Глава 15

При виде Яны мои глаза вспыхнули радостью.

Ура, она не пропала, драконы ее никуда не запрятали за помощь мне. И даже настраивать что-то пригласили. Или она работает в одной конторе с этим рыжим? Нет, точно, леди Жеммина говорила, что хотела сюда ее вызвать для настройки…

Но почему она тогда не отвечала так долго? Ладно, это мы выясним.

Я думала, что Редьярду тоже сейчас будут проводить эту процедуру с кристаллом, но он то ли сделал это до того, как я появилась в библиотеке, то ли ему как главному достаточно было просто самого факта договора…

Мастер немного посидел за монитором, потом подозвал Яну и что-то коротко сказал ей, я не разобрала, что именно.

Та кивнула и набрала какую-то комбинацию на клавиатуре. Затем оба нахмурились, и рыжий компьютерщик, нервно забросив волосы за ухо, повернул к нам монитор.

— Не раньше сегодняшней ночи, леди, — развел он руками, показывая мне какой-то мудреный график.

— Я научу вас пользоваться анализатором состояния Ткани, леди, — сказала Яна, обращаясь ко мне.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Ну все, значит, все процедуры завершены? — властным тоном поинтересовался Редьярд у мастера.

— Да, милорд, — коротко ответил тот, вставая.

— А раз так, то можно закончить с этим.

Лорд Редьярд подошел ко мне, фамильярно подхватил под руку.

— Пойдем, дорогая. Здесь все закончат без нас.

Я, оглянувшись на Яну, дала себя увести.

Но в одной из комнаток, через которые мы проходили, я попыталась отстраниться.

— Все… Нас никто не видит, можно и не притворяться.

— Притворяться? — Дракон, кажется, оскорбился до глубины его чешуйчатой души.

— Но ведь ты знаешь, что я…

— Это ничего не меняет, я тебе уже говорил не раз, — раздраженно бросил дракон. — Мы избранники. Со всем твоим сомнительным прошлым, мужьями и детьми.

Теперь уже оскорбилась я. Это мое-то прошлое сомнительное?

— А ты сам вел исключительно праведную жизнь и хранил свою девственность для меня, — съязвила я.

— Это другое! — возразил он. — Я же мужчина! И да, у меня нет бастардов, прижитых до брака!

Я закипела. Это кого он еще бастардом назвал, а?

— Раз так, может, все-таки найдешь себе женщину подостойнее?

— Придется обходиться той, что есть, — кисло улыбаясь, протянул дракон. — Тем более что притворяться придется много. Помолвка через шесть дней, — стал он загибать свои тонкие, холеные пальцы, — до нее всякие мелочи вроде посещения выставки, празднества в честь восемьсотлетия Эйренгора, модной премьеры в столичном театре…

— Через шесть дней? — ужаснулась я.

А если я за шесть дней ничего выяснить не успею? И разве я смогу забрать ребенка?

— Ну да. — У Редьярда был вид, словно речь идет об общеизвестном факте.

— А почему я узнаю об этом только сейчас?

— Да потому что это не твоя забота! — вспылил дракон. — Ты все равно никого тут не знаешь, в местном этикете не разбираешься. Твоя обязанность была всего лишь надеть красивое платье, подобрать украшения и быть милой с гостями! А теперь как быть…

— Может, отложить?

— Но помолвка уже объявлена, приглашения разосланы. Приготовления уже идут… Думаешь, легко сделать торжественный прием за такое короткое время?

— Но когда ты успел?

— Когда мы вернулись с прогулки. Не хотел беспокоить тебя.

— Не забудь тогда предупредить о дате бракосочетания, — ядовито сказала я. — Кстати, она-то хоть еще не выбрана?

— Пока нет. — Дракон сделал вид, что не заметил шпильки в свой адрес. — Но медлить мы не будем, хотя и слишком торопиться тоже нельзя.

— Но мы уже поторопились!

— Не я же предложил показаться на публике, — возразил дракон, намекая на наше появления на пляже.

Я покраснела.

— Но я же не знала, что это повлечет такие серьезные последствия! Я просто хотела погулять… Не думала, что поднимется такая шумиха!

— Ты думала, что подданные не узнают своего дракона? — изумился тот.

— Нет! Но есть же какие-нибудь заклинания… Иллюзии, морок, невидимость, что-нибудь в этом роде! Ты всегда ходишь по городу под восторженные крики и щелканье фотоаппаратов?

