Глава 16. Куда вас занесло, Ваше Высочество?

Реймонд

Совершенно неожиданно арранд ощутил, что ему нужно вернуться в Шартанит. Объяснить причину этого побуждения он не смог, просто чувствовал, что сейчас он должен быть не здесь — в окружном управлении Вишнёвых Холмов — а в другом месте. Смутные очертания монументальной крепости витали в воздухе прямо перед глазами Реймонда, но этот укреплённый замок он не узнавал, изображение барахлило.

Уже третий день дракон испытывал странное беспокойство, а сейчас это ощущение усилилось и стало невыносимым. Ему словно не хватало воздуха, а сердце стискивало тугим обручем.

— Так, я вас услышал, будем думать, что предпринять, — сказал принц местному управляющему, который уже целый час жаловался гостю на разнузданное поведение вергов. — Сейчас мне срочно надо в Шартанит, неотложные дела. А вы должны продолжить осмотр магического барьера и сообщить о повреждениях, если их обнаружите.

— Приступим немедленно, ваше высочество. Я выделю людей. Спасибо, что заехали, что не забываете, — поблагодарил управляющий.

Реймонд выскочил во двор управления, где поджидал его любимый вороной. Иссиня-чёрная грива коня блестела на солнце, скакун оживился и всхрапнул, увидев хозяина.

Реймонд прикинул, далеко ли до постоянного портала, и понял, что придётся открывать временный. Но для этого необходимо выехать за пределы городка, иначе любопытная детвора успеет нырнуть в воронку, прежде, чем она захлопнется. Малышня и подростки вертелись рядом, рассматривая столичного гостя и его транспортное средство.

Ускакав резвым аллюром на километр от города, арранд сосредоточился и открыл портал прямо по курсу. Немедленно в большой воронке вскипело оранжевое варево, запузырилось, засверкало брызгами. Верный конь, привычный к портальным перемещениям, вдруг протестующе заржал и отказался с разбегу сигануть в кипящую воронку. Вместо этого поднялся на дыбы, а потом поскакал прочь.

Удивлённый странным поведением жеребца, Реймонд натянул поводья, железной рукой развернул коня в обратную сторону, пришпорил… Через мгновение всадник и вороной провалились в портал, где бурлило и закручивалось в спираль сжатое драконьей магией пространство…

Как ни странно, это перемещение сильно отличалось от любого другого. Перегрузка зашкаливала, организм сопротивлялся, в глазах потемнело. Реймонду показалось, что на долю мгновения каждую клеточку его тела расплющила и растянула в нить неведомая сила, а потом вернула в прежнее состояние.

Может, поэтому конь отказывался нырять в воронку? Ощутил животным инстинктом самосохранения: тут какая-то засада. Но ведь и принц тоже обладает звериным чутьём, он дракон. Однако Реймонд был настолько поглощён идеей побыстрее добраться до Шартанита, что не прислушивался к внутреннему голосу, летел, как на пожар.

Когда звон в ушах прекратился, а пелена перед глазами рассеялась, Реймонд обнаружил, что они с конём очутились в каком-то странном зале колоссальных размеров. Жеребец мотал головой и шевелил ушами. Приходил, бедняга, в себя.

Ещё шаг — и морда животного упрётся в длинный стол, по обе стороны которого сидели солидные пожилые господа в необычных, но отлично сшитых костюмах. Перед ними лежали бумаги с записями. Господа хранили на лицах важное и значительное выражение, но по особой атмосфере благолепия и страха Реймонд сразу понял, что это чиновники. Точно такая же аура царила в зале заседаний, когда отец муштровал кабинет министров.

«Промахнулся!» — мысленно вздохнул Реймонд.

Он явно улетел не в столицу, как планировал, а чуть дальше. Неужели в параллельный мир — в тот, откуда в Эралиане появляются пээли?

Точно.

«грассов корень!» — выругался Реймонд. Ему срочно надо в Шартанит, а он тут порхает, как бабочка, между мирами!

Так торопился, что пробил насквозь границу, шарахнул неистово всей силой нерастраченной драконьей энергии. От перегрузок едва не лопнули барабанные перепонки. Межмировой переход всё-таки лучше совершать налегке, а не в обнимку с любимым скакуном. Если в одиночку, сопротивление пространства и времени было бы в десять раз ниже.

Так, а что дальше?

Все присутствующие в зале повернули головы в его сторону и молча, но совершенно обалдевшими глазами смотрели на Реймонда.

