Глава 20

Город встретил их музыкой. Звуки аккордеона на тихой улице, покрытой брусчаткой, джаз из кафе напротив гостиницы. Кира наскоро приняла душ и торопливо разложила вещи.

Ей хотелось гулять со своим мужчиной под руку. Наслаждаться осенью, светлой и золотой, той, что через пару недель должна была перейти в дождливое серое небо и грустные голые ветви. Но это время ещё не наступило. Город ждал их, и алые листья клёнов ждали тоже. Золото деревьев, высокое ясное небо над узкими улочками, звуки аккордеона и уличные кафе.

И ночь, принадлежащая только им.

— Ритуал, — негромко напомнила Кира, когда они вышли из отеля, держась за руки.

Профессор кивнул, запрокидывая голову и глядя в небо.

— Я не собираюсь безвременно покидать этот мир, мисс Риаз. Я помню.

Он купил ей берет в первой же лавочке, где они остановились. Кира начала подмерзать в тонком свитере и вздохнула с удовольствием, когда на ней застегнулся узкий клетчатый жакет. В берете, кокетливо сдвинутом набок, и в элегантных чёрных брюках, ниспадающих на удобные туфли на низком каблуке, Кира чувствовала себя незнакомкой. Очень красивой незнакомкой.

— Вы очаровательны, — подтвердил её мысли профессор, обнимая её перед зеркалом. — Устрицы?

— А как же ваш любимый фастфуд?

— Здесь, рядом с лучшей кухней мира? Фи, мисс Риаз. Горбушка свежего багета и лучшие сыры — всё, что я вам позволю.

— Вредина.

— Дерзкая девчонка, — последовал невозмутимый ответ. — Подвала здесь нет, но я в любой момент могу его арендовать. Не стоит недооценивать мои возможности, мисс Риаз. Я могу захотеть оценить вас в одном берете и на цепи.

Что-то подсказывало ей: оценит. Ещё и устроит ей фотосессию.

— С кем вы были здесь раньше? — вместо ответа спросила она. — В одиночку?

Профессор чуть усмехнулся.

— Нет.

Кира прикусила язык. Ну разумеется. Он был здесь с Вероникой Крейн или…

— Мы с Этьеном были гостями местных археологов, — спокойно пояснил профессор. — А потом отправились в очень полезную экспедицию, в которой, кроме нас, не было ни одного потомственного аристократа. Оттуда, кстати, я и привёз свой перстень.

— А вы как-нибудь возьмёте меня в экспедицию?

— Если заслужите.

— Заслужу, — пообещала Кира. — И не в постели.

Профессор хмыкнул.

— Посмотрим. С письменной работой в самолёте вы справились едва-едва.

— А если я спасу вашу жизнь?

Насмешливая улыбка.

— Пожалуй, на первый раз я позволю вам чистить наши находки. Но не более. Так хотите искать древние артефакты вместе со мной?

— Я помню то видение, — сказала Кира. — Когда мы вдвоём вышли из пещеры и запускали змея. Я бы хотела, чтобы оно сбылось.

Профессор вдруг совсем тепло улыбнулся и обнял её, коснувшись губами берета.

— Сбудется. Мы создадим новую реальность, вы и я. И там будут даже парапланы, если вы захотите.

— Захочу, — прошептала Кира. — Если рядом будете вы.

— Но сначала мы должны выжить, — добавил он суше. — Я не просто так привёз вас именно сюда. Речь о моей жизни — и о вашей, так как мой отец не оставит вас в покое после моей смерти. Поэтому я сделал всё, чтобы заполучить союзников.

Кира подняла брови.

— Союзников?

— Да, ваш великий и ужасный Тёмный Лорд попросил помощи. Не вижу, почему это вас удивляет.

— Нет, просто…

Кира прикусила губу. Действительно. Почему она не подумала об этом?

— Я отдам координаты алтаря Протекторам. Пришла пора поделиться с миром. — Профессор чуть улыбнулся. — В конце концов, другие истинные пары тоже имеют право попытать счастья. А потом… я хочу обсудить с Протекторатом наши дальнейшие планы, а общения по сети для этого явно недостаточно. Нужна личная встреча. Кроме того, я собираюсь задействовать Протекторов в ритуале сегодня и уже получил принципиальное согласие, осталось только обсудить детали. Вы безупречный донор, но несколько дополнительных вершин силы нам не помешают. И конечно же, я желаю получить защиту.

— Защиту?

— Для вас, мисс Риаз. Если или когда со мной что-то случится.

Кира вздрогнула.

— Но вы…

— Я не бессмертен, если вы об этом. И в обмен на местонахождение алтаря я получу для вас самую лучшую охрану, начиная с сегодняшнего дня. Вас и меня будут сопровождать ежечасно, пока с моим отцом не будет покончено.

— То есть мы больше не останемся одни? — произнесла Кира, не пытаясь скрыть разочарование. — Совсем?

Негромкий смех.

— Так цените моё скромное общество?

— А вы сомневаетесь?

Профессор вздохнул, обнимая её за плечи.

