Глава 9

Я всё ещё переваривала услышанное от Рифта, механически перетирая уже и так сияющую стойку. Образ Корвела-Легионера, небожителя и живой силы природы, никак не укладывался в голове с тем Корвелом, который смеялся над моими условиями. Мысли путались, и чтобы упорядочить их, я с головой ушла в работу.

Затеяла большую уборку. Решила перебрать запасы в нижних шкафах, куда, судя по слою космической пыли, не заглядывали со времён постройки корабля. И что вообще прошлая дежурная здесь делала? Может, из-за этого её и убрали? Для этого пришлось залезть туда практически целиком, оставив снаружи лишь пятую точку, торчащую вверх довольно нелепо, и ноги, беспомощно болтающиеся в воздухе.

Я была вся в процессе, с упоением оттирая непонятное пятно с задней стенки, бормоча себе под нос что-то нелестное о предыдущих уборщиках, как вдруг услышала за спиной сдержанный кашель.

«Ну вот, опять кто-то хочет кофе, а я вся в пыли», — пронеслось в голове. Не вылезая из шкафа, я крикнула.

— Подождите секундочку! Я почти закончила, осталось только это… э-э-э… космическое нечто оттереть!

Ответа не последовало. Видимо, посетитель понял и терпеливо ждал. Наконец, с чувством выполненного долга, я попятилась назад, выбираясь из своего укрытия. Отряхнула руки, протёрла лоб тыльной стороной ладони, оставив на лице размазанную полосу пыли, и, наконец, обернулась.

В дверях, скрестив руки на своей могучей груди, стоял Корвел. Он смотрел на меня с выражением лица, которое теперь, после рассказа Рифта, казалось мне не просто холодным, а глубоко и фундаментально опасным. Легионер. Живая легенда. Ходячая победа.

А я только что продемонстрировала ему свою задницу в качестве приветствия.

По моему лицу, должно быть, пробежала вся гамма эмоций — от удивления до ужаса и жгучего стыда. Щёки вспыхнули, как сигнальные огни. Мозг отчаянно завопил: «О нет! Он сколько уже стоит? Боже, я надеюсь, он не пялился… Хотя стоп, а кто будет пялиться на пыльную задницу официантки? Хотя он же мужчина… Легионер, но мужчина… Стоп, Катя, что ты несёшь!»

И, как всегда, мой спасательный круг в море стыда и паники — это дурацкая, неуместная шутка.

— А-а-а, капитан! — выдавила я, пытаясь сделать вид, что так и было задумано. — Проходите, присаживайтесь! Только что провела инспекцию нижних ярусов на предмет наличия враждебных форм жизни. Пока всё чисто, если не считать этого упрямого пятна, которое, я уверена, имеет внегалактическое происхождение. Сейчас составлю докладную.

Корвел медленно вошёл, его взгляд скользнул по моему перепачканному лицу, потом в сторону злополучного шкафа, и снова вернулся ко мне. Уголки его губ дрогнули, но улыбки не последовало.

— Я видел и не такое, — произнёс он своим бархатным баритоном, и от этих слов мне стало одновременно и легче, и ещё более неловко. Он подошёл к стойке и занял место на одном из высоких табуретов. — Сделаешь мне тот напиток? Который ты обычно готовишь Рифту.

— Конечно! — я бросилась к аппарату, стараясь не смотреть ему в глаза. Руки слегка дрожали. — Один фирменный «Запуск реактора» с двойной порцией бодрости, будет готово через секунду.

Я занялась приготовлением, стараясь делать всё максимально профессионально, чтобы отвлечься от мыслей о том, как выглядела минуту назад. Аппарат гудел, разливая по кружке тёмный, ароматный напиток. Несмотря на всю серьёзность ситуации, привычка взяла верх. Я поставила кружку перед ним, улыбнулась своей лучшей официантской улыбкой и не смогла удержаться от комментария.

— Осторожно, горячо. И… вы не боитесь, что я там чего-нибудь подсыпала? Всё-таки я загадочная незнакомка…

Я ожидала, что он проигнорирует шутку или хмыкнет. Но он взял кружку, поднёс к лицу, вдохнул аромат и поднял на меня свой пронзительный взгляд. В его глазах не было ни юмора, ни злобы. Была лишь вселенская, леденящая душу уверенность.

— Екатерина, — произнёс он тихо, и его голос приобрёл тот самый мрачный оттенок, который я слышала лишь раз — когда он угрожал выбросить меня в шлюз. — Если бы я боялся тебя, ты бы уже давно дышала вакуумом. И не через шлюз. Я бы просто приказал кораблю прекратить подачу кислорода в твою каюту, когда твоей сожительницы бы не было. Это тихо, быстро и не требует личного участия.

Он отпил глоток, не сводя с меня глаз. У меня в жилах стыла кровь. Шутить сразу расхотелось. Совсем.

— Но я этого не сделал, — продолжил он, уже чуть мягче, но осадок остался. — Поэтому можешь не тратить силы на глупые шутки про яд.