Во главе стола сидел мужчина в таком же тёмном костюме, белоснежной рубахе и чёрном галстуке в белую крапинку. Позади него на стене висел ярко-красный геральдический щит с золотой двуглавой птицей в трёх коронах. По бокам от щита блестели тяжёлым шёлком государственные стяги бело-сине-красного цвета.

Мужчина напряжённо буравил Реймонда жёстким взглядом.

«Это их главный», — понял принц.

— Креативно, — заметил император из параллельного мира. — В таком виде на заседание правительства ещё никто у нас не являлся. Но вот конь — это явный перебор. Надо было оставить на парковке. Что-то не узнаю вас в гриме?

Главный прищурился, и как-то уж очень неприятно.

«Пора валить», — подумал Реймонд и в следующую секунду открыл портал прямо в десяти метрах от себя. К счастью, размеры помещения позволяли развернуться. Предполагая, что конь снова заартачится, дракон сразу же пришпорил его и натянул поводья, направляя в центр кипящей воронки…

Настя

Просидев три дня в камере, я думала, что хуже быть не может.

Может!

Оказывается, всё это была милая прелюдия к тому кошмару, который начался дальше…

Я успела умереть от страха уже тогда, когда мы спускались по каменной лестнице замка — всё ниже и ниже. Снова не знала куда и зачем меня ведут, трое стражников и их начальник хранили гробовое молчание, они ничего не собирались объяснять. Наконец мы спустились в настоящее подземелье. Если в камере воздух был свежим, то здесь — тяжёлым и влажным. Длинный и мрачный коридор освещался лишь фонарями в руках моих конвоиров.

— Что вы со мной сделаете? Что вы придумали? — в отчаянии обращалась я к стражникам, но мужчины старательно отводили взгляды в сторону. Мои жалкие вопли явно достигали цели и бередили им душу, было заметно, что им самим неприятно то, что они делают.

Но мне-то от их тщательно скрываемого сочувствия не легче!

И снова камера, теперь уже без окошка и погружённая во мрак, разгоняемый только светом принесённых фонарей… Начальник-дракон следил, как стражники приковывают меня к стене. Мои руки подняли над головой, широкие «браслеты» из ледяного железа легли на запястья. Я была настолько парализована страхом, что даже не пыталась протестовать, не вырывалась. Чувствовала спиной каменную стену, холод проникал в каждую клеточку.

Фонари выхватывали из тьмы небольшой участок подземелья, а что скрывалось по углам камеры не было видно. Возможно, там притаились крысы, висела паутина с пауками, копошились мокрицы?

— Я ни в чём не виновата! Я не воровала эти деньги! — Слёзы текли по щекам, от ужаса всё тело сотрясала крупная дрожь. — Пожалуйста, поверьте мне, умоляю вас!

Стражник, затянув железные болты на кандалах, на мгновение сочувственно сжал мои холодные пальцы в горячей ладони и сразу же отпустил. Повернулся и поднял с пола фонарь.

— Нет, не уходите, не оставляйте меня здесь!

Мой крик замер без ответа, тяжёлая железная дверь закрылась, в замке повернулся ключ. Я осталась одна в кромешной мгле. Стражники ушли и унесли с собой фонари, их шаги стихли в конце коридора.

И тут у меня началась настоящая истерика. Я всхлипывала, тряслась от рыданий, сжимала кулаки, пыталась выдернуть руки из железных пут — бесполезно, только содрала кожу на левом запястье. На правом защитил золотистый браслет. Он же хоть немного разгонял тьму, то и дело на его поверхности вспыхивали неоново-розовые нити и огоньки.

Истерика вытянула все силы. Нервы и так были измочалены. Вскоре я затихла, лишь время от времени судорожно всхлипывала. Пока рыдала, слышала только собственный голос, а сейчас с ужасом прислушивалась и всматривалась в темноту — вдруг что-то зашуршит? Вдруг по голым ногам пробежит или проползёт какая-нибудь гадость? Господи! Надолго ли меня здесь заперли? А если навсегда? Может, скоро из нор потянется вереница крыс, и они меня сожрут?!

— Господи, пожалуйста, спаси меня, — взмолилась я. — Пожалуйста, умоляю… Я ведь, в принципе, хорошая девочка, я никогда никому не причиняла зла. Ты меня не оставишь здесь! Это ужасно несправедливо!

