Глава 38

Первым ощущением была мягкость. Слишком мягкая, почти невесомая поверхность под спиной. Не та знакомая, слегка упругая койка с «Аквилы» и уж точно не капитанский диван-облако. Я лежала на чём-то, что старалось быть удобным.

Я медленно открыла глаза. Потолок над головой был низким, гладким и матовым, излучал ровный, приглушённый белый свет. Ни люков, ни труб, ни привычных стыковочных швов. Воздух пах стерильной чистотой, с лёгкой примесью озона, но без знакомого фона корабельных систем — того самого гула, который стал для меня звуком дома.

Голова слегка закружилась, когда я заняла сидячее положение, но не от боли, а от странной тяжести, будто я проспала сутки. Я была в своей униформе, та самая, в которой мы отправились на планету. Она была чистой, на ней не было ни пыли, ни следов той адской сумятицы.

Я окинула взглядом помещение. Небольшая, но не тесная каюта. Всё то же матовое покрытие стен, встроенная койка, на которой я сидела, небольшой откидной столик и дверь — без видимой панели, просто гладкая поверхность. Ни иллюминаторов. Ни личных вещей. Это было похоже на каюту для гостей или… камеру. Роскошную, стерильную, но камеру.

Мы пробирались через хаос, залитый алым светом аварийных маяков и заливаемый чёрным дымом. Стиснув зубы, тащили Рифта. Его безвольное тело было невероятно тяжелым. В ушах стоял оглушительный гул — сирены, крики и нависающий над всем этим грохот той схватки, что осталась позади.

Мы двигались к тому, что ещё час назад было парадной площадью, а теперь представляло собой относительно открытое пространство, где мог сесть спасательный челнок. Это была наша цель — добраться до точки эвакуации.

Именно там, в проёме между двумя оплавленными колоннами, их и увидела. Чёткий, бесшумный каретный квадрат. Шесть бойцов в матово-чёрных тактических скафандрах без каких-либо опознавательных знаков. Их появление было столь внезапным и беззвучным, словно они материализовались из самой тени. Оружие в их руках было прижато к груди, стволы смотрели в землю, но вся их поза излучала готовность к мгновенному уничтожению.

Всё произошло слишком быстро. Лору вырубили одним точным ударом. Я даже не успела ничего понять, как почувствовала резкий укол в шею. Мир поплыл, краски смешались, звуки ушли в свинцовую гущу.

И вот теперь я здесь.

А как же там Корвел? Против него было трое легионеров. Трое. Мы не успели вызвать подмогу, а значит, ему пришлось разбираться со всеми в одиночку. Даже он, Корвел, против троих легионеров — это уже слишком. Неприятные мысли заполнили мою голову. Он жив? Справился? Или... Нет, я не могла даже допустить эту мысль. Но страх, чёрный и липкий, заползал в душу, выедая её изнутри.

Внезапно послышался тихий щелчок. Гладкая дверь бесшумно разъехалась в стороны, открывая проход в коридор. Никто следом не вошёл.

Сердце заколотилось. Я быстренько спрыгнула с койки и подбежала к проёму, опасливо выглянула наружу. Длинный пустой коридор, стены такого же матового оттенка, уходящий в обе стороны. Ни души.

Тот, кто меня похитил, видимо, не беспокоится о том, что я сбегу. А значит, он абсолютно уверен, что у меня ничего не выйдет. Сомнений не было ни капли — всё это дело рук Кая. Кому ещё могла понадобиться простая землянка. И если он сейчас на корабле, то, значит, Корвел с ним не справился… нет я уверена, что если он здесь, то только потому, что смог сбежать от него.

Тот факт, что дверь открылась именно сейчас, был многозначительным намёком. Он видит меня. Он знает, что я в сознании. И теперь, вежливо и без лишних слов, даёт понять: визит ожидается. Я должна прийти к нему. Поговорить.

Я побрела по коридору. К моей радости, выбирать путь не приходилось — от каюты вёл всего один путь.