— Это же естественно для моего статуса, — пожал плечами дракон. — Раз уж мы появились на публике вместе, лучше не тянуть с помолвкой. Что же касается свадьбы, то если мы поженимся слишком рано, это будет сильным нарушением правил этикета. Пойдут слухи, что невеста беременна и даже, возможно, не от жениха…

— Кстати, — спросила я, — когда мы перенесем сюда моего сына, то кем он будет считаться? Это тоже скандал для твоей репутации? Или ты мне предлагаешь отослать его в дальнее имение, на воспитание к чужим людям, и никогда больше не видеть?

— Хм, а эта идея мне нравится, — с иронией в голосе сказал дракон, вроде бы шутя, но я завелась.

— Если я не смогу быть рядом с сыном, то никакой свадьбы не будет, так и знай!

— Ты связана магической клятвой, — напомнил дракон.

— Да пошли вы все со своей магией! Я вообще не собиралась никуда попадать! Жила себе спокойно, занималась любимым делом…

Топнув ногой, я побрела прочь, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать.

— Это книги-то писать? — хмыкнул дракон. — Это несерьезно, Женя. То есть ты считаешь, что твои выдумки важнее возможности овладеть магическим даром, стать хозяйкой древнего замка и обрести настоящую любовь?

— Важнее! — крикнула я уже чисто из духа противоречия.

Дракон только хмыкнул мне вслед.

Я пошла в свою комнату, схватилась за телефон, чтобы написать Яне — но та все еще не прочитала моих сообщений. Странно. Она что, телефон потеряла?

Сидя в кресле с телефоном в руках, я размышляла, что теперь делать. Глупо с моей стороны было ссориться с драконом, но восстановление памяти выбило меня из колеи, хотелось кричать на всех, кусать и бить руками подушку. А он-то сейчас что делает, интересно?

“Неужели к матушке побежал жаловаться?” — с обидой подумала я.

А кстати, сработает ли на этот раз…

Я снова вытянула спрятанную палочку и коснулась ею кристального сердечка.

Снова сработало! На этот раз дракон сидел один у себя в кабинете с недовольным видом. Ага, значит, эта штука настроена на него, а не просто дает мне волшебным образом подслушивать чужие важные разговоры. Интересно, как она работает? Потому что между нами магическая связь? Но тогда у него должен быть какой-нибудь симметричный амулет…

На этот раз ничего интересного я не услышала. Только какое-то невнятное потрескивание. Я с досадой выдохнула и откинулась на спинку, закрыв глаза.

… И увидела дракона.

Редьярд сидел в своем кабинете, перед столом с грудой бумаг и старомодной чернильницей с пером, уставившись невидящим взором в пространство перед собой.

Я резко открыла глаза — видение пропало. Закрыла снова — ничего не произошло.

Хм, дело в контакте палочки и сердечка?

Так и вышло. После повторного касания я закрыла глаза и снова увидела дракона, барабанящего пальцами по столу — медленно и как-то странно, словно он играл на невидимом рояле. Ах да, точно, он же говорил, что музыкой занимался, сочинял…

Или нет… Больше похоже на…

Кажется, он печатал на невидимой клавиатуре.

Так и оказалось. Понаблюдав за драконом пару минут, я увидела, как он задел что-то рукой, и бумаги превратились в самый настоящий компьютер — примерно такой же, стилизованный под старину, но это был именно компьютер!

Я еле удержалась, чтобы не хихикнуть.

То есть он сидит такой, делает вид, что работает, а сам в местном инете зависает? Жаль только, что экран был повернут к дракону, и я не могла заглянуть в него. Я представила, что смотрю из-за плеча Редьярда, но угол обзора нисколько не поменялся.

Почти сразу вспомнились слова его матушки про какой-то закрытый мужской форум “вислобрюхих кривокрылов”. Нет, конечно, может, я тут веселюсь, а он там работу работает, как говорится… Интересно, может, и матушка его тоже сейчас что-нибудь в сети почитывает? Или на том же форуме зарегистрировалась под другим ником да троллит сына вместе с его сетевыми приятелями?

Но волшебные свойства палочки с кристаллом на матушку не распространялись. Видимо, в прошлые разы я слышала ее потому, что она находилась рядом с Редьярдом.

Я немного упала духом. Видимо, мы все же настоящие избранники, раз у меня есть с ним связь. Именно с ним.