Я молча кивнула, глядя на свои пыльные руки. Он был прав. Абсолютно. В его мире мои попытки казаться беззаботной были не просто глупыми — они были жалкими.

Он допил ещё половину кружки и поставил её на стойку с тихим стуком.

— Вкусно, — констатировал он. — Рифт не зря тебя хвалит. На этом и закончим на сегодня.

Я наблюдала, как он разворачивается, чтобы уйти, и меня будто током ударило. В голове пронеслось: «Стой! Ты же хотела спросить! Сейчас он уйдёт, и потом только через неделю увидишь!»

— Капитан, подождите секундочку! — выпалила я.

Он замер на полпути к двери и медленно обернулся. Его брови чуть приподнялись в немом вопросе. Он явно ожидал продолжения, какой-то реплики или, на худой конец, ещё одной шутки. Тишина повисла тягучая и неловкая.

Я сделала глубокий вдох, собрала в кучу все свои мысли, которые тут же попытались разбежаться в панике, и выдавила из себя целый водопад слов.

— Вы знаете, я тут уже сколько времени… днями, наверное, хотя в космосе, наверное, нет дней, есть смены и циклы, я ещё не разобралась… но суть не в этом! — я замахала руками, пытаясь визуализировать свою мысль. — Я тут, как белочка в колесе, кручусь на этой кухне, всё перемыла, перебрала, даже то, что, кажется, не мылось со дня спуска корабля на воду… или на звёзды? Короче! И я даже не знаю, куда мы летим! Рифт от меня отмахивается, как от надоедливой мухи, говорит «секретно» и подмигивает, а я тут, понимаете, земная девушка, непривычная к таким долгим перелётам! Мне уже так хочется на твердь какую-нибудь ногой наступить, а не по этому железу топать! Не на планету-столицу, конечно, а так… чтоб травка, деревца, кислород без примеси озона и жужжания генератора… — я замолкла, перевела дух и, видя, что он не прерывает, понесла дальше, уже по делу. — И ещё! Запасы! Я не всю ревизию доделала, меня постоянно отвлекают, но я уверена — скоро тут будет не комната отдыха, а комната сидения с пустыми стаканами! Из вашей, с позволения сказать, непонятной бяки я, конечно, могу сделать что-то съедобное, я даже тот сине-зелёный гель с ореховым привкусом зажарила с чем-то похожим на лук, получилось… сюрреалистично, но съедобно! Но лучше бы пополнить запасы, честно! А ещё мне бы помощницу! Я хоть повар хоть куда, но одна-то я как швец и жнец, и на дуде игрец!

Я закончила свою тираду, слегка запыхавшись, и развела руками в красноречивом жесте «ну что поделать». Сердце колотилось где-то в горле. Я только что протараторила кучу всего капитану-легионеру.

Корвел слушал меня, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах, казалось, мелькнула тень чего-то… потешного? Наконец он медленно кивнул.

— Твои опасения насчёт запасов небеспочвенны. И твоё рвение… заметно. Что касается точки прибытия, — он сделал небольшую паузу, — дня через три будем на планете Вердикт-Прайм. Огромный мегаполис, улей на окраине сектора. Там и пополним провизию. И… нам надо будет сойти по делам.

«Нам? Сойти? По делам? В мегаполисе?» — пронеслось у меня в голове. Я уже открыла рот, чтобы спросить «каким это нам?», но он опередил меня.

— И да, насчёт помощницы. На планете подберём кого-нибудь из местных. На временной основе. Раз уж ты так уверена в своих кулинарных талантах, — в его бархатном голосе прозвучала лёгкая, едва уловимая усмешка.

Он сделал шаг назад, снова собираясь уйти, но на сей раз остановился сам и посмотрел на меня оценивающим взглядом.

— И, Катя? — произнёс он, и его тон стал чуть мягче, почти что… одобрительным. — Неплохая работа. За такой короткий срок навести здесь идеальный порядок и взять под контроль снабжение… Это говорит об ответственности. Я ценю это. Несмотря на твою… слегка легкомысленную манеру общения.

У меня отвисла челюсть. Эмоции внутри меня столкнулись в кучу. С одной стороны, дикая гордость. Мне говорил такое только мой бывший начальник в кофейне. А тут — он! С другой — лёгкое, едкое раздражение. «Слегка легкомысленную»? То есть я, по его мнению, дурочка-хохотушка, которая случайно хорошо моет полы? От этого тоже стало горячо, но уже не от смущения.

В итоге я просто стояла, красная, как марсианский закат, и бестолково молчала, пытаясь выдавить из себя что-то вроде «спасибо» или «я не легкомысленная!», но в голове был полный штиль и приятно-колючий хаос.

Корвел, казалось, был слегка доволен моей реакцией. Он кивнул мне ещё раз, на этот раз уже окончательно, и вышел из комнаты отдыха, оставив меня одну переваривать его слова, комплимент-некомплимент и главную новость: через три дня мы будем на Вердикт-Прайм. В огромном мегаполисе. И, как я уже чувствовала, нас ждала куча новых приключений.