Пройдя немного, коридор начал расширяться и сливаться с более обширным помещением. Приглушённый гул голосов и шевелящиеся тени заставили меня замедлить шаг. Осторожно заглянув за угол, я увидела экипаж. Десятки людей в серой униформе занимались кто чем — одни смотрели на голографические панели, другие переносили ящики с оборудованием. И среди них, словно айсберг в море посредственности, я заметила Элирию.

Её лазурная кожа и белые как снег волосы выделялись в этой толпе. Она стояла ко мне спиной, но, казалось, чувствовала мой взгляд на себе. Прежде чем я успела отпрянуть назад и попытаться скрыться, я услышала её голос.

— Выходи.

Делать было нечего. Сжав кулаки и стараясь дышать ровно, я вышла ей навстречу. Элирия оценивающе окинула меня взглядом.

— Тебя ждёт Кай, — сообщила она. — И у него после всех сегодняшних событий крайне отвратительное настроение. Так что просто совет — не надо ему сейчас грубить, если не хочешь проблем. Понятно?

«Плохое настроение?! Может, это из-за Корвела?»

Я тут же попыталась прислушаться к себе, к своей метке, в надежде почувствовать хоть что-то — эхо его ярости, боли, хоть какое-то подтверждение, что он жив. Ни привычного зуда, ни тепла, ни той странной связи, что позволяла чувствовать его эмоции. Ничего.

— Посмотрим, — выдавила я в ответ на совет Элирии, стараясь скрыть страх.

— Хм. Дело твоё.

С этими словами она развернулась и жестом велела следовать за собой. Мы прошли через оживлённый отсек, и я чувствовала на себе десятки любопытных взглядов. Элирия привела меня к массивной, ничем не примечательной двери. Она приложила ладонь к панели, та мягко подсветилась, и створки бесшумно разъехались.

Внутри находилось помещение, напоминавшее зал для совещаний. Минималистичное, с большим чёрным столом и стенами-экранами, на которых мерцали сложные схемы и данные. В кресле во главе стола сидел Кай.

Элирия, выполнив свою роль, молча развернулась и вышла, оставив нас наедине.

Кай не сразу посмотрел на меня. Он изучал данные на одном из экранов, его лицо было сосредоточенным и, как и предупреждала Элирия, мрачным. Ни намёка на ту странную, вежливую улыбку, что почти не сходила с его лица ранее. Казалось, он не знал о моём присутствии.

— Садись, — сказал он спокойным, ровным тоном и жестом указал на кресло по другую сторону стола.

Я понимала, что в ногах правды нет, а стоять перед ним, как провинившаяся школьница, не прибавляло мне ни капли достоинства. Медленно, стараясь не выдать внутренней дрожи, я подошла и опустилась в указанное кресло.

Кай откинулся на спинку своего кресла, сложив пальцы домиком перед собой.

— Ты, наверное, не понимаешь, из-за чего всё это, — начал он, и его голос был тихим, почти задумчивым. — Зачем кому-то могла понадобиться обычная девчушка с далёкой планеты… с таким посредственным, надо сказать, названием.

— Метка, — твёрдо произнесла я. — Вам нужна я из-за метки.

— Правильно. Но почему эта метка так меня интересует, ты знаешь?

— Нет.

Этот короткий ответ, казалось, разозлил его. Или, наоборот, развеселил. Он резко встал, его движение было отточенным и полным скрытой силы. Он медленно обошёл стол и остановился напротив, его тень накрыла меня.

— Не волнуйся, — прошептал он, и его глаза странно, лихорадочно блестели. — Скоро ты всё узнаешь. И если у меня будет хорошее настроение, я, возможно, даже расскажу тебе, зачем мне это всё нужно.

От его близости по спине пробежали мурашки. Но я не отводила взгляда.

— Меня больше интересует, что с Корвелом, — спросила я, как мне казалось, спокойно. Я попыталась показать ему свою незаинтересованность в этом.

Кай замер, его лицо на мгновение исказила гримаса раздражения, но он тут же взял себя в руки.

— Твой Корвел? — он фыркнул. — Жив. И, насколько мне известно, здоров. Пока что. Но, милая моя, многие в этой галактике живы несправедливо. И ты… — он наклонился ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже, — …ты поможешь мне это исправить. Станешь одной из тех немногих счастливчиков, кто примет участие в великом деле. Разве это не почётно?