Ладно, раз ничего интересного я пока узнать не могу, то нужно собраться с мыслями и подумать о насущном.

Во-первых, мне нужно залезть в переписку с Юлькой и другими подругами, с которыми я могла обсуждать личную жизнь, и узнать про наше житье-бытье с Костей. Хотя я уже почти уверена, что мне придется здесь остаться и выйти замуж за Редьярда. Надеюсь все-таки, что это произойдет не слишком быстро. Но перепроверить не помешает. В сеть я выйду уже сегодня ночью, а до ночи постараюсь напрячь память и вспомнить побольше.

Во-вторых, мне нужно сделать все, чтобы перетащить сюда Илюшу. Об этом я должна поговорить с Яной, потому что Редьярду и даже его матушке я не слишком доверяла в этом вопросе. Дракону пасынок на хвост не упал, если можно так выразиться, а леди Жеммина довольно умна и вполне может действовать в моих интересах, только если они совпадут с ее собственными.

Редьярд ведь даже имени ребенка не спросил. Я понимала, что он очень разочарован этим фактом, но мне хотелось, чтобы он позаботился и о моих чувствах. В конце концов, он-то в своем привычном мире, купается в обожании подданных, у него наверняка есть какие-то друзья. А мне тут безумно одиноко. Эмилия и Лара, конечно, славные, но они держатся отстраненно, соблюдая этикет и, возможно, следуя какому-нибудь правилу из трудового контракта. С Яной я тоже бы хотела сойтись поближе, но получится ли у нас видеться? Не запретит ли мне потом муженек-аристократ дружить с простолюдинкой?

— Тук-тук, — раздался веселый знакомый голос. — Ой, прошу прощения. Позволите войти, миледи?

Яна!

Я, не в силах удержаться от радостной улыбки, вскочила с кресла. Эмилии и Ларе, впустившим Яну, я велела оставить нас наедине, и они, подав нам по моей просьбе чаю со сладостями, скрылись в глубине комнат.

— Привет, звезда Эйренгора, — весело ухмыльнулась Яна, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. — Видела твои фотки уже.

— Нас не подслушивают? — вздрогнула я от ее фамильярности.

— Да я думаю, что скорее да, чем нет, — пожала плечами Яна. — Но придется смириться с этим. Я ж теперь здесь по контракту, у вас в замке. Буду следить за доступом в Интернет. Телефон вот отобрали, жесть, конечно, непривычно без него.

— Как — отобрали? — оторопела я. — Вот почему ты не отвечала… А я писала тебе.

— Да так, помнишь же, я рассказывала, что все драконы тащатся от старины? Ноуты-телефоны у слуг всех в сейфах, выдают и включают изредка, по ночам в основном, в сети полазать. Звонки запрещены, потому что какому-то из магических контуров могут помешать, но многие здесь вахтами работают, месяц и потерпеть можно. Вот и у меня телефон лежит сейчас за семью замками. И артефакт от подслушивания я здесь не могу использовать, условиям контракта противоречит.

Это меня несколько обескуражило. Что ж, придется за каждым словом следить.

— Но на мне заклинаний-следилок нет, это точно, — сказала Яна. — Тоже контрактом запрещено. Не поняла пока, распространяется ли этот пункт на неслужебные разговоры… Но хорошо бы, если да.

— Надеюсь, что ты права. А где ты видела фотки, раз у тебя телефон забрали? — поинтересовалась я.

— Да ты спроси, где я их не видела. В газетах утренних были, Рыж со своего телефона показывал. Сенсация прямо.

— Кто?

— Ну, мастер, который настройщик. Кликуха у него такая. Рыжий потому что, — пояснила Яна очевидное.

— А ты с ним вместе работаешь?

— Не, он из отдела межмировых связей. Тавихарская межмировая служба. Сокращенно “Тамес” называется. У нас фирмочка попроще, хотя и “дочка” той, в которой он работает.

— Эх, знала бы я… — тоскливо протянула я.

— Чего это? — насторожилась Яна.

— Да я сама виновата… Потащилась на этот пляж дурацкий. Не подумала… — вздохнула я.

— Ну и что, что потащилась? — принялась защищать меня подруга. — А то тебе тут весело в замке сидеть и носа на улицу не казать! Честно говоря, это он тобой хотел похвастаться. Захотел бы — чары невидимости наложил, иллюзию на себя, делов-то. Или хотя б тебя предупредил. А ты только себя винишь.

