Глава 13

Проснулась я уже в другой комнате, очень-очень похожей на ту, в которой жила с Богданой и Магдой. Приподнялась на локтях и встретилась взглядом с Виолой.

— Доброе утро. — Тетя задумчиво улыбнулась и тут же, зевнув, потянулась.

— Ты вообще не спала?

Виола была одета по форме преподавателей, я же была в сорочке, а грязного ученического платья, так же как и накидки, не было. Только сейчас, не обнаружив рядом с собой своих вещей, я подумала о том, как хорошо, что кто-то принес мне мое платье в лекарское крыло. Иначе я тогда так и перенеслась бы к Люку в одной лишь нижней сорочке, а потом и мир бы побежала именно так спасать. Я сама себе хмыкнула, а потом вспомнила весь оставшийся день, и мне поплохело. Произошедшее не было сном, и последующие слова тети это только подтвердили:

— Нет, почему же, это моя комната. Как видишь, у младших помощников преподавателей условия ненамного лучше, чем у студентов.

Комната и правда была один в один, лишь на одну кровать меньше.

— Я же не смогу остаться здесь с тобой?

— Почему нет? Вообще, Вил хотел отправить тебя в свое поместье, ведь тебе же надо где-то жить. Но если тебя к нам устроить помощником или…

— Я первокурсница. В своем мире. — Я облизала губы и все же села, спустив ноги с кровати.

— Ну-у-у, устроиться на учебу с середины года проблематичнее, но если Вильям похлопочет… Его здесь все слушают. В общем-то, и ректором должен был стать именно он, но брат отказался от должности.

— В моем мире ректором был Люк, а папа… — Я закашлялась. — Кириан королем.

— А Вильям? Я же правильно поняла, его не ты не знала? Он умер? Там?

Я набрала в грудь побольше воздуха, медленно выдыхая, пытаясь прислушаться к себе и найти правильное решение. Тетя смотрела на меня очень внимательно, словно примеряясь, и я все же решила ей довериться. Ведь там, в моем мире, она была для меня одним из самых близких людей. И понимала меня всегда лучше мамы.

— Да, он и правда умер, — быстро проговорила я и, пока не успела одуматься, продолжила.

Рассказала все, что я знала о пророчестве, которое исполнили родители, а в итоге выяснилось, что оно касалось меня. Про движение, которое возглавлял дедушка. Про то, как бабушка Еалана сбежала от него на Землю с новорожденной мамой на руках, оставив Катарину бабушке Анетти. Про то, как я росла, как перемещалась и как… Влюбилась в собственного дядю.

— Ну он тебе не дядя. Тут уже понятно все, — Виола деловито взмахнула ладонью, — но нам его обязательно нужно навестить. Зря ты так. Он, наверное, переживает за тебя, не зная, куда ты запропастилась. Да и информации у него побольше будет, — фыркнула она и приподнялась с кровати. — Давай бегом в душ, собираться. Ученическая форма для тебя есть в шкафу. Вил сказал, чтобы ты не привлекала внимания. Поэтому я выбрала для тебя зеленую, с лекарского факультета. Иначе в синей тебя бы обязательно заметили. У нас почти нет девушек на боевых факультетах.

Я послушалась и быстро побежала в душ, попутно раздумывая о том, почему тетя так спокойно отреагировала на рассказ о ее брате. Не поверила? Или тут было что-то другое?

Когда я вышла из душа, меня уже ждал завтрак. Виола не стала приступать к нему без меня, а потому мы быстро поели вместе, и тетя построила портал. Как оказалось, к дедушке.

— Идем к Его Величеству Люку, — выдала она ему вместо приветствия.

Дедушка захлопнул книгу, за чтением которой мы его застали, оказавшись в его личных покоях.

— И вам доброго утра, высокородные тены, — улыбнулся он.

— Люк переместился вместе с ней. И он знает больше, чем Лея.

— Тетя!

