Глава 16.2

Однако вскоре мы все уже сидели за тяжёлым большим столом. Сама кухонька была крохотной, стол этот занимал едва ли не половину пространства, со стороны окна заставленный высокими мутными бутылками с торчащими из них сухоцветами и вполне живыми, растущими, явно съедобными, а то и целебными травами. В бутылках этих тонул свет, что и без того превращался в невесомую дымку, просачиваясь сквозь белые занавески, и горело стекло, словно причудливые лампы…

Под низким потолком весели пучки белых зонтиков-соцветий, похожих на тысячелистник. А ещё какие-то корешки, которые, как узнала я спустя минут десять, годятся для варки супа.

Нора тут же принялась хлопотать у печи, ради нас, нежеланных гостей, варя с этими корешками похлёбку. И пусть она была без мяса, благодаря этим растениям бульон получился с привкусом говядины. Кроме того в нём попадались кусочки, похожие на картофель, морковь, зелень и нечто вроде затирки из грубо помолотой муки. Это уже помогала Норе готовить Мила, очень трогательно вылепляя из теста кружочки, стараясь не израсходовать за зря ни щепотки муки, которая здесь ценилась на вес золота.

Меня, как ни странно, к готовке не допустили, Вард отчёливо дал мне понять, что я здесь едва ли не как правящая единица вместе с ним на переговорах.

Смешно… Он видно хотел меня так уважить, сделать приятно, но мне было забавно и немного неловко. К тому же я всё ещё не согласилась с ним быть, чтобы меня уже к жёнам приписывали!

Мальчишки же без стеснения разглядывали морри, что возвышался за столом горой покрупнее самого Варда. А тот и рад такому вниманию, откровенно над этим потешаясь. Рандил то и дело подмигивал им и ухмылялся, пытаясь шутки ради напугать их клыками, что были куда длиннее человеческих. Однако лично меня рассмешил больше Арми, что в итоге не выдержал этого и, приняв холодный невозмутимый вид, с ничего не выражающим бледным лицом произнёс:

– Перед тобой маг, – кивком указал он на Кэса, – и дракон, наследник соседней страны, – прижал ладонь к своей груди, – хватит валять дурака, уж морри мы точно не боимся!

Я прыснула от смеха в кулачок, но сразу же сдержалась и, поблагодарив Нору, поставившую передо мной миску с похлёбкой, попробовала угощение.

– Итак, – начал Вард, в свою очередь приняв только чашу с ароматным чаем, не желая объедать и без того бедную семью, – сердитесь вы все напрасно. Новые времена всегда несут перемены, и эти должны быть хорошими.

– Что ж хорошего, – перебила его Нора, обтирая руки о фартук, – девок наших отдавать лесным тварям!

– Ну, не такая я уж и тварь, – протянул Рандил, – народ мой неплох. Уж не хуже вашего!

– Нет-нет, – покачала женщина головой, – отставим споры! Лучше скажите, кто вы такие, чтобы столь серьёзные решения принимать?!

– Это ваш правитель, Вард, – вновь протянул Рандил, ещё довольнее, чем до того, – оправившийся от долгой болезни-проклятия. И так удачно пришедший сюда.

Нора, поперхнувшись воздухом, спиной вжалась в дальний угол у печи, да так и застыла там, во все глаза разглядывая дракона.

– Да, – продолжил тот, – так о чём я… Лили, мы думаем объединить народы. Брак, это хорошее начало. Смешение морри с людьми. Посмотрим, как оно выйдет… Лишним не будет. Мне сейчас нужно как-то укреплять позиции, на случай продолжения конфликта с соседями, обзавестись интересными… – тут он всё же скользнул взглядом по Амри и заменил слово «воины» на другое: – подданными. Да и остатки проклятия быстрее истают, когда магия иного рода сольётся с жизнями людей.

– Для морри тоже это выгодно, – проговорил Рандил, – нас станет больше. От союза морри и человека родятся не полулюди, а либо люди, либо морри. Вероятность равна.

Всё звучало даже безобидно и разумно, но что-то мне подсказывало, что на деле эта затея будет иметь большое сопротивление у людей. И первая «подопытная невеста» рада наверняка не будет. И уже от этого участвовать во всём мне не хотелось.

С другой стороны, неужели я и правда имею право голоса?

Сощурившись, только решила проверить это на деле, как вдруг неприметная крохотная дверца, которую вначале я даже не заметила, со скрипом открылась и все замерли, никак не ожидая того, кто именно перешагнёт порог комнатки, больше напоминающей чулан под печкой.