Глава 5

Новое утро началось с удивительно превосходного настроения. Проснулась ещё до того, как прозвенел будильник. Даже мама не встала, а я уже собралась в школу. И пусть до начала занятий оставалось аж несколько часов, всё равно выбралась из дома. Разум посетила немного шальная идея, к претворению которой я и приступила. С помощью подруги.

— Хватит спать! — послала ей голосовым сообщением.

— Отвянь, — пришло в ответ сонное.

— Если отвяну, тогда не узнаешь, что я вчера делала, — приплюсовала влюблённый смайл, подумала немного и добавила: — В том числе, в доме господина Снежного.

Ответ не заставил себя ждать: "Пять минут".

«Встретимся в его классе», — написала и я.

Нет, я не совсем слетела с катушек, хотя утренний морозный воздух чувствовался необычайно свежим и лёгким. И ключ от класса истории стащила на вахте тоже не из хулиганских побуждений. А просто…

— Надо украсить окна снежинками. Пока уроки не начались, — заявила я для Риты, как только она присоединилась. — Я вчера обещала. Но не сделала. Если поможешь, точно до начала занятий успеем.

Рита застыла на пороге кабинета, глядя на меня с открытым ртом.

— Я даже стесняюсь спрашивать, что же у вас вчера такого произошло, что ты сегодня аж так рано подорвалась украшать класс? — выдала с нервным смешком.

— Он мне помог. Реально помог, понимаешь? Я своего рычания даже не помнила. До вчерашнего вечера! — выдала с восторгом, выискивая нужную нам коробку на стеллаже со всяческой канцелярией.

— Ого! — выдохнула всё ещё ошарашенная подруга. — Слушай, так это же здорово! — пришла в восторг уже следом, не меньше моего. — Только я так и не поняла, а как вы вообще вдруг к занятиям пришли? — задумалась. — Ты же его ненавидела ещё вчера.

— А я вчера встретила кое-кого. В лесу, на границе посёлка, — выдала уже гордо. — Он… просто офигенный! Такой большой, белоснежный, такой… ммм, — протянула мечтательно, зажмурившись на мгновение, вспоминая оборотня. — Я должна пройти первый оборот! И срочно!

— Эм… — кажется, я окончательно запутала девушку. — Как-то я пока не могу связать одно с другим. Поясни, а?

— Что тут сложного? Говорю же, встретила волка. Он просто потрясающий, ты бы его только увидела. Глаза у него такие зелёные-зелёные, как первая трава. Я в жизни таких глаз ни у кого не видела! — всплеснула руками. — А господин Снежный поможет мне с оборотом, и тогда я смогу познакомиться с тем волком поближе! Ему наши альфы поручили наставничество надо мной.

— Стоп! Я запуталась! — замахала руками Рита. — Кому поручили наставничество? Снежному или тому волку, от которого ты едва из трусов не выпрыгиваешь?

Одарила её осуждающим взглядом.

— Снежному, конечно, — вручила найденную коробку со снежинками для окон. — А с тем волком я так толком и не познакомилась, — вздохнула с тоской. — Но ничего, вечером у меня будет ещё один шанс! Если он, конечно, придёт, как обещал, — призадумалась над тем, что мне может и обломиться.

— Знаешь… ты всё-таки ненормальная! — рассмеялась подруга, принявшись доставать содержимое и выкладывать его на стол. — Влюбиться в волка из-за его глаз… на такое только ты способна!

— Ты не понимаешь! — даже отрицать не стала. — Это не из-за глаз, или их цвета. Просто, когда я смотрю в них, у меня всё внутри переворачивается. Это как… как… чёрт, я даже не знаю, как это объяснить, — упала на стул, уставилась в свои пустые ладони.

— Как парность, — важно покивала девушка.

— А может и так? — снова подскочила на ноги. — Как узнать, если не попробую? — привела доводом, подобрав несколько снежинок со стола.

А то времени остаётся всё меньше и меньше, пора не только болтать, но и работать!

— И что? Всё? Вот так просто? А как же Снежный? — последовала серая волчица моему примеру.

— А что со Снежным? — удивилась встречно. — Он — мой наставник. Не ожидала, если честно, но довольно хороший, — сперва сказала, потом своих же слов смутилась. — В плане достижения результата, — поправила саму себя, стойко отметая все всплывающие в памяти образы процесса достижения этого самого упомянутого результата.

Особенно — крепкий зад.