Потом вдруг подумала, что здесь, в Эралиане, надо молиться богине Фуэндэ, так надёжнее, и обратила слова уже к ней. Шептала, объясняла, клялась, что сделаю что угодно, лишь бы выбраться из этого капкана. Даже не буду злиться на Мелиссу, прощу ей жестокую подставу.

Посмотреть со стороны, сейчас я, наверное, была похожа на умалишённую…

Когда погрузилась на самое дно отчаяния, снова начала разговаривать с Реймондом. В первой камере у меня хотя бы была кружка с изображением, и я могла смотреть в чудесные синие глаза принца. А сейчас вглядывалась в темноту, ничего не видела, но твердила, как ненормальная:

— Реймонд, милый, забери меня отсюда! Забери, умоляю, забери!

У дракона сила и власть, он может сделать что угодно. Даже услышать через расстояния мои вопли и сжалиться над несчастной пээлькой. Я ведь ему понравилась, Лиза сразу это заметила. Вдруг он почувствует, как мне сейчас плохо?

— Реймонд, прошу, спаси, милый мой, Рей, пожалуйста!

Зачем ему меня спасать, да и вообще обо мне беспокоиться? Я — служанка, обокравшая его драгоценную невесту.

Но больше умолять было некого. Лиза никак не смогла бы прийти на помощь, богиня Фуэндэ, видимо, любила только Предназначенных и драконов, а до несчастных пээлек ей и дела не было.

Поэтому я упрямо, как заклинание, повторяла имя Реймонда и надеялась на чудо.

***

Не знаю, сколько я простояла, прикованная к стене в промозглом каземате. Сознание уже путалось, голова кружилась. Чувствовала, что лицо опухло от слёз, а губы, наверняка, стали совсем синими от холода. Левую руку саднило, зря я дёргалась в железных наручниках — разодрала кожу на запястье…

Вдруг услышала за дверью нарастающий шум. Кто-то стремительно двигался по коридору, и это явно был не один человек, а целая процессия. Люди шумно и нервно между собой переговаривались.

Я встрепенулась. Это за мной? Или они идут к другому несчастному, закованному где-нибудь в соседней камере? А если за мной — что сделают? Мне радоваться близкому освобождению или прощаться с жизнью?

Застыла, превратилась в изваяние. Нервы натянулись до предела, сердце бешено стучало, горло сдавило резиновой удавкой, словно меня душил маньяк.

Заскрипели петли, загремел засов, и сразу в глаза ударил свет. В дверном проёме возникла широкоплечая мужская фигура, но лица я не рассмотрела, так как сзади светили факелами и фонарями. От неожиданности зажмурилась.

— Давно она здесь? — рявкнул мужчина.

Голос — вернее, грозный звериный рык — заполнил всю камеру, и я сразу узнала его владельца.

Это был Реймонд…

Солнечная лавина радости обрушилась на меня. Кровь шумела в ушах, в висках колотились молоточки, а сердце ломало рёбра. Реймонд здесь, он услышал и пришёл за мной! Я не зря молилась!

Милый… Он сейчас заберёт меня отсюда, из этого страшного места.

Тут я почувствовала, что сознание уплывает. У меня не хватило сил, чтобы из невыносимого отчаяния перейти сразу к безумному счастью. Дальнейший разговор слышала уже сквозь туманную дымку.

— Я вас спрашиваю?! Давно?!

— Около часа, ваше высочество. — Кажется, это отвечал начальник стражи.

— Да вы с ума сошли! — прорычал Реймонд.

Неужели я провела в темнице неполный час? Не может быть! А мне показалось — целую вечность.

— Ваше высочество, этой деве назначили наказание за кражу — два часа в подземелье. Но она и половины срока не отбыла.

— Я разберусь, — пообещал арранд. Его голос звучал зловеще, угрожающе, в нём слышался плеск неукротимого драконьего пламени.

— Вы же понимаете, ваше высочество, мы просто выполняли приказ.

Одновременно с препирательствами, Реймонд освобождал меня из оков. Ему не понадобились какие-то приспособления для этого, он только взглянул на кандалы, и железные браслеты раскрылись. Мои кисти выскользнули, я повалилась вниз, и принц сразу же подхватил меня на руки.

Последняя мысль была ужасной: я же сейчас такая страшная! Наверняка мои глаза превратились в щёлочки, а губы распухли, я грязная, лохматая и гадко пахну…

А Реймонд меня к себе прижимает.

Да ещё как прижимает! Ой-ой…