Глава 17
«Как я могла ему поверить?» – пульсировало в голове Элизабет.
Девушка вплотную прижималась к чешуйчатому телу дракона, цепляясь за выступающие наросты с двух сторон его шеи онемевшими пальцами и до боли сжимая твердое тело острыми коленками.
Маги Небесные! Ей хотелось кричать, царапая горло неистовым криком. Но единственное, что она могла сделать в данный момент, это щурить слезящиеся глаза и жадно хватать воздух, приоткрыв рот. Неистовый поток ветра захлестывал падающего торпедой вниз дракона и его наездницу. Конечно же, теперь ей стало понятно, для чего Рафаэль привез ее на гору. Она даже и представить себе не могла, что ее короткое «да» на его «ты веришь мне» приведет к таким последствиям. Когда профессор притянул девушку к себе, сжимая в крепких объятиях, Элизабет сначала подумалось, что таким образом, он хочет защитить ее от хлестких ветреных порывов, что, закручиваясь в воздушные смерчи, так и норовили сбросить двоих неосмотрительных зевак с края обрыва. Тогда Элизабет доверчиво прижалась к телу Рафаэля. Она приподняла голову в тихой надежде на то, что профессор поцелует ее.
Элизабет мучилась стыдом от того, что вчера не смогла разгадать графа Габриэля под личиной профессора. Теперь-то ей стало понятно, почему поведение профессора ей показалось странным и не похожим на него.
Мысли неожиданно прервались, когда она увидела, как полыхнули желтым пламенем глаза Рафаэля, и следом он потянул ее на себя. Несколько шагов в сторону обрыва, и вот они стоят на краю.
– Небесные Маги! Господин Раф… а-а-а-а-а-а-а-а-а…
В голове вмиг стало пусто, и тело сковал животный страх. Они падали с Рафаэлем вниз, но на лице профессора, в отличие от Элизабет, не было ни одной эмоции… хотя нет, была одна: полное спокойствие, уверенность в том, что он сейчас сделал.
Почему? – одними губами прошептала девушка, глядя в желтые драконьи глаза.
Готова? – был ответом вопрос.
Элизабет ничего не понимала. Неужели Рафаэль решил убить ее?! И стоило этой мысли только пронестись в голове, как профессор ловко, не разъединяя их тела, будто перекатил ее на спину, и Элизабет почувствовала, как под ее онемевшими пальцами тело Рафаэля начинает каменеть и наливаться скрытой силой. Элизабет зажмурила глаза, ей было ужасно страшно. Она боялось смотреть на то, что происходит с Рафаэлем, и открыла их только тогда, когда ощутила, что ее попа соприкасается с чем-то холодным, но и в то же время горячим. Открыла глаза, и тут же из горла вырвался немой крик.
«Нет… Нет… Нет…» – девушка отрицательно мотала головой из стороны в сторону, она не готова… То, что она сказала там Рафаэлю, все было неправдой… Она не готова была к тому, что окажется восседающей на драконе. Страх и ненависть, граничащие между собой по отношению к этим небесным тварям, будут жить в ней вечно. Ведь именно драконы убили ее семью…
В первые секунды ее глаза застилали слезы ненависти, которые жаркими дорожками стекали по обеим ее щекам, но тут же высыхали, обдуваемые ветром.
Но стоило только почувствовать, что за спиной расправились огромные кожистые крылья, и дракона, словно «воздушного змея», подбросило вверх, отчего девушка впилась в твердую чешую еще крепче, как в груди разлился всепоглощающей восторг.
И теперь Элизабет хотелось вопить от восхищения. А ненависть, которую хранило ее сердце, она решила немного прикрыть чувством восторга, которое сейчас испытывала.
Когда дракон поднялся в небеса, высоко воспарив над горами, ветер не так захлестывал глаза, и это позволяло Элизабет разглядеть все красоты города Ариона.
Арион раскинул свои владения средь обширной равнины, которую с двух сторон омывали кипучие воды океана, а с двух других возвышались вечнозеленые хрустальные кряжи. Блистательный город был украшен изящными куполами, которые сверкали на солнце, будто огромные разноцветные стеклянные пузыри. В свете солнца, падающего на шпили и башни, они отражали радужное сияние. Дыхание перехватила гордость, это и есть ее родной Арион, сердце и столица Альянса.
