Глава 11

Оглядевшись, я поняла две важные вещи: первое — мы с Элизой были поистине белыми воронами на фоне разодетых в дорогие и новомодные платья леди; второе — мне в моём было в разы удобнее, чем другим леди. Огромные кринолины, делающие женщин практически неповоротливыми, обилие различной, в том числе и тяжёлой ткани на одном изделии, многочисленные кружевные отсрочки, где подчас встречались жемчуг или драгоценные камни. Да и корсет в подобных платьях затягивался туже, делая талию излишне тонкой. Правда это всё не спасало от брошенных в мою сторону осуждающих за крайне устаревший наряд взглядов.Амелия не любила светские мероприятия. И теперь, оказавшись на одном из них, я поняла, почему она так к этому относилась. Светские беседы среди дам поразительно сильно пронизаны ядом и желчью. После такого хотелось лишь помыться, настолько мерзко это было. Я помогала святой разобраться в немногочисленных столовых приборах на столе, рассказывая для чего каждый из них, и краем уха услышала разговор двух сидящих вместе с нами леди:— Интересно, кто в этом году выиграет? — задала вопрос одна из девушек, красавица с тёмно-рыжими волосами и покрытыми редкими веснушками лицом, шеей и плечами, одета была в светло-зелёное модное платье и такого же цвета шляпку. Кажется, если верить памяти Амелии, звали её Мария, она была дочерью графа Лингли, министра внутренних дел.— Как всегда это будет принц Ричард! Но мой жених будет с самым необычным трофеем! Ты только посмотри, какую красоту он мне подарил! — достаточно громко вещала сидящая рядом с ней подруга, леди Элизабет, симпатичная блондинка с завораживающими жёлто-зелёные глазами в голубом платье и с белой шляпкой, хвастаясь надетым на руке кольцом с внушительным (интересно, им можно убить кого-нибудь?) жёлтым бриллиантом. — Так любит меня, так любит! Попросил моих папеньку и маменьку ускорить свадьбу! С помолвки и трёх месяцев не пройдёт, когда мы поженимся! Я… не то, что некоторые! Годами ждать не готова!Мне захотелось в голос рассмеяться от этой пламенной речи с укором в ожидающую почти десять лет свадьбу Амелию. Семья маркиза Ливингфорда, министра иностранных дел, объявила о помолвке единственной наследницы их рода с третьим сыном графа Гарнера накануне празднований, опубликовав послание в утренней газете. И сейчас эта избалованная красавица хвасталась безвкусным булыжником на своей руке, а стоило бы побольше узнать о своём женихе, прежде чем бросаться в нерушимый союз.Семья графа Гарнера до определённого момента вела роскошный образ жизни, тратя деньги буквально направо и налево. Дети семейства привыкли к богатству, отчего, когда их шахта перестала приносить такие же доходы, как и раньше, быстро начали тратить накопленное их предками наследие. Если подросших дочерей-красавиц удалось вскоре выдать замуж с хорошим приданым, то вот с сыновьями возникла проблема… Решил её глава семьи радикальным методом — «отрезал» всех, кроме наследника, от обеспечения. С тех пор сыновья графа Гарнера начали работать или «охотились» за богатыми невестами, а ещё лучше всего за такими же единственными наследницами, как дочь маркиза Ливингфорда. Вопрос о том, что будет после свадьбы с самой леди и её родителями… «Случайно» упавшая в ущелье карета, и несчастный примак с наследником или наследницей на руках станет по сути главой всего рода, а с ним придут и все обширные связи и деньги.Я всё же никак не отреагировала, спрятав невольно расплывшуюся улыбку за чашкой чая, чтобы никто не заметил. Моё нарочитое спокойствие не осталось незамеченным, вызвав у леди Ливингфорд лишь немое возмущение, выразившееся в виде пыхтения и надутых пухлых губок. Вторая леди же лишь чуть испугано посмотрела на насупившуюся подругу.— Маменька на днях приставила ко мне новую служанку. Она юная, но бездарная и безграмотная! — начала вскоре говорить возмущённо дочь маркиза своей подруге.