40 глава

Эйлин

Я пробираюсь к дракону, идя между черных кристаллов, которыми усыпан коридор. Стараюсь держаться поближе к стене ― там, на полу, их меньше всего. Иду и стараюсь не думать о Лорене, оставленном позади.

И о том, что только что ему сказала.

Кажется, такие слова говорят, когда уже все потеряно. В моем случае ― так точно. Когда нет возможности ничего исправить. Когда один умирает, а другой забывает о гордости и страхе, и из него льются признания. На самом деле все, чего я сейчас хочу ― треснуть своей кочергой по башке тупого дракона, от которого столько бед и проблем, да так, чтобы проломить черепушку. И для этого мне нужны силы. Много сил. А если я буду думать о всяких там чувствах, умирающих дорогих мне людях, я просто расквашусь, упаду и не сделаю больше ни одного шага.

Поэтому ― прочь сантименты. Сейчас только дело. Никаких левых мыслей. И главное ― не дотронуться до черного гадостного камешка, иначе я тоже тут полягу, не добравшись до цели.

Драконица замечает меня. Ну это как бы сложно не заметить, ведь я иду прямо к ней, не прячась. И не только замечает, а еще рычит в мою сторону и посылает клубень дыма. Только клубень ― без огня. И тут же закашливается ― так ей и надо.

Чтобы не обжечься, отшатываюсь и… нечаянно прислоняюсь к стене.

Мое плечо тут же прошивает током. Да, я знаю что это. Я дотронулась до кристалла. До одного из них. А может до нескольких сразу.

Мда, незадачка вышла. Слабость постепенно накрывает меня. Это что, конец? Очень похоже. Но я должна дойти. Буду идти столько, сколько смогу. И ломик не брошу, хотя он, зараза, тяжелый. Да просто сделаю все, что в моих силах, пока еще жива.

Драконица все еще откашливается и отфыркивается: не в то горло попал ей ее же дымок. Благодаря этому я смогла подойти к ней впритык.

В дыме и тумане плохо видно, но вблизи можно разглядеть сверкающий лазурный кристалл. Он огромен, по сравнению с тем, какой висел на шее Мальфас. Увеличился и стал размером с кошачью голову.

Инстинктивно понимая, что делать, направляю ломик и бью им что есть силы по кристаллу. Точнее ― немного рядом с ним. И я не промазала ― так было задумано. Не промазала, потому что кристалл выскакивает из груди и… о чудо! Драконица тут же падает без чувств, как будто лазурный камень был ее питанием и жизненной энергией.

Отскакиваю в сторону, чтобы драконица не задела меня огромным крылом. Отска… что? Да, это чудо, но… моя слабость прошла. Может не до конца, но она тут же начала исчезать, а давящее ощущение в плече постепенно сошло на нет.

Краем глаза вижу, как драконица сменила лазурный цвет на обычный черный и даже уменьшилась в размерах. Краем глаза ― потому что мне сейчас не до нее. Бегу к Лори, попутно подхватывая с пола кристалл, который начинает мерцать в моих руках. Почему-то без страха его взяла, хотя, судя по всему, это что-то сильное и могущественное. А вот черные кристаллы, которые валялись тут повсюду и застряли в стенах, стали обыкновенными стекляшками.

Позади слышу возню. Драконица медленно поднимается. Я мечусь между Лореном и Риси: куда бежать, что делать, кого спасать? Драконица ― ко мне. Раскрывает пасть и… закашливается, как будто подхватила чахотку. Все же неплохо Лорен ее приложил огоньком, до сих пор очухаться не может. Все вокруг заволокло дымом, но все равно я вижу, вижу…

Лорен. Он жив. Шевелится и медленно встает.

― Лори! ― Я бросаюсь к нему.

Он все еще бледен, но на лице больше нет тех самых черных прожилок, которые говорят о проклятии. Его рука кровоточит, из раны торчит стекляшка, которая еще несколько секунд назад была черным кристаллом.