— Ну что тетя? Если ты и правда ничего не знаешь! Почему ты перемещаешься между мирами? Кто твой настоящий отец? Почему Темный Бог приглядывал за тобой аж на другой планете? Почему Светлая богиня желала вам зла и как ее убили? И… — Она всплеснула руками. — Да у меня еще тысяча вопросов. Но самый главный, Вил, — она повернулась к брату, — где настоящий король? Мог ли Люк, что прибыл с Леей, как-то заменить нашего короля или поменяться с ним местами?

Тен Вильям задумчиво кивнул. Поднялся с кресла, так и не выпуская книгу из рук, и построил портал, в который вошел первым. Мы последовали за ним, очутившись в зале у кабинета папы… Точнее, Люка. В этом мире Люка. Нас приветствовал секретарь — молодой мужчина, которого я ни разу не видела, — и скрылся за дверями кабинета.

Неужели Его Всесилие был сейчас там, а не в спальне с новообретенной женой?

— Проходите, тен Вильям, — вернувшись, громогласно произнес секретарь, а мы всей нашей дружной компанией зашли в кабинет.

Люк сидел за столом, обложившись кучей старых и заметно потрепанных книг. Увидев меня, мужчина подорвался с места и в считаные секунды оказался рядом, крепко прижав к своему сильному, крепкому и горячему телу. Я обескураженно положила ладони на его спину в ответ и только потом услышала, что кроме объятий Люк меня еще и ругал.

— Как ты могла! Невозможная девчонка! Я с ног сбился тебя искать!

— Кхм… — кашлянул в кулак дедушка, и Люк только тогда выпустил меня из объятий, отойдя на шаг назад, но переместив свои руки мне на плечи и крепко сжимая пальцы на них.

— Я так понимаю, она вам все рассказала? — Архимаг повернулся к дедушке, а я начала разглядывать Люка. Он ужасно выглядел. Взъерошенный, глаза красные и больные. Да он же не спал, должно быть, целую вечность. И тут до меня дошло. Действительно вечность!

— Сколько ты уже не спал? — перебила я дедушку, который уже что-то начал отвечать Люку. — В ночь перед балом же тоже был прорыв, — вспомнила я, как мы дрались без магии. — А потом…

— А потом полночи в лазарете с тобой? — хмыкнул он, вздернув брови. — А оставшуюся половину ночи перемещался по миру и искал поддержки. Да, выходит, что уже четвертые сутки пошли.

— Да тебе нужно срочно к лекарю. Восстанавливающий настой и…

— Помолчи, — поморщившись, резко произнес он и отпустил меня. — Как минимум не нужно было сбегать. Ты же как слепой котенок в этом мире. Даже будь ты на Земле, я бы не переживал так сильно. Когда понял, что искать уже негде и не у кого, попытался найти информацию о портале к определенному человеку. К брату я перемещался всегда интуитивно, — нахмурился он, — но о нем, — Люк махнул головой в сторону Вильяма, словно дедушки тут и вовсе не было, — я совершенно не подумал. Точнее, подумал, но…

— Решил, что я труп, — хрипло рассмеялся дедушка, а я вздрогнула.

— Откуда вы?..

Виола бы не успела ему рассказать, а как тогда он еще мог узнать? Ну не подслушивал же?

— Я не настолько глуп, девочка. Был бы я живым, ты бы меня сразу же узнала. Но не будем об этом. Ваше Величество, я нашел кое-какую информацию в самых старых книгах из хранилища академии. Там есть упоминания и о Темном Боге, и о Криносе — боге оборотней.

— Слава темному, — облегченно выдохнул Люк и попятился обратно к своему рабочему креслу. — Присаживайтесь. — Он указал нам ладонью на диванчик у его стола.

— Но для начала, — серьезно сказал Вильям, устроившись на диване, — я бы хотел услышать об истории вашего мира и понять, с какого времени идет расхождение с нашим. И про мою смерть, пожалуйста, поподробнее.

