Глава 24

Кай, словно почувствовав, что накал и без того зашкаливает, мягко улыбнулся. Его улыбка была странной, отстранённой, будто он наблюдал за нами из-за стекла.

— Знаете, Корвел, — произнёс он, разряжая обстановку с убийственной вежливостью, — сейчас, пожалуй, есть дела и поважнее. Я думаю, мои предположения мы с вами сможем обсудить и потом. А исход местного спора… честно говоря, не вызывает у меня особого интереса. Но лично вам я желаю успеха.

С этими словами он кивнул Корвелу, бросил на меня последний быстрый, оценивающий взгляд и так же бесшумно, как и появился, вышел из переговорной.

Элирия, проводив его взглядом, полным ярости, скривила свои идеальные губы в гримасе отвращения.

— Вот гавнюк, — выдохнула она с неподдельной брезгливостью, не обращая внимания на содрогнувшихся от её прямоты правителей Карбон-Прайм.

В этот момент Корвел резко повернулся ко мне.

— Катя, уходи, — его голос прозвучал тихо, но с такой неоспоримой интонацией, что у меня похолодело внутри.

Я не стала ждать повторения. Мне с самого начала было не по себе в этой комнате, да и он сам велел мне остаться — странный он какой-то. А может, это всё из-за того, что сказал Кай? В голове была каша. Но даже сейчас, выскользнув из переговорной в прохладный, гулкий коридор, я не почувствовала облегчения. В ушах стоял его голос, а перед глазами — эта хищная, изучающая улыбка. От одного воспоминания по спине пробегали мурашки.

Мысли мои прервал знакомый голос.

— Кать! А вот и ты! Я полкорабля обыскал в поисках тебя.

Передо мной, запыхавшийся и с растрёпанными рыжими волосами, стоял Рифт.

— Я чуть не умер от жажды! Комнату отдыха зачем-то закрыли, а твои автоматы без твоего пропуска как заговорённые! Открывай, умоляю.

Его комичное отчаяние немного встряхнуло меня. Словно щенок, который бегал в поисках миски с водой.

— Ладно, ладно, уговорил, — вздохнула я, чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбке. — Открою. Но наливать будешь себе сам, я не служба доставки для техников-неумех.

Мы быстрым шагом направились к моему «царству». Я открыла дверь своим пропуском, и Рифт буквально ворвался внутрь, устремившись к кофейному автомату.

Наблюдать за ним было одно удовольствие. Казалось бы, техник такого уровня, который, по его же словам, может разобрать и собрать реакторный контур с закрытыми глазами, а с простым кофейным автоматом справляется, как смартфоном его прабабушка. Он тыкал в панель управления, ворча себе под нос.

— Так… «Ароматизатор активировать»? Нет, не то… «Промывка гидросистемы»? Ой, прости, милая, не хотел… А где тут просто «чёрный, как совесть Лоры, и крепкий, как моя уверенность в себе»?

Я не выдержала и рассмеялась.

— Дай сюда, — отстранила я его, ловко набирая на панели нужную комбинацию. Аппарат ожил, загудел и через мгновение выдал порцию ароматного эспрессо.

— Вот же чёрт, — Рифт с благоговением взял дымящуюся кружку. — Я её могу с закрытыми глазами собрать и разобрать, а вот какая у неё там функция «сделать вкусно» — это тёмный лес. Неинтересно мне это.

Он сделал большой глоток и закатил глаза от блаженства.

— Спасён. Теперь я снова могу думать.

Он допил кофе почти залпом, поставил кружку на стойку, и его лицо, обычно озорное, стало вдруг серьёзным. Он облокотился на стойку и посмотрел на меня прямо.

— Кать, а ты вообще понимаешь, что может произойти?

Я пожала плечами, стараясь сохранить лёгкость.

— Ну, вроде как всё понятно. Там решают судьбу планеты, всё серьёзно. Но там же Корвел. Значит, разговор закончится либо с выгодой для всех, либо эти правители сдадутся.

Рифт покачал головой, и в его ледяных глазах мелькнула тень чего-то сложного.

— На самом деле, всё, что здесь происходит, — это обычный спектакль. Постановка для нескольких очень важных зрителей. И один из этих зрителей — ты.

Я замерла, чувствуя, как улыбка медленно сползает с моего лица.

— А второй, — Рифт многозначительно поднял бровь, — ты, наверное, уже догадалась кто.

Он дал этим словам повиснуть в воздухе.

— И так же некоторые невольные актёры.

Я стояла, опершись о стойку, и чувствовала, как по спине бегут мурашки. Воздух в комнате отдыха, ещё секунду назад наполненный дурашливым ворчанием Рифта, вдруг стал густым и тяжёлым.

— Я... не понимаю, Рифт. О чём ты? — выдохнула я, сбитая с толку его внезапной серьёзностью.

Рифт посмотрел на меня своими пронзительными, слишком умными глазами. В них не было ни намёка на шутку.

— Запомни, Кать, — его голос прозвучал тихо, но весомо, — Корвел — не солдат-остолоп, который только и может, что рвать людей на части. Он стратег. И тактик. Лучший из тех, кого я вообще видел. Он обожает такие игры и играет в них виртуозно. Знаешь, император уже который год ждёт, чтобы вызвать его на шахматный матч-реванш. Просто чтобы снова проиграть, я уверен.

Он сделал паузу, давая мне осознать масштаб.

— Но я вот о чём... — Рифт обвёл взглядом пустую комнату, будто проверяя, не подслушивает ли кто. — Корвел будет таким, каким ему выгодно быть в нужный момент. Жестоким, обаятельным, холодным, спасителем... Мягким. — Он посмотрел прямо на меня, и в его взгляде было что-то похожее на жалость. — И думаю, настоящего Корвела мало кто видел. Вообще.

У меня похолодело внутри. Его слова, как лезвие, прорезали все мои наивные фантазии. Вспомнилось всё: его ледяной гнев при нашей первой встрече, его неожиданный смех, его нежность в тот день... Это всё были роли? Тактические ходы? А кто тогда он настоящий? И где в этой игре место мне? Я — пешка? Или просто удобный инструмент, который успокаивает его боль?