— Я надеюсь, что это ненадолго. Я Тёмный Лорд, в конце концов, и мои блестящие идеи обычно работают. Но ничто в этом мире не даст гарантий от моего отца. Он слишком опасен, он нашёл алтарь, он идёт за нами по пятам: с каждым вашим видением его шаги делаются ближе, и я не желаю, чтобы вы рисковали своей жизнью.

Кира сжала его руку.

— И вы. Обещайте мне, что вы не будете рисковать.

— Нет, — просто сказал он. — Не обещаю. Я, в отличие от вас, оцениваю риски здраво и знаю, когда они необходимы.

— Но вы запрещаете рисковать мне.

— Ещё бы. Вы должны мне первую брачную ночь, в конце концов. Обидно было бы провести её без невесты.

Они вышли на набережную.

— Когда мы встречаемся с Протекторами? — спросила Кира, опираясь на перила.

— Через час. Время ещё есть.

Кира вздохнула. Кажется, их сегодняшняя экскурсия будет совсем короткой.

— Мы ещё вернёмся сюда, — мягко сказал профессор. — На медовый месяц, если вы захотите. Хотя я предпочитаю увезти вас к морю. Ведь вы так его любите, мисс Риаз, не так ли?

Кира вспомнила завораживающий шум моря, песчаный замок, что они строили вместе, и его руки, держащие её над обрывом. Шёлковые ленты, шелест парусов проходящей мимо яхты…

— Покатайте меня на кораблике, — попросила она, кладя голову ему на плечо. — Побудем немного туристами?

— Хм. Угнать для вас теплоход? Или сразу круизный лайнер?

Кира засмеялась.

— Достаточно будет двух билетов.

Пять минут спустя она стояла рядом с профессором у поручней на самом носу прогулочного теплохода, а мимо с двух сторон проплывали живописные набережные. Дворец, парк, часовая башня, собор на другой стороне реки, огромное колесо обозрения за поворотом…

— Когда-нибудь вы поцелуете меня наверху, — прошептала она.

— Я могу поцеловать вас и здесь, мисс Риаз, — опасным тоном сообщил её спутник, и Кира с дрожью почувствовала, как его пальцы скользят по верху её брюк. — Тем более что, кажется, никто не обращает на нас внимания. Как удачно, не так ли?

Он развернул её, обнимая сзади. Расстегнул ей жакет, и его пальцы скользнули внутрь. Кира не сопротивлялась, замерев в его руках.

Она едва почувствовала, как молния на её брюках поползла вниз. Но когда его большой палец коснулся её сквозь трусики, она почувствовала это очень хорошо. Знакомое возбуждение. Невероятное, смешанное с дрожью страха и предвкушения: так хорошо, так сладко, так желанно, но что, если его руку в её брюках увидят? Заметят, чем он с ней занимается, как раскраснелось её лицо, как блестят глаза?

— Я не собираюсь останавливаться, — тихо сказал он ей на ухо. — А потом, в ресторане, вы отойдёте в туалетную комнату, снимете ваши мокрые трусики и отдадите их мне под столом. Вы меня поняли?

Его рука снова погладила её сквозь трусики.

— Да, — прошептала Кира.

— Вы сделаете, как я скажу?

— Да, милорд.

Он тихо засмеялся.

— Послушная девочка.

И отодвинул её бельё в сторону, входя в её узкую щель двумя пальцами.

Кира с трудом сдержала стон. Он знал, что делал, и его умелые пальцы растирали её, разминали, терзали самую чувствительную точку, доводя её до пика так быстро, что она едва успевала дышать, мокрая от своих соков, стыда и искушения.

— Ещё, — хрипло прошептала она.

Он прикрыл её полой жакета, не переставая ласкать.

— Я хотел сделать это за обедом, — прошептал он ей на ухо. — Но, пожалуй, дразнить лорда Хили таким бесстыдным образом всё-таки не стоит, не так ли?

Глаза Киры округлились.

— Райли здесь?

— Ещё бы. Поймать Арчибальда фон Вюрнера для нашего Протектората — задача номер один. Думаете, наш новоиспечённый лорд Хили смог бы остаться в стороне? Но мы… — он тихо засмеялся, нежно гладя её чувствительный бугорок между ног, — отвлеклись.

Ей было жарко. Ей было страшно, и это невероятно возбуждало: ей становилось всё жарче с каждой секундой. Казалось, каждый прохожий на набережной видел, чем они занимаются, а уж двое или трое попутчиков, стоящих у противоположного борта…

Кира спрятала руки за спину, выгнулась, давая ему больше простора — и сжала бёдра, чтобы чувствовать его в себе острее, полнее, лучше.

— Моя, — прошептал он. — Моя единственная.

Секунда, другая — и она протяжно застонала, оседая в его руках. Сильные руки подхватили её, обняли за талию, и Кира ощутила, как он снова приводит её одежду в порядок, поправляя трусики, застёгивая брюки и, наконец, жакет. Словно они двое только что занимались запретной игрой и он в ней верховодил.

— Нам стоит сыграть в это ещё раз, — прошептала она. — Или десять.

— И сыграем. Но мы прибыли.

Ресторан на правом берегу был виден издалека. Красивое двухэтажное шале с острой крышей, двухцветное и скромное, но выполненное с безупречной элегантностью.