Эпилог

Лорен

― Чем докажете, что так все и было?

Дама в пенсне из инспекции смотрит на меня недоверчиво. Другие два господина явно видят во мне кандидата на ссылку. А мне почему-то смешно: если бы они знали, сколько раз я прощался с жизнью и был готов принять любой вердикт, они бы поберегли силы и не буравили меня взглядами с таким усердием.

― К сожалению, у меня нет возможности предоставить вам сам артефакт, но вы уже видели Магический Куб. Он питался исключительно энергией кристалла…

― Почему мы должны поверить вам на слово, что вы не забрали кристалл себе?

Плотный господин в черном фраке встает и подходит ко мне. Я даже не запомнил их имен, хотя они представились. Единственное, о чем я думал и беспокоюсь сейчас ― чтобы они не потребовали допросить Эйлин.

Не хочу, чтобы кто-то ее дергал и доставал. Она даже не знает об инспекции, оно и к лучшему. И я ей, конечно, ничего не скажу.

Дверь резко открывается и в нее влетает сама виновница моих переживаний.

Именно ― влетает, как к себе домой. А это, между прочим, ректорский кабинет…

― Вот. ― Она прямиком устремляется к незваным гостям, протягивая что-то на ладони. Смотрю и не верю своим глазам: осколок от того самого лазурного кристалла. Но… как?

― Можете исследовать его. Вы поймете, что мы говорим правду.

Мы. Ну почему она такая упрямая? Почему бессердечно подвергает себя опасности, когда я приказал ей сидеть тихо в нашей комнате, пока эти аллигаторы не уйдут?

Мне хочется выгнать ее прочь, наорать, нервы просто на пределе. А еще она ведет себя дерзко и нагло, как обычно. Но пусть бы вела так со мной или кем-либо из профессоров, но не с представителями инспекции!

Хотя, кажется, плотный господин впечатлился. Он осторожно подцепил пальцами в перчатке осколок, а потом передал его остальным, которые внимательно осматривали его, тыкали детекторами и даже нюхали.

― Мой дом в вашем распоряжении, господа, ― продолжает Эйлин, смело глядя на них. ― Можете обыскать его, когда посчитаете нужным.

― Да уж, похоже, кристалл действительно исчез, ― обескураженно произносит дама в пенсне.

― А перед этим был поврежден, ― недоверчиво поглядывает на мою жену плотный господин ― так и врезал бы ему! ― Дело тут нечисто, обыск мы проведем, разумеется.

Мне не хочется представлять, как эти акулы будут шарить по замку Эйлин со своими детекторами. Для меня этот дом стал особенным. И я поражаюсь выдержке и уверенности своей жены, которая готова быть открытой перед кем угодно, хотя ей это неприсуще, чтобы защитить меня… нас. Наше маленькое счастье.

Ведь чем быстрее они поймут, что мы не врем, что Лазурный Дракон утонул в океане и больше не вернется, тем проще нам станет жить. И может, наступит время, когда мы об этом даже не станем вспоминать. Хотелось бы.

Инспекция уходит. Наконец-то. Спешат исследовать осколок ― сразу видно, глаза горят, нашли улику. Не знаю, чем это обернется для нас, но Эйлин, кажется, знает, что делает.

Очень хочется ее отчитать, но не могу.

― Ну как? ― Она оборачивается ко мне, явно ожидая одобрения. Внутри меня моментально тает целая глыба льда.

― Превосходно, ― говорю я.

― Извини, что не осталась отсиживаться и не дала этим цепным псам тебя съесть, ― невинно она пожимает плечами.

― Ты ничего не сказала мне про осколок, ― все же немного журю ее.

― Да просто берегла его до поры, до времени, ― говорит она. ― Я предполагала, что нас начнут доставать. Нам просто очень повезло, что кристалл упал, треснулся о каменную кладку и немного откололся. Иначе не знаю, как бы мы доказывали, что не держим при себе этот запретный магический артефакт.

Она улыбается с таким довольным видом, что мой гнев мигом улетучивается. Все же мне нужно научиться больше ей доверять и не пытаться все разрулить своими силами. Опыт показывает, что вместе у нас все получается намного лучше, чем по отдельности.

― Рад видеть тебя такой, ― говорю я. Меня с каждым мгновением все больше распирает от гордости за жену, и я просто не нахожу слов, теряясь и краснея, как школьник.