Люк задумчиво посмотрел на меня, словно сомневаясь. В его взгляде так и читалось, что он собирался избавиться от меня. И он даже попытался, и за эту попытку мне захотелось вцепиться ему в волосы.

— Давайте наедине, — повелительно произнес он, пользуясь, видимо, своими королевскими замашками. И если дедушка потупил взгляд, то я высказалась. Еще чего! Не на ту напал.

— Ну уж нет! Я знаю, что папа мне не папа. Так что выкладывайте все, что знаете, дядя, — съерничала я и, надувшись, сложила руки на груди. Пусть только попробует не расскажет.

— Не понимаю, о чем ты, — отмахнулся от меня Люк, и я почти взорвалась, но положение спас дедушка.

— Ваше Величество, мы провели ритуал на крови на определение родства. Эта юная тена родная мне и Арине, но не вашему брату. Мне жаль сообщать о таком, если вы не знали.

— Да знал он все! — прокричала я и подорвалась с диванчика. Вильям и Виола посмотрели на меня, как на умалишенную, тетя даже попыталась схватить за запястье и вернуть обратно. — Да вы чего? Он же не король, — поняла я их испуг и соответствующее поведение.

— Лея, — повелительно произнес дедушка, Люк же легко улыбнулся.

— Боюсь, Лея, во всем этом мире ко мне не как к королю относишься лишь ты. Даже с Кирианом, как выяснилось, у нас слегка натянутые отношения. И… хотя я и клялся твоим родителям, сейчас, наверное, я не имею права молчать. Ты действительно не дочь Кириана — правда, сам он так не считает…

— Нет, мама не могла его обмануть, — ахнула я.

— Конечно же, нет. Я не о том, Лея. — Люк мягко улыбнулся, сложил ладони в замок и продолжил: — Твой отец знает, что он тебе не родной, но это не мешает ему считать себя таковым. А начать… Пф-ф… Наверное, лучше с начала. — Люк хмыкнул и серьезно, даже поучительно заговорил: — Все началось почти сто восемь лет назад. Я к тому моменту уже был архимагом, и в том же году родился Кириан. Он и стал последним из темных. После него мальчики рождались без дара. Девочки же только Светлые. Так продлилось ровно девяносто лет, до твоего рождения. Я в свое время нашел пророчество в хронике первого Архимага, как считают многие.

— Вильга, — вспомнила я.

Ведь Люк уже рассказывал, что это именно он виноват в появлении разлома. Тогда как все жители нашего мира, знакомые с историей, считали его нашим спасителем.

— Да. Так вот… Я нашел пророчество: "Однажды для темных наступят страшные времена, они окажутся на грани вымирания. Но все изменится, когда женится последний темный король. Его избранница родит спасительницу нашего мира от тварей бездны и первозданного хаоса". Народ услышал из него лишь первую половину. Стало понятно, что за страшные времена для темных и кто тот самый последний из темных. Все было сделано так, словно это предсмертные слова Вильга. На самом же деле это пророчество послал нам бог оборотней — Кринос. Об этом я узнал уже перед твоим рождением. В тот день, когда Светлую богиню убили.

Виола с Вильямом синхронно ахнули, а я опустилась обратно на диванчик, Люк же, напротив, поднялся с кресла и начал неспешно расхаживать по кабинету. В этот момент ему не хватало лишь лекционной кафедры, настолько уверенно он смотрелся в этом амплуа.

— И в итоге я все равно сбился, — улыбнулся он. Все еще слабо, словно обнадеживая то ли меня, то ли моих Темных родственников. — Теперь опять надо вернуться к тому времени, когда перестали рождаться темные. Незадолго до этого Эрион, Темный Бог, в очередной раз влюбился в смертную. Это далеко не первый раз, потому что вы, — Люк указал на тетю с дедушкой, — тоже потомки Темного Бога, только дальние. Потому-то у вас, тен Вильям, и получилось научиться использовать чистую магию. Сейчас ее преподают в академии, и даже оборотни умеют ей пользоваться. — Люк кивнул каким-то своим мыслям и вернулся к основному рассказу. — Так вот. Ту Темную звали Лея.

