История четырнадцатая

Экскурсия по дому оказалась не такой страшной, как я нафантазировала. В отличие от моей приемной семьи Кирэс жил в старинном особняке и с удовольствием делился со мной его историей. Ухаживать за домом помогала молодая семейная пара, также приехавшая из Калестеля. Несмотря на предложение задержаться подольше, я сбежала при первом же удобном случае – в «Клевере» ждала нера Наллия. Но Кирэс взял с меня слово в ближайшее время прийти на занятия по контролю силы.

За ужином я рассказала родителям о предложении следователя позаниматься. Рыжик после моих слов совершенно неприлично захихикала, так что пришлось кинуть в нее салфетку. Зато отец неожиданно одобрил идею. А затем до самого десерта сетовал, что сам не догадался нанять мне учителя.

В результате уже на следующий день я стояла перед калиткой, ведущей к особняку следователя, и не решалась нажать звонок. Кирэс убедил, что заниматься лучше в специально оборудованном зале, который сможет сдержать и развеять излишнюю энергию, если она вырвется из-под контроля. В подвале его дома как раз был такой. И вот, закончив все дела в «Клевере», я пришла по нужному адресу и робко мялась перед входом. После того, что я увидела в ванной этого дома, я не могла относиться к Кирэсу по-прежнему. Если раньше я воспринимала его исключительно как друга семьи, вытаскивающего меня из передряг, то теперь перед глазами всплывал образ молодого красивого мужчины, затмевая все.

Внезапно раздалась мелодичная трель, и калитка медленно открылась. Вскинув голову, я увидела в окне первого этажа улыбающегося следователя. Смутившись оттого, что опять попала в неловкую ситуацию, я поспешила войти.

– Вот здесь мы и будем заниматься, – произнес Кирэс, пропуская меня вперед.

Я с удивлением осматривала черные стены, по периметру расписанные незнакомыми символами. На полу лежало несколько матов, а вот потолка как будто не было. Во всяком случае, так мне сначала показалось.

– Наверху зеркала, искривленные специальным образом, – мягко произнес коар, заметив мой интерес. – Магические светильники расположены так, чтобы иллюзия открытого пространства усиливалась. Это помогает при занятиях.

– Немного жутковато, – шепотом произнесла я, поежившись. – Словно над тобой разверзлась бездна.

– Да? – Коар усмехнулся. – Не задумывался. Рина, выбирай место и садись. Стопы прижми друг к другу, чтобы замкнуть энергетические потоки.

Дождавшись, пока я выполню все оговоренное, Кирэс расположился напротив.

– Теперь ладони положи вот сюда. – Он взял мои руки и передвинул на щиколотки. – Чуть не забыл – сними браслет-накопитель. Он нам будет мешать. Вот, теперь стопы придвинь ближе к себе.

– Какая-то не очень удобная поза, – прокряхтела я.

– Это с непривычки. А теперь закрой глаза, глубоко вдохни и расслабься.

Расслабиться в таком положении и рядом с потенциальным женихом у меня плохо получалось.

– Первый и очень важный этап работы с магией – осознание. Ты должна осознать, что действительно обладаешь волшебной силой, что можешь создавать невероятные вещи.

Сейчас, когда особенно обострились слух и осязание, я удивилась тому, какой у Кирэса глубокий, бархатистый голос.

– Отринь посторонние мысли. Пойми, что магия наполняет каждую клеточку тела и она не враг. Она является частью тебя. Глубоко вдохни. Выдохни. Осознание наполняет тебя. Ты чувствуешь, что магическая сила, как и сердце, не прячется больше в пятках…

Нер Шейн лукаво улыбнулся при этом сравнении, а я невольно рассмеялась и почувствовала, как наконец уходит напряжение. Он продолжал говорить простые, но такие важные слова, а перед моим внутренним взором искрилась сила. Она омывала, щекотала и действительно являлась неотделимой частью.

– Ты быстро справилась с заданием. – Я почувствовала, как на плечи легли теплые руки. – Осознание быстрее всего постигают дети. Им проще принять необычные, необъяснимые вещи.

