Глава 12

Величественный сад повелителя огненных пустынь Аксартона хранил покой. Западный ветер и тот стих этой ночью. Единственные, кто оставался в нём, и те застыли, будто каменные изваяния, неся караул. Ну да, йотунам расхаживать туда-сюда не обязательно. С высоты их роста, как только они рассредоточились по периметру, и без того всё прекрасно видно, хотя за последние минуты, пока я наблюдала за ними, даже головы ни разу не повернули. И правда, будто статуи. Да я и сама не лучше. После того как перевязала рану эйна и вывела около него круг жизни, будто все силы разом покинули, лишний раз шевелиться тоже не хотелось, словно это самое сложное из всего, что мне доводилось делать. А ведь ещё только разгар ночи.

До рассвета очень-очень далеко…

– О чём задумалась? – нарушил тишину подкравшийся ко мне ближе Охранный Дух.

Невольно поморщилась. Но уклоняться не стала.

– Элене когда-то сказала мне, что Амитиасу суждено умереть из-за меня, – поделилась тем, что так планомерно снедало мой разум, стуча маленькими тревожными молоточками по вискам.

Элементаль, который с момента нападения пребывал в своём боевом обличье, тяжело вздохнул и уменьшился в размерах, прыгнув мне на плечо.

– Но он не умер, – произнёс тихо. – Благодаря тебе.

Усмехнулась.

– Благодаря архивампиру, – поправила.

О том, что спасение вышло весьма сомнительным, я также думала долго. Если бы глава рода Эльрилейрдских не был магом, капля крови Высшего действительно исцелила бы его. И начала это делать. Но вместе с вернувшимся дыханием эйна вернулась и его способность бороться с тем, что было призвано его спасти, такова уж природа магов крови. Потому и рана до сих пор не зажила, мне пришлось накладывать очень тугую повязку, да и простыни я сменила уже несколько раз, так быстро они пропитывались. Высший знал, что именно так и случится. Заранее. Ну и какой у нас был иной выбор? Не было его. Не на тот момент. Уж лучше такой шанс, чем вообще никакого и без вариантов. Те, что имелись у меня на тот момент… нет, я бы не смогла выбрать. Наверное.

– Если бы ты не задержала Жнеца, он бы не смог. Не успел, – противопоставил мне Джинн. – Да и… – горько вздохнул, обернувшись в сторону того, о ком говорили.

Мужчина по-прежнему пребывал в бессознательном состоянии. Глаза ни разу так и не открыл. А ещё, кажется, ему становилось всё хуже и хуже. После того как наступил закат, а я позаботилась о том, чтобы к нему никто не смел приблизиться и уж тем более навредить, тем самым поспособствовав возможным изменениям, риск стать вампиром для него сделался ничтожным. Но легче от этого не становилось. Едва ли я отходила от него дальше чем на десять шагов, застряв на границе между спальней и садом, чтобы не упустить тот момент, когда мужское дыхание вновь начнёт замедляться.

– А может, просто ему суждено умереть не в этот раз? В другой, – отозвалась, раз уж элементаль договаривать намеренно не стал.

Сперва сказала, затем откровенно содрогнулась от мысли о том, что придётся вновь пережить нечто подобное. Совсем не понравилось. Было слишком больно.

Почему?

Я не знала.

И это ещё один повод тревожиться.

Так ведь не должно быть!

– Например, к рассвету? – съехидничал Охранный Дух. – Если не станешь удерживать его душу, позволив всему идти своим чередом, этот твой «другой раз» как раз настанет.

Вздохнула.

– Я не для того перешла дорогу Жнецу Смерти, чтоб эйн всё равно взял и просто умер, – огрызнулась.

О том, что за содеянное мне рано или поздно придётся расплатиться, я знала превосходно. Но об этом как раз не думала. Не до таких мелочей мне здесь и сейчас.