Город, в котором можно встретить представителей разных рас. Они живут здесь бок о бок и сосуществуют все за одно. Не было между ними разделений, как, например, в Академии Высшей Магии. Еще с высоты драконьего полета Элизабет смогла разглядеть и саму Академию. Она выделялась своей огромной территорией и даже для обширного Ариона имела по истине необъятные границы, которые были окружены высокой каменной стеной. А потом Элизабет зацепилась взглядом за дворец. Хотя нет, это все же был замок. Замок графов дос Аньес. Он стоял на отшибе Ариона, на возвышении, будто специально под него из-под земли взрастили посреди равнины холм. И даже в свете яркого солнечного диска он был объят какой-то прозрачной сизой дымкой, которая придавала замку таинственность.
Неожиданно дракон накренился, и Эль, испугавшись, что может упасть, вцепилась с новой силой в наросты. Дракон, издав короткий грудной рев, снова совершил крутое пике. Прижав огромные кожистые крылья к тулову, он камнем полетел вниз. Элизабет, трясясь и дрожа от ужаса, что у нее не хватит сил удержаться, закрыла глаза и начала усердно молиться, прося Высших дать ей сил не упасть.
– Элизабет, – послышался хриплый голос, от которого по ее спине неровным отрядом пробежали мурашки.
Девушка распахнула глаза и только тут осознала, что уже стоит на земле и с силой сжимает бугристые предплечья мужчины.
– Что? – закрутила она головой по сторонам. – Как? Ох-х-х! – с жаром выдохнула она, когда Рафаэль, отцепив ее руки, удерживая под локоть, отошел в сторону. – Где мы?
Они были в пещере. Элизабет, будто завороженная, сделала нерешительный шаг, и ее ступни утонули в мягком зеленом ковре под ногами. Да боли знакомое ощущение сковало грудь, и девушка, воровато глянув на Рафаэля, снова устремила свой взгляд туда, где в низине, освещаемое яркими лучами солнца, шевелилось изумрудное озеро из высокой травы.
«Разве такое возможно? – проскользнула мысль в голове. – Сон вдруг стал явью. Вот только явь куда прекрасней».
Элизабет, высвободив локоть из цепких пальцев Дракона, быстро зашагала в сторону поляны. С каждом шагом в ней нарастало возбуждение. То ли это все от того, что в памяти всплыли ощущения из сна, который ей снился так часто, что она помнила наизусть каждую деталь, то ли это все последствия полета. Адреналин разгонял кровь по венам, и жар, что полыхал во всем теле, теперь тугой спиралью сжимался внизу живота. Чем ближе она подходила к поляне, тем горячее становилось между ее ног.
Элизабет чувствовала тяжелое дыхание Рафаэля у себя за спиной, и ей казалось, что он точно знает, какой ураган чувств сейчас бушует внутри у девушки. Элизабет сделала последний шаг, и ее ноги погрузились в высокою изумрудную траву. Тут же в воздух взмыли сотни крошечных мотыльков. Их разноцветные крылья усеяли плотным слоем воздух, будто кто-то тряхнул невидимое покрывало, и с него посыпались радужные лепестки необычайных цветов.
Энергетика этого места завораживала, но больше всего пленяли флюиды, исходящие от мужчины, который источал сильнейшие потоки желания, находясь позади Элизабет. Она замерла на месте. Все так не может продолжаться вечно.
– Боишься? – его голос, тихий, проникновенный, пробил ее, будто разряд молнии.
Возбуждение накрыло ее с головой, и она задрожала всем телом.
– Девочка моя-а-а-а, – горячее дыхание опалило кожу шеи возле ушка, и сильные мускулистые руки обняли Элизабет за плечи.
Рафаэль прижал ее к себе и шумно вдохнул запах волос.
– Ты невероятно вкусно пахнешь, Элизабет, будто аромат самого лета живет в тебе.
Девушка часто задышала, пытаясь восстановить ритм выпрыгивающего из груди сердца.