Я вздрогнула и обняла себя за плечи, напрягшись. Потому что если это совпадение, то какое-то оно странное.

— Ты права, Лея, это не совпадение, — архимаг словно прочитал мои мысли, хотя, наверное, это было не так уж и сложно. Тут и телепатом быть не нужно. И так все понятно. — Тебя назвали в честь нее. Эта Темная забеременела от бога, но Марианна — так зовут на самом деле Светлую богиню, то есть звали, — усмехнулся Его Всесилие, — Марианна убила Лею и не решилась лишь избавиться от души нерожденного ребенка. Потому его душу она отправила в другой мир, как бы на перерождение, но знала, что воплотиться душа ни в ком не сможет. Ведь в другом мире не может быть подходящих людей. Но сама же и просчиталась тридцать девять лет назад. Когда ваша жена, тен Вильям, правда в нашем мире вы не были женаты, — поправился Люк, — так вот, когда тена Еалана сбежала от вас, узнав о том, что вы были предводителем секты, маниакально считающей, что если принести в жертву второго ребенка (неугодного, естественно, без дара или Светлого), то тогда родится третий. И он, возможно, появится на свет Темным.

Дедушка закашлялся и прикрыл глаза. Виола приобняла его за плечи, а я потянулась к его руке и крепко ее сжала. Я не знала этого мужчину там, в своем родном мире. Не знала, почему он превратился в чудовище, но здесь и сейчас он всего за день стал мне близок. На каком-то интуитивном уровне. Я чувствовала доброту, исходящую от него. И из-за этого еще тяжелее было видеть его переживания. Каково это — нормальному человеку почувствовать себя повинным в тысячи смертей? Да еще и младенцев.

— Да, продолжим… Еалана сбежала к матери. В нашем мире королева Светлых не Анетти, а Алана. Так вот, — Люк потер подбородок, словно пытаясь поймать ускользающую мысль, — Еалана родила близняшек и просила помощи у своей богини, умоляла спрятать вторую девочку. На что богиня ответила ей не таким уж подарком. Она просто оставила Катарину бабушке, а Еалану с новорожденной Ариной переместила в другой мир на Землю. И уж точно никак не рассчитывала, что, когда Арина (в которой капля крови Темного, но все же была) вырастет и забеременеет от обычного земного парня, к ней притянется та самая душа нерожденного ребенка Темного бога.

— То есть я…

— Как бы да и как бы нет, — Люк усмехнулся и развел руки в стороны, — кровно ты имеешь отношение к Эриону лишь дальнее, еще дальше, — он опять указал на дедушку, который сидел все еще с закрытыми глазами, — чем твой дедушка, а вот душа твоя — да. Потому ты и умеешь путешествовать по мирам, да и сильнее многих.

— Но почему же Темные не рождались аж девяносто лет? — настороженно спросила Виола.

Она словно не до конца верила Люку. Может, до этого она так легко и восприняла новость о своем брате от меня — тоже не поверила?

— Точно. — Люк улыбнулся и вернулся к столу, — Простите, все же трое суток без сна сказываются на мне отвратительно. Вот и рассказчик вышел из меня не самый лучший. Темный бог не знал, что его жена убила любовницу, думал, что лишь отослала в другой мир, и сам отправился на ее поиски по мирам. А Светлая тем временем, — продолжил Люк, — пока мужа не было в мире, перекрыла темные источники. Теперь я догадываюсь, что она их не просто временно перекрыла, а опустошила, чтобы создать этот мир. Потому-то Темный так и ослаб за время странствий, и потому здесь есть Темные, но нет самого источника.

Архимаг ненадолго замолчал, наверное перебирал в голове, все ли рассказал.