— Да я говорила с ним… Нравится ему, что его узнают везде, — сказала я.

— Извращение, — проворчала Яна. — Ладно, бог с ним. Ты мне главное скажи: удалось тебе в Интернет залезть по моей ссылке? Что ты узнала? — Яна сгорала от любопытства.

— Что у меня есть не только муж, но и сын.

— Фигас-се! — Яна присвистнула.

— Сама в шоке.

— И ты все равно избранница? Так бывает? — недоверчиво посмотрела на меня Яна. — Вроде как ни разу такого не случалось, чтоб избранница — да еще и с целой семьей в прошлом.

— Точно не случалось? Откуда ты знаешь?

— Э-э… — Яна почесала в затылке. — Ну я не то чтобы специалистка, но местные порядки уже поизучала. А после твоего появления пошла сеть шерстить на тему избранности. Везде юные девы, без детей и мужей… Если только…

— Если только что? — спросила я, поскольку Яна не закончила фразы.

— А кто его знает, может, просто о бывших семьях не пишут в биографиях. Чтоб красивее было, — закончила свою мысль Яна. — Ну или память стирается, ты же вон жаловалась, что не помнишь…

Я похолодела.

— Я боюсь. Вдруг они мне голову заморочат, память магией сотрут, а сын там без меня останется…

— А сколько ему? — спросила Яна.

— Три.

— Года?

— Ага.

— Мелкий совсем, — вздохнула Яна. — Ты его сюда хочешь забрать?

— Да. Обратно-то ведь не получится вернуться, — обреченно сказала я.

— А ты хочешь?

— Не знаю, — честно сказала я. — Хотелось бы, наверное, но я ведь про мужа толком не поняла. И волнуюсь.

— В смысле?

— Помнишь сны мои?

— Помню, конечно, — кивнула Яна.

— Ну и как сама думаешь, мужик из моих снов способен о ребенке позаботиться? Да он его голодным оставит, если в садике вообще не забудет! — с горечью в голосе произнесла я.

— Ну вы с ним хоть пообщаться успели?

— Успели немного, — подтвердила я. — По общению вроде нормальный, но ведь ему меня вернуть надо, да и сомневаюсь я, что вышла замуж за откровенного козла. Читала же, как оно бывает, то он весь из себя хороший, а как понимает, что ты никуда не денешься, сразу козлеет. Вот я сейчас делась так делась!

— Блин, надо как-то проверить… — Яна задумчиво допила остатки чая.

— Вот я и хочу это сделать, как в интернет зайти можно будет… Кстати, а как тебе удалось обойтись без всех этих процедур и настроек? — спросила я. — Может, еще раз получится так же? С телефона-то спокойнее мне, что следить не станут.

— С компа пока сиди, — обескуражила меня Яна. — Это мне на тестирование дали. У нас мобильное приложение разрабатывают по новым технологиям. Чтоб заморочек меньше, но совсем без лицензии все равно нельзя будет. И опять же с оглядкой на состояние Ткани Мироздания. Вот сейчас пока тестируем, и еще одна конторка в Славии делает аналог, уж не знаю, кто быстрей справится… Это страна такая, Славия, — пояснила она мне то, что я уже знала. — Прикинь, у них там деньги — рубли, как у нас.

— Попаданцы завезли? — попробовала догадаться я.

— Не-а. Оказывается, правителя ихнего, который те деньги ввел, Рубелом звали. Вот и монеты с его рожей рублями назвали. Прикинь, совпадение?

— Забавно, — слабо улыбнулась я. Тревога за сына не отпускала. — А что за таблетки такие — авирил, не знаешь?

— Слышала вроде… Точно не помню. — Яна потянулась к карману за телефоном, но тут же вспомнила, что его там теперь быть не может. — Давай на твоем позырим.

Она взяла мой слайдер и уставилась в экран.

— Считай, что витамины. Плюс успокоительный эффект. А тебе зачем?

— Доктор прописал. Точно витамины?

— Да точно. Химия тут примерно та же, что у нас, много похожего, — авторитетно заявила Яна, и я вспомнила, что в нашем родном мире она училась на биофаке. — Магической составляющей нет. Если хочешь, упаковку покажи, сравним.

— Он, кажется, сам их лепит, — сказала я.