– Ну да, он же тебе пока ещё очень нужен. Как и Аксартону, – снова съехидничал элементаль, помолчал немного, перепрыгнув с моего плеча на ближайшую плоскую поверхность, а затем добавил: – Видения не настолько точны, чтобы у них был один-единственный исход. Мы же знаем, что именно она видела. Смертельную рану? Так она уже получена. А может, похороны? Так это может случиться и тогда, когда эйн состарится и умрёт своей смертью. Любая жизнь рано или поздно заканчивается, уж тебе ли не знать, – заметил меланхолично.

Последнее, как ни странно… успокоило.

А ещё!

– Если Аксартон выжил до появления этого эйна, то и после него тоже как-нибудь справится, – и сама не знаю, зачем это сказала.

Пыталась успокоить свою совесть? Что-то она в последнее время всё чаще и чаще меня донимает.

– Не, в этот раз вряд ли, – не согласился со мной элементаль.

Посмотрела на него со всей переполнившей меня мрачностью.

– Это ещё почему?

– Чтобы вернуть похищенную ночь туда, где ей самое место, нужна сила двенадцати Эльрилейрдских, ты помнишь? – спросил, но ответа дожидаться не стал. – Чтобы обрушить и запечатать новую гробницу Старым Богам – то же самое. Тот же круг из дюжины. А их сейчас в наличии только одиннадцать. Брон, даже если вернётся, насколько я понимаю, всё равно не сможет помочь. Двенадцатый – только наш эйн на данный момент, – кивнул в сторону находящегося в постели.

Мысленно выругалась. О том, что для заточения проснувшейся угрозы мира нужно двенадцать Эльрилейрдских, я банально не знала. Вернее, не подумала. А вполне могла бы и заранее догадаться.

– То есть они строят гробницу, чтобы потом её разрушить? – единственное, что уточнила.

Странная логика. Закидали бы тогда сразу камнями, делов-то. Вышло бы уж точно быстрее и проще. Заодно не пришлось бы сейчас страдать из-за того, что двенадцатого не хватает. На тот момент он в наличии был.

– Ага, – согласился со мной Джинн. – Именно так.

Искать логику я перестала. Осознала кое-что ещё.

Вот почему Эсма ушла!

Не во мне вовсе дело.

Раз уж ей неизвестно, что Амитиас выжил, да и сам вопрос его выживания до сих пор под вопросом, для Старых Богов больше нет угрозы в виде возможного заточения. Убивать их тоже нельзя. По крайней мере, по версии большинства. Она, как и её брат, могут свободно творить и дальше что им угодно. И кто знает, чем они в таком случае заняты сейчас. Тогда, когда для Аксартона больше нет от них никакого спасения.

Что сказать…

Паршивое обстоятельство!

– Да ладно тебе, чего сразу раскисла? – заметил мой эмоциональный раздрай элементаль. – Ты же не дала ему умереть. И не позволишь, насколько я понимаю, – типа успокоил, но нет, ведь сразу продолжил: – А если бы, кстати, позволила, то тогда брак эйна с чёрной ведьмой перестал бы действовать.

– Угу, как только наш сын родится, непременно так и поступлю, – огрызнулась, отмахнувшись от него.

Отвернулась. Не обязательно и дальше смотреть на него, чтобы знать, насколько сильно он мне не поверил. А я слишком уж глубоко задумалась о том, что если б в самом деле позволила, то решилась бы не только насущная проблема с нынешним браком папочки моего чада. Стал бы повелитель огненных пустынь частью моего легиона, был бы тогда более послушным, ни в чём со мной не спорил, и жить с ним вообще была бы сущая красота… хотя стоп! О чём я вообще? Я же с ним рядом исключительно по необходимости. Как раз потому, что он – это он, такой, какой есть. С чего бы мне тогда задумываться о том, что, даже если необходимость отпадёт, я всё равно останусь с ним?

Это всё стресс…

Не иначе!

Совсем перестала адекватно соображать.

Последнее – прям неоспоримо. Ведь так увлеклась собственными мыслями, что упустила самое важное.

Эйн.

Он…

– Не знал, что мой развод настолько тебе важен, – раздалось за моей спиной, отчего я вздрогнула.

