Глава 14.4

Кажется, даже к помолвке с Дарреги я была более готова, чем к ритуалу единения с принцем. Вархаут подошел ближе, чтобы контролировать процесс единения. Он соединил наши руки так, что нам пришлось обхватить предплечья друг друга. Эфиар, кажется, был на седьмом небе от счастья, не знаю даже почему, однако меня его веселье нервировало. Я даже с какой-то затаенной злобой размышляла о том, что он сделает, когда татуировка не ляжет на наши запястья.

Глава ордена начал читать заклинание. Наши руки опутывали желто-зеленые нити, отличие от тех, которые были во время помолвки. Мы с Эфиаром неотрывно смотрели друг другу в глаза, и я с ужасом думала о том, что начну испытывать те же чувства, которые почти три недели назад вызвали у меня смущение и недоумение перед эвиаром Дарреги. Но шли секунды, но ничего не происходило. Омут глаз Эфиара не затягивал меня, пальцы не дрожали, а сердце не подпрыгивало. Абсолютно ровно, разве что запястье начало нагреваться.

Магические жгуты вокруг наших рук стали плотнее и ярче, слова Вархаута набирали силы, казалось, даже воздух вокруг нас уплотнился. Спустя невыносимо долгую минуту тяжесть схлынула, а зал взорвался аплодисментами. Я словно очнулась и моргнула, опустив взгляд на запястье: там светился герб рода Дарреги, каким я его запомнила.

— Поздравляю первых участников Турнира! — объявил Вархаут, и я моргнула повторно, подняв взгляд на счастливого Эфиара.

— Поздравляю, теперь мы пара! — объявил он, и я вновь посмотрела на свое запястье.

Ничего не понимаю. Неужели помолвочную татуировку вижу только я? Зал продолжал аплодировать, Вархаут что-то говорил, а я просто бездумно следовала за Эфиаром. Его высочество подвел меня к ритуальной чаше, рядом с которой стоял ректор с небольшим кинжалом в руках. Глава афхаитов пригласил для проведения ритуала следующую пару, и все зрители переключились на них, совершенно не обращая внимание на нашу троицу.

— Вашу руку, ваше высочество, — хмыкнул ректор и сделал небольшой разрез на ладони принца, капнув несколько капель в чашу, после чего попросил его пройти к целителям, стоящим в отдалении, и повернулся ко мне. — Теперь вашу, студентка Виарог.

Руки на самом деле тряслись. Я не понимала, что происходит, и хотелось прямо сейчас задать все волнующие меня вопросы. Артиан смотрел мне в глаза с какой-то злобной усмешкой, предназначенной не мне, а самой ситуации в целом. Он слишком медлил, держа мою ладонь в своих руках.

— Не понимаю, — прошептала едва слышно.

— Потом, — так же тихо ответил Артиан, сделал надрез и отпустил. — Пройдите к целителем, студентка.

Но вместо указанных целителей, я подошла к Дари и протянула ладонь. Подруга улыбнулась, достала вату и какую-то склянку из холщовой сумки, которая всегда была у всех студентов целительского факультета, и начала обрабатывать рану, при этом часто поглядывая куда-то в сторону.

— С кем ты в паре?

— С Римусом Маро, — поморщилась подруга. — А вот тебя очень повезло! В паре — сам принц! И татуировка красивая — рода Арагских.

Королевского рода. Я попыталась вспомнить, как она выглядит, но на ум приходила только обычный королевский герб, который был повсюду: на каретах, дворце, оружии и даже на той печати, которая скрепляла переданный мне королевский указ. А вот как выглядел личный герб рода Арагских я не могла вспомнить.

— Дари, что ты видишь? — спросила я прямо. — Как выглядит моя татуировка?

— Ты не заболела, Олиента? — Дари уже заживила рану на ладони и потрогала мой лоб. — Температуры нет. Странно.

— Дари, пожалуйста.