— Ну, тут я пас. Не знаю, может, он от себя чего и добавляет. Но фабричные точно без магии. На память влиять не должны. В смысле, теоретически мозги прочистить могут, в смысле улучшить память, но чтоб стереть — нет там ничего такого.

— Фух, ты меня успокоила. — Я посмотрела на подругу с благодарностью. — Спасибо тебе. Я-то в химии не разбираюсь.

— Да не за что, брось. Если вдруг что — мне расскажи побольше, я напомню, — подмигнула Яна.

— А если и тебе сотрут? — невесело усмехнулась я.

— А я бэкап сделаю, чтоб потом себе самой напомнить. Слушай, а дракон твой что, разрешил тебе пацана сюда притащить? Это ж, по его меркам, неприлично. Он небось своих хочет.

— Хочет, конечно, — скривилась я. — Надеюсь, тут контрацепция есть? Не готова я пока рожать, а он с замужем торопит… Помолвка, говорит, через шесть дней.

— И потянуть время нельзя? — сочувственно сказала Яна.

— Я клятву дала, магическую. Вот дура, — вздохнула я.

— Это ты попала, да, — присвистнула Яна. — Контрацепция тут есть, и как у нас, и магическая, но истинным парам все равно от размножения не убежишь. Я читала, что дети избранниц отличаются умом и сообразительностью, — процитировала она знакомый мне с детства мультик. — То есть супер-пупер магической одаренностью.

— Слушай, а как так может быть? — спросила я. — Вот смотри, дракон — существо магическое. Драконица тоже. Как тогда дети от обычной девушки могут быть одареннее? И они драконы или как?

— Во, и я про это тоже тут задумалась! — обрадованно заговорила Яна. — Самой интересно стало, пошла Сфинксушке вопросы задавать. Смотри как: если дракон размножается с драконихой, то дети, конечно, драконы, без вариантов. Из-за человечьей ипостаси они могут размножаться с людьми, и тогда дети — люди. А вот от избранницы, прикинь, — драконы!

— Ничего себе… — пробормотала я.

— Ага. Готова быть матерью драконов? — усмехнулась Яна.

— А генетически там что?

— А тут разбираться надо, я же только человеческую учила, здесь магия влияет. Короче, получается так, что у тебя с драконом на редкость удачное сочетание генов. Практически как у дракониц, в том плане, что можно иметь потомство с оборотом. Сама, конечно, оборачиваться не сможешь, потому что ты все-таки человек.

— Да мне, как бы, и не надо… — пробормотала я, пытаясь уместить в голове несложное, но отчего-то шокирующее объяснение.

Но практически сразу мне пришло на ум еще одно соображение.

— Ян, — спросила я. — Но ведь драконицы-то круче по уровню магии, чем любая девушка из нашего мира. Они же сами по себе волшебные. Почему дети могут оборачиваться, я, считай, поняла. А почему они тогда суперталантливые?

— Да вот тоже пока не соображу, — сказала Яна, разводя руками и чуть не задев опустевшую чашку. — У меня, конечно, есть предположение, что дракоши вырождались бы без избранниц… Все-таки сколько их тут? Не так-то уж и много должно быть. Надо будет подумать на досуге… Кстати, кажется, досуг у меня кончается. Пойду уважаемой матушке чинить комп, она заглянуть просила…

— Ты, это, поосторожней с ней, — на всякий случай сказала я.

— А что?

— Не знаю, — сказала я. — Просто все еще боюсь, что они на тебе как-то отыграются за помощь мне. Ведь если бы не твоя ссылка, я бы могла и не вспомнить про сына. А теперь у них проблемы лишние. Правда, я с них клятву брала, чтоб тебе не вредили.

— Ну, тогда не боись, — весело ответила Яна, вставая с кресла. — Клятва магическая — дело такое, на кривой козе не объедешь! Ну, пока.

— Пока… — вздохнула я. Хотя я вовсе не была уверена, по-настоящему мне дали клятву или нет. Я ведь не разбираюсь в магии, и одурачить меня, сымитировав любой магический эффект, легче легкого.

Да уж, теперь понятно, что так просто меня не отпустят. Что же мне делать теперь?

Неожиданно на ум пришла яркая сцена для новой книги. Я прошла в библиотеку, включила компьютер, на котором пока еще нельзя было выйти в интернет. Слова сами вырывались из-под пальцев, летавших по клавишам. Я стучала и стучала по клавиатуре, изливая свою боль, тревогу и тоску, которая становилась как будто только сильнее. В конце концов у меня закружилась голова, и я упала лицом в стол.

