Глава 14

Дрожащими руками я развернула письмо. Короткие, обрывистые строчки, загибающиеся кверху, запрыгали перед глазами. Судя по почерку, Райзен очень торопился, когда писал. Ему нужно было срочно уйти? Или он просто боялся, что я проснусь и устрою истерику?

"Линн, я знаю, ты все поймешь. Я не хочу обманывать ни тебя, ни себя. Ты шелки, а я дуэргар, у нас нет и не может быть ничего общего. В тебе течет кровь богов, во мне – проклятых богами. Скоро ты освободишься от оков смертного тела, вернешься в родную стихию и там найдешь свое счастье. Мне же суждено жить, не зная солнца. Я исполнил свое обещание, нашел мага, который тебе нужен. Теперь я ухожу. Поверь, так будет лучше для нас обоих. Тайруг и Ареналь помогут тебе встретиться с ним. Они связаны с тобой клятвой крови, не оставят и не предадут ни при каких обстоятельствах. Верь им, хотя насчет фомора, на всякий случай, держи ухо востро. И еще. Если однажды судьба нас снова столкнет, я хочу увидеть тебя счастливой, рядом с любящим мужем и десятком детишек. Будь умницей, стань счастливой ради меня".

И без подписи.

Впрочем, она была не нужна.

Я медленно обвела взглядом молчавших мужчин. Ареналь, Эбелайн и Тайруг застыли подобно статуям, ловя каждое мое движение. Келпи, кажется, даже дышать перестал, а маг слегка подался вперед, наверняка готовый снова огреть меня по голове, прежде чем я учиню очередное бедствие.

– Ну, – я не сдержала жалкой усмешки, – ничего другого я, в принципе, и не ожидала. Он просто сбежал.

– Это не то, о чем ты сейчас должна думать, – подал голос Эбелайн. – У нас очень мало времени.

– О чем вы?

– Принцесса, мы еле ушли от погони, – тихо произнес келпи. – Если б не он, – парень скосил глаза в сторону мага, – то вряд ли бы мы сидели здесь сейчас.

– Невидимость – это не то, чем можно обдурить королевских псов, – буркнул фомор, недовольно поводя плечами.

Эбелайн встал, потянулся, разминая спину, и кивнул куда-то в сторону.

– Ты устроила настоящее представление и думаешь, что оно прошло без следа? Что никто не заметил такой выброс магии? Да вся брингвурдская префектура, небось, с ног сбилась, ища твои следы. Ты хоть понимаешь, чего нам стоило убраться оттуда?

– Ну, мы же убрались? И без потерь, как я вижу.

Он громко фыркнул.

– Сама бы ты и шага не сделала, поверь. Но я поклялся защищать тебя ценой собственной жизни. Ты мне нужна живая.

Я поднялась вслед за ним, вытирая жир с пальцев запиской Райзена, и не глядя уронила ее под ноги. Тайруг протянул руку, подхватил мятый листок и бросил его в огонь. Я проводила взглядом взвившийся сноп искр. Вот так, теперь ничто не должно отвлекать меня от собственной цели. Райзен попросил меня стать счастливой? Что ж, я исполню его желание. И сделаю это как можно лучше.

Маг смотрел на меня, ожидая ответа. Я нагнула голову набок, искоса разглядывая бывшего врага. Высокий, мощный, с широкими плечами и узкими бедрами, с растрепавшимися русыми волосами и заросшим щетиной подбородком, он казался абсолютно спокойным и даже отстраненным, будто каменная скала, застывшая над бушующим морем. Но я-то знала, как обманчиво это спокойствие. Чувствовала исходящее от него напряжение. Его недоверие, готовность выхватить меч в любой момент. Маг помнил, что дал клятву мне, и что фомор и келпи по-прежнему остаются его врагами.

– Я знаю, чего вы хотите, этирн Эбелайн, бывший королевский маг. И у нас с вами одна дорога – в Кадарн.

Он понимающе усмехнулся:

– Маг, которого ты ищешь, в столице? – Я кивнула. – Я знаю все ходы и выходы из Кадарна, читаю мысли на расстоянии и даже могу внушить те, что нужны мне. Поверь, менталистов моего уровня очень мало. Я помогу в твоем деле, а потом ты поможешь мне.

– Выкрасть эриллиум Бадб из королевского дворца? – я ответила ему такой же усмешкой.

– Нет, – он спокойно покачал головой, – всего лишь его уничтожить. А теперь, раз ты поела и отдохнула, давайте-ка убираться отсюда. Здесь нас слишком легко обнаружить.

Эбелайн был прав. Поспешно затушив костер и уничтожив следы временной стоянки, мы двинулись через лес в самую чащу, откуда не доносилось ни малейшего дуновения. Я даже не спрашивала, почему маг выбрал именно этот путь, как-то само собой получилось так, что он занял пустующее место лидера в нашей разношерстной компании.