Я приоткрыла глаза и посмотрела на следователя. Его лицо оказалось неожиданно близко, но мужчина не двигался, молча удерживая мой взгляд.

– Мы можем сделать перерыв. Выпить фризы, а затем приступить ко второму этапу.

– Он тоже такой… – Я пыталась подобрать подходящее слово.

– Скучный? – рассмеялся следователь и, поднявшись на ноги, протянул мне руку. – Почти. Ты уже осознала, что владеешь силой. Теперь тебе надо принять себя такой, какая есть. Да, магия живет внутри тебя. Да, она может быть как созидательной, так и разрушительной, но она неотъемлемая часть. Ты должна принять это.

– А принимать обязательно именно в той комнате?

Мы уже поднялись на первый этаж и дошли до столовой, где был накрыт десертный столик.

– Желательно. Если у создания есть какой-то внутренний барьер, то сила может выйти из-под контроля.

– Ой, я забыла накопитель. – Я резко встала, намереваясь вернуться и забрать украшение.

– Ринаэль, не волнуйся, с ним все будет в порядке.

– А со мной?

– Я не дам тебя в обиду.

В его голосе было столько заботы, что я поверила. Опустившись на стул, придвинула к себе чашку с напитком и смущенно отвела взгляд.

– Расскажи о себе, – неожиданно попросил Кирэс. – Где прошло твое детство? Как так получилось, что ты совсем не знаешь свою магию?

В голове тут же всплыли воспоминания о Тени, проводимых ею ритуалах и жестоких экспериментах. По коже побежали мурашки, и я невольно передернула плечами. Я не хотела рассказывать о той, кто отравлял мое прошлое, хоть она и оберегала как от всплесков магии, так и от ретивых поклонников.

– Рина, ты побледнела. Воспоминания не из приятных?

Я молча кивнула.

– Сейчас не лучший момент, чтобы бередить старые раны, – продолжил коар, видя мое молчание. – Но я надеюсь, что в будущем ты разделишь со мной эту боль и она станет… не такой острой. Попробуй вспомнить что-нибудь приятное. Как ты училась травничеству?

– Своих родителей я не помню, да и не уверена, что видела их вообще. Я жила с тетей Ольной. – Глоток горячего напитка позволил справиться с дрожью. – Она была травницей в нашей деревеньке и учила меня всему, что знала сама: разбираться в растениях, готовить отвары, вести хозяйство.

Слова лились плавным ручьем, освобождая душу от накопившейся боли и сожалений – не спасла, не попрощалась. Тетя не виновата, что Тень использовала ее тело в качестве сосуда. Да и что могла противопоставить слабая травница темной сущности?

Допивая фризу, я рассказывала, как познакомилась с четой Ниль и что они обещали тете позаботиться обо мне.

– Иногда я вижу сны, в которых нер Варго уходит и больше не возвращается…

– Тебе больше нечего бояться. Мне жаль, что твоя тетя умерла, – произнес Кирэс, когда я замолчала. – Но я безмерно счастлив, что Варго и Наллия забрали тебя с собой.

– Я тоже. Они действительно стали мне родителями.

– Тогда предлагаю на этой счастливой ноте вернуться к занятиям.

На этот раз мне захотелось сесть прямо по центру. Запрокинув голову, я всмотрелась в отражение, но вместо себя увидела неясные образы.

– Осторожно, Рина, может закружиться голова, – предостерег коар.

– Она и так кругом от всего происходящего, – тихо пробурчала я.

– Если ты чувствуешь в себе силы, давай приступим. Позу лучше прими немного другую. Опустись на колени. – Кирэс наглядно продемонстрировал свои слова. – Теперь садись на пятки. Ладони сложи вместе на уровне груди. Сосредоточься и вспомни, что магия наполняет каждую клетку тела. Она циркулирует в организме, ища выход. Представь, что она сосредоточилась в твоих ладонях. Почувствуй ее тепло.

Выполнив поочередно все сказанное, я сосредоточилась на ладонях, но они не радовали. Я закрыла глаза и стала прокручивать в голове все, что говорил следователь до этого. Пытаясь представить, как может выглядеть магия в моей крови, я действительно почувствовала движение силы. Ладони постепенно нагревались.