— Ах да… Эрион. Он спустя девяносто лет странствий нашел лишь беременную Арину и сразу же вернул ее на Триалан, подменив на Катарину. И уже под именем своей сестры Арина поехала на отбор к моему брату. Ну это уже другая история и к делу почти не имеет отношения.

Я лишь ему кивнула. О том, что мама проходила отбор под именем тети, я знала. Так же как и о том, что мама все еще официально в королевских документах значится Катариной. Потому то многие и называли ее Рина, а не Арина.

— Эрион же, — продолжил Люк, — вернувшись, восстановил Темные источники силы, и Темные дети начали рождаться. Конечно, весь мир это приурочил к исполнению пророчества — свадьбе последнего из темных. — Его Всесилие положил руки на стол и начал отбивать пальцами дробь. — Кажется, я рассказал все.

— Убийство… — Дедушка наконец-то открыл глаза, сжал мою ладонь в ответ. — Убийство Светлой богини.

— Ах да. На финале отбора она хотела убить беременную Арину. Я вызвал Кириноса, он хотел дать Марианне еще один шанс, но… Она хоть и богиня, но все же обычная женщина, помешавшаяся на ревности. А может, ее план действительно был глубже. — Люк прищурился. — Я только сейчас об этом подумал. Марианна знала, что дочь Арины сможет закрыть разлом, и не хотела этого. Она хотела, чтобы весь мир погиб. Возможно, потому, что создала для себя новый мир. Этот. — Его Всесилие развел руками, оглядываясь.

Весь рассказ Люка был слишком информативным. Многое я уже знала, но лишь по кусочкам. Сейчас же все сложилось, как пазл, только я не успела полностью все осознать, как заговорил дедушка, подарив мне такую долгожданную надежду:

— Сегодняшней ночью я нашел в хрониках призыв того самого бога, о котором вы говорили, — Кириноса.

Люк вздернул брови и очень странно посмотрел на дедушку. Я никак не могла распознать его взгляд, пока он не заговорил.

— Я совершенно об этом не подумал. Как же так, — мужчина был удивлен и раздосадован собственным промахом, — я знаю его призыв. Его можно проводить в любом храме. Конечно, идеально было бы в главном столичном. Но так как в этом мире не существует ни этого храма, ни столицы оборотней, ни самих оборотней, то нам подойдет и любой храм Светлой. Пойдемте. — Люк быстро поднялся и открыл портал.

Я как завороженная отпустила тена Вильяма и, поднявшись с диванчика, зашагала к порталу. Только я подошла к Люку, он крепко сжал меня за ладонь и, обернувшись к моим родственникам, произнес:

— Возвращайтесь к себе. Я позже сам вас найду, — договорив, архимаг сразу же затащил меня в портал.

Мы вышли в центральном храме Светлой богини. Его я посещала лишь однажды, с бабушкой Анетти, и располагался он на территории Светлых.

— Почему ты перенес нас именно сюда? — шепнула я Архимагу, оглядываясь по сторонам. Прихожан было немного, человек двадцать, не больше.

— Под этим храмом источник. По крайней мере, он был в нашем с тобой мире. Так что пойдем, — Люк взмахнул ладонью, — я закрою нас иллюзорной ширмой.

Его Всесилие, так и не отпуская моей руки, потянул меня к чаше со светлой магией, затем мы обогнули алтарь и добрались до боковой неприметной дверцы. За ней нас ждал темный узкий проход и лестница вниз.

— Странно, — шепнула я, увидев колодец. — Как-то не очень презентабельно выглядит источник у Светлых.

В Темном королевстве источник был на территории дворца, в красивом парке, заполненном туманом.

— Спешу тебя огорчить, но в нашем мире этот источник выглядит немного по-другому. Более ухоженно, что ли. Здесь же… — Он развел руки в стороны, а я отошла от мужчины, оглядываясь.

— Настоящее запустение, да.

Обычное подземелье, в котором на стенах располагались магические светильники, но самого огня в них не было.

