Глава 24

– До сих пор не могу поверить в то, что тот дом принадлежал семье Элизабет, – Габ сидел на жесткой скамейке, схватившись за голову. – Что теперь нам делать, Рафаэль?! Она же не простит…

Рафаэль внимательно смотрел на брата. Он впервые его видел таким растерянным и взволнованным. Он и сам был на грани срыва. Ведь получилось так, что в одночасье братья дос Аньёс лишились практически всего. Сила, которую они отдали Великой ЗОВВе, теперь может и не вернуться к ним вовсе. Положение в обществе подпорчено. Он знал, что слухи распространяются быстро, и в ближайшее время вряд ли кто забудет такую шумиху вокруг их титула.

– Ну, что ты молчишь, умник? Скажи хоть что-нибудь! – Габриэль поднял глаза на брата.

– Мне пока нечего тебе сказать, Габ. Мы и так наделали много чего, теперь стоит немного подождать, чтобы понять, чем все это может обернуться для нас…

– Тут и думать нечего, – пробасил Габ, – и так все понятно. Куколка вряд ли сможет принять такое, а уж о прощении и речи не веду.

Габриэль откинулся спиной на стену и вытянул длинные ноги перед собой. Нутро все горело негодованием. Он и представить себе не мог, что получит вместо благодарностей и почестей, которые они заслужили, не допустив хаоса в Верхнем Мире с риском не только своими жизнями, но и тем, что он с Рафаэлем – последние представители Древнего Рода Драконов. И если бы все пошло не так, то там, в Высшем Мире, их вряд ли погладили бы по головке за то, что на земле они не оставили потомства.

Повисшую в помещении тишину постоянно нарушало потрескивающее защитное поле камеры. Габриэлю так и не удалось сегодня заснуть ночью, собственно, как и брату. Он знал, что Раф не спит, но заговаривать с ним не спешил. Ему нужно было подумать обо всем, что произошло там, в Нижнем Мире.

Демоница, конечно же, повержена, и это безусловно отлично, тролля бы ей в задницу! Но вот то, что у графа теперь нет магических сил – это печально. Конечно, Габриэль был уверен в том, что брат сможет найти выход из этой ситуации… и возможно, каким-то образом вернет их магическое начало, которое заполнит опустевший сосуд. Вот только выбраться отсюда для начала не мешало бы. И чем дальше Габриэль уходил в дебри осознания того, что с ними случилось, тем сильнее в нем нарастала ярость. Дракон в нем рвался наружу, разрывая сдерживающие его внутри ментальные цепи.

– Габриэль.

Граф вздрогнул, когда на его плечо легла тяжелая ладонь брата.

– Не стоит сейчас думать о плохом. Нам нужно быть сильными…

– Граф Рафаэль дос Аньёс, – послышался голос стража за жужжащей стеной магического щита. – Граф Габриэль дос Аньёс, руки заложите за спину и повернитесь спиной к щиту.

Братья, переглянувшись между собой, одновременно хмыкнули.

– Мы что, уже преступники? – не выдержал Рафаэль.

– Я не могу ничего вам сказать, господин. Это приказ начальника, – равнодушно ответил страж.

Рафаэль и сам об этом уже догадался.

– Габриэль, прошу, не наделай глупостей. Делай так, как он говорит. Сейчас мы во всем разберемся.

Профессор чувствовал, что брат находится на грани. И если бы в нем была хоть капля магии, он точно бы разнес здесь все в пух и прах к демоновой матери! Но силы не было, и это, возможно, было сейчас к лучшему. Им больше нельзя ошибаться, ведь теперь им есть ради кого бороться за свободу. Бороться за жизнь.

Когда братьев Аньёс ввели в кабинет Главного Следователя, Рафаэль сразу понял, что здесь что-то произошло. Его внутренний дракон ожил, зашевелился в груди. Профессор оглянулся по сторонам, то же самое сделал и Габриэль.

– Господин Страж, снимите с господ удерживающие путы.