— Даже жаль, — хмыкнула подруга. — Мне казалось, между вами что-то такое проскальзывало, — сделала необычное заявление уже серьёзным тоном.

— Зато у тебя всё ещё сохранился шанс побегать с ним голой под луной, — отшутилась, взяв направление к дальнему окну. — Смотри, как я забочусь о твоём счастье!

— Если только в моих снах, — рассмеялась она, взяв на себя украшение соседнего окна. — Всем давно известно, что Ксандр Снежный в нашей школе замечает только одну девушку, — подмигнула.

— И то потому, что ему альфы приказали, — отмахнулась я с беззаботной улыбкой.

— Ну да, конечно, — не согласилась со мной Рита, но продлевать полемику не стала.

Да и стоило поторопиться до прихода остальных учеников и самого господина Снежного. Так что последующие полчаса мы, смеясь и подкалывая друг друга, только и делали, что клеили украшения на стекло.

— А ничего так, симпатичненько вышло, — заметила подруга по итогу, осматривая наши труды.

— Теперь остаётся только свалить незамеченными, — улыбнулась я, пряча коробку там, где взяла.

До начала первого урока оставалось ещё двадцать минут. И у нашего класса это была совсем не история, так что нам самим пора было быть в другом месте, а сюда заявится параллель. Жаль, не успели. Я только собиралась повернуть ключ, закрывая дверь, а первые ученицы уже объявились за нашими спинами.

— О, смотрите-ка кто тут у нас. Что, неужто Снежному тебя одной маловато было, что ты сегодня с подругой заявилась к нему сразу с утра пораньше? — зло оскалилась одна из них. — Или так плохо старалась?

Ключ я всё-таки повернула.

— Что за бред ты несёшь, Вознесенская?

— Ой ли? — парировала та. — Так уж и бред? Ты бы хоть на свиданки к любовникам бегала не столь открыто, тогда бы и отпиралась, — брезгливо скривилась.

— А ты всё, смотрю, моих любовников считаешь и считаешь. Своих так и не появилось, да? — посмотрела на неё с сочувствием.

— Да какие ей любовники? Она ж их костями забьёт, — поддержала меня Ритка, глядя на неё не менее брезгливо, чем та.

— Да вы… — шагнула та мне навстречу.

— Что здесь происходит? — раздался сбоку суровый голос того, из-за кого и произошёл весь сыр-бор. — Карина, вы что-то хотели спросить?

Одетый привычно во всё белое, он карающим возмездием застыл неподалёку от нас, прожигая требовательным взглядом.

— Я… М-м, — не сразу нашлась с тем, что бы такого придумать себе в оправдание. — Принесла ключ! — вспомнила об улике в своей ладони. — А то на вахте не сразу нашли, собиралась передать его Люде, ничего особенного, — спихнула обозначенное Вознесенской в руку, мило улыбнулась той напоследок, а после подхватила под руку свою сообщницу и ретировалась прочь. — Доброе утро, господин Снежный! — бросила уже на ходу.

— И вам, Романовская, — донеслось задумчивое вслед на порядок тише.

А от ощущения прожигающего взгляда я не избавилась даже после того, как мы оказались в другом крыле, у кабинета математики, где должен был состояться наш первый урок.

— Чуть не попались, — выдохнула со смешком Ритка, уцепившись за мой локоть, едва мы притормозили. — И ещё интересно, откуда этим выдрам известно о твоём визите.

— Вот и мне интересно, — отозвалась я угрюмо, заворачивая в сам кабинет вместе с подругой под руку. — Млин, по всей школе же растрындят!

Та призадумалась, а после:

— Да и плевать! — заявила со всей гордостью. — Да, любовник! Зато сам Снежный, а не кто-то там непонятно кто! Пусть удавятся от зависти!

— Тише ты! — шикнула на неё. — Спятила что ли? Какой нафиг ещё любовник? — остановилась у второй парты в среднем ряду, которую всегда занимала в этом помещении.

— Самый обыкновенный и офигенный! — так же патетично выдала она. — Что там у этих мальчишек? Обрубок! А тут… тысячелетний оборотень… по-любому ого-го! На зависть всем! Так что гордиться надо, Романовская, гордиться!

— Было бы с чем сравнить, я бы тебе сказала, насколько он «ого-го», — промямлила, бросив рюкзак на парту.

И только потом осознала, что парта не так уж и свободна.