В этот момент я даже застыла, поняв, что она хочет сделать. Они хотят надавить на происхождение Элизы и её сомнительный уровень грамотности. Но у них ничего не получится, ведь тут сижу как минимум я. На крайний случай, Августина сможет остановить издевательства.Элиза, согласно предыстории, до пятнадцати лет жила в крайней нищете седьмым ребёнком семьи из трущоб, работая с того момента, как начала уверено ходить и говорить. Будучи малышкой, она пела на улицах города или продавала собранные до утренней зари цветы, но и этого не хватало на полноценное питание даже на день, отчего трата времени на обучение привело бы к голодной смерти. Позже она работала официанткой и судомойкой в одном из постоялых дворов, где её и нашли люди из церкви.Сейчас, благодаря стараниям Первосвященника и его подчинённых, Элиза научилась читать и писать, пусть её подчерк и оставлял желать лучшего, выделяясь своей корявостью на фоне каллиграфического у аристократок. И за серьёзные книги она не бралась из-за небольшого словарного запаса, предпочитая лёгкие приключенческие романы, сказки и истории купцов и путешественников.— Простолюдины все невежественные и ленивые! Обучаться грамоте они не хотят, плодятся как кролики, а после жалуются, что не могут всех прокормить! — продолжала вещать Элизабет, притягивая к себе одобряющие, несмотря на грязную речь, взгляды, многие в королевстве поддерживали подобную точку зрения. — На счастье, она хотя бы умеет чистить платье и делать причёски!— Леди Элизабет… Служанка прибыла из Вашего родового поместья? — я, выросшая в современной Южной Корее, не могла никак поддержать её слова, но решила попробовать вывести девушку к некоторым вещам и даже пристыдить за подобное поведение, если получится.— Конечно, мой отец поберушек с улицы никогда в дом не примет! — гордо заявила леди, смиряя меня высокомерным взглядом.— Что ж. Тогда позвольте поинтересоваться, есть ли в вверенных Вашей семье землях достаточное количество школ для обучения всех или хотя бы большей части простолюдинов? — задала интересующий вопрос я, наблюдая, как эта ведущая себя дерзко леди начинает тушеваться, глазами ища поддержу в леди Марии.— Леди Амелия, я не могу Вам точно сказать… — начала несмело леди, но я её крайне грубо перебила:— Леди Элизабет, Вы наследница рода Ливингфорд, смею напомнить. Неужели наследница рода никогда не интересовалась делами своих земель и не знает даже такой простой информации?— Леди, это Вас не касается! — вспылила Элизабет.— О, леди, я не хотела Вас обидеть, — улыбнулась на её слова я. — Лишь считаю, что Ваши слова и абсолютное бездействие в вопросе благополучия жителей земель Вашего рода, могут быть восприняты как неисполнение королевского указа и богохульство.— Б-богохульство⁈ — девушка заметно побледнела, а люди вокруг заметно притихли, вслушиваясь в наш разговор.— Ох, да… Заветы Богини Света наказывают нам заботиться о тех, кто от нас зависит. Тем самым каждая из нас, из благородных дам, должна заботиться о людях, что проживают на вверенных нашим семьям землях.По толпе прошёл резкий и напряжённый шёпот, а за своей спиной услышала едва сдерживаемый, спрятанный за кашлем смех королевы Августины. Она явно одобряла подобное моё поведение. Элизабет же стала бледнее мела, а Элиза же немного ошарашено смотрела на меня. Всё же подобные разговоры были в новинку для неё, недавно присоединившейся к светскому обществу.— Если я верно сужу по сказанным Вами словам, прибывшая из Ваших земель служанка неграмотна, а, значит, у неё не было возможности даже научиться читать и писать ни в детстве, ни в более старшем возрасте. Да и устроиться служанкой в дом господина можно, лишь имея достаточно высокое среди простолюдинов происхождение и хорошие рекомендации. Следовательно, эта девушка трудилась с ранних лет, не имея возможности получить положенное по закону образование, скорее всего делая это из-за бедности своей семьи.— Это всё не говорит о богохульстве семьи леди Элизабет, — вступилась за подругу Мария.