Глава 6

— Всё же повезло нам с господином Ксандром, — со вздохом заметила мама, когда ушёл тот, о ком она упомянула. — А этому Архарову надеюсь не спустят с рук подобную выходку, — закончила уже с гневным рычанием.

И тут же оказалась в объятиях папы.

— Уж я об этом позабочусь, — заверил он её. — Хотя, как я понял, этому сильнейшему уже и без нас досталось.

— Более чем досталось, пап, — подтвердила я.

— Вот и хорошо. Надеюсь, альфы тоже не оставят этот случай без ответа. А то если уж в собственном клане такое творится… чтоб этого сопляка! — всё негодовал и негодовал родитель.

Он и дальше тоже много чего ещё говорил, но я закончила с уборкой и направилась наверх.

— Я переоденусь и на тренировку! — оправдала собственное бегство.

На самом деле господин Снежный сказал, что на сегодня с меня впечатлений достаточно, и отменил наше занятие. Но я же должна попасть к своему волку. И пусть он не совсем мой. Если не пойду, всё так и останется.

— Буду поздно! — добавила, уже после того, как закончила со сборами, облачившись в самый обычный спортивный костюм, поверх которого надела утеплённый жилет, а потом направилась на выход из дома. — Всем пока!

Ответа дожидаться не стала, быстренько свалила, пока не очнулись, вспомнив о своей заботе и опеке. А за домом меня действительно ждали. Ровно на том месте, где мы распрощались вчера. Огромный белый волк с нереально-зелёным взором. Он стоял и просто смотрел, дожидаясь, пока я приближусь.

— Привет, Снежочек, — протянула к нему ладонь, оказавшись рядом.

Если бы волк мог давиться воздухом, он бы это сделал сейчас. Уж слишком забавно стал выглядеть после такого обращения. Но уже через миг вздохнул. Так по-человечески. И по ладони моей ударил лапой. После чего развернулся и направился в лес.

— Нет, ну если не нравится, как назвала, так и скажи! Я же не знаю, как ещё к тебе можно обращаться! — крикнула ему вдогонку, не сразу, но последовав за ним.

Впрочем, тот не спешил убегать, позволив в скором времени поравняться с собой. Так мы и шли некоторое время. Изредка волк останавливался и прислушивался к чему-то, а после сворачивал в противоположную от текущей траектории сторону. До тех пор, пока мы совсем не углубились в лес. И вот там уже волк ускорил свой шаг, а затем и вовсе перешёл на бег.

— Хм… А если догоню, тогда что? Какой будет моя награда? — призадумалась, подбирая комок снега, сжимая тот в ладони.

Волк остановился, обернулся, чуть помедлил и указал лапой на себя. Улыбнулась ему в ответ, кивнув со всей важностью. Безусловно, у меня ни шанса. Он явно не только больше меня в размерах, но и сильнее и быстрее. Но это же не повод отказываться? Как и запустить в него снежком. Который он поймал зубами в прыжке. Причём, тот даже не рассыпался.

— Ого, да ты… — поразилась такой ловкости.

Так и не договорила. Бросилась ему навстречу. И почти схватила, но оборотень в последний момент увернулся, отпрыгнув в сторону. А потом и вовсе дал дёру, скрывшись среди ветвей, так что пришлось прикладывать усилия не только в скорости и ловкости, но и напрягать зрение, дабы различить оставленный волчий след, по которому было необходимо двигаться. А к концу забега я уже едва дышала. Хотелось упасть и не вставать больше. Но волк продолжал бежать. А быть слабой в его глазах не хотелось. Вот и… бежала. Пока всё-таки не упала лицом в снег.

— Тайм-аут!

Всё. Нет меня.

Над головой смешно фыркнули, а затем меня боднули, помогая перевернуться на спину. Над лицом нависла волчья морда. Ещё мгновение — щёку лизнул шершавый язык. Я и не подумала уворачиваться. Наоборот. Запустила пальцы в густую шерсть, притягивая оборотня к себе ещё ближе. Тот, недолго думая, улёгся рядом во всю длину, согревая своим телом.

— Ты тоже это чувствуешь, да? — прошептала совсем тихо, обнимая зверя.

Тепло, что разливалось по венам. И только от того, что он рядом. Жаль, всё быстро закончилось. Уже вскоре оборотень поднялся на лапы и вынудил сделать то же самое и меня. Ненадолго. Потому что меня опять опрокинули себе на спину и повезли, подозреваю, домой.

Все мои подозрения оправдались, когда меня ссадили там же, где и вчера.

— До завтра? — предложила негромко.