— Ого-го! — выразила следом своё удивление подруга.

И про моё заявление, и про находившейся прямо посередине столешницы закрытый стаканчик с запиской. К последней и потянулась Ритка.

— Ну, это явно не для меня, — передала бумажку мне.

"Как и обещал", — значилось на ней красивым каллиграфическим почерком с лёгким наклоном влево.

А в стаканчике — исполнение обозначенного господином Снежным обещания, данного накануне. Какао.

— Не забыл, — улыбнулась в никуда, взявшись за ещё горячий напиток, отпивая глоток с нескрываемым наслаждением.

Что сказать, люблю я его…

— Как мало для счастья нужно, — почти пропела подруга, глядя на меня прищуренным взором. — Снежок, да?

Ничего не сказала. Ещё пару глоточков сделала, вместе с новой улыбкой, адресованной теперь уже Рите.

— А говоришь, что нет ничего, — укорила, тоже улыбаясь.

— Просто выполнил своё обещание, — пожала я плечами. — Кстати, о снежках и Белоснежках, — свернула тему в другое направление. — Надо найти этого волка. Которого я вчера встретила. Только я ещё не знаю, как это сделать. Я же даже имени его не знаю.

— Ну, если мыслить логически, то искать стоит в белом клане. Попроси альфу помочь, делов-то, — подколола серая волчица.

— Угу. А в качестве особых примет: белая шерсть и зелёные глаза. Очень поможет! — усмехнулась. — Я даже запаха его не учуяла, представляешь?

— Прячет? Слушай, ну тогда приди и попроси обернуться всех свободных волков. Наощупь узнавать будешь! — расхохоталась Рита.

— Ага. Только сперва вот сама оборачиваться научусь, — хмыкнула в ответ.

— А что, для этого нужно уметь оборачиваться? — удивилась та. — Вот не знала. Кстати, так уверена, что он свободен? — задала резонный вопрос.

— Нет, тут ты права, конечно. Что оборот в поиске не столь важен. А вот свободен или нет…

О таком я не думала. Не хотела. Вдруг нет?

— Но тогда с чего бы ему меня на себе катать и до дома провожать? — продолжила уже вслух.

— А чего тогда ушёл и не познакомился? Не находишь это странным?

— Не знаю, — пожала плечами в растерянности. — Но мой папа бы точно не оценил, ты его знаешь…

В этот момент прозвенел звонок. А вместе с ним и математичка явилась, так что пришлось прикусить языки и сконцентрироваться на предмете. Истории сегодня, как и вчера, в нашем расписании не значилось, так что и про господина Снежного больше вспоминать не было никакого повода.

День пронёсся на удивление незаметно. Наверное, потому что по большей части я витала в облаках, представляя себе новую встречу с белым волком. И, как назло, в силу своей рассеянности, не заметила, как встретилась с другим. Опять влетела в объятия Архарова, на этот раз по пути в раздевалку. Поймал ровно на лестнице, утащив повыше и подальше от чужих глаз. Я и пикнуть не успела. Да и рот мне зажали, чтоб не кричала. Впрочем, все перед серым волком расступались и умело делали вид, что они ничего не видели и не слышали. Что сказать, сильнейшим всегда дорога вверх.

— Значит, ровесники уже не интересуют, да, Романовская? На старичков потянуло? — прорычал гневно Сергей, зажав меня в углу на самой верхней площадке лестницы. — Так может это потому, что сравнивать не с кем? Так я помогу, — принялся задирать подол необдуманно надетого мной сегодня сарафана. — Впрочем, после тебе уже вообще никакой оборотень, кроме меня, будет не нужен, — явно опять намекал на метку.

Оттолкнуть не получалось. Как и на помощь позвать. Только беспомощно мычать, да бессильно брыкаться. Точно также, как пять лет назад, я оказалась в ловушке, из которой не в силах самой выбраться. Ощущение дежавю накрыло отчаянием с головой, опустошило, поселило мёртвый холод в груди. Врезать тоже удалось лишь по колену. Что мёртвому припарка. А мужские руки уже добрались до нижнего белья. Слёзы обожгли щёки.

— Можешь брыкаться, сколько хочешь, всё равно будет по-моему, — прохрипел он, когтями разрывая тонкое кружево. — Надоело ждать, когда сама придёшь. И знаешь, ты сегодня по-особенному хороша. А как пахнешь… — с шумом втянул в себя воздух у моей шеи.

