Эпилог

Снег в этом году сошёл рано.

Ну, то есть это Дар так сказал. Для меня-то прошла целая вечность, прежде чем от грейморских морозов перестали стучать зубы и расхотелось постоянно кутаться в шали, пледы, шарфы. Прежде я и не подумала бы, что вообще могу замерзнуть – у оборотней кровь горячая, а уж у крупных кошек так тем более. А вот поди ж ты – и от шубы не отказалась, и даже шапку послушно напялила.

Это, правда, не совсем моё желание. Морозы я бы перетерпела – на что ни пойдёшь ради красоты и удобства, даже если ты профессиональная охотница на нечисть. Однако тут возникло одно «но» по имени Дердра: медвежья бабуля, будь её воля, и самому Хаосу нанесла бы радость да причинила счастье. Второе «но» именовалось Джилом, всё так же бодро выстукивало порнороманчики и, очутившись в окружении сразу двух беременных тигриц, пустилось во все тяжкие.

Серьёзно, когда мой братец из просто заботливого омеги превратился в сущую наседку? А уж когда Лил родила котёнка – оказалось, что дом, казавшийся таким большим, уже не без труда вмещает весь наш внезапно разросшийся клан. Нет, малыш Арти пока занимает не так много места – всего-то одну кроватку, – но нянек у него столько, что для них впору выкупать целый отель. Кэм, чьих вещей в нашем доме становится всё больше. Дердра, которая своё обещание не доверять ребенка «безответственным соплякам» сдерживает изо всех сил (коих для дамы её крайне почтенного возраста оказалось более чем достаточно). Алэки, любящая детишек и, кажется, моего Джила. А ещё ведь есть я, Дар, прочие беты-омеги, его и мои; мелкий пакостник Хота, чьей энергии хватит на троих… И скоро будет ещё один котенок.

Едва подумав об этом, я невольно коснулась заметно округлившегося живота. Хаос великий, ну вот за что ты меня так?..

Ладно, вру. Как ни пугает меня мысль о будущем малыше – ну в самом деле, где я, матёрая охотница, и где вся эта семейная идиллия за белым штакетником? – а всё же я счастлива. Наверное. Благодаря семье, друзьям и Дару. Тому Дару, который самый сильный альфа Севера, моя альфа-пара, мой…

…мой будущий ужин. Убью и сожру!

– Да чтоб вас, медведей, с вашими берлогами! Маграт, когда это закончится? – заорала я, едва не подпрыгнув на месте от оглушающего грохота.

Беты Дара, помогающие ему со всем этим строительным рукоблудием, чуть не бегом помчались от нас подальше, якобы на перекур – и плевать им, брехунам, что нет на свете курящих оборотней. Сам же Дар, умудрившийся невесть каким образом уронить здоровенный молоток (ну хоть не себе на ногу, дурень!), выглянул из-за груды досок и как ни в чём не бывало заявил:

– Когда надо, тогда и закончится! Заметь, киса: ты сама жаловалась, что тебе мало места!

Ну да, жаловалась. Я с этой беременностью много на что жалуюсь, вечно ною и много ем. Очень много ем и скоро либо лопну, либо разорю все фермы в округе. Как это было у Лил, мой тигрёнок требует целую прорву мяса. В том, что у нас с Даром будет именно тигрёнок, ни капли не сомневаюсь – ни один медвежонок не заставил бы меня сожрать в обед три монструозных полусырых стейка и закусить всё это кровяными колбасками от Дердры.

– Даже если и так, это не значит, что нужно строить мне отдельное крыло! Ты с чувством меры знаком хоть по слухам?

– Кто сказал, что я строю его тебе? – возразил Дар с самодовольной до тошноты физиономией. – Ты уже в третий раз отказываешься выйти за меня замуж! Это для нашей снежинки, а ты, вредина, сможешь уединяться в вашем кошачьем домике.

– Это что, шантаж? Ну уж нет, Маграт, – заявила я не без мстительного удовольствия. В четвёртый раз, да. – Нет, мать твою медведицу. Мне что, шестнадцать – по залёту жениться? Не пойду я ни в какой замуж, у меня пузо размером с дирижабль!

Пассажир «дирижабля» принялся усердно пинаться – как это и бывало всякий раз, когда я осмеливалась спорить с её трижды долбаным папочкой. Вообще-то обидно малость: она этого засранца ни разу не видела, а уже любит его больше, чем меня! И это после всех моих мучений!

– И да, – продолжила я, недовольно поморщившись, – в мой кошачий домик можно при желании упихать весь твой так называемый клан. Почему нельзя было просто переехать ко мне?

Серьёзно, я всё чаще задаюсь этим вопросом. У меня куча места, но Маграту приспичило поразвлечься и нагородить берлогу, в которую не то что клан – половина Греймора влезет. И на кой, спрашивается?

И пусть только ляпнет про свою мужскую гордость. Разведусь с придурком!.. А, да, мы ж ещё даже не женаты… Ну и подумаешь, всё равно разведусь. Вот так-то.

– Потому что вы, тигры, склочные асоциальные злюки. Где ты будешь прятаться от меня, когда захочешь сныкать оленя? А от нашей крошки? А она от нас? Вам, девочкам, надо будет отдыхать от меня и друг от друга!