— Напротив, — хитро улыбнулась я ей. — Всё это говорит об отсутствии заботы о людях, как наказано в заветах Богини. Если я верно помню, указ о создании совместных с церковью Света школ вышел ещё… — я на мгновение задумалась, откапывая в знаниях Амелии нужную информацию. — … тридцать восемь лет назад. За это время уже выросло не одно поколение грамотных простолюдинов.Я краем глаза увидела подтверждающие мои слова кивки со стороны возрастных дам. Они застали внедрение этого указа королевой Августиной ещё в молодости и помнили, насколько яро та следила за его исполнением, каждый год инкогнито объезжая земли аристократов, а потом присылала гневные письма с указанием возможных санкций в случае неисполнения всех пунктов её указа в должной мере. Нередко дело могло дойти до суда, после которого униженные аристократы возвращались и строго выполняли предписанное. Лишь единожды был прецендент с лишением титула, после этого никто не смел не исполнять этот указ, боясь гнева уважаемой королевы. Сейчас же всё явно разваливалось из-за отсутствия проверок.— Отчего же в землях маркиза Ливингфорда есть молодые и безграмотные мужчины и женщины среди такой высокой прослойки простолюдинов? В Ваших землях недостаточно школ для получения необходимого образования или недостаточная помощь обедневшим семьям, отчего они вынуждены отправлять маленьких детей работать вместо учёбы? Или же… Ох, как я об этом не подумала! — изобразила на своём лице удивление вперемешку с озарением. — Маркиз Ливингфорд, должно быть, берёт большие налоги со своих земель! Этим всё и объясняется!— Леди! — вспылила и вскочила со своего места излишне бледная Элизабет с покрывшимися неровными багровыми пятнами щеками. — Вы переходите черту!— Отнюдь! — ответила дерзко ей. — Как будущей королеве, мне надлежит узнавать о делах всех подданых королевства: все ли достаточно одеты, обуты, запаслись ли едой и дровами для долгой зимы, у всех ли есть возможность получить образование и лечение. Вы же, как наследница рода, должны следить за этим вдвойне усердней, знать о положении своих людей и достойно управлять вверенными землями. Но Вы не можете даже ответить на вопрос о том, достаточно ли в Ваших землях школ для простого народа. Что, уж простите за прямоту, выставляет Вас невежественной и необразованной.На этом все окружающие женщины на перебой принялись охать, поднялся шум. Кто-то осуждал меня за столь сильную прямолинейность, кто-то поддерживал, а кто-то говорил о потерянности поколения. А я с нескрываемой довольной улыбкой смотрела, как за несколько минут лицо леди Элизабет из бледного с пятнами стало серым, подобно холсту, а после исказилось в злой гримасе и побагровело от злости.— Да как Вы смеете! Я — дочь маркиза! Вы ниже меня по статусу и должны молчать! — вопила истерично девушка.— Вот как… — лишь смогла произнести я, видя, как та явно уже готова вцепиться мне по меньшей мере в волосы. И вцепилась бы, если бы не вмешательство королевы-матери.— Выведите эту нахалку и отправьте на карете домой! — произнесла твёрдым голосом Августина, обращаясь к стражникам у входа.Те послушно кивнули и, подхватив ошарашенную таким леди под локти, вывели её из шатра. Молчание повисло в воздухе настолько густое, что застывший гудрон по сравнению с ним казался просто жидкостью. Большинство присутствующих затихло, провожая удаляющиеся фигуры стражников, ведущих Элизабет. Королевы-матери давно не было в светском обществе. И, должно быть, все надеялись, что она потеряла былую хватку и стержень, но как бы не так.— Отправь ноту недовольства маркизу, — спокойно и достаточно громко произнесла Августина, обращаясь к невестке. — Пускай научит свою великовозрастную дочь вести себя прилично в обществе и относится к простым людям хотя бы с небольшой толикой уважения.— Да, матушка, — пролепетала шокированная Изабелла.