Выдергиваю ее. Лорен вздрагивает от боли и пошатывается. Кровь льется сильнее, но я… я словно знаю, что делаю. Что-то внутри меня направляет мои мысли, и я просто повинуюсь, не более того.

Тот самый лазурный кристалл в моей руке. Прислушиваясь к инстинкту, я прикладываю его к ране. Он светится и разгорается еще сильнее, из него летят искры… все вокруг словно наполняется магией. Мой дом оживает: столик дребезжит, лампады на стенах зажигаются и тухнут, будто приветствуя меня. Сильная магия, которую использовала Мальфас, словно сошла на нет, когда я отобрала у нее ее талисман.

Рана на плече Лори исчезает на моих глазах. На этом месте лишь чистая кожа, даже без шрама, как у младенца.

Лорен вдруг дергает меня к себе:

― Эйлин, сзади!

Дым рассеялся, и драконица несется прямо на нас. Лорен посылает в нее сгусток огня, который попадает в цель ― сразу видно, что это его сильная сторона. Крылья загораются чудовища. Драконица визжит от боли, мечась и ударяясь о стены. Ей удается сбить огонь, который сразу же тухнет ― его блокирует магия моего ожившего дома, ― но ее крылья знатно обгорели и повисли тряпочками.

Драконица вдруг оборачивается в Мальфас. Зачем она, интересно, это сделала? В надежде, что мы не будем бросаться в нее боевыми заклинаниями и огнем, когда она в таком виде?

Ректорша выглядит очень плохо, посерела и подурнела, ее волосы, собранные в высокий пучок, растрепались, а на лице добавилось морщин.

― Все кончено, я знаю, ― обреченно произносит она, делая осторожный шаг в нашу сторону. Лорен выставляет руку вперед, готовый в любую секунду защитить нас, но та останавливается, видимо, понимая, что лучше не играть с огнем. Оно и верно.

― Просто отдай мне это. ― Она указывает на кристалл, который я крепко держу в руках. ― Это все, что мне нужно. И я уйду. Исчезну из Эсхалиона.

Ага, так и поверили. Глупая драконица думает, что нас можно легко развести. Ни за что ни отдам кристалл!

― Вы не с тем врагом боретесь, ― продолжает она, глядя словно сквозь нас. ― Да, я убивала драконов… именно драконов… про приказу. Чтобы ослабить королевство… но у меня не было выхода. Уничтожьте Эйдралис, и больше никогда не будете знать бед.

Эйдралис? Что это за место? Насколько я знаю, ни один из наших городов не носит это название.

Пока я в непонятках, ректорша глубоко вздыхает и снова превращается в черного дракона. Лорен вздрагивает и выпускает огненный шар, который на этот раз промазывает. При этом он случайно задевает меня плечом. Я пошатываюсь, едва удержавшись на ногах, и от неожиданности выпускаю из рук скользкий кристалл.

Сверкающий лазурный камень ударяется о деревянный пол и катится. Драконица ― туда, наплевав на то, что ее крылья снова могут поджарить. Я тоже бегу за ним, желая успеть раньше нее: не могу допустить, чтобы она его заполучила. Иначе она снова обретет былую мощь, и все может закончиться весьма плачевно.

Будет очень глупо проиграть, когда мы уже победили.

Но… что это? Кристалл поднимается в воздух и летит, как будто у него отрасли крылья. Он вылетает прямо в раскрытое окно. Драконица ломится следом, но не пролазит ― надо было меньше есть пирожков на ужин. Шучу, конечно, хотя… какие тут шуточки. Ведь драконица не дура, бежит теперь в обратную сторону, где выход, а я… я не знаю, как ее остановить, ведь у меня крыльев-то нету.

Драконица, найдя выход на балкон, взлетает, расправив обожженные крылья. Надо же, у нее еще получается как-то лететь. Замерев сердцем, смотрю на нее в окно ― это все, что я могу сейчас сделать. Кристалл набирает скорость, драконица летит за ним изо всех сил. Они уже летят над океаном, к горизонту, где виднеются горы, окружающие наше королевство.