Пропустила ведь, как очнулся!

И не просто очнулся, но и поднялся с постели. А я обернулась на звук его голоса слишком резко. Аж голова закружилась. Пришлось проморгаться. Как минимум для того, чтоб убедиться, что мне реально не мерещится.

Нет, не мерещилось. Мужчина в самом деле стоял прямо передо мной. Смотрел на меня и улыбался с таким самодовольством, как если бы не пребывал на пороге смерти меньше суток назад. Выглядел вполне бодренько. Если не считать того, как явно залегли под глазами тени, и того, что его рана вновь открылась и кровоточила. Стоял на ногах всё равно уверенно и твёрдо. Даже ничуть не пошатнулся, когда я в несколько быстрых шагов преодолела оставшееся между нами расстояние, крепко взяв его за руку, затем потащив за собой. Свои ворчливые комментарии о том, что я думаю по поводу случившегося, так и быть, временно при себе придержала.

Или не совсем…

– Что ты делаешь? – озадачился Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский, хотя сопротивляться не стал.

Послушно зашёл, ведомый мной, в смежное помещение, где я усадила его на бортик купальни.

– Разве не очевидно? – не удержалась от ехидства. – Собираюсь избавиться от тебя, чтоб не мешал. До твоего пробуждения у нас тут, вообще-то, шёл важный разговор.

Как только полилась вода, я взяла несколько салфеток из числа тех, что успела заготовить ранее, положив их поблизости, и наполнила небольшую каменную чашу, поставив её рядом.

– А это тогда зачем? – насмешливо выгнул бровь.

– Сказала же, собираюсь избавиться от тебя. Утоплю, чтоб наверняка, – криво усмехнулась.

Скорее всего, любая другая на моём месте вела бы себя куда более вежливо. Обрадовалась бы. И повисла бы на его шее, выражая всю свою радость оттого, что самое плохое позади. Но моя радость всё никак не наступала. Хотя совершенно точно должна была. А ещё полагалось уйти напряжению, что пронизывало меня всё время с того момента, как эйн укрыл меня собой, приняв удар на себя.

Но оно не убавлялось. Совсем. Ни разу.

Наоборот, практически душило меня.

Кажется, всё становилось лишь хуже…

Несмотря на то что я честно изо всех сил старалась сосредоточиться не на переполняющих меня эмоциях, а на том, что куда более важно. Например, на той же повязке, которую, поджав губы, аккуратно разматывала, чтобы заново омыть рану и наложить иначе. Справилась довольно скоро. Тут думать не надо. Руки сами всё помнят. Мне это делать не в первый и даже далеко не в десятый раз. А вот для того, чтобы убрать разводы крови, пришлось помучиться. Очень уж старалась касаться лишь влажной тканью, но не пальцами, пока стирала следы с мускулистой спины и плеч. В итоге так и не закончила. Замерла, как только услышала задумчивое:

– Ты наложила повязку, – констатировал эйн и тут же пояснил: – Не только эту. Предыдущую тоже. Ты. Сама.

С учётом того, насколько одинаково выглядело, понятно, почему он догадался. Непонятно только, что именно его в этом так удивило. Я же валькирия. А может, и не удивило.

– А ты рассчитывал воспользоваться поводом, чтобы порадовать собой кого-то ещё? – фальшиво изумилась в свою очередь я сама. – Даже не думай, – добавила мрачно, с трудом справляясь с заново нахлынувшим раздражением. – Пока я здесь, этого не будет.

Обойдутся!

И он, и наложницы его, и так называемая жена…

Ну а что? Всё по справедливости! Раз уж мне никаких воинов и невоинов, то и ему тоже… даже прислужниц! Если страдать в одиночестве, так вместе.

Хотя сам эйн, кажется, всё не так понял.

– Ты удивительная, ты знаешь? – вдруг сказал и перехватил мою ладонь.

Затем и вовсе развернулся, пристально глядя в мои глаза, продолжая вот точно так же, как при пробуждении, непонятно чему самодовольно улыбаться.