* * *За пару часов до заката, когда солнце только начало клониться к западу, раздался громкий свистящий звук, а после на ясном голубом небе появилась красновато-чёрная дымка из пущенной магической ракетницы и раздалась яркая вспышка. Послышался оповещающий об окончании охоты рог.— Уже закончились? — неожиданно произнесла тихо сидевшая с самого выдворения Элизабет леди Мария. — Обычно не раньше захода солнца всё заканчивается.— Должно быть, нашёлся умелый охотник, поймавший короля лесов — оленя, — спокойно ответила ей я.— Оленя? Я видела их лишь в книжках, — благоговейным шёпотом пролепетала Элиза.— Теперь увидите вживую, госпожа Святая, — ответила также тихо ей я, приподнимаясь со своего места и поправляя чуть помявшиеся юбки.Обе королевы уже встали и чинно направились к центральному выходу из шатра, как бы молча указывая женщинам последовать их примеру и построиться в ожидании охотников, которые вот-вот должны прибыть. Дамы и леди скапливались различными «кучками», словно повторяя то, как сидели за столиками, и продолжили приглушённо общаться. Я стояла неподалёку от королев, чуть позади. Возле меня молча остались стоять Элиза и Мария. Если ещё понимала, почему Святая осталась со мной, ведь была единственным человеком, что по-доброму отнеслась к ней. Но леди Мария… Она казалась напуганной и немного нервной. Впрочем, меня это никак не касалось.— Идут! Идут! — закричал через каких-то минут тридцать выбегающий из леса мальчик-паж с удивлённым и восторженным лицом.Королевский лес был достаточно большим, отчего столь скорое прибытие свидетельствовало лишь о том, что ракету запустили по меньшей мере на середине пути обратно. Процессия, выходившая из леса, заставила всех присутствующих охнуть и начать ещё более оживлённо перешёптываться.Ведомый за затянутую на морде верёвку олень спокойно шёл, передвигая неспешно копыта за поймавшим его человеком. И им был… нет, не Ричард! Это был его младший брат! Александр даже что-то говорил зверю, словно успокаивая, обещая или что-то объясняя ему, но, скорее всего, шептал заклинание успокоения. Помощник принца тащил расправленную и порванную верёвочную сетку, она говорила о том, что олень действительно был пойман Александром.Пока он вёл животное по поляне, из-за деревьев чуть поодаль показались ещё двое мужчин, в одном из которых все узнали императора, второго знала лишь я, это был Диего. И в руках Константин нёс простую железную клетку с… чёрной лисицей! Редкий для этих краёв зверь, который, порой, не появлялся в Королевских лесах десятилетиями!Такой тандем двух умелых охотников, поймавших главный трофей и главную редкость, заставил молоденьких девушек замереть в томительном ожидании, кому они всё же достанутся. Неожиданно Александр прямо подошёл к нашей компании и встал на одно колено, направив свой счастливый, полный надежды и смущения взгляд ясных голубых глаз на… Святую. Поняв, куда он смотрит, я, легонько коснувшись локтя леди Марии, отступила вместе с ней на пару шагов в сторону, освобождая пространство.— Г-госпожа Святая… — начал принц, становясь алым как рак от намокших корней волос вниз, к шее. — Примите ли Вы этого прекрасного оленя как трофей?Люди вокруг замерли, а я почему-то перевела взгляд с них на королеву Августину. Та, смотрела на молодых людей слегка свысока и казалась излишне высокомерной, но я заметила в уголках гул лёгкую улыбку. Она… одобряла это? Но почему? До этого же считала Святую выскочкой… Но домыслить я не успела, услышав ответ девушки.— О-он такой красивый… — пролепетала не менее смущённая Элиза, восхищённо переводя взгляд с Александра на оленя и обратно и улыбаясь словно самое яркое на свете солнце. — Я… Я приму его… Давайте отпустим его…Принц неспешно встал и передал держащую оленя верёвку Элизе, слегка придерживая животное за шею. А после, согласно традиции, пара должна или оставить себе, или проводить животное обратно в лес и отпустить его. Естественно, всё при свидетелях, дабы не было никаких дурных действий. Помолвленная или женатая пара могла разве что поцеловаться, не более. Так что Александр повёл Святую и оленя в лес, а вместе с ними направились ещё двое, какая-то служанка и помощник принца.