Снова промычала в ответ, повторно дёрнулась с той же безуспешностью, мысленно взмолившись, чтобы всё это безобразие хоть кто-нибудь заметил. И видимо, сегодня Лунная была на моей стороне. Не прошло и пары мгновений, как Архарова от меня отшвырнуло на пролёт ниже. В окно вылетел, пробив собой стекло. А оно особо прочное, к слову! Считалось. Но не для Ксандра Снежного. Который застыл спиной ко мне, в своём промежуточном облике. На его запястьях по новой расходились ожоги от действия браслетов. И сам он явно подумывал, чтобы продолжить преследование моего обидчика, столько ярости исходило от него.

— Сс… с-спасибо, — прошептала почти беззвучно, тихонько оседая по стене на полусогнутых коленях.

Как-то оно в таком положении легче. Хотя бы дышать. Колотило так, что ни одного нормального вдоха сделать не удавалось.

— Дышите, Романовская, дышите, — мягко проговорил Ксандр, приняв обратно человеческий облик, и присел передо мной на корточки, пряча в карман испорченную ажурную ткань, именуемую ещё недавно моим нижним бельём. — Всё закончилось. Обещаю, он больше к вам не подойдёт. Вообще ни к кому не подойдёт, — поднял меня на руки и направился вместе со мной вниз по лестнице.

— Я дышу, да. Закончилось, — выдавила из себя вялую улыбку. — Спасибо, — обхватила крепкую шею, вцепившись в неё обеими ладонями.

Ещё и малодушно носом в плечо ему уткнулась. Чтоб как минимум не видеть то, как смотрят на нас другие. Вплоть до самого гардероба. Сам же переобул и надел на меня куртку.

— Теперь точно будут считать, что мы с вами пара, — хмыкнул, вновь беря меня на руки. — Я даже где-то вам сочувствую.

— Ни капли вам не верю. В том, что вы можете сочувствовать мне. Скорее поверю, когда начнёте: «Я же вас предупреждал, Романовская» и всё такое…

Он повторно хмыкнул, на миг отвлекаясь на открытие двери, ведущей на выход. Морозный воздух тут же защипал щёки и наполнил лёгкие, остужая эмоции.

— Очень хочется, да, но не буду. Думаю, поведение Архарова лучше всего доказывает мою правоту. К тому же, на самом деле есть чему сочувствовать. Я ж маньяк-убийца и много кто ещё, если забыли. И вдруг ваша пара. Впору, и правда, за верёвку с мылом хвататься.

— Ну-у… парность предполагает наличие обоюдных меток. А у нас таковых нет, так что у меня ещё есть все шансы себя спасти, — принялась рассуждать вслух.

На самом деле же задумалась об упоминании про верёвку и мыло. Распространённое выражение. И не обязательно его слышать из моих уст вчерашним вечером, чтоб повторить. Но разум всё равно царапало этим совпадением. Наряду с шутливой угрозой от Златогорского о том, что кое-кто может читать чужие мысли.

А если и правда может?

С учётом его непомерной силы и возраста.

А ещё…

Воображение быстренько воспроизвело одно из вчерашних воспоминаний. У озера. Когда альфа выходил из воды. И добавило туда бантик. Красный. Красивый. Пышный такой. С блёстками! На том самом выдающемся месте, на которое я вчера стойко старалась не смотреть.

Вот, пусть такие мысли ловит, если уж так хочется их считывать…

Впрочем, если он и считал, то не подал вида. А когда мы дошли до столпившихся учеников, вовсе посмурнел. Перед нами расступились, одаривая заинтересованными взглядами. В центре толпы нашёлся скулящий от боли Архаров. Он сидел на снегу и держался обеими руками за разбитую голову. Именно к нему и подошёл Ксандр, поставив меня на ноги. Но из рук так и не выпустил, продолжив приобнимать за плечи. Свободной рукой за шкирку поднял и Сергея, вынудив смотреть на него.

— Я скажу один раз и повторять не буду. Ни тебе, ни другим. Ещё раз увижу, что просто смотришь в её сторону, останешься вовсе без рук. А если кто-то пожелает повторить твой подвиг, то я не только рук лишу, но и способности к размножению. А чтоб мои слова точно дошли до всех…

Послышался хруст сломанной руки. Сперва одной. Затем другой. Архаров повторно взвыл. И снова упал на снег.

— И поверь, это я ещё очень добр к тебе, — мрачно оскалился.