— Возможно, местные жители вообще ничего не знают о нем.

— Думаешь, Светлая допустила бы такое неуважение?

— Была бы жива — не допустила бы. Но я не сомневаюсь в том, что ее убил Эрион. Так, ладно, подожди немного, я сейчас исполню призыв.

— Стой! — выкрикнула я и выставила ладонь вперед, словно по окрику и так не понятно. — Почему ты сказал, что навестишь дедушку и тетю?

— Я… — Архимаг на мгновение отвел взгляд. — Я останусь здесь.

— Как здесь? Зачем здесь?

— Лея… — ему словно трудно было говорить, но он все же сделал над собой усилие и мотнул головой, прогоняя туман. — Это мой шанс на другую жизнь. И…

— Но как же разлом? — я его перебила, подошла ближе и сама взяла за руки, заглядывая ему в глаза.

Свет шел лишь из источника силы, но его было мало, чертовски мало для того, что бы увидеть, что именно творилось в глазах Люка.

— Я думаю, ты его все же закрыла, — Его Всесилие улыбнулся, — ты умница.

— А если нет?

— Мы спросим у Кириноса. Если нет, то, конечно же, мне придется вернуться. А если…

— Но как же… Как же местный Люк?

— Его нет. Я не знаю почему, но уверен, что он объявился бы за это время, а оставить сейчас Алану я не могу.

Я больно прикусила губу и прикрыла глаза. Чего я еще ожидала? Но все равно было больно. Слишком.

— Это не твоя жизнь, ты понимаешь? И… Как же длительность твоей жизни? А?

— Здесь у меня нет силы архимага. Я чувствую, что она словно перекрыта. Я знаю, что она где-то есть, но никак не может ко мне прорваться. Возможно, это все из-за камня, что остался на Триалане. Не знаю, но…

— Люк, пожалуйста.

— Алана беременна, Лея… И я не могу ее оставить. Вдруг другой Люк так и не появится? И, как бы ни было, это мой ребенок, понимаешь?

Я отпустила его руки и тут же отвернулась. Слезы опять меня не слушались. Стоило только услышать новость о беременности Аланы, как все — меня прорвало.

— Тише, — Люк шепнул куда-то мне в макушку и крепко сжал за плечи. — Лея, все будет хорошо.

— Ты… ты просто не понимаешь, — всхлипывая, проговорила я.

— Я все понимаю. Просто старше и опыта у меня больше, а потому знаю, что все это напускное и очень скоро изменится.

— Ничего ты не понимаешь! — выкрикнула я и развернулась в его руках. — Иначе бы уже давно рассказал, что мне не дядя!

— Лея…

— Что Лея? Если ты понимал и видел мои чувства, мог хотя бы облегчить мою душу. Даже если не собирался отвечать взаимностью, то хотя бы мог помочь мне ужиться с собственной совестью. Которая поедала меня каждый божий день. А теперь ты говоришь, что все понимаешь? — Именно сейчас я все же смогла рассмотреть его взгляд, в нем было столько сожаления, что я просто сдулась. Как батут для деток, из которого выкачали весь воздух. Я что-то говорила, злилась, кричала, а потом словно опала на землю. И если бы Люк не держал меня, рухнула бы.

— Поцелуй меня, — очень тихо сказала я, но Его Всесилие не мог не услышать. Он оторопело моргнул и уже открыл рот, чтобы высказаться, но я его опередила, приложив ладонь к его губам. — Пожалуйста. Последняя просьба. Чтобы мне было что запомнить. Чтобы… чтобы… О боги всех миров! Мы же все равно не родственники. И я просто сойду с ума, зная, что у меня был шанс, а я им не воспользовалась. Хоть маленький шанс на то, чтобы почувствовать, каково это, когда ты меня целуешь.

Я убрала руку от его рта, спустила ее и задержала у него груди, там, где гулко билось сердце. Мое же замерло в ожидании ответа.

— Лея, я не думаю, что это хорошая идея.