Этот эпизод так отвлёк меня, что даже не заметила, как к остальным начали подходить их мужчины: отцы, братья, женихи и мужья. Я настолько была сосредоточена на ушедшей парочке, что даже не заметила, как кто-то ко мне подошёл.— Леди Амелия… — обратился ко мне знакомый голос, на который, сдержав дрожь и вырывающийся крик испуга, обернулась со слегка напряжённой улыбкой.Это был он, император, преклонивший одно колено и смотрящий на меня с немым вопросом, и… с этой чёртовой лисой! В моей голове промелькнула шальная мысль сейчас же подхватить юбки и сбежать к чёртовой бабушке, лишь бы не делать то, что сейчас должно происходить. Но не могла, это посчитают оскорблением. Он знал, что по этикету я не смогу ему отказать. И знал, что с его стороны преподносить трофей невесте другого — это скандал. Богиня, крайне противоречивая и странная ситуация.— Леди, примите эту прекрасную чёрную лису в качестве трофея? — задал Константин свой вопрос, а у меня сердце в пятки ухнуло.— Я… — слегка облизнув пересохшие от нервов губы, я сжала в дрожащих ладонях веер и постаралась приосаниться и придать себе более уверенный вид. — Не могу отказать Вам в подобном, Ваше Величество. Отпустим лису на волю.Такой ответ был вежливым, но одновременно буквально расшифровывался как: «Я не хотела, но твоё более высокое положение заставляет меня это сделать». Но император как-то совсем по-юношески задорно улыбнулся и, встав на ноги, подставил мне локоть, за который я неуверенно взялась.Лес встретил нас мягкой прохладой и тенью. Диего и выскочившая откуда-то из толпы Карина шли в двух шагах от нас. Я предпочла идти, опустив голову, дабы не столкнуться взглядами с людьми, мимо которых мы ранее прошли. Искренне не понимала задумок этого странного мужчины, ворвавшегося в мою жизнь столь внезапно. По сюжету оригинала Амелия с ним ни разу не пересеклась. Как и в предыдущих возвращениях во времени, за время «больничного» я тщательно вычитала обо всех мелочах жизни Амелии и заметки о каждом из её перерождений. И ни в одном существенной переменной под названием «император Константин» не было. Может, он и есть та самая точка, благодаря которой всё получится повернуть?— Миледи, выпустите самостоятельно? — задал он вопрос, когда мы вышли на небольшую освещённую полянку.Клетка с лисой стояла у наших ног, и я лишь присела на корточки рядом с ней. Судя по блестящей шёрстке, ясным янтарного цвета глазам и ещё белым и целым зубам, лиса была ещё молодой, возможно даже только-только вышла из пубертатного возраста. Она была напугана, смотря с ужасом и постоянно ощериваясь.— Жаль, я не маг… Не умею успокаивать животных. Так хочется её погладить… — высказала я мысли в слух и потянулась к «замку». — Она же не укусит меня?— Не должна, но руки лучше как можно быстрее убрать, — ответил мне склонившийся над клеткой Константин.Я кивнула и аккуратно вынула простенькую деревянную затычку на месте навесного замка. Тяжёлая дверца с лёгким скрипом отворилась под сильными лапами желающей свободы лисой. Она громко тяфкнула на нас, заставив отпрянуть от клетки, дабы не получить какой укус, и скрылась среди ближайших кустов тёмной и быстрой лентой.— Зачем Вы мне её подарили? — задала вопрос, уже, кажется, зная на него ответ.— У каждой леди должен быть трофей. Даже если её жених считает иначе.— Благодарю за проявленную… доброту, Ваше Величество, — произнесла я, понимая где-то в глубине сознания, что это не похоже на то, что меня просто пожалели. — Пойдёмте обратно. Мы и без того шороху навели.Константин предоставил мне свой локоть, я его мягко и благодарно приняла. Возле шатров мы расстались. Я присела в реверансе и прилюдно поблагодарила за прекрасный трофей и тут же поспешила как можно скорее исчезнуть в этого праздника, чувствуя, как полыхают от смущения щёки. Богиня, ну почему именно я и именно этот редкий трофей⁈