Волк согласно кивнул. И привычно исчез среди деревьев, не прощаясь. Я же… направилась туда, куда не должна, но куда стремилась попасть больше всего на свете в данный момент. К тому, кто может помочь с решением моей проблемы. И на этот раз господин Ксандр Снежный оказался дома. Если верить освещению коттеджа. Тем более, что входная дверь оказалась приоткрыта. В эдаком своеобразном приглашении. А вот на мой стук никто не отозвался. Так что, немного поколебавшись, я всё же переступила порог.

— Голым я вас всё равно уже видела, так что чего уж тут стесняться, — оправдала с нервным смешком собственную наглость по вторжению в чужую собственность.

Остановилась аккурат у лестницы, раздумывая, где бы продолжить поиски хозяина дома. Правда, искать никого не пришлось.

— И видимо, решила ещё раз полюбоваться, — донеслось с верхней ступени тоже со смешком.

А после ко мне спустился действительно вновь обнажённый Ксандр. На этот раз покрытый пеной. Кажется, кто-то принимал душ до моего прихода.

— Слушайте, а вы всегда по вечерам стилем ню увлекаетесь, да? — нахмурилась, уставившись для разнообразия на мужские… колени.

— Предлагаешь мне мыться и купаться в одежде?

— Нет, конечно, — помотала головой в отрицании. — Но потом-то можно хотя бы полотенчиком прикрыться?

А то вот пена как-то плоховато всё скрывает. Особенно по той части, где всё выдающееся. Часов на двенадцать.

— Я ещё не домылся, — стало мне гениальным ответом. — Кто ж виноват, что ты приходишь всегда так не вовремя? Кстати, зачем пришла? Подогревать слухи? — усмехнулся, спускаясь вниз.

— Ага, — старательно покивала. — Заодно удостовериться, что вы на этот раз тоже без одежды, — покивала снова, замолчала ненадолго. — Мне же к вам больше незачем приходить, правда же?! — возмутилась, уставившись на него с исключительным обвинением.

— А разве есть зачем? Или думаешь, я передумаю, потому что ты пришла? Увы, я решений не меняю. Тренировки не будет, Кара.

Он как раз спустился с последней ступени, остановившись в непосредственной близости от меня. А меня словно в пекло швырнуло, настолько сильный жар исходил от него.

— Но почему? — запрокинула голову выше. — Я готова. Мне стало гораздо лучше. И руки даже больше не дрожат.

— Это не значит, что ты готова морально, — парировал Ксандр.

— А как вы определите, когда я потом буду готова? Думаете, за один день что-то особенное изменится, если к примеру это будет завтра? Или послезавтра. За последние пять лет, к слову, с момента нападения тех людей, ничего особенного как раз не изменилось, но вы вот ещё вчера думали, что я готова, хотя я не… — сказала, и сама же себя оборвала.

И почему я так много болтаю?

Не по теме.

— Потому что вчера ты была готова и преисполнена решимости. Сейчас же ты рвёшься в бой, чтобы просто доказать, что ты можешь, а не потому, что ты так чувствуешь.

Холодный бескомпромиссный тон ощущался как пощёчина. Ксандр прошёл на кухню и поставил кипятиться воду. Достал из холодильника молоко, налил его в небольшой ковш и тоже поставил на огонь.

— Если хочешь, ты можешь, конечно, попытаться, но я тебе сразу говорю, на многое не рассчитывай. Ты снова закрылась. Тебе нужно расслабиться, отринуть произошедшее, только тогда всё получится.

Пока говорил, молоко закипело. Как и вода. Её просто немного было налито в электрическом чайнике. Самый минимум. Вот и закипела так скоро. Оборотень перелил немного воды в высокий стакан, а затем вылил её в молоко, после чего принялся засыпать туда какао-порошок.

— Мне кажется, я встретила свою пару.

Какао-порошка в молоко упало излишне много. Это у Снежного рука дрогнула. Но он продолжил помешивать напиток, как ни в чём ни бывало.

— Поздравляю, — только и сказал, но через значительную паузу, потянувшись за сахаром.

— Поэтому я вчера к вам пришла. И сегодня, — продолжила пояснять. — Мне это нужно, понимаете? Обернуться. Очень нужно, — повторила уже тише.

— Нужно и возможно — разные вещи, Кара, — ответил он с усталым вздохом, поставив передо мной стакан с какао. — Да и… если обернёшься, и окажется, что это не так?

— Значит, я ошиблась, — пожала плечами. — Но ведь, если не сделаю, никогда не узнаю.