– Ну да, не каждая забредшая в твою спальню наложница способна стащить клинки, – огрызнулась я.

– Я был тогда в шоке, – по-своему согласился со мной он.

– Но это не помешало тебе очень быстро прийти в себя и оставить потом в глубоком шоке меня саму, – отозвалась ядовито.

Ничего не могла с собой поделать. Взять себя в руки никак не удавалось. Как если бы в меня демон вселился. И, вместо того чтобы призвать себя к спокойствию, хотелось лишь придушить недавно вернувшегося к жизни. Ну, или утопить, как в том самым честным образом ему созналась.

Почему?

Да просто…

– Зачем ты это сделал? – не выдержала в итоге.

Попробовала выдернуть ладонь, но его хватка оказалась, по обыкновению, сильна.

– Что именно? – не понял меня маг крови.

Хотя нет, всё он понял!

Но упорно изображал обратное. Недаром, как только спросила, притянул меня к себе ближе, вынудив сесть рядом. Вернее, даже не так. Усадил к себе на колени.

– Зачем ты закрыл меня собой? – всё равно уточнила. – Это же совершенно неразумно. Ты должен был открыть портал и отразить удар. Но лишил себя этой возможности, потратив время на то, чтобы стать живым щитом. Щит из тебя, кстати, получился очень паршивый и хрупкий, так что вдвойне не стоило этого делать.

Тряпица, которая прежде была зажата в моей руке, плюхнулась на мраморный пол.

– Ты сама верно заметила, на несколько манёвров сразу не оставалось времени и возможности, – ровным вкрадчивым тоном отозвался эйн. – Если бы я опоздал хотя бы на миг, поставив в приоритет что-то иное, тебя бы задело. Если бы я тебя оттолкнул, ты бы упала, и тебя тоже вполне могло зацепить.

Нахмурилась. Смотреть на него так и не перестала. Несмотря на то что это опять каким-то странным образом причиняло боль. Будто в груди что-то застряло. Что-то колючее и очень острое, сущая пытка.

– И что, что упала? – переспросила. – Это в любом случае было очень глупо с твоей стороны, – обвинила.

Вот только он ничего такого не уловил.

– Я знал, что ты не позволишь мне умереть, – мягко улыбнулся, перехватывая мою руку иначе, аккуратно сжимая пальцы. – Как тогда, в пустыне, – поднёс мою ладонь к лицу и прижался губами к внутренней стороне запястья. – И даже не потому, что я нужен тебе, чтобы наш сын родился.

Тут он тоже был неправ. Именно так я фактически и собиралась поступить. Дать ему умереть. Ведь да? Если не считать того противоречиво противного чувства, застрявшего в груди, до сих пор мешающего свободно дышать.

Нужен он мне, видите ли, как же!

– Только попробуй ещё хоть раз так сделать! – разозлившись в первую очередь на саму себя за внутренний бунт, заехала ему в плечо.

С некоторым усилием, но сократила все свои непонятные эмоции до минимума. Постаралась вообще больше не думать и не прислушиваться к своим странным чувствам. От того, кто их вызывал, вовсе отвернулась.

– Ты меня ударила? – будто сам себе не поверил, настолько удивился повелитель огненных пустынь.

– В следующий раз получишь по лицу, – проворчала.

Не то чтобы я стойко верила, что этот следующий раз непременно наступит. Наоборот. Но всё равно уже сказала. Да и забрать свои слова назад или же внести немаловажные уточнения в любом случае не успела. Мужчине и того мало оказалось. В смысле, что продолжил меня и дальше жутко бесить своим поведением и самим фактом своего существования.

– В таком случае не стоит откладывать, потому что уверяю тебя, если придётся, я сделаю это снова. Не сомневайся даже, – не согласился со мной эйн.

В общем, сам же так и напрашивался!

