Глава 64. Решили (?)
Диана
— Знаете, если меня выгонят с позором из семьи — будете вы виноваты.
Жалуюсь своим Волкам, складывая грязную посуду в мойку. Последние два дня я методично и невинно обзваниваю своих родственников. Без предисловий в лоб бью информацией, что «видела оборотней». Слушай паузу и словно чувствую, как они крутят у виска.
Потом добавляю за проект по психологии, реакции людей и прочее. Надеюсь, что мне верят. Потому что я сама бы раньше записала такого человека с пометкой «псих».
Ну, у меня ведь все родственники нормальные и адекватные. Ни одной истории о странном дядюшке, который окультизмом занимался. Ну или вообще о сдвинутых родственниках.
Приятно быть первой.
Но особо других вариантов у меня нет. Мама Влада окучивает Вольфа, чтобы тот назвал имя третьего участвующего. Альфа пока не сдается, хотя я бы не стала с Ольгой спорить. Отчаянный Волк.
Зато стало известно, что Вольф действительно знает что-то за это. И действительно был одним из трёх. Хорошо, что это всё мама Влада узнала, а нам лишь передала информацию. Потому что я не очень хорошо контролировала себя.
Как он мог так поступить? Смотреть легко мне в глаза, пускать в своё поселение, а при этом знать, что разрушил мою судьбу? Ну, не разрушил, но конкретно так напакостил.
Его спасало только то, что не зря он так методично вызывал Захара и Диму, сообщив, что Влад забрал его дочь, то есть, меня. Не знаю, что им руководило: совесть или ещё какой-то расчёт. Но сделал он всё правильно. Притащил моих мужчин, ткнул им меня. Всё после того, как узнал, что Ник нашел меня.
Наверное, Вольф надеялся, что я просто выберу кого-то. Или не догадывался, что я сразу с тремя Волками встречалась, а просто не знал, с кем из них хотела бы связать судьбу. Я ведь в общих чертах рассказывала о произошедшем, что просто был вот Волк, и он меня обманул.
— Не грузись, — Дима прижимается ко мне, забирая вымытые тарелки. — Мы ведь сказали, что разберёмся, Ди. Оставь нам эти заботы.
— Дим… — ненавижу свою неуверенность. Но мне нужно просто убедиться, что я не порчу его жизнь. — Ты уверен? Ну, что Истинная…
— Ник тоже твои Истинным был, но ты не рвалась с ним время проводить.
— Ник навязанный мне, а у тебя всё по-настоящему, честно.
— Так, всё, закрыли эту тему.
В голосе мужчины прорываются властные нотки. Не говорит, а словно мне приказ отдаёт. Сверкает алым отблеском, сжимает полотенце, которым посуду вытирал.
У него напряженная спина, каждое движение становится прерывистым. Будто разговор об этом выводит из себя. А я каждый раз затрагиваю эту тему, отключая фильтр между мыслями и языком.
— Иди ко мне, малышка, — и сам тянет, зажимая между мужским телом и стеной. — И чего ты опять сомневаешься? Мы же всё решили.
— Решили.
Киваю, кусая губы. Опускаю взгляд ниже, на широкий подбородок, покрытый щетиной. Дёргающийся выпирающий кадык. Накрываю ладошками плечи, собираясь успокоить своего Волка.
— Прости, — утыкаюсь в его шею, трусь щекой. Мне постоянно их хочется касаться. А ещё такое ощущение, что как и мужчины, стараюсь оставить свой запах. — Я просто…
— Сомневаешься?
— Боюсь, что всё закончится. То есть, столько тайн, столько проблем. Кажется, я самая проблемная Избранная в истории.
— Поэтому у тебя три Альфы, Ди. Чтобы точно со всем разбираться. Мы… В общем, мы пока не уверены, как обряд провести, всех четверых включив. Но решение за тебя мы уже приняли.
— Что?!
Запрокидываю голову, встречаясь со смешинками в голубых глазах. Привстаю на носочки, чтобы дотянуться до этого наглеца. Который говорит такие важные вещи, а потом улыбается и молчит.
— Дим…
Стараюсь вложить в голос больше строгости, но пальцы сами поглаживаю его по лицу и шее, спускаются ниже. Мне нравится наблюдать, как я влияю на мужчин. Как их глаза темнеют, расширяются зрачки. А ещё этот шум втягиваемого воздуха тоже обожаю.
— Если ты сейчас не скажешь, — буравлю Диму взглядом, царапаю пресс под футболкой. — То я…
— То что?!
— Пойду кого-то другого спрашивать.
Влада, правда, снова нет. Он уехал к Вае, оставив меня наедине с Димой и Захаром. Но последний учавствует в видео-совещании, узнавая за дела в стае.