Кристалл уже далеко, вижу лишь маленькую сверкающую точку. А драконица ― черное распластанное пятно в небе ― начинает сдавать. Ее крылья машут через раз. Еще несколько слабых взмахов и… она падает камнем в воду.

Долго смотрю в одну точку, да так напряженно, что аж глаза болят.

Драконица не вынырнула.

Поворачиваюсь к ошеломленному Лорену, который наблюдал все это рядом со мной.

― Мы победили, да? ― Мой голос осипший от дыма, но радостный и звенящий. Не дождавшись ответа, бросаюсь ему на шею. Он замирает, будто такого не ожидал, а потом крепко прижимает меня к себе.

― О, я вижу, вы наконец-то научились обниматься! ― слышу я знакомый голос и тут же отпускаю Лорена.

― Риси! ― воплю я, и теперь мы обнимаемся уже втроем.

Моя подруга полностью здорова. Разве что немного растрепанная и бледная, но это мелочи.

И… что это? Ее волосы потемнели, приобрели темно-каштановый оттенок, как у Лорена. Неужели этот шикарный белый цвет был одним из проявлением проклятия? Вот ни за что бы не подумала.

― Ты смогла, Эйлин. ― Она улыбается во весь рот, глядя на меня, когда я уже ее отпустила, а Лорен продолжил тискать, украдкой вытирая глаза. ― Я знала, что сможешь. Я верила в тебя.

А ведь и правда я смогла. Смогла победить Лазурного Дракона без капли магии. Я выполнила свое предназначение, хотя это было почти невозможно. Что ж, выходит, я и впрямь Избранная?

Избранная, которая все еще без магии.

― Книга, ― подает Лорен свой охрипший до неузнаваемости голос. ― Она была на кухне, когда…

Точно. Там случился пожар. Выходит, книга погибла?

Если так, то все инструкции, которые мы старательно выполняли, как последние ботаны, больше не имеют никакого значения.

― Мы проведем ритуал…

― Знаешь что? Ты просто достал со своим ритуалом! ― разворачиваюсь и бью его по груди кулаками. ― Идиот, ― шиплю, не заботясь о том, что он обо мне подумает. ― Мы не для того спаслись, чтобы добровольно уйти из жизни или кого-то на жертвенник положить! К тому же тот твой чудо-листок наверняка тоже сгорел, ― мстительно добавляю я.

Лорен спокойным жестом вытаскивает из кармана… о нет. Инструкцию для ритуала, чтоб его!

― Конечно, я сберег его, ― говорит он. Противный и слишком продуманный упрямец!

― Так как Риси здорова, тебе должно быть все равно, что будет с моей магией, ― говорю я, сложив руки на груди. Вообще-то я гораздо упрямее его, так что пусть даже не пыхтит. ― Для тебя это не значит ровно ничего, ― добавляю я для пущей убедительности.

― Неправда, ― возражает тот. ― Ты значишь для меня… слишком много... И вообще, пора выбираться из горящего замка и тушить огонь, что скажете? ― быстро добавляет он, будто смутившись от своего признания.

Даже покраснел, надо же. И стал от этого еще краше. Не хочу на него смотреть. Не хочу и не буду.

― Идем, ― машу головой, чтобы следовали за мной. Так проще, чтобы не смотреть на идеальную фигуру Лорена, его шикарные каштановые волосы, которые на затылке даже завиваются… почему я об этом думаю? Все, что должно меня волновать сейчас ― это пожар и книга, которая, может быть, не сгорела, или сгорела не полностью, или...

Конечно, в сам эпицентр пожара мы не пойдем. Благо, что замок огромный, большая его часть состоит из камня, поэтому огонь не распространился на другие комнаты. Кухня находится как раз сбоку, там, где сад. Выхожу во двор и идут туда. Да уж… плачевное зрелище.