— А я не думаю, что для тебя это слишком сложно. Для меня же чересчур важно. Пожалуйста. Я все же спасла наш мир. Если закрыла разлом, конечно же, — слабо улыбнулась, пожав плечами. — А значит, это я избавила тебя от постоянного нахождения в нашем мире. Так что… с тебя теперь ответная услуга.

Лея, до чего же ты опустилась? Как какая-то нищенка, выпрашиваешь поцелуй у мужчины, словно подаяние.

Только вот здравый смысл был слишком глухим и тихим, я даже не думала к нему прислушиваться, потому что отчаянно хотела хоть раз почувствовать губы Люка на своих. Ведь я вообще еще ни разу не целовалась. А так я смогу хотя бы что-то сохранить от своей дурацкой первой любви. И если Люк сейчас не согласится на мои уговоры, то я и к шантажу прибегну, знать бы только, на что надавить…

Додумать не успела, неожиданно вздрогнув от легкого прикосновения мягких губ к моим. Люк, лаская, поцеловал мою верхнюю губу, затем нижнюю, а потом уже я распахнула рот, отвечая на поцелуй как должно — по-взрослому, но все же очень несмело.

Осторожно двинула языком, желая попробовать им на вкус нижнюю губу Его Всесилия, и встретилась с языком Люка. В этот момент его руки на моих плечах сжались сильнее, а меня он практически вжал в себя, я же положила и вторую ладонь ему на грудь, поглаживая, тогда как Люк полностью забрал лидерство в поцелуе. Я, казалось, уже ничего не соображала, полностью растворяясь в ощущениях — трепетных, нежных, сладких и таких долгожданных. Как же мне хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Ведь это был не только поцелуй, но и сильные объятия, и ощущения крепкого тела и гулко бьющегося сердца под моими пальцами, и такая сладкая нега, что разливалась по всему телу. Я определенно не хотела, чтобы поцелуй закончился, но ведь не может же что-то настолько потрясающее длиться вечно? Конечно, не может.

Люк оторвался от меня так же быстро, как и обрушился своим поцелуем на мои губы. Мужчина отступил от меня и отвернулся, мои руки плетьми опустились вдоль тела, и я потерянно приложила пальцы к горящим губам.

— С-спасибо, — проговорила я сквозь слезы, которые потекли сильнее, чем прежде. Настоящие соленые дорожки, стекающие мне в рот прямиком по горящим и еще помнящим вкус поцелуя архимага губам.

Его Всесилие ничего не ответил, лишь отошел еще дальше. Словно я была чумной и он теперь боялся подцепить от меня заразу. Кто его знает? Наверное, он уже пожалел, я же… Я никак не могла понять себя.

Жалела ли я?

И да, и нет одновременно. Сейчас я была уверена, что больше никогда в жизни не испытаю ничего подобного, но теперь ничего больше не помешает мне стремиться к идеалу. Даже если Люка не будет в моей жизни, я буду ждать не меньших чувств, такой же любви и такого же отклика моего сердца, души и тела на обычный, казалось бы, поцелуй.

Люк начал тихо произносить незнакомые мне слова, задрал голову с закрытыми глазами и все говорил и говорил что-то, местами даже казалось, что он напевал. Слова все не заканчивались и не заканчивались, и я, наблюдая за Его Всесилием, сама не поняла, как перестала плакать. Просто впитывала в себя его образ, обняв себя за плечи, представляя, что это не мои руки, а его.

Люк резко замолчал и крутанулся, открыл глаза и сразу же поймал мой взгляд. Я растерянно моргнула, а архимаг нахмурился. В подземном зале со Светлым источником так никто и не появился. Ни Киринос, которого призывал Люк, ни Темный (ну а вдруг? Я же ему как бы дочь), ни Светлая. Тут тоже было «ну а вдруг». Вдруг она живая или мы сейчас подняли бы ее из могилы, тьфу ты… вытащили дух из загробной жизни, если такая вообще была у богов.