– Хм, да и вообще, зачем их нужно было надевать?! – возмутился Габриэль, потирая запястья.

– Попрошу не возмущаться, ваша светлость, таковы правила, задержанные не могут разгуливать в стенах Бюро без сдерживающих магию пут.

Габриэль уже хотел было сказать, что магии у него никакой и не осталось, но вовремя спохватился. Глянул на Рафаэля, тот отрицательно покачал головой.

– Как скажете, главный следователь, – вместо этого сказал Габриэль.

– Зачем мы вам понадобились? – в свою очередь вопрос задал и Рафаэль.

– Мне нужно получить от вас расписки о том, что вы не покинете пределы Ариона в течение того времени, пока идет разбирательство по делу подпольной торговли запрещенными магическими зельями.

– И это все?! – не поверил своим ушам Рафаэль, встал рядом с братом.

– Пока да, – посмотрел Следователь на них исподлобья, – прошу расписаться.

– А как же дело о семье Элиза… – Габриэль не закончил речь, так как его тут же перебил следователь.

– …заявление забрали.

– Кто? – в один голос спросили братья.

– Сама мисс Элизабет и забрала, – пожал плечами следователь и убрал документы в стол, когда с подписями было покончено.

– Но разве такое возможно? – одними губами спросил Габриэль у Рафа.

– Так вот у нее и спросите, а теперь прошу вас, господа, – мужчина указал на выход, – позвольте с вами попрощаться, у меня на сегодня еще много дел, а с вами покамест нам разговаривать не о чем.

Следователь вышел из-за стола и, подталкивая драконов в спины, повел их к выходу.

– Я в это не могу поверить! Как она могла такое сделать?! – бормотал Рафаэль себе под нос.

– Еще как могла, – проговорил следователь. – Сильная стихийка ваша Райтон. Вот чего не отнять, так не отнять.

И больше не говоря ни слова, в буквальном смысле вытолкал их за дверь.

– Нет, ну ты посмотри, ни капли уважения к Древнему Роду, – одергивая пиджак, проговорил Рафаэль, – а еще блюститель закона называется! Да орк он кухонный, не больше!

Стеклянные двери разъехались в стороны, и братья замерли на площадке перед входом. Прямо возле перил, разделяющих широкую лестницу надвое, стояла Элизабет.

В темном костюме ассистентки, с гладко зачесанными в высокий хвост волосами, с закушенной губой она была потрясающе милой. На бледном лице застыло необъяснимое сочетание эмоций: обречённости и одновременно с тем решительности, а в больших ярких глазах сверкало пламя радости. Такая изящная и хрупкая, что Рафаэль едва сдерживал желание подхватить девушку на руки и зацеловать до умопомрачения. От созерцания Элизабет профессора отвлек Габриэль. Раф скосил на него взгляд и понял, что брату тоже приходится сдерживаться.

Рафаэль выругался под нос. Теперь понятно, что они почувствовали в кабинете у следователя, это был запах Элизабет. Теперь связь между ними была практически осязаема. И от этого все становилось только сложней.

– К демонам! – выдохнул Габриэль и за несколько секунд пересек то расстояние, что разделяло его и Элизабет.

Раф, испугавшись, что Габриэль может наделать глупостей, последовал за ним.

– Куколка, – хрипло выдавил Габриэль, – ты… – он замолчал, взял ее за руку, Рафаэль громко сглотнул, когда девушка посмотрела брату в глаза.

– Все хорошо, граф, – ее голос, будто переливы колокольчиков, прозвенел в опустившейся на них тишине.

Профессору пришлось сконцентрироваться на своих эмоциях, чтобы взять себя в руки. Его Дракон от ревности вырывался из-под контроля, а без магической силы его сложно было удержать внутри.

– Габриэль, нам нужно уйти отсюда, – твердо выдавил Рафаэль, – нам предстоит нелегкий разговор.