«Зря ты это делаешь. Зря».

Раздавшийся в голове голос Тени напугал. Вскрикнув, я резко развела ладони, и тут раздался хлопок. Меня откинуло на спину, а в воздухе пахнуло грозой. Я почувствовала, что от испуга произошел выброс силы, а поскольку накопитель все еще лежал в стороне, сдержать ее было некому. Я боялась открыть глаза и посмотреть, что случилось с Кирэсом.

– Ринаэль, – лица коснулись мягкие пальцы, – с тобой все в порядке? Потолок впитал выброс, но, видимо, не до конца. Ты не должна была пострадать.

– Я упала от страха. – Собственный голос показался чужим. Я осторожно открыла глаза.

– Будем работать. Ты должна принять свою магию, а не бояться ее.

На этом мы решили прерваться. От перенапряжения у меня мелко подрагивали руки. Да и на ногах я стояла неуверенно. По словам Кирэса, для первого раза мы достигли значительных результатов. Он давал мне пару дней отдыха, а потом опять ждал на занятия. А пока проводил до дома. За легкой беседой время пролетело на удивление комфортно и интересно. Когда я вошла в прихожую, в голове все еще крутился наш разговор, пока на меня не обрушился рыжий вихрь.

– Рина! Ты не представляешь, что я узнала!

– Удиви меня. – Я невольно рассмеялась, настолько заразительная энергия фонтанировала из сестренки.

– Пойдем скорее в комнату.

Как только за нами закрылась дверь, она продолжила:

– Кирэс эль Шейн подрался с лордом Морэем!

– С Бесником? – от удивления я буквально рухнула на кровать.

– С ним самым. Сознавайся, ты сделала выбор и он не понравился следователю? Ну чего ты молчишь? Мне же интересно. – Голубые огоньки на ее волосах вспыхнули ярче.

– Я просто не знаю, что сказать. Может, они не из-за меня? – затеплилась робкая надежда.

Рыжик задорно рассмеялась, опровергая мою теорию.

– Я сразу обоим сказала, что замуж не хочу. А за Бесника, оказывается, еще и не могу, – чуть тише добавила я.

– Либо ты это как-то неуверенно сказала…

– Либо?

– Девочки, идите ужинать! – донесся с первого этажа голос приемной матери, помешавший получить ответ от сестренки.

– Пошли, – махнула рукой Алия. – Не переживай, все решится. Время нам в помощь.

В столовой уже витали потрясающие ароматы еды, напоминая о молодом растущем организме, которому требовалось много и часто питаться.

– Рина, как проходят занятия в университете? – поинтересовалась нера Наллия, усаживая нас за стол. – Тебе все нравится?

– Очень интересно. – Я положила себе салат и небольшой кусок мяса. – Некоторые магистры весьма специфичны в подаче материала, но в целом – познавательно и увлекательно.

– Не передумала поступать в следующем году? – спросил нер Варго. – Не испугалась нагрузки?

– Нагрузок я не боюсь. Да и окружающие оказались не такими уж страшными, – смущенно улыбнулась я. – Мне понравилось учиться. И я напросилась взять меня на практические занятия, на которые идет группа Алии послезавтра.

– Что за практические? – уточнил ледяной демон.

– Ты не поверишь, – усмехнулась Рыжик, – по контролю темной силы. Профессор Некантус ведет нас на кладбище. Одна группа должна будет обнаружить потоки темной силы и взбаламутить их. А другая – привести в порядок все, что накудесничают однокурсники.

– Рина, ты уверена, что тебе стоит в этом участвовать? – обеспокоенно спросила нера Наллия. – Все же ты еще не студентка. Факультатив должен в общих чертах познакомить тебя с университетом и лекциями. Адаптировать к большому количеству созданий в одном месте. А идти на кладбище…

– Лекции – это здорово, но мне очень не хватает практики, – постаралась объяснить свое желание и успокоить приемных родителей. – Одно дело – слушать рассказы преподавателя о том, как нужно вести себя в разных ситуациях, и совсем другое – самой принимать решения в процессе. Но тут больше другое… Меня словно что-то тянет на этот практикум.