А вот мне уже улыбнулся довольно мягко. И на руки поднял как можно аккуратней, унося прочь от места происшествия под полнейшее молчание всех присутствующих.

— Вообще-то вы не наш альфа, чтобы приказывать или наказывать, — донеслось одинокое от кого-то из парней.

Снежный на это лишь шире ухмыльнулся.

— А я и не приказывал, просто забрал своё. По праву сильнейшего, — произнёс достаточно громко, чтобы уж точно все услышали.

Хорошо, что я не сама шла, а он меня нёс. Точно бы на ровном месте споткнулась и упала.

— Теперь они точно нас парой считать будут, — прошипела тихо. — С ума сошли? Нельзя было как-то по-другому оправдать применённое насилие?

— Да я бы вообще не оправдывал, мне абсолютно плевать. Пусть скажет спасибо, что вовсе не убил. И уверен, ваши альфы меня поддержат. Так что это право, скорее, для тебя оправдание, не для меня.

Я могла бы возмутиться, наотрез отрицать, что оправдание — действительно для меня. Но в итоге почему-то промолчала. А ещё ощутила вину за произошедшее. Ведь не я бы, и не было бы ничего такого. Так что, наверное, лучше стоило сказать ему… спасибо? Так ведь и сказала уже. Но какое-то оно… не стоящее что ли.

— А я вам окна украсила. Вместе с Ритой.

— Я видел. Очень красиво. Вы молодцы.

— А какао было тоже очень вкусным.

— Я рад. Я его впервые варил.

— Серьёзно? — удивилась. — Хм… А по вам и не скажешь.

— Я умело притворяюсь, — улыбнулся он мне в очередной раз.

— Это я, кстати, заметила, — усмехнулась.

— Что поделать, не повезло вам со мной, Романовская.

— Карина, — поправила его. — Мне больше нравится, когда вы называете меня по имени.

Меня одарили пристальным и оценивающим взором.

— Идёт. Кар-рина, — намеренно протянул рычаще.

— Вот. Из ваших уст очень хорошо звучит, — закусила нижнюю губу.

А то что-то слишком часто я улыбаться стала.

— Как скажешь, серебрянка. И мы почти пришли. Ты успокоилась? Сама дойдёшь? Не думаю, что твоим родителям стоит видеть тебя такой. И так скоро слухи дойдут.

Мли-ин!

Ещё и это!!!

— А давайте вы им сразу, заранее скажете, что это всё неправда, а? А то я даже не представляю, как перед ними оправдываться буду, — взмолилась.

— Это приглашение? — выгнул бровь мужчина.

Выходило, что так…

— Я даже ужин вам сама приготовлю!

— Ну, от такого уже просто неприлично отказываться, — коротко рассмеялся Ксандр, входя во двор, а там и в дом.

— Но дальше я лучше сама, вот да, — поёрзала у него на руках.

Меня тут же отпустили. Словно только и дожидался этого момента. Очень вовремя, кстати. Потому что и трёх секунд не прошло, как из гостиной выглянула мама.

— Ой, добрый вечер, господин Снежный, — пропела мелодичным голосом. — Карина, ты почему не предупредила, что у нас будут гости? Я же ещё даже ужин готовить не начинала, — укорила.

— Боюсь, это моя вина, — тут же вставил Ксандр. — В школе с вашей дочерью произошла неприятная ситуация, поэтому я и здесь.

— А ужин я сама приготовлю! — нашлась с первым же предлогом, чтоб не присутствовать при подробностях. — Вы что предпочитаете? — поинтересовалась у учителя.

— На ваш вкус, Кара, — стало мне ответом.

Мне два раза повторять не надо. Унеслась наверх, переодеваться и размышлять на тему своих кулинарных способностей. Правда, по факту выходило лишь думать о том, как господин Снежный меня назвал… Спасибо, выручила мамина книга рецептов! Она её сама составляла, и некоторые блюда я готовила вместе с ней.

Родительница тем временем осталась в гостиной, вместе с Ксандром. Не вслушивалась в их разговор, но упоминание о Сергее Архарове донеслось очень чётко. Хотя так я и не поняла с какой стороны господин Снежный мог преподнести известие о нашей фальшивой парности, чтоб её удар не хватил от такого привалившего «счастья».

Впрочем, в скором времени, когда папа вернулся с работы, а незамысловатый ужин был готов, мне и предстояло это узнать.