― Еще бы! ― Ее глаза светятся. ― Я сама не могу нарадоваться от мысли, что дурацкий Магический Куб превратился в стекляшку, студенты теперь будут сдавать экзамены, и распределение будет происходить без всей этой магической требухи…

― Без нее, увы, не обойтись, ― пытаюсь я пошутить, ― но ты права: без Куба распределение будет проходить гораздо правильнее, честнее и… сложнее. Ты ведь не выбираешь легких путей, верно?

― Конечно, проще ведь было бы провести тот дурацкий ритуал, чем жениться на мне, ― сварливо отвечает она, ее щеки алеют, и она становится еще прекраснее.

― Я именно об этом.

Эйлин сердито сводит брови, явно хочет мне что-то еще сказать, что-то очень нелестное, но я ей не позволяю ― внезапно шагаю к ней и целую, чувствуя, как она привычно расслабляется в моих объятиях.

***

Эйлин

― Ты читал утреннюю газету? ― спешу обсудить с Лореном главную новость.

― А ты всегда теперь будешь врываться без стука? ― Он приподнимает бровь, стоя у окна.

― Ну да, ― пожимаю плечами. ― В общем… смотри.

Протягиваю ему свежий номер.

― Наконец-то мы дождались! ― чуть не прыгаю от восторга на месте, пока Лорен, нахмурив брови, читает.

― Тебя хотят наградить? ― Он отрывается от газеты и смотрит на меня со смутным беспокойством. ― Что это значит?

― Это все, что ты там увидел? ― смеюсь я. ― А как тебе новость, что из дворца вышел указ о победе над Лазурным Драконом? Это ведь означает, что тебя, наконец, оставят в покое!

― А тебя? ― Он пристально смотрит на меня. ― Эйлин, послушай…

Прерываю его жестом.

― Прекрати, Лорен. Я знаю, к чему ты клонишь. Мне эта популярность ни к чему. Когда меня спросят, чего я хочу ― а мне уже пришло это письмо, между прочим, ― вынимаю его из кармана платья и машу перед ним, ― я отвечу, что лучшей наградой будет просто оставить меня… нас в покое.

― Я просто… я волнуюсь за тебя.

Тихонько вздыхаю и прислоняюсь к его плечу, беря его под руку. Лорен мог бы и не говорить ― у него на лбу все написано. Просто он боится, что очень многие вещи могут вскрыться, например, то, как мы использовали запретную книгу и пытались восстановить магию, что в нашем королевстве недопустимо. Просто на свою беду я рассказала своим друзьям о том, что со мной случилось, Патрик, естественно, не смог держать язык за зубами, и об этом уже говорит вся Академия. Я, конечно, все отрицаю, но что будет, если этим вопросом заинтересуется кто-то из дворца?

Не хотелось бы подставлять милейшего господина Калира ― он кстати простил мне утрату ценной книги с инструкциями и даже сказал, что так будет лучше. Он боялся, что книгу могут найти, а его самого сослать за ее хранение. Но не мог от нее избавиться из глубокого почтения к родителям. Такие уж у драконов правила, благодаря чему ― крепкие семейные узы.

А еще не хотелось бы самой загудеть в ссылку, когда мы с Лореном только поженились, его назначили ректором, он перевел меня на желанный факультет Боевых искусств и жизнь начала налаживаться.

Конечно, есть нюансик: мне пришлось взять академ-отпуск на неопределенное время, ведь я беременна и должна себя беречь.

Что могу сказать? Лорен слишком привязался ко мне и показывает мне это каждый день. Никогда не думала, что он такой ― нежный и заботливый. Куда подевался тот напыщенный индюк, которого я увидела в первый свой день в Академии?

Риси даже не удивилась, когда мы сообщили ей, что решили пожениться. Она сказала, что знала это с первого дня, как увидела меня. Звезды ей об этом нашептали. Так вот о чем был ее загадочный взгляд!

И еще она решила сразу со мной подружиться ― верный ход. Ведь мы теперь семья. Но даже без этого Риси ― хорошая подруга, добрая, верная и слишком… проницательная. Последнее иногда напрягает, но я учусь не бояться того, что мои мысли кто-то прочитает. Правда, Риси еще не дошла до такого мастерства, но ближайшее будущее она и впрямь предсказывать умеет, это у нее в крови.