Очнулась я от того, что меня энергично трясли за плечо.

— Леди, что с вами? Сейчас я позову доктора…

— Не нужно. — Мои глаза сфокусировались на служанке.

— Но вам… Я не знала, где вы… Хорошо, догадалась здесь поискать, не беспокоя милорда.

— Со мной все почти в порядке, —— сказала я хрипло, чувствуя, как в горле пересохло. — Я хочу пить.

— Пойдемте в ваши покои, леди…

Служанка отвела меня в комнату, и я с удивлением отметила, что уже поздний вечер. Всего-то еще часика три подождать, и будет можно снова списаться с мужем и посмотреть переписку с подругами.

Правда, эта перестраховщица снова притащила мне доктора. Заспанный колобок бегло осмотрел меня, пожурил за нарушения режима, выдал еще пару пилюль, проследив, чтобы одну из них я выпила сразу при нем, и ушел.

Я полулежала в кровати, ковыряя легкий ужин, который мне принесли, как больной, на подносе, и гоняла в голове воспоминания, словно кусочки пазла. Они, как назло, не желали складываться, но я упорно забивала их в память смартфона непонятными аббревиатурами и понятными только мне ключевыми словами.

Наконец время до сеанса истекло, и я бодро вскочила с постели. Было уже три часа ночи, но спать не хотелось совершенно. Сейчас я узнаю еще что-нибудь важное!

Интернет послушно, хоть и раздражающе медленно загрузился, и я бросилась проверять сообщения.

Их было с десяток, и все они были от мужа. Словно я больше ни для кого не существовала. Да и муж, я подозреваю, мог писать мне лишь потому, что я сама напомнила ему о себе.

Сообщения были очень экспрессивные и состояли по большей части из нецензурных слов. Если выкинуть из них мат и немножко литературно отредактировать, то выглядели они примерно так:

“Сегодня Илюха в садике (описался). А я штаны ему запасные забыл. Пришлось чужие просить. Полный (жесть). Потом он еще в автобусе разнылся. Купил ему пирожок с (очень плохой) картохой. Купи, купи. А сам пару раз куснул — и орет. Лук там, (блин).”

“Вот сейчас два часа ночи, сижу на кухне как дурак. Вставать завтра в(дурацкий) сад. Илюху еле уложил, читал, читал ему, а он свое: а почему, а почему? Чуть не треснул. Щас сижу вот, чаи гоняю, а там еще (описанное) это все в рюкзаке протекло и воняет. Стирку забыл поставить. В магазе забыл яйца купить. (Очень плохая) жизнь”

“Я вот думаю, что ты все равно прочитаешь это (дурацкое) нытье. (Блин), вот как ты с ним, считай, в одно рыло справлялась? Я так (задолбался). Спать пора, а я на кухне сижу.”

“Ты ведь вернешься?”

“Сижу постоянно проверяю, онлайн ты или нет”.

“Ответь как сможешь, что ты в порядке. Или как в этот (очень плохой) мир провалиться”.

“(Блин), он ночью еще и кровать (прописал). Я (блин) не успел в машинку бросить. Вчера не развесил. Искал, где штаны его на смену. (Ничего) не нашел, какие-то в коридоре на полке были, они малы ему, ну и (ладно). Рюкзак еще воняет, (блин)“.

Я читала сообщение за сообщением и сходила с ума от тревоги. Бедный мой мальчик! Илюшка очень активный, да и возраст такой, когда все дети способны кого угодно вывести из себя бесконечными вопросами и капризами. А Костя с ним уже несколько дней один… Только бы он его не ударил в самом деле!

Глубоко вздохнув, я начала печатать:

“Штаны на вырост лежат в…”

И замерла. А где же лежат Илюшкины штанишки? И желательно, чтобы Костя еще это понял. Сама бы я за пять секунд нашла, но сейчас приходилось мучительно соображать, как сделать инструкцию максимально четкой.

Память, видимо, сочла это неважной мелочью, или действие механизма забвения поломалось, но я, немного понапрягав мозги, вспомнила. И максимально подробно постаралась описать, где лежат Илюшкины вещи на вырост — в трех разных местах, вот что мне стоило разобрать их и разложить поаккуратнее?