И для кого он будет тяжелым, Профессор уже понял наверняка. Хоть в Элизабет и не чувствовалось отчуждения, но и особой радости он не ощутил. Придётся им с братом принять действительность, что девушка, возможно, и не простит их. От этой мысли внутри зарождалась паника.

Ответа не последовало. Габриэль каменной глыбой продолжал возвышаться над Элизабет, не выпуская ее ладоней из своих рук. Элизабет продолжала покусывать губы и прятать взгляд. Он понимал, что девушка стесняется и чувствует себя рядом с ними неуютно. И для того, чтобы поговорить, нужно выйти из зоны комфорта.

– Габ… – профессор положил руку на плечо графа, но тот, рыкнув, сбросил ее.

– Подожди, – утробно прохрипел он, и Рафаэль увидел, как щеки девушки вспыхнули ярко-алым.

Что происходит, он не мог понять.

– Граф, нам нужно уйти, – с интимной хрипотцой проговорила Элизабет, и у Рафаэля закружилась голова от волны дикой страсти, которая накрыла его с головой.

– …там, на стоянке, стоит аэромобиль! – пролепетала Элизабет и взглянула на Рафаэля затуманенным от желания взглядом.

– Дырявая задница тролля! Крошка, если ты будешь медлить, я отымею тебя прямо на пороге этого чертового Бюро! – сквозь зубы прорычал Габриэль и, подхватив Элизабет на руки, быстро пошел в сторону стоянки.

– Габриэль, ты что творишь?! Поставь меня немедленно на землю! – взвизгнула девушка, когда оказалась прижатой к мускулистой груди Дракона.

– Тс-с-с, малышка, не привлекай внимания, – лукаво улыбаясь, тихо сказал Габриэль. – И я не могу тебя отпустить, слишком сладко ты пахнешь желанием. Я, даже не прикасаясь к тебе, могу с уверенностью сказать, что сейчас твои трусики можно выжимать…

– Габриэль… – порывисто выдохнула Элизабет и зарделась, – …не надо так.

Она обхватила его крепкую шею и чуть прикрыла пушистыми ресницами взгляд.

– Я совсем о другом хотела поговорить, – хрипловатым от желания голосом проговорила девушка.

– Поговорим, крошка, обязательно поговорим… – подтвердил ее слова Габриэль.

– Вон там мобиль, – кивнула Элизабет на машину.

– Куколка, ты бы еще в Грин-парке припарковала его, – прорычал Габриэль, и его ладонь скользнула под узкую юбку.

– А-а-ах! – вырвалось изо рта Элизабет, когда ткань юбки начала трескаться.

– Габи, ты сошел с ума! – дернул его за плечо Рафаэль.

И два брата застыли на месте друг напротив друга.

– Ты не можешь вот так просто ее касаться, – прорычал Рафаэль.

– А кто мне помешает, брат? Может быть, ты или эти выродки из Бюро? Кто?

– Элизабет… – Рафаэль на миг замолчал и перевел взгляд на девушку, ее лицо горело румянцем, но он заметил, что в глазах вспыхнуло недовольство происходящим.

– Мальчики, – ее голос, как будто нагретый металл, разрезал накалившуюся между братьями атмосферу, – вы портите мне настроение и нашу встречу.

Элизабет мило надула губки.

– Отпусти меня, Габриэль.

– Нет… – твердо сказал мужчина, но стоило Элизабет прикоснутся к шее Габриэля, как его руки тут же ослабли и выпустили девушку из объятий.

Рафаэль вмиг оказался рядом и помог Эль оказаться на земле.

– Что это было? – уставился граф.

– Все пройдет, милый, но только тогда, когда мы поговорим и придем к общему знаменателю, – Элизабет одернула юбку и пиджак, поправила волосы и, покачивая бедрами, направилась к ожидающему их мобилю.

– Я накажу тебя, куколка, – сквозь зубы процедил Габриэль, следуя за ней, – демон мне в печень!