Хотя повторно ударить не вышло. Как только замахнулась, исключительно с целью продемонстрировать верность своему обещанию, мужская ладонь тут же обхватила меня за затылок, вынуждая на секундочку вновь посмотреть на её обладателя, а губы пленило глубоким поцелуем. Настолько жадным, словно от его силы зависело, останемся ли мы оба живы. Весь воздух из лёгких враз вытянуло. Ни шанса мне не осталось на сопротивление. Я и не собиралась сопротивляться. Разве что вцепилась в широкие мощные плечи, чтобы не потерять равновесие от того, как вдруг закружилась моя голова, а ноги стали ощущаться до того слабыми, словно отказывались подчиняться своей хозяйке, то есть мне.

– Не обязательно вытягивать из меня силу, – прошептала тихо-тихо, как только возможность говорить вернулась ко мне вместе с крохами разумности. – Ни единого всплеска со вчера не случ… – Так и не договорила.

Или обязательно?

Ему же надо восстановиться.

Или нет?

Не из-за гипотетически необходимого восстановления своих сил он это сотворил.

– Я знаю, – так же тихо отозвался Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский, уткнувшись лбом в мой лоб, крепко прижимая к себе за талию. – И не делаю этого. Не сейчас, – развеял моё вспыхнувшее заблуждение.

– Тогда зачем? – озадачилась.

– Ты и сама знаешь, – улыбнулся он мне в ответ. – Мне это нужно. И тебе тоже.

Вовсе нет!

Или да?

– Ты быстро восстановился, – отодвинулась и подозрительно прищурилась, пристально разглядывая собеседника, вновь задумываясь о том, что, несмотря на весь случившийся стресс, будущий эйн не доставлял никаких хлопот, пока папочка был в отключке. – Даже слишком. Архивампир сказал, ты не должен очнуться минимум до рассвета.

До которого по-прежнему было ещё далеко.

– Ты делаешь меня выносливее и сильнее, – беззаботно пожал плечами повелитель Аксартона.

Ага, я – как же…

Так ему и поверила!

Скорее будущий эйн. Видимо, поэтому с момента нападения и до сих пор ни одного спонтанного всплеска магии и не случилось. Она вся ушла в главу ковена магов крови. Каким именно образом, если прежде это случалось совершенно иначе? Не имела ни малейшего понятия. Особенно в свете того, о чём говорил сам Амитиас. Но спорить в очередной раз не стала. Как и возражать, когда он вновь притянул к себе поближе, обнимая крепче прежнего, будто бы я собиралась сбежать, раз уж побить его у меня не получилось. Вспомнила о нашем с ним разговоре с самого начала.

– Ты сказал, только от нас зависит, каким будет мир, в котором предстоит жить нашему сыну, – вздохнула, решив зайти с другой стороны. – Не смей его рушить, – пригрозила.

Больше не смотрела на него. Но даже так с лёгкостью почувствовала ещё одну его ласковую улыбку.

– Звучит так, как если бы я был тебе действительно нужен, – прокомментировал.

Что сказать…

Всё-таки неоспоримый талант!

У него. Бесить меня.

Но поддаваться не стала.

Вспомнила кое о чём ещё.

– Виноградники испортились, – заново вздохнула, уже не скрывая своей грусти.

По своему вкусненькому виноградику, конечно же.

– Совсем испортились? – разделил со мной мою нескончаемую печаль и эйн.

Невольно поморщилась.

– Частично выжили, но всё-таки испортились, – поёрзала на мужских коленях, подумывая о том, что пора бы уже и слезать.

Тщетная попытка с моей стороны. Как только возвела небольшую дистанцию между нами, та опять сократилась до минимума.

– Ничего, исправим, – заверил меня эйн, перехватывая в своих объятиях иначе. – Сделаем ещё лучше.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Сам и вовсе поднялся на ноги. Вместе со мной. Не отпустил и тогда, когда добрался сперва до спальни, затем и до кровати, куда уложил нас обоих. Но надо отдать должное, больше приставать не стал. Прикрыл глаза.

– Ты тоже устала, – произнёс вкрадчиво. – Отдохни.

Тут он был безоговорочно прав. Хотя я в этом, конечно же, ему не призналась. Просто сделала, как он велел. И впервые за долгое время действительно очень быстро уснула…