– Мы так и не знаем, какой у тебя дар, – задумчиво промолвила нера Наллия. – Возможно, он направляет тебя.

Я только развела руками. В последнее время в моей жизни происходило много неожиданного и непонятного. Мне оставалось только наблюдать и вовремя уворачиваться от ударов судьбы или ловить ее подарки.

– Алия, – строго произнес нер Варго, – следишь за сестрой, а не втягиваешь ее в свои приключения.

– Папа! – Рыжик сделала удивленно-невинное лицо. – Я никуда ее не втягиваю. – И добавила после небольшой паузы, задорно рассмеявшись: – Она сама.

* * *

На следующий день по дороге в универ мы разговорились с сестренкой о редких животных, нечисти и нежити.

– Погоди, Рина, а ты была в университетском зверинце?

– Кто бы меня туда пустил?

– Кто бы тебя туда сводил. Я все время забываю, что у тебя факультатив. Остальных студентов знакомят с этой уникальной коллекцией еще на первом курсе. А потом – по мере прохождения практики. Некоторые магистры любят щекотать нервы первогодкам.

Мы договорились после третьей пары встретиться на первом этаже и сходить на экскурсию. Точнее, это я думала, что будет экскурсия, а получилось, что неугомонный Рыжик опять втянула меня в авантюру. Первые подозрения закрались, когда мы спустились по лестнице в подвал. От небольшой площадки у лестницы отходило три коридора: выложенный плиткой пол, каменные стены, сводчатый потолок. Редко расставленные магические светильники едва освещали проход. Все двери были плотно закрыты, и ни одной живой души.

– Рина, ты топаешь, как дракон, – прошептала Алия, причем получилось у нее это весьма угрожающе. – Не хватало еще, чтоб нас заметили.

– Что ты хочешь этим сказать? – Я встала как вкопанная посреди сумрачного коридора. – Разве здесь нельзя находиться? Ты же сама говорила, что тут проходят занятия.

– Не стой столбом, – повернувшись, Алия шлепнула по листьям ближайшего растения, потянувшего ко мне свои стебли, – а то эти кочерыжки вмиг спеленают.

Взяв меня за руку, Алия быстрым шагом пошла вперед, пока не остановилась перед большими двустворчатыми дверьми. Приложив ладонь к круглой рамке, расположенной справа от косяка, она замерла.

Ничего не происходило.

– Эх, не сработало, – с исследовательским интересом в голосе произнесла Алия. – Тогда так…

Она зашептала на незнакомом мне языке, дунула на замок, и двери распахнулись с тихим скрежетом. Довольная собой, сестренка приглашающе кивнула.

– Алия, почему мне кажется, что мы сейчас без разрешения вломились в опасное место?

– Потому что ты паникерша. – Сапфировые глаза загорелись азартом. – Здесь не опаснее, чем на Рассветных островах, когда мы родителей от лаграсов спасали.

– Там я хотя бы понимала, ради кого рискую. А тут? – Я перешагнула порог и принюхалась. – Чуешь? Пахнет опасностью.

– Рина! – Рыжик не выдержала и засмеялась. – Это запах редких животных, а точнее, их жизнедеятельности. Видимо, сегодня еще не убирали в клетках.

Я огляделась по сторонам. В зверинце было не в пример светлее, чем в коридоре. Учитывая отсутствие окон в подвале, я пока не могла понять, как этого добивались. В разные стороны от входа расходились вольеры. Одни овальные, другие прямоугольные. Какие-то округлые и высокие, словно стволы исполинских деревьев. А другие совсем заросли травой, будто пустовали уже очень давно. Я невольно залюбовалась необычным дизайном и непроизвольно сделала шаг к первому вольеру. Животное в нем засуетилось, забегало, тихо поскуливая. Пару мгновений спустя к защитному стеклу из норы выбрался черный мохнатый зверь. Мне не доводилось таких видеть: тело сгорбленное и немного угловатое, он стоял на задних непропорционально длинных лапах, а передние выставил вперед. Острые когти угрожающе заскрежетали по барьеру, но взгляд был умоляющий. Прямо захотелось взять бедолагу на ручки.