– Обязательно, граф, – мило улыбнулась Элизабет. – Профессор, поможете? – она вложила свою узкую ладонь в широкую ладонь Рафаэля, и он помог ей сеть в мобиль. – И… брату своему помогите, я пока не могу снять с него путы, а то боюсь, разговора у нас не получится.

***

Огромную комнату в замке заливал яркий солнечный свет. Исполинские окна пропускали сквозь себя много света (чересчур много). Но тех, кто сейчас нежился в объятиях друг друга, это совершенно не волновало. Они слишком были увлечены собой.

Обнаженная, покрывшаяся мелкими бисеринками пота Элизабет громко стонала, цепляясь за мускулистую шею Рафаэля, который аккуратно, чуть раздвинув упругие ягодички, пытался протиснуть свой член в ее узкую дырочку в тот момент, как вторая уже была занята Габриэлем.

– Элизабет, расслабься, милая, – горячо шептал он ей в ушко и одновременно толкался вперед, с каждым выдохом погружаясь все глубже и глубже.

– Да-а-а-а-а, ах… – стонала девушка, прогибаясь в пояснице как можно сильнее.

Элизабет смотрела на Рафаэля подёрнутым порочной дымкой взглядом и, чуть приоткрыв губы, часто дышала.

– Я, готова-а-а-а… – простонала она, и Рафаэль поцеловал ее, проникая языком в жаркий, влажный рот.

Одновременно он толкнулся бедрами более настойчиво, заполняя ее собой на всю глубину.

– М-м-м-м, – промычала Элизабет, впиваясь острыми зубками в губы Рафаэля.

– Крошка, люблю тебя! Ты для меня больше, чем вся моя жизнь, – хрипло простонал Рафаэль ей в губы, выпивая, иссушая собой каждый ее стон.

В ее глазах заблестели серебристые искры, и кожа засияла под его пальцами.

– Хочу вас любить вечно, – проговорила Элизабет, глядя поочередно на Драконов, – вы моя жизнь и моя смерть. Моё счастье и боль. Вы это Я.

Она подмахнула бедрами, и оба Дракона застонали в голос.

– Я вас люблю обоих, братья дос Аньёс… – на выдохе ответила Элизабет, когда сразу два члена начали поочередно двигаться в ее невообразимо мокрых дырочках.

Ее тело горело, плавилось, растворялось под горячими поцелуями братьев. Они пили ее стоны, по очереди погружаясь во влажную жаркую плоть ее рта языками.

Движения бедер становились резче, члены впивались во влажную плоть глубже, заставляя ее чувствовать себя заполненной до краев. Головокружительное ощущение приближающейся разрядки становились немыслимо острыми.

От дикого, безрассудного трения тел друг о друга Элизабет потеряла счет времени, растворяясь в ощущениях, она просто плыла по течению, полностью подчиняясь его абсолютной власти, ныряя в упругих волнах наслаждения, предавалась самозабвенному безудержному наслаждению.

А потом неожиданно ее всю обожгло невыносимым жаром.

– А-а-а-ах-х! – вскрикнула Элизабет и рассыпалась на миллионы ярких частиц, заполняя собой все пространство внутри себя.

– Элизабет, милая! – целовал ее спину Рафаэль, а тело Элизабет продолжало сотрясаться в его руках сладкими пронзительными судорогами.

– Ты неподражаема! Ты восхитительна…

– И ты… наша… – прохрипел Габриэль, и, дернув бедрами вверх, они с Рафаэлем одновременно излились в нее, заполняя ее свои горячим семенем.

– Ваша… – выдохнула Элизабет, погружаясь в чудную негу оргазма, изливая из себя то, что совсем недавно забрала у Драконов, наполняя своим светом и силой их опустевшие энергетические сосуды.

Сквозь пелену блаженства, закутавшую ее тело, она слышала благодарный рев Драконов. Губы Элизабет растянулись в довольной улыбке, и она провалилась в сон…

Хотя… сон ли был это…

Легкие, почти невесомые касания к ее кожие постепенно превращались в более настойчивые и чувственные. Влажные поцелуи, холодили те места, которых касались, и Элизабет, потянувшись всем телом, поддалась новым ласкам, которые больше напоминали ей все же сон… ведь наяву она уже получила всего и сполна.