Кухня хорошо так разворочена: драконица пробила стену, та обсыпалась наполовину, потолок проломился. Но… что я вижу? Камни постепенно ползут и собираются на место. Кажется, они зашевелились, как только я подошла. Эх, как много я еще не знаю о своем фамильном замке!

― Быстрее, идем обратно, ― командую я и почти бегу снова по ступенькам, преодолеваю коридор и вбегаю на кухню.

Книга. Книга должна быть там. Она не могла сгореть!

Здесь столько чудес происходит… Я просто не хочу больше верить в то, что мы потеряли последнюю надежду на возвращение моей магии.

Нет, ритуал не предлагать. С этим твердая точка.

Ох, запах там еще тот. Но зато из горелого дерева вырастает новое ― будто только что вытесанное. Зола, которая повсюду, сама собой выметается в окна, даже без щетки ― вот удобно-то, не нужно убирать! Разрушенная стена продолжает достраиваться. Книга… где же книга?

Вот и стол. Точнее ― новый стол, который только что появился, а старый похоже сгорел дотла. На нем лежала наша многострадальная книга. Жду ее появления, очень жду… но это никак не происходит.

Чувствую теплую руку на своем плече и даже не оборачиваюсь. Мой взгляд прикован к столу.

― Эта книга… она не часть твоего дома, ― тихо говорит Лорен. ― Мне жаль, Эйлин. Очень жаль.

Сколько ни смотрю на стол, но чуда не происходит. На нем также лежали предметы для проведения ритуала, которые Лорен принес с собой. Они тоже не появились.

Медленно опускаюсь на пол, не боясь испачкаться в остатках золы. Слабость накрывает меня.

Только что мы были в шаге от победы… настоящей победы. Но как расценивать то, что моя жизнь… она, можно сказать, закончилась?

― Даже не смей заикаться о ритуале, ― говорю я, и мой голос звучит так, будто из него стерли все краски и выкачали силу. Он вроде бы есть, но в то же время его нет. ― Я тебе не позволю, слышишь? ― пытаюсь сказать погромче, но это звучит, как скулеж щенка. Досадно. Очень.

― Ты и Риси… вы оба… свободны. Уходите.

Прижимаю к себе колени, сворачиваясь клубочком. Я сделала все, что должна была. Эсхалион свободен от Лазурного Дракона, от страха перед ним. Так пусть же Лорен сделает мне милость: оставит меня в покое. Дом позаботится обо мне. А я… я останусь здесь навечно.

― Эйлин…

― Нет, ничего не говори!

― Я тебя здесь не оставлю…

― Оставишь, еще и как! ― говорю грубо, чтобы он отвял от меня. ― Что, не знаешь, как врать? Так я тебя научу! Скажи, что Избранная сразилась с Драконом, победила его и сама погибла. Пусть я стану народным героем… но только в летописях. И пусть меня забудут. Как можно скорее.

― Эйлин, ты невыносима! ― Риси дергает меня за плечо, а потом садится рядом. ― Что за глупости? Хочешь узнать, что мне сказали о тебе звезды?

― Глупости говоришь ты, ― отмахиваюсь я, убирая ее руку с плеча. ― Причем постоянно.

Пусть обидится. Пусть. Встанет и уйдет. Мне же будет легче, чем доказывать, почему они оба должны от меня отвязаться.

― Если все забудут… я не смогу забыть тебя, как ты не понимаешь! ― цедит Лорен сквозь зубы. Тот еще пафосник. Уходи же, уходи. Хватит. Не нужно вот этого всего… Я просто не вынесу. Я…

― Это уже твое личное дело, ― равнодушно говорю я, хотя внутри все переворачивается.

― Вставай и собирайся, ― строго приказывает мне он. Каков наглец, в моем же доме! ― Мы улетаем отсюда ― втроем, как и прилетели.

― Отдашь меня в руки правосудия? ― поднимаю голову, чтобы посмотреть на него.