— Верно. Но только ты должна стремиться вернуть волчицу не ради кого-то, а ради себя, Кара. Потому что, если в итоге действительно окажется, что он не твоя пара, ты уверена, что не замкнёшься снова? Это ведь не игрушка. Волчица в тебе ведь тоже живое существо. Понимаешь? Нельзя просто вернуть её, а после загнать обратно в глубины души.

— Я не подавляла её. Она сама. Ушла.

— Ошибаешься, — покачал оборотень головой. — Твоя волчица — не самостоятельная личность, а продолжение тебя. Она — твоё зеркало души. И не может уйти сама. Это всё в твоей голове, — ткнул пальцем в мой лоб. — А не в её. Именно поэтому, сегодня у нас ничего не получится. Потому что ты снова её загнала на глубины души. Испугалась. Сперва ты должна вернуть себе былую уверенность. И не ради призрачной парности, а потому что это нужно именно тебе.

— И как её вернуть? — нахмурилась.

— Стать сильнее, — просто ответил он. — Знаешь, почему я тебя гонял на плацу больше всех? И постоянно придирался?

— Раньше мне казалось, чисто из вредности, и потому что я вам не нравлюсь, — сказала, как есть, пожав плечами.

— Нет, ну и это тоже, я не спорю, — усмехнулся. — Но в действительности ты можешь больше. Намного больше, чем показывала. Ты не старалась. А когда старалась, очень быстро сдавалась. Я всё надеялся, что ярость пробудит тебя, побудит на большие стремления, но на деле ты просто отступила. Сдалась попросту говоря. Раздавила сама себя. Проявила трусость. Разочаровала. Вот она твоя неприглядная правда, Кара.

— Вы поэтому запретили другим ребятам заниматься со мной, да? — вспомнила и об этом.

— Да. Зачем, если тебе в действительности это не нужно? — пожал плечами. — Какао уже, наверное, достаточно остыло, — указал на нетронутый стакан.

Послушно отпила пару глоточков.

— А почему Кара?

— Потому что ты моя кара. Однозначно, — хмыкнул. — А вообще… так звали мою пару. Точнее, не совсем так. У неё имя было подлиннее, но я часто сокращал его до Кары. Ей это жутко не нравилось, — смешно поморщился. — Ты мне иногда её напоминаешь, — улыбнулся уже совсем невесело. — Такая же наивная, доверчивая и излишне сострадательная, порой.

— А мне нравится, — призадумалась, вглядываясь в посмурневшие черты лица.

Почему-то становилось грустно вместе с ним. А ещё захотелось это исправить, стереть его печаль, чтоб снова улыбнулся, но уже с лёгкостью и тёплом. Вот я и… обняла.

— Вот я именно об этом, да, — коротко рассмеялся. — Какая ещё девушка полезет обниматься с голым оборотнем?

Ой…

А об этом я как-то подзабыла!

— М-мм… — осторожно отодвинулась. — Ну, вас же это не смущает. Почему меня должно?

— Действительно, — съехидничал он. — Повезло тебе, что я не молодой волк и давно научился подавлять желания тела. А теперь допивай своё какао, и я провожу тебя до дома, — поднялся из-за стола, взяв направление к лестнице.

— Домыться не забудьте! — не удержалась.

— Договоришься, заставлю помогать, — донеслось в ответ уже с верхнего этажа.

Мне определённо было что сказать встречно. Но я промолчала. Только мысленный посыл с бантиком, который ещё на территории школы возник, отправила. И какао своё принялась допивать. Потом, правда, что-то пошло не так, и составленный воображением образ заменился другим: там был не только господин Снежный, но и я сама, а ещё бантик побольше, и танец, далёкий от скромного, да ещё и у всех на глазах, посреди зимнего бала. Невольно уставилась на стакан с какао. Там точно больше ничего, кроме воды, молока, сахара и порошка нет? Хотя всё равно допила. Стакан за собой помыла.

К этому времени и Ксандр вернулся. Одетый в свободные штаны и рубаху с вышивкой времён средневековья, не иначе. Но ему этот стиль очень шёл. Он и сам — будто кусочек прошлого непонятно как оказавшийся в будущем.

— Идём, — позвал за собой.

Даже обуваться не стал!

— Точно нереальный, — и сама не поняла, как сказала вслух, вместо мысли.

— Просто привык к иному. Если хочешь знать, раньше оборотни были куда сильнее и выносливее. Нас было хоть и в разы меньше, как раз не больше той же половины сотни в каждом клане, но мы и жили дольше. Намного дольше. Жизнь с людьми делает вас слабее.

— Да? — заинтересовалась, переставая тормозить, поравнявшись с ним. — А расскажите больше? Мне интересно. И… мы можем вернуться к тренировкам? Я сейчас не о тех, которые для оборота. Для выносливости.