Шли мы неторопливо, тщательно избегая открытых участков и проторенных троп. То и дело Эбелайн жестом приказывал остановиться и словно внюхивался в ночную тишину, лишь изредка нарушаемую мерным дыханием леса. Когда взошла луна, мы услышали донесшийся издалека крик совы, потом еще один и еще. Затем послышалось уханье филина и писк летучих мышей, отправившихся на охоту. Ночной лес оживал, залитые серебристым светом деревья становились похожи на странных созданий из древних легенд.

– Вы уверены, что этот путь приведет нас в Кадарн? – шепнула я, невольно понижая голос.

Теперь я уже не била ноги о переплетения корней и твердые кочки. У меня был воздушный элементаль, который сделал мой шаг легче и не давал спотыкаться. Эбелайн размашисто шагал впереди, срубая мечом самые наглые ветви, и я то и дело утыкалась носом в его затянутую плащом спину. Тайруг обернулся котом и легкой тенью скользил возле моих ног, а Ареналь, вздыхая и охая, полз где-то позади.

– Уверен. Я слышу мысли загонщиков. Они устраивают засаду на главном тракте, а еще несколько десятков дознавателей прочесывают лес вдоль дороги в столицу.

– Почему же я их не чувствую?

– Потому что они не используют магию. Они очень осторожны. И они не знают, что или кого именно ищут.

И Эбелайн мне подмигнул.

Ну да, они ищут фейри, может быть, даже группу вражеских существ, но никто из них не знает, что с нами маг – бывший дознаватель, которому известны все уловки королевских псов. Вряд ли кому-то из них придет в голову, что прирожденные враги стали союзниками.

– Я все хочу вас спросить…

– Как я докатился до такой жизни?

Я кивнула. Теперь мы шли почти рядом, Эбелайн учтиво отводил ветви с моего пути и следил, чтобы подол моего платья не зацепился за какой-нибудь сучок.

– Наверное, это все из-за моего дара. Точнее, из-за его мощности. Я же говорил, что таких, как я, очень мало? В Кадарне было всего три менталиста моего уровня за последние сто лет, двое из них бесследно исчезли, а третий – я. Я так радовался, когда меня приняли на факультет боевой магии. А на четвертом курсе, после практики, меня вызвал к себе декан и сказал, что мой дар слишком ценен, чтобы использовать его на передовой. Мол, это все равно что забивать гвозди алмазом. Вот и отправили меня на "огранку" в орден Предзнаменования в Кадарне.

– Орден Предзнаменования? – переспросила я.

– Да, это что-то вроде тайного сообщества, в которое входят только маги-дознаватели, преданные королю. Верные псы, готовые броситься на любого по малейшему сигналу своего повелителя. И я был одним из них.

Эбелайн замолчал, погрузившись в собственные раздумья. Лицо его посуровело, возле рта обозначились тяжелые складки.

– И что случилось? Почему вы здесь? – я хотела знать, что с ним произошло, как преданный цепной пес мог впасть в немилость у своего хозяина.

– Сам еще не понял. После получения диплома меня и еще нескольких юнцов представили ко Двору. Там мы принесли королю вассальную клятву и клятву верности на крови, а после этого у меня начались проблемы с памятью. Понимаешь, просыпаюсь утром и не помню, что делал вчера.

– Это как?

– Так. Ложусь спать вечером во вторник, просыпаюсь утром в четверг, а куда среда делась – не знаю. Иногда пропадало несколько часов, иногда целые сутки. Я начал выяснять, что со мной, обращаться к целителям, но они не могли понять, что происходит. Мой магический фон оставался непотревоженным, аура в полном порядке. Я начал думать, что схожу с ума. А потом узнал, что предыдущие менталисты, служившие в Тайной канцелярии, закончили свои дни в тюрьме, обвиненные в государственной измене.

– И вы решили выяснить, в чем тут дело?

– Не успел, – он хмуро усмехнулся. – За мной пришли. Предъявили ордер на мой арест и на обыск.

– И в чем же вас обвиняли?

– О, там был целый список, – он остановился, прикрыл глаза и зачитал по памяти: – Участие в тайном сговоре с целью свержения установленной династии, выдача государственной тайны, шпионаж в пользу враждебной державы… ну и там еще много чего, я уже не вслушивался.

– А враждебная держава это кто? Фейри? – осторожно поинтересовалась я.

– Да нет, – он глянул на меня с удивлением, – всего лишь Эребия.

Теперь пришла моя очередь удивляться.

– Эребия? Но при чем здесь она? Вы что, действительно шпионили?

Эребия была крошечным государством, лежавшим в горах на юг от Гленнимора, и всю ее ценность составляли травы и минералы, которые водились в этих горах. Там добывали разные вещества для магических зелий, в том числе и Норинейский камень. Эребия вела оживленную торговлю с соседними государствами, а от нападения ее защищали бурные горные потоки, труднопроходимые скалы и живущие в этих скалах василиски. Эти чудовища, похожие на гигантских бескрылых птиц, имели драконоподобную голову, раздвоенный змеиный язык и смертельный яд, который хранился в специальных мешочках внутри гортани. При нападении или в качестве защиты василиск широко разевал пасть, издавал жуткий вопль и выстреливал струю яда, целясь жертве в лицо. Стоило хоть капле этого яда попасть на кожу, как начиналось онемение, которое постепенно охватывало все тело и проникало внутрь. Жертва словно каменела, а спустя какое-то время умирала от того, что охваченное ядом сердце переставало биться.