– Это норчатый грызень. С виду милаха, но руку оттяпает – глазом не моргнешь. Пойдем.

Алия потащила меня дальше, а грызень что есть мочи заколотил по барьеру, завывая уже во весь голос.

– Да что с ним такое… Цыц… Обычно он тихий и старается не привлекать внимания. Здесь лис обыкновенный, правда, воскрешенный, – комментировала Рыжик, проходя мимо зверей. – Тут…

Я не расслышала, кто жил в следующей клетке, потому что стоило нам пройти, как лис тоже начал верещать и беситься.

– Алия, не нравится мне, как они себя ведут. Давай уйдем отсюда.

– Да, животные как будто взбесились. Обычно они в разы спокойнее.

– Тем более уходим.

– Сейчас, хочу показать тебе своего любимчика.

О том, кто является ее любимчиком, я так и не узнала. Раздался жуткий грохот, и вскоре дорогу нам преградила совершенно лысая зверюга с вытянутой узкой мордой и красными глазами.

Зверь зарычал, припал к земле, а затем перевел взгляд на меня и словно обрадовался: подпрыгнул и завилял всеми тремя хвостами, раскручивая их, словно лассо.

Алия выставила вперед руки, активируя на кончиках пальцев разряды. Зверь, почуяв магию, сменил обращенные ко мне ласковые повизгивания на угрожающее рычание и пробил одним из хвостов дыру в соседнем вольере. Оттуда стала медленно выползать змея. Судя по необычному виду, она тоже была или воскрешенная, или кем-то уже переваренная.

– Этого нам только не хватало, – пробормотала я, наблюдая, как пресмыкающееся, огибая Алию со спины, приближается ко мне.

Гам и вой в зверинце нарастали, но они не были угрожающими, хоть и заставляли нервничать. На краткий миг мне даже показалось, что звери обрадовались нашему появлению. Словно увидели хозяина после долгой разлуки и теперь жаждали ласки. Однако ни у меня, ни у Алии не возникло желания приласкать воскрешенных умертвий.

– Рина, – спросила Рыжик, не оборачиваясь, – ты, случайно, не читала, чем можно обездвижить шкарала? Не хотелось бы его убивать. Нас и так за этот разгром по головке не погладят.

Шкарал тяфкнул, будто соглашаясь с тем, что убивать его не следует.

– Даже если б и читала, – как ни старалась, я не смогла справиться с дрожью в голосе, – сейчас бы вряд ли вспомнила. Творец милосердный, пусть это будет не больно.

Я чувствовала, как змея, обвиваясь вокруг моей ноги, поднимается все выше. Я боялась опустить взгляд или пошевелиться, пока она не положила мне на плечо свою голову. Это было неожиданно.

– Ты там не голодная, что ли? – невольно вырвалось у меня.

– Я не могу думать о еде в такой момент, – ответила Рыжик, продолжая отгонять шкарала назад к вольеру небольшими молниями.

– Да я не тебе, – процедила сквозь зубы. – Кажется, ко мне подлизываются.

Стоило Алии отвлечься, как зверюга решила воспользоваться моментом и проскочить мимо нее. Следующие несколько секунд растянулись для меня в замедленный кошмар: с одной стороны зверь, с другой Алия, кинувшаяся ему наперерез. В это время с диким грохотом в зверинец ворвались служащие. Я их пока не видела, но ругань заглушила весь животный вой.

Змея лизнула меня в щеку и, сделав резкий выпад, кинулась к вновь прибывшим. В голове запульсировала мысль, что нас застукают, и не видать мне университета как своих ушей. Раздался рык, шкарал и Рыжик прыгнули одновременно, в результате сестренка завалилась на меня, я на пол, а зверь упал сверху. От удара из меня вышибло дух, и тут сработал перенос. Все, что я успела сделать, – это крепко обнять Алию в надежде, что ее перенесет со мной.

* * *

Головокружение закончилось, но я боялась открыть глаза. Вокруг стояла зловещая тишина.

– Нер следователь, у вас тут трупы размножаются, – послышался мужской удивленный голос.