Она стонала и всхлипывала от того, насколько остры были ощущения от прикосновений чьих-то губ к ее набухшим соскам, которые непрерывно покусывали, посасывали, оттягивали их. Внизу живота сладостно покалывало, и с ее губ вновь срывался протяжный стон.

А потом ее закружил водоворот необъяснимого наваждения.

– Элизабет… – горячее дыхание одновременно обожгло ее рот и тайное местечко между ног, – куколка, открой глазки…

– Что-о-о? – еле разлепив ресницы, Элизабет через силу открыла глаза.

И тут же на ее влажную плоть между ножек обрушился шквал поцелуев. Она выгнулась дугой и раскинула ножки так широко, как только могла.

– Да, куколка! Дай нам насладиться тобой по-настоящему, полностью… – прошипел ей в губы Габриэль, и Элизабет задрожала всем телом, когда почувствовала, как в ее горячую глубину погрузилось что-то мягкое, но в то же время настойчиво заполняющее ее всю до предела.

– А-а-а-а-ах! – вырвалось у Элизабет, – как же хорошо-о-о-о-о!

Рафаэль вытворял с ее чувственным местечком такое… что Элизабет беспрестанно накрывал волнами оргазм.

– Маги Всевышние! Рафаэль!!! – кричала она, когда уже не было сил переносить это чувство безграничного блаженства, и тут же бурно кончала.

Рафаэль впивался в ее розовые складочки и жадно пил ее стекающую влагу. Насыщаясь ее вкусом и запахом. Наполняясь ею всей. Но стоило Элизабет на миг прийти в себя после этого иссушающего экстаза, как тут же место Рафаэля занял Габриэль и зарылся лицом между ног Элизабет. Рафаэль же устроился чуть сбоку, так, чтобы Элизабет было удобно держать его ствол в руках.

– Мне кажется, я не перенесу этого! А-а-а-ах! – вскрикнула Элизабет, когда в ее попу проник палец Габриэля, а влажную глубину заполнил язык.

Элизабет часто вздыхала и вскрикивала от наслаждения, когда Габриэль таранил ее своим языком, неистово вылизывая ее всю. А потом и вовсе сосредоточился только на ее пульсирующем бугорке. Дразнил, возбуждая все сильнее, и Элизабет, не выдержав, закричала, умоляя трахнуть ее. Но Габриэль только сильнее зафиксировал ее бедра и сомкнул губы на упругом комочке между ее влажных складочек и сосал до тех пор, пока Элизабет не охватил очередной бурный оргазм. И лишь после того, как Габриэль поглотил все ее соки, его язык заменила головка толстого возбужденного члена. Он надавил ею на увлажненную дырочку анального колечка и, качнув бедрами, скользнул внутрь, растягивая, заполняя собой тугое пространство.

– А-а-ах-х! – вырвался протяжный стон изо рта Элизабет.

И более не контролируя своего тела, она качнула бедрами вниз, сильнее насаживаясь на толстый член Габриэля, а ее пальчики ритмичнее задвигались вверх-вниз по стволу Рафаэля.

– Элизабет, ты такая горячая, – прорычал он, и сладострастный стон вырвался из горла графа, когда его член полностью погрузился в ее тугую глубину, – я люблю тебя, куколка! – выстонал Габриэль и начал быстро и глубоко вколачиваться в ее попку.

Время перестало иметь значение, удовольствие становилось все интенсивнее. Не существовало ничего, кроме их троих и блаженства, пока двое Драконов снова и снова доводили ее до оргазма.

Они излились одновременно все… втроем.

Всепоглощающей оргазм в буквальном смысле поглотил их, сминая под собой, заставляя испытать невообразимое ощущение удовлетворенности, которое спустя мгновение превращалось в чистое блаженство.