Эта томительная пытка была куда несноснее, чем та, которую ей устроил граф Габриэль. Там Элизабет ничего не успела ни понять, ни принять. Ею только управляли. А здесь… здесь столько чувственности и нежности в голосе профессора, что у Элизабет от переизбытка эмоций закружилась голова. Тело засаднило от перевозбуждения. Каждая клеточка зудела и чесалась в предвкушении того, что сейчас произойдет.
– Элизабет, позволь… – он отстранил девушку и, повернув к себе лицом, сжал плечи пальцами, – мне бы хотелось, чтобы ты не чувствовала себя скованно, – хрипло произнес он, и его пятерня легла ей на затылок.
А потом девушка почувствовала тепло, и когда Рафаэль провел пальцами сквозь ее волосы, локоны мягкими шелковистыми волнами распустились по спине девушки.
– Ох, господин Рафаэль! – вспыхнула Элизабет.
Какая же она неумеха. Даже обычной бытовой магией не в состоянии вовремя воспользоваться. Она же после полета, наверное, вся выглядит как неряшка.
– Пойдем со мной, – он нашел ладонь девушки, и та, безропотно подчинившись, вложила ее его.
Они шли недолго. Приятная наощупь трава щекотала ступни и икры. И все было так сказочно, что Элизабет на миг себя почувствовала маленькой эльфийкой. Настолько все было невероятно прекрасным, как только может быть в Таинственных Эльфийских Лесах, про которые Элизабет читала в познавательном журнале «В гостях у …». В каждом номере прибавлялась та раса, которую посещал колумнист[журналист]. Там рассказывалось про многие расы, но именно эльфы запомнились Элизабет больше всего.
– Пришли, – Рафаэль сделал шаг в сторону, и Элизабет ахнула при виде того, что предстало перед ее глазами.
Щеки залились румянцем, а тело вспыхнуло от постыдного желания опробовать на деле это изумрудное ложе из мха, окруженное со всех сторон яркими цветами и мерцающими, будто звездочки на темном небе, прозрачными грибками.
– Это… красиво… – заикаясь, пробормотала она, не до конца осознавая, что вообще смогла хоть слово сказать.
От стыда дыхание ее сбилось, и девушка потупила взгляд, прикусив нижнюю губку.
– Нет, крошка, красивая здесь ты, – он поддел ее подбородок пальцем и медленно, еле касаясь губ, прильнул к ним нежным поцелуем.
Элизабет слабо ахнула, когда Рафаэль запустил пятерню в волосы на затылке, тем самым зафиксировав ей голову, углубил поцелуй. Его губы были настойчивые, требовательные. Рафаэль скользнул языком по губам, принуждая Элизабет приоткрыть ротик, и когда она это сделала, профессор будто обезумел.
Он подхватил Элизабет под попу, и девушка, дабы не упасть, обвила его шею руками. Прижалась к его рельефной груди так плотно, что ее собственная грудь заныла от нажима.
А когда Рафаэль насадил ее бедра на свой пах, девушка ахнула от изумления, и порочная волна возбуждения затопила ее с новой силой, накрывая с головой. В ее промежность, которую скрывали под собой уже давно влажные хлопковые трусики, упирался внушительных размеров пульсирующий бугор. Она чуть качнула бедрами, после чего из горла профессора вырывался гортанный рык, и он сильнее надавил ей на поясницу, будто насаживая ее на свое достоинство плотней. Элизабет затрепетала в его сильных руках. Отчего-то ей казалось, что именно с Рафаэлем все будет правильно. И никакого жуткого страха профессор у нее не вызывал. А наоборот, ему удалось распалить скромницу, которая до этого жила в Элизабет, а не запугать, как это сделал граф Габриэль.
– Элизабет, – разорвав поцелуй, Рафаэль заглянул в глаза девушки, – первый раз не всегда приятный… – начал он, но девушка так распалилась, что позволила себе прислонить к горячим влажным губам дракона пальчик, заставляя замолчать.
– …господин Рафаэль, – не прерывая зрительного контакта, проговорила Элизабет, – я уже не маленькая и много раз слышала все эти истории «про первый раз».
Глаза профессора вспыхнули сине-желтым пламенем, и больше не говоря ни слова, он опустил девушку на мягкое зеленое ложе, навис над ней, жадно припал к губам.