— Ага, щас, — перехватывает меня, тянет обратно. — В общем, у меня Истинная, зеленоглазка. Это не так просто убрать. Но я тебе говорил об этом раньше, на курорте. Повторю сейчас. Так обычно не делают Избранные, не лезут в пару Истинных. Но это можно сделать, магия позволит. Если мы с тобой пройдём обряд, то ты будешь моей, а я твоим. Так и сделаем.
— А мое мнение не учитывается?
— Твоё мнение слушалось с начала января. Хватит.
Произносит вроде бы серьёзно, но довольно. Конечно, Альфа ведь, любит, чтобы всё было согласно его словам. Мне бы возмутиться, но я лишь киваю. Это звучит… прекрасно. И легко.
У Влада и Захара Истинных нет и не предвидится, никакой угрозы. Я и Дима единственные, кто под вопросом. Но если мы свяжем судьбу, то точно никто претендовать не будет.
И я киваю, принимая чужое решение.
Идеальное.
Захар говорит, что я стала меньше горем пахнуть. А сложно грустить постоянно, когда возле тебя трое мужчин крутится. И каждый сразу чувствует перемены настроения. Реагируют быстрее, чем я сама успеваю подумать, что не так.
Да и для горя, если подумать, не так много поводов. Ну проблемы с Истинностью и Ником. Так всё решается. Вая ищет способы раскрутить клубок магии. Ник… Там всё не так просто. Мужчина упрямо уверен, что мы могли бы попробовать. А я уверена, что пора прекращать идти на поводу у того, что правильно и нужно.
И обижаться на кого-то тоже хватит.
У нас получился не самый простой разговор, когда уезжали с клана Вайолики. Всё крутила монетку в пальцах, пыталась сформулировать мысль. Начала издалека, но мужчина понял всё гораздо быстрее.
— И что показала монетка?
— Не важно. Знаешь, в чем на самом деле смысл подбрасывать монетку? Пока она летит, ты уже знаешь желанный ответ.
— Дай угадаю, загадывала ты не меня.
Я загадывала лишь одно.
Чтобы не выпало ребро.
И мне этого, оказывается, достаточно.
Поэтому Истинный, как проблема, отпадает. А больше ничего и не остаётся. Да, ещё понять, кто из моей семьи такую подставу устроил. И чтобы Ник не пострадал, когда я выберу другого.
А всё остальное в моей жизни — прекрасно…
— Дим, — слабо возмущаюсь, когда мужчина подхватывает меня под ягодицы, поднимая в воздух. — Ну что ты делаешь?
— Собираюсь сделать так, чтобы ты прекращала много думать.
— Ну что поделать, тебе досталась такая пара.
— Мне досталась пара с заскоками, от которых я собираюсь тебя избавлять. Потому что ты нужна мне, нам. И всё, тема закрыта. Твоя судьба решена.
Решена. И не то, чтобы я против. Набегалась, назлилась, наотказывалась. Теперь пора быть взрослой и признаваться в своих желаниях. А если кто-то не примет наш союз — так переживу.
Удивительно, но это сейчас меня меньше всего заботит. Что я собираюсь связать свою жизнь сразу с тремя мужчинами. И что это, вроде как, не всеми примется. Ладно бы отношения на троих, со скрипом такое проходило.
Но какие там мысли, когда Дима опускает меня в спальне, цепляя пальцами пуговицы на моём платье. Медленно расстёгивает, покрывает открывающуюся кожу поцелуями.
— Дим.
Зарываюсь пальцами в его светлые волосы, дрожу, когда губы мужчины находят соски. Втягивают через ткань лифчика, сжимают. Это простреливает волной возбуждения, скрадывающейся внизу. Шпарящей так, что не сдерживаю стона.
Мужчина освобождает меня от платья, которое совсем-совсем не нужно. Целует в область солнечного сплетения, скользит ниже. Оставляет мазки на животе. Горло сжимается от спазмов, когда Дима задевает край трусиков. И не сдвигает их, а прямо так, через ткань касается.
В этом скрывается что-то такое порочное, что я сейчас рухну. Просто от того, как он втягивает ткань со следами моей смазки. Надавливает на клитор, так остро и странно.
— Тише, зеленоглазка, — Захар придерживает меня, сжимает бёдра. Позволяет откинуться на него, потому что ноги не держат. — Не мешай доставлять тебе удовольствие.
И я не мешаю, только растворяюсь в ощущениях. Как пальцы Захара поглаживают грудь, сминают её, пока Дима окончательно стягивает с меня бельё. Закидывает ногу на своё плечо, открывая лучший доступ.
Его губы находят мой клитор.
И я сгораю в своем желании.