Мы с Лореном решили не говорить Риси ничего о его прошлом. Ровно до того момента, пока она сама не узнает ― если узнает. Она, конечно, что-то чувствует, но не более того. Ее дар направлен на будущее, не на прошлое, так что нет смысла ее расстраивать.

― Знаешь, я от тебя всякого ожидал, но чтобы ты… такое выкинула! ― Патрик только покачал головой, когда узнал о нашей помолвке с Лореном.

― А что такого? ― Я пожала плечами. Я правда не видела в этом ничего такого.

― А то что это… нелогично! ― выпалил он.

Я улыбнулась. Патрику еще предстоит узнать, что любовь сама по себе нелогична. Да, я полюбила человека, которого должна была обходить десятой дорогой и отдать в руки пристава сразу же, как узнала его секрет. А то и раньше. Но он как-то незаметно стал частью моей души. Хотя я могу сказать, за что его полюбила. Просто он тот, кто научил меня чувствовать, ведь мои чувства давно уже были похоронены. Он пробудил во мне жизнь, и мне уже не больно. Прошлое перестало душить меня по ночам, впиваясь когтистыми лапами в мозг и доводя до полуобморочного состояния. Просто я теперь люблю и счастлива.

Из-за лазурного кристалла мы пережили еще несколько неприятных моментов: мой дом перерыли снизу доверху, и я очень просила его не причинять вреда инспекторам, чтобы у нас не было проблем. Конечно, они ничего не нашли. Пришлось им поверить нам на слово, что кристалл улетел за горы, а Лазурный Дракон утонул. После этого к тому самому месту, которое я указала, где предположительно утонула Мальфас, отправили целую команду, чтобы выловить тело. Кажется, они орудуют там до сих пор и никого не нашли. Главное, что во дворце подписали указ, а все остальное ― мелочи.

А еще представляю, как взбесилась тетушка Кэсс, когда в один прекрасный день обнаружила, что ее посох ― просто обычная палка. Ведь черный кристалл в нем превратился в стекло. Хотелось бы мне увидеть при этом ее кривую морду! Нет, вру, на самом деле не хотелось бы. Конечно, ее теперь невозможно наказать за все то зло, что она мне причинила ― ведь нет никаких доказательств, ― но я решила на этом не зацикливаться.

Наш мир слишком несовершенный, чтобы принять все перемены безболезненно и согласиться с ними. С Лазурным Драконом вроде разобрались, но сколько еще нерешенных вопросов! Пока я только разрабатываю план, как помогать людям, потерявшим магию, и хочу внедрять его постепенно, чтобы Эсхалион привыкал к идее восстановления, а не изгнания. Ведь выбросить за борт кого-то проще, чем найти возможность починить разрушенное. Вот этим я и занимаюсь ― благо, что у Мальфас в кабинете осталось куча запрещенки, которую я надежно припрятала и потихоньку разбираюсь в старинных письменах.

Лорен беспокоится за меня, даже слишком, как я думаю. Он считает, что не нужно лезть в эти дебри, хотя я знаю: в глубине души он добрейший человек и сам хотел бы спасать нечастных, просто больше всего на свете он боится меня потерять.

Но теперь я не одна, так что риску себя подвергать не буду. По крайней мере, не собираюсь в открытую лезть на рожон.

Из-за этого самого несовершенства нашего королевства моему мужу приходится работать ректором, а не целителем, к чему у него всегда лежала душа. Все из-за этих черных пятен на ауре. Но целитель Коринс, который хорошо видит ауру и который стал нашим доверенным лицом, сказал, что пятна уже побледнели. Впрочем, он же скрыл их от посторонних глаз, наложив заклинание. Я верю, что они исчезнут когда-нибудь полностью, и тогда мечта Лорена исполнится. Академии придется искать другого ректора, хотя… лучшего они вряд ли найдут.

Еще меня радует, что все учебники, написанные Мальфас, исключили из школьных программ и отправили заметку в главные газеты королевства о том, что Избранным может стать каждый, кто захочет, чтобы ложь, посеянная Лазурным Драконом, больше не распространялась.

Я верю, что уже через несколько лет Эсхалион полностью изменится: ведь мы с Лореном уже запустили этот необратимый процесс, как бы нескромно это ни звучало. Именно наша любовь и то, какой путь мы прошли, стало началом добрых перемен в нашем мире, полным хаоса.