— Вообще-то я это всё рассказывал на вводном уроке, и если бы кто-то не переписывался с подружкой о том, какой я секси, запомнил бы, — усмехнулся мужчина. — А тренировки в любом случае будут. Для оборота они тоже важны, — перешёл уже на серьёзный тон.

— Эм… мне стыдно. Честно! Я так больше не буду.

— Ну да. Тогда твою подружку порвёт от вынужденного молчания, — подколол он Ритку.

— Ничего. Мы наверстаем на перемене, — пообещала встречно. — И может быть даже не о вас.

— Да что ты? И о ком же тогда? — уставился на меня заинтересованно, привлекая к своему боку.

И это хорошо, а то бы я точно споткнулась о непонятно когда появившуюся под ногами ямку! Небольшую, но коварную.

Вот только после меня так и не отпустили, продолжив обнимать за плечи, как будто так и надо.

— Ха. Так я вам и сдала все девичьи секреты! Нет уж, господин Ксандр Снежный, ни под какими пытками, — усмехнулась.

— Ладно, уговорила, сам выясню, — отзеркалил он мою эмоцию.

— И зачем вам эти страшные тайны? — подняла голову, взглянув в мятно-жёлтые глаза.

— Затем же, зачем и вам наши, мужские, — ответили мне не менее пристальным вниманием.

И опять поймала себя на том, что сердце заколотилось чаще. А шаг замедлился.

— Ни одной вашей не знаю.

— Разве? Поверь, ты с некоторых пор знаешь их больше, чем кто-либо другой, — отвернулся, сосредоточившись на том, куда мы идём.

На редких прохожих, провожающих нас по большей части удивлёнными взглядами, он не обращал никакого внимания. Ну да, так ведь и придерживал за плечи. Давно было пора отодвинуться. Хотя, стоило так поступить, стало куда прохладнее. Зато мозги перестали плавиться.

— Они всё равно будут сплетничать, — прокомментировал он моё поведение.

— Я знаю. Но если та же Вознесенская вдруг начнёт всем рассказывать, что я собираюсь покончить с собой, сбросившись с бруклинского моста, это не значит, что я действительно прыгну, — отозвалась, прибавив шаг.

— Что за странная привычка сравнивать одно с другим, причём совершенно несравнимое? — больше себя спросил, чем меня.

— И что же в этом несравнимого? Я лишь имела ввиду, что не обязательно подтверждать чужие домыслы. У вас уже была пара. У меня, возможно, ещё будет. Всё остальное… неосуществимо.

— Сдаётся мне, мы о разном говорим, — потрепали меня по голове. — И неосуществимо всё только в нашей голове, серебрянка. Если по-настоящему захотеть, возможно всё. Так что никогда не ставь себе рамок и всегда стремись за их пределы, Кара. Только тогда ты сможешь получить желаемое и даже больше, — остановился и поддел мой подбородок согнутым пальцем. — Поняла меня? — прищурился, вглядываясь в мои глаза.

— Если честно, то не особо, — обронила, не в силах и сама перестать смотреть на него.

А сердце всё билось и билось, как заполошное…

— А по-моему, ты прекрасно меня поняла, — погладил большим пальцем по нижней губе. — Кар-рина.

Не прикосновение. Как импульс тока по коже. Отдающийся покалыванием на кончиках ногтей, стоит прикоснуться к широкому сильному плечу, провести чуть выше к шее. И чужой шумный выдох наравне с посветлевшим взглядом. А ещё оклик. Едва слышный. Мужской. Полный веселья.

— Ксандр, серьёзно, ты либо уже проводи девушку домой, либо вернись с ней к себе. А то у народа скоро инфаркт случится.

Снежный вздрогнул и резко отстранился, повернув голову в сторону говорившего. А им оказался один из сыновей наших альф. Точнее, присутствовали оба, но второй молчал и просто ухмылялся. Демьян и Кирилл Рязановы.

— Да, провожу, — отстранился белый волк и возобновил шаг, аккуратно подтолкнув меня в спину, чтобы я тоже сошла со своего места.

Ну, я и пошла. Испытывая непонятное разочарование. То ли в том, что помешали. То ли в себе. Так и молчала весь оставшийся путь, который впрочем, оказался не таким уж и долгим. Да и потом со словами тоже не нашлась. Уставилась себе под ноги. А он…

— Не бери в голову, серебрянка. Так даже лучше, — погладил по щеке на прощание. — Тёплых вам ночей, Романовская, — попрощался совсем официально отстранённым тоном.

И ушёл. Ни разу не оглянувшись. А я так и не ответила. Вставший в горле ком помешал.

К тому же, ночь выдалась на редкость холодной…