Но ведь я всегда знала, где что лежит дома, потому что с рождением Илюшки перешла на удаленку, а потом и вовсе была уволена, потому что и оформлена официально не была на самом деле.

Оставив мужу примерно полсотни инструкций, где вещи на какую погоду, какие марки любимой Илюшкиной каши и какие продукты ему покупать, а какие — ни в коем случае, я бросила быстрый взгляд на оставшееся мне время и нашла в списке бесед свою лучшую подругу.

Я открыла переписку с Юлькой и буквально впилась глазами в экран. Читая строчку за строчкой, от конца, я невольно улыбалась, остро ощутив, насколько я соскучилась. Мы с Юлькой еще со школы дружили, поступали вместе, и даже мое замужество не стало препятствием для нашего общения. Одну нашу подругу, Галку, мы так и потеряли — ее благоверный каждый раз кривил рот, стоило только Галке заикнуться о каких-то развлечениях отдельно от него. В итоге она пару раз притаскивала на наши сборища своего Тему, общение не клеилось, и Галка теперь ограничивалась лайками к нашим фоткам и онлайн-общением.

Так, первое: значит, Костя не запрещал мне общаться с подругами. За это я мысленно поставила мужу плюсик.

Переписка наша оказалась километровой, мы чатились часто и душевно. Поэтому я, с сожалением оторвавшись, сделала поиск по слову “Костя”, чтобы отсечь болтовню о сериалах, ее жалобы на неудачи в личной жизни, обсуждения событий из жизни наших знакомых и просто смешные мемчики и музыку, которой мы щедро обменивались. И много-много обсуждений моей книжки, которую Юлька активно и с удовольствием читала, предлагая иногда сюжетные ходы.

И как мне сразу это в голову не пришло?

Когда интернет-соединение разорвалось, я тупо уставилась на выскочившую табличку, ощутив внезапно, как у меня болят глаза. Ну да, уже рассвело, часов шесть утра…

Я вернулась в свои покои, умылась холодной водой, пытаясь унять боль, и легла, прокручивая в голове прочитанное.

Пока что я не нашла никаких подтверждений тому, что увидела в снах. Муж, конечно, был не идеальным, со своими недостатками — чего стоила его манера писать сплошной матерщиной. Но пока что я не успела прочитать ни про какие его измены, рукоприкладство или беспробудное пьянство. Хотя я, можно сказать, только начала чтение…

События, которые мы с Юлькой обсуждали, при чтении ощущались как яркие вспышки: точно, мы там были, да, конечно, мы обожали эту музыкальную группу и вон тот сериал, а наш одногруппник откалывал те дурацкие шуточки, которые до сих пор заставляли меня неудержимо хохотать.

Что касается Кости, то в основном я упоминала рутинные дела: задержался с работы, снова задержался с работы, хотели вместе сходить к знакомым, но Илюшка затемпературил. Обсуждали подарок ему на день рождения.

Могла ли я просто не дочитать до тех мест, где жалуюсь на то, что он вытворял в моих снах? Могла. Ведь в части снов не было Илюши, возможно, это было год или даже несколько лет назад.

Могла ли я скрывать от подруги неприглядные поступки моего мужа?

Этот вопрос заставил меня подумать подольше. Все же скорее могла, чем нет. Я даже вспомнила, что Димка, с которым я встречалась в студенчестве, как-то обнаружил мою переписку с подругой, где мы перемывали ему кости, и устроил знатный скандалище. Могла я с тех пор стать скрытнее и обсуждать это только в разговорах наедине? Могла.

Жаль, что спросить подругу напрямую я не решалась. Как я поняла, все мои попытки восстановить прошлые контакты могут окончательно разрушить механизм магического забвения, и мою пропажу заметят все… Особенно сын.

Нет, пусть лучше подольше не знает. Он же очень ласковый мальчик и сильно привязан ко мне. Папу он тоже любит, конечно, но от меня сын всегда отлипал с трудом. Завтра поговорю с драконом, чтобы узнать, как можно мне перенести сюда Илюшку. За это я согласна любое платье надеть и где угодно перед толпой фотографов позировать, рассказывая, как жду не дождусь свадьбы.

Да и спрошу-ка я и у Кости напрямую, что у нас с браком было. Если он будет врать, я почувствую, обязательно почувствую!

Я все выясню в следующий сеанс.