― В Эсхалионе давно уже нет никакого правосудия, ― тихо говорит он. ― Мы полетим… к твоему профессору, который тебя учил. Судя по твоим словам, он достойный, мудрый человек. Он подскажет, что делать, или приютит тебя на время, пока я не найду другой выход.

«А какой здесь может быть выход?» ― хочу спросить я, но молчу. Риси жива, здорова, Лорен тоже, хотя был на шаг от смерти. А я… моя жизнь никогда не была чем-то ценным, чтобы за нее хотели бороться.

Разве что профессор Зейнарис. Он почему-то всегда видел во мне нечто большее, чем девочку из подвала, которую бесконечно использовали и выжимали до последней капли, чтобы вылечить чье-то дурацкое несварение желудка после пьянки.

Да, может, стоит полететь к профессору. Но тогда мы подвергнем его опасности: никто в Эсхалионе не имеет права прятать преступников. Потерявший магию ― равно преступник.

Когда такое случается, всю семью отправляют в ссылку. Многие на это соглашаются, не желая расставаться с близкими.

Пока я так пессимистично размышляю, Лорен садится ко мне с другой стороны ― Риси ведь так и не встала, хотя я турнула ее словами. Еще и Лорен этот ― додумался. Обнимает меня.

― Никуда тебя не отпущу, даже не надейся, ― шепчет он мне в волосы.

― Это так романтично, ― вздыхает Риси и теперь уже встает ― наверное, чтобы нам не мешать. Та еще предательница. Еще и выходит из кухни. Просто прекрасно.

― Ты просто глупый дурак, ― все, что могу сказать, прижавшись к нему. Ну а что мне еще остается делать, если он меня не отпускает?

― И зачем ехать к профессору Зейнарису, если он все равно ничем не поможет? ― пожимаю я плечами ― насколько это возможно в нынешних обстоятельствах.

Лорен обнимает меня еще крепче ― крепче и нежнее. Не знаю, как у него это получается.

― Это мера предосторожности, чтобы у тебя был человек, который позаботится, если со мной… ну, вдруг что-то случится, ― сбивчиво поясняет он. ― Вообще я собираюсь забрать тебя к себе…

― Как ты себе это представляешь? ― тут же спрашиваю я, чувствуя легкую панику.

― А вот как, ― Он наклоняется ко мне и целует, с такой жаждой и желанием, что я на миг замираю, а потом поддаюсь его напору. Он отстраняется только для того, чтобы сказать:

― Я тоже тебя люблю.

От его слов и нежностей во мне что-то загорается. Будто внутри меня зажгли светильник, и огонь становится все сильнее и сильнее. Смотрю на свои дрожащие руки. Они дрожат не от волнения а от сильных вибраций, идущих изнутри.

Тут же вскакиваю.

― Смотри, Лорен… ― показываю свои руки, хотя в них нет ничего особенного. ― Я… кажется… я сейчас что-то сделаю.

Быстро хватаю стеклянный кувшин с водой, стоящий на полочке, ставлю перед собой на стол, направляю на него свои силы и… о чудо! Вода нагревается. До тех пор, пока не вскипает, а кувшин трескается, и кипяток начинает выливаться из него.

Сковородки, висящие на гвоздях, кастрюли и котелки на полу, глиняная и стеклянная посуда, даже стол ― все шевелится, дребезжит, издает странные хлопающие звуки, будто кухня, да и весь мой замок, аплодирует мне.

― Лорен… ― оборачиваюсь к нему. Он застыл, глядя то на мои руки, то на треснувший кувшин, который, к слову, уже восстановился, а вода на полу таинственным образом исчезла.

Как это произошло? Это сделал Лорен или же лазурный кристалл, который я долгое время прижимала к себе?

Что-то мне подсказывает, что все вместе. Кристалл был способен творить зло в недобрых руках. Лорен же растопил мое сердце, наполнив его нежностью и любовью. И вот, магия вернулась. Теперь не нужно никуда лететь. Точнее… мы полетим. Непременно полетим. Академия Магических Сил, держись, мы возвращаемся!