость сообщала о себе тяжестью ног, век и ноющей спиной. Хотелось присесть или даже прилечь, но для начала следовало добраться до дома. В коридоре меня неожиданно перехватил рыжий балалаечник. Оказалось, он шёл следом, а когда нагнал, я вздрогнула. – Тебя подвезти? – спросил он, оказавшись рядом. От его улыбки и изучающего взгляда стало не по себе. – Спасибо, Кость, у меня ещё дела, – попыталась я отбиться от ухажёра. Но тот не отступал. Неужели всё-таки набрался смелости и собирается пригласить на свидание?! О божечки, нет, только не это! – Слушай, Карина, – он остановил меня, беря за руку, которая уже холодела. – Ты сегодня особенно шикарно выглядишь. – Спасибо, – попыталась я его перебить, но он продолжил. – Я хочу сказать, мы давно работаем вместе, и ты мне всегда очень нравилась. Согласишься сходить со мной… Он не успел спросить. Шаги, раздавшиеся с противоположного конца коридора, заставили нас обоих отвлечься от разговора. Когда же я увидела Вадима, который уверенной походкой приближался к нам, онемела от неожиданности. Мой коллега тут же нахмурился. – Карина, ты готова? – спросил Вадим, игнорируя того, кто держал меня за руку. Не зная, как лучше ответить, и недоумевая, откуда он вообще здесь взялся, я перевела озадаченный взгляд на Костю. Молчание затягивалось, следовало что-то решать, но выбирать из двух зол в тот момент оказалось куда сложнее, чем можно было предполагать. Костя мне совсем не нравился, а Вадим вызывал смешанные чувства. К счастью, я не успела и рта раскрыть, намереваясь сделать выбор. Оценив конкурента, Костя сам решил ретироваться. Одарив меня тяжёлым и даже как будто осуждающим взглядом, он бросил короткое: «Увидимся в понедельник», развернулся и зашагал к лестнице. Я уставилась на Вадима. – Ты зачем приехал? – Вова сказал, что у вас концерт сегодня. Решил послушать. – Зачем? – Затем, что я так решил. Мужчина развернулся, пропуская меня вперёд и намереваясь идти следом. Я повиновалась, ощущая спиной взгляд моего конвоира. – Где Вова? – спросила, подходя к кабинету, чтобы забрать вещи. – Ты мог бы и его привезти. – Для чего? – Мне было бы приятно его увидеть. Короче, ладно, забудь, – отмахнулась, заходя в нужную дверь, но мою руку тут же перехватили. Я испуганно обернулась на Вадима. Он смотрел на меня в упор, его губы сжимались в тонкую линию, и, казалось, он вот-вот набросится на меня. – У Володи тренировка, – по слогам произнёс мужчина. – Скажи, Карина, ты всегда на эти ваши концерты одеваешься как стриптизёрша? Я только успела округлить глаза. – Сделаю вид, что ничего не слышала, Вадик, – ответила Лилия Ивановна, неожиданно показавшись за его спиной. – Здравствуй, дорогой. Почему не предупредил, что придёшь? Поймав её добрый, ласковый взгляд, мы оба смутились. Да-да. Вадим, как и я, потупил взор, словно восьмилетний мальчишка перед строгим учителем. В ту минуту он стал вдруг невероятно похожим на своего племянника. Но длилось это недолго. Вспомнив, что он всё же взрослый и самодостаточный мужчина, Вадим вернул себе привычный вид снисходительной любезности. – Добрый вечер, Лариса Леонидовна. Я хотел сделать сюрприз. – Правда? – женщина восторженно оглядела нас обоих. Для неё очень многое разом прояснилось, хоть она и ошибалась в своих догадках. – Карина Дмитриевна перенесла занятие у Володи из-за концерта, и я решил воспользоваться случаем вспомнить детство. – О, дорогой. Я как сейчас помню твои выступления. Знаешь, Карина, Вадим обладал редким умением допустив ошибку, продолжать игру. Другие всегда останавливались, спешили исправиться, сбивали ритм, но он никогда не прерывался и доводил любую композицию до конца, чего бы ни наворотил в середине. Тогда я всерьёз задумывалась на наших конкурсных выступлениях ввести номинацию за умение импровизировать на ходу. Но в таком случае победителем в этой номинации становился бы только он. За все годы я не встречала ни одного ученика, кто сумел бы повторить этот опыт. – Вова умеет, – вступила я, оборачивая на себя взгляды собеседников. – Если бы Вадим Андреевич согласился привезти Вову сюда, вы бы сами в этом убедились. Я посмотрела на мужчину, добродушно улыбаясь. Нет, я, конечно, понимала, что рою себе яму, но остановиться была не в силах. – Правда? – ещё сильнее оживилась Лилия Ивановна. – Ну это замечательно! Вадим, я была бы очень рада увидеть твоего мальчика и оценить его успехи. Предлагаю пройти ко мне в кабинет и договориться о встрече. – Конечно, – согласно кивнул Вадим, не забыв при этом скользнуть по мне острым лезвием многообещающего взгляда.