Насколько мне было известно, жители Эребии знали какой-то секрет, позволяющий им не бояться яда этих существ, но этот секрет они хранили как зеницу ока. И сколько бы ни пытались шпионы соседних держав добыть "тайный ингредиент", никому из них это так и не удалось.

И вот теперь Эбелайн говорит, что его поймали на шпионаже в пользу Эребии? Это было невероятно.

– Как я мог делать то, о чем не имею ни малейшего понятия? Говорю же, у меня были провалы в памяти. Да и не чувствовал я себя предателем.

– И что же вы сделали?

– Дал себя заковать и, как добропорядочный подданный, стал уповать на королевскую справедливость. Сейчас это звучит даже смешно, – он невесело усмехнулся.

– А как сбежали?

– Ну… меня несколько дней держали в тюрьме для государственных преступников, а потом решили перевести. Не знаю куда, мне не объясняли. Точнее, со мной вообще никто не желал говорить. Приковали к стене, кинули охапку соломы, миску помоев – и все. В камере не было даже крошечного окошка, так что я не мог отличить ночь от дня, но слышал, как менялся караул, так что смог вычислить примерное время. Это где-то пять суток.

– Пять суток без света, еды и питья? – ужаснулась я, останавливаясь и заглядывая Эбелайну в лицо.

– Пять суток, – он стиснул зубы, и его глаза сверкнули сдерживаемой яростью. – Но питье там было. Я слизывал росу, выступавшую на каменных стенах. И вот когда меня вывели за ворота, я понял, что это конец. Меня ждала "карета смерти": такая повозка, в которой преступников отправляют на эшафот. Дело было глубокой ночью. Кто-то из стражников подтолкнул меня в спину так, что я едва не упал. И тут же кто-то всунул мне в руку что-то маленькое и круглое. Я инстинктивно сжал кулак. Меня приковали внутри повозки, надели мешок на глаза, но я уже понял, что у меня в руках.

– Амулет перехода? – не удержалась я от восклицания.

– Да, это был он.

– И вы им воспользовались!

– Да.

– Вы знаете, кто мог его вам подсунуть?

– Нет, но догадываюсь.

– Кто?

– Отступники. Те самые, кого искали шпионы в подпольной лекарне.

– Маги, которые не захотели подчиниться королю… – я вскинула на мага задумчивый взгляд. – Знаете, а ведь тирн Менро и меня принял за магичку-отступницу. Видимо, их не так уж и мало. Кто бы подумал…

– Что в Гленниморе есть маги, которые неподвластны королю? Судя по всему, с некоторых пор я пополнил их ряды.

– Но вы так и не узнали, откуда взялось это нелепое обвинение в измене?

– Надеюсь, в Кадарне мне это удастся. И не без твоей помощи. Жаль, дуэргар ушел и унес эриллиум Балора. С таким артефактом было бы намного легче проникнуть во дворец.

Я промолчала. Но брошенное вскользь напоминание о Райзене острой колючкой впилось мне в сердце.

– Э-э-э, я понимаю, что вам вдвоем весело, но пожалейте мои бедные ноги! – раздался за нашими спинами жалобный вой Ареналя. – Я вообще-то устал. Мне нужна вода, много воды! Иначе я совсем ослабею.

Мы с магом остановились. Только сейчас я заметила, что наша компания в пути уже несколько часов, и действительно стоило бы всем отдохнуть.

– Поищем ручей? – Эбелайн взглянул на меня, ожидая ответа. – Келпи не приспособлен долго ходить пешком.

– И сделаем привал?

– Да, я уже ничего не слышу. Мы оторвались от преследователей и можем позволить себе отдохнуть.

Следующие полчаса были потрачены на поиски источника, и, когда они увенчались успехом, мы принялись разбивать временную стоянку. Разжечь костер, наносить еловых лап для лежаков – все пришлось делать руками. Эбелайн запретил использовать магию. Я понимала, что он прав, но вот Тайруг никак не желал подчиняться человеку. Обернувшись в свою двуногую форму, фомор демонстративно игнорировал мага. Я буквально чувствовала, как между ними пульсирует напряжение, готовое вот-вот превратиться в схватку.

Усталая, вымотанная всплеском собственной магии и ночным переходом, я устроила себе импровизированное ложе поближе к костру, завернулась в шерстяное одеяло, прихваченное из запасников тирна Менро, и закрыла глаза. Эбелайн и Тайруг остались сидеть у огня, искоса бросая друг на друга испытывающие взгляды, а келпи отправился пополнять силы на дно ручья.

– У нас есть три часа до рассвета, – услышала я голос мага, – давайте проведем их с пользой. Чувствую, скоро нам понадобятся силы.