«Да о чем я вообще думаю?»

Люк все это время хмуро смотрел на меня, а я никак не могла задать ему вопрос. Да и какой смысл? И глупый бы понял, что ничего не получилось.

— Я думаю, — глухо заговорил он и тут же прокашлялся, возвращая себе голос, — мне надо все же выспаться для восстановления силы. И повторить призыв.

Я кивнула, ответить мне было нечего.

— Пойдем, я отведу тебя в поместье к тену Вильяму.

А сам к жене… к королеве. Он не договорил, но это было и так понятно.

— Не надо, — покачала я головой, отступив на шаг, словно Люк собирался приблизиться ко мне. Только вот мужчина по-прежнему не двигался, стоя в десяти шагов от меня, и так смотрел, что у меня сердце билось испуганной птицей в груди. — Тен Вильям… дедушка, он… он преподает в академии. И мне там даже кровать выделили, — улыбнулась я через силу и сделала еще один шаг назад. Я боялась, что Люк опять окажется так близко ко мне. Боялась, что не сдержусь и снова начну у него выпрашивать ласку, словно милостыню у храма. — Ну, я пойду.

Попыталась опять шагнуть назад, но моя пятка встретилась со стеной.

— Лея.

— Я, если что, буду в академии, Ваше Всесилие, — быстро протараторила я, тут же создала портал в комнату Виолы и шагнула в него.

— Лея, стой! Лея, я… — донеслось из портала перед тем, как он захлопнулся, а я обессиленно рухнула на кровать. Даже разбираться не стала на которую — на ту, на которой спала, или на ту, что принадлежала Виоле.

Я не хотела вообще ни о чем больше думать, а просто желала выключиться из этого мира. Слишком много всего. Папа не папа. Любимый учитель не учитель. А бог не просто бог, а отец. А еще Люк станет отцом. И именно из-за этого было больнее всего.

— Лея? Ты здесь? — послышался встревоженный голос тети, и я тут же почувствовала, как кровать позади меня прогнулась. Виола притянула меня к себе, устроив мою голову у себя на груди, и начала мягко поглаживать по волосам. — Милая, все будет хорошо, мы обязательно придумаем другой способ.

О чем она? Разве был способ для того, чтобы Люк меня полюбил?

— Вил самый умный, мы вернем тебя домой, только не плачь.

Ах… она об этом. Я всхлипнула и обняла ее за живот, чувствуя себя маленькой девочкой. Странно, но другая Виола, из моего родного мира, редко проявляла такую нежность. Она любила меня, была мне очень близка, все время поддерживала, но все же была сдержанна на эмоции. Это мама всегда меня обнимала, гладила и целовала на ночь, когда я жила во дворце с родителями. А Виола же контролировала мои проделки, в некоторых подыгрывала и была скорее старшей сестрой, нежели двоюродной бабушкой. У меня бы язык никогда не повернулся так ее назвать.

Вспомнив об этом, я хихикнула, хотя звук получился похожий скорее на бульк, слишком мокрым было мое лицо от слез.

— Что?

— Ты же мне не тетя, а двоюродная бабушка.

— Это звучит ужасно.

— Прежняя Виола думала так же.

— Я и не сомневалась. — Я ее не видела, но знала, что она улыбалась.

— Спасибо, — шепнула я, успокаиваясь и наслаждаясь размеренными поглаживаниями по голове.

В конце концов, безвыходных ситуаций не бывает. И я обязательно найду способ выбраться из этого мира — хотя бы для того, чтобы опять вернуться сюда, к ласковой Виоле или живому дедушке, только уже со своей силой. Ведь как бы оно ни было — Люк, Алана, их будущий ребенок, — у меня была свобода, и теперь, поняв, каково без нее, я обязательно разыщу способ, чтобы вернуть свою силу и начать путешествовать по мирам. Может, тогда меня не будет трогать семейное счастье моего любимого мужчины.