Он учёл наши кошачьи потребности, и мне бы следовало оценить этот поразительно чуткий, тактичный жест, полный любви и заботы… однако сейчас я слишком сержусь и донельзя хочу поточить об кого-нибудь когти. Выкрутился, чтоб его! Ничего другого, впрочем, я не ожидала – это же Дар, он и самого Прядильщика уболтает. Что я вообще нашла в этом проходимце?

– Ну допустим, – пробурчала я, неловко сложив руки на груди. Вернее, под грудью. Её и раньше-то было многовато, а теперь она везде. Бесит. – Да больше скажу: ты очень даже прав. Ибо прямо сейчас мне от тебя и твоих проклятых застроек охота сбежать месяцев на… ай!

Дар вмиг позабыл обо всех наших препирательствах и очутился рядом.

– Что такое?

– Ничего нового, Маграт. Твой ребёнок вовсю помогает тебе надо мной измываться, – я обвинительно стукнула его по плечу, точно Дар был единственным виновником моей беременности.

Но когда прижала руку к животу, на губы невольно наползла улыбка. Боги, как можно настолько полюбить кого-то, кого даже ни разу не видел? Особенно мелкую засранку, заскучавшую там взаперти и приспособившую мой бедный мочевой пузырь вместо футбольного мяча. До смерти охота её увидеть, прикоснуться, прижать к груди… Да и банальное любопытство заедает: какая она? На кого похожа – на меня или на Дара?..

Ну, характером уже сейчас явно в своего холерного папеньку. Доставучая зараза. И как от таких крохотных ножек может быть так тошно! Если когда-нибудь решусь завести второго – буду просить у Хаоса кроткую омежку.

– Малышка Фрейя вся в папу, – посетовала я со вздохом. – Не успела родиться, а уже бросает мне вызов из-за всякой ерунды.

– Две девочки-альфы на мою голову – и чем я заслужил такое наказание? – шутливо ужаснулся Дар, притянув меня ближе к себе, и положил свою ладонь поверх моей. А я невольно залюбовалась своим альфой: такое восторженное обожание отразилось на его суровом, мужественном лице. – Ну же, Регинхильд, будь хорошей киской, прекрати пинать мамочку. Она у нас и так не в духе.

Ах, ты… папенькина дочка! Едва лишь заслышав уговоры, несносное создание тут же угомонилось. Кому скажешь, не поверят!

– Регинхильд? Ты это, блин, серьёзно?

– Да половину девчонок на Севере зовут Фрейями!

– Зато их в школе не дразнят!

Надо сказать, протестую я уже по привычке. Регинхильд… можно сократить на республиканский манер, и будет Реджина. Пожалуй, это первое имя, которое почти не привело меня в ужас: Маграт совсем свихнулся, пытаясь сочинить своей уникальной снежинке имечко позабористее, а его родственнички не сильно отставали. Уж мне эти северяне с их языколомательными идеями…

Впрочем, я не осталась в долгу. Предложила назвать нашу снежинку Александрой – а кто ж больше всех виновен в её зачатии, как не клятый лорд Тамрит? – и мой альфа бесновался часа три, не меньше. Я уж думала, не угомонится.

– Мы ещё обязательно это обсудим, – примирительно промолвил Дар.

Ну прямо одолжение сделал… Да кто его слушать будет? Кого раздуло до размеров тыквы, тот и выбирает имя ребёнку!

А потом он привлёк меня к себе, принялся целовать мои губы, гладить плечи и спину… В общем, делать всё то, от чего я готова на что угодно согласиться, лишь бы он не переставал согревать меня своим теплом.

– Так мы поженимся или да? – в очередной раз легонько прикусив мою шею, спросил Дар.

Расслабившись и изрядно поплыв от вроде бы привычных нежностей, я не сразу поняла, о чём меня спрашивают. Да что там, я вообще не думала. Машинально выдохнула тихое «да»… и только потом сообразила, что произошло, – когда отстранилась и столкнулась со смеющимся взглядом.

– Нет-нет-нет! Маграт, это нечестно! Нет, никаких поженимся, я отказываюсь!..

– Ха! Поздно, киса, тебя уже услышал Друадах.

– Что? Когда?! У тебя руки были заняты!..

Дар помахал передо мной коммом, с экрана которого на нас довольно пялился вредный гном.

– Ты не зажмёшь нам свадьбу, маршал киса! Ни за что! Нетушки! Пора, значится, стать приличной женщиной! – сурово возвестил Друадах. – Вы это, месяца три-четыре обождите, пока поспеют ваше дитё да моя настоечка. Вот тогда загляденье выйдет, а не свадебка! Заодно и младенчика поименуем – стал’ быть, две гулянки по цене одной!

– О, Хаос, я возвращаюсь на юг!

– Я так не думаю, – замотал головой Дар, распрощался с ушлым гномом и упрятал комм в карман. Снова притянул меня к себе, обвил руки вокруг талии… или вокруг того, что когда-то было талией. – Ты останешься со мной, моя тигрица. Не отпущу тебя, вас обоих, ни за что и никогда. И найду где угодно. Веришь?

Верю. И, кажется, ничего не имею против.

Но никакой, чтоб её, адской настоечки на моей свадьбе не будет! Нет и всё тут!