– В каком смысле? Нрэд, что за глупости, он же один…

– Уже нет, – усмехнулся неизвестный мне Нрэд.

Послышались шаги, и я наконец-то рискнула открыть глаза. Тут же наткнулась на ошарашенный взгляд Алии, все еще лежащей на мне.

– Ринаэль?

В этом вопросе Кирэса смешались все возможные эмоции: удивление, радость, страх, злость… Последнее, я знала, было адресовано не мне, хоть я и не понимала пока природу этого знания.

– А мы вот с Алией решили посмотреть, как работают следователи, – извиняющимся тоном произнесла я.

– Ага, давненько трупов не видели, – усмехнулась Рыжик, поднимаясь на ноги и оглядываясь по сторонам.

В этот раз, хвала творцу, нас занесло не в мужскую ванную. Однако нахождение поблизости покойника спокойствия не добавляло.

Кирэс помог мне встать с земли и отряхнуться.

– Ну и как вы сюда попали?

– Случайно! – выпалила я.

– Я бы удивился, если специально.

– А где у вас труп? И что вообще происходит? – вмешалась в разговор Рыжик. – Мы очень далеко от универа?

– Давайте пройдем в штабную палатку и не будем мешать остальным работать.

Все это время мы находились на месте преступления, укрытом защитным куполом. Отсюда и такая неестественная тишина. Стоило переступить барьер, как на нас обрушились звуки природы, перешептывания сельчан и выкрики стражи.

– Мы у самой границы города.

– Опять нападение темных?

– Нет, всего лишь человеческая глупость и жадность, – вздохнул Кирэс и распахнул перед нами полу походной палатки. – Проходите. Она защищена от прослушивания, и можно спокойно поговорить.

– Нам особо нечего скрывать, – уверенно заявила Рыжик, усаживаясь в одно из кресел.

– Приятно это слышать. Тогда я жду подробный рассказ о том, какая опасность угрожала Рине на этот раз.

– Мне ничего не угрожало, – ответила я, старалась не поднимать взгляд на следователя. – Просто мы с Алией немного упали, я испугалась и, видимо, подарок расценил это как опасность.

– А что за подарок? – Рыжик с хитрым прищуром посмотрела на меня. – И как часто он тебя переносит к неру следователю?

Она едва сдерживала смех, а мне стало очень неловко.

– Мой подарок вы можете обсудить и дома, а сейчас… – Кирэс не договорил.

Необычный агрегат, стоящий на подставке рядом, издал три протяжных писка, привлекая внимание. Следователь подошел к нему, что-то прочитал, а потом поднял на нас полный укора взгляд.

– Зачем вы разгромили университетский зверинец?

– Не понимаем, о чем речь, – похлопала глазами Алия, состроив честную мордашку. Я решила последовать ее примеру. – А как вы узнали, что там – разгром?

– Николас подал жалобу городской страже. Сводки происшествий поступают всем следователям. Пишет, что некто неизвестный открыл все камеры и взорвал половину корпуса.

– Поклеп! Когда мы перемещались, там было открыто всего две камеры! – этим возмущением сестренка сдала нас с головой. – Ой…

– Алия проводила для меня экскурсию по университету. Мы дошли до зверинца и хотели посмотреть питомцев…

– Но звери словно взбесились. Я никогда такого не видела. Шкарал пробил ограждение и вырвался наружу…

– Бросился на нас и вот… мы тут, – подвела я итог. – Нас теперь исключат?

– Ты еще не являешься студенткой, – мягко улыбнулся Кирэс. – Чтобы исключить, тебя придется сначала зачислить.

– Так что же, Алия одна будет отдуваться?

– В университете, судя по всему, пока не установили виновников происшествия. Предлагаю не торопиться и подождать новостей. Мне нужно закончить здесь осмотр и проконтролировать сбор данных. Вы обе сидите здесь и ничего не трогаете до моего возвращения. – И очень тихо, на грани слышимости, добавил: – Бедный Вар. Две мелкие катастрофы. Но одна – уже моя.

Последние слова вызвали улыбку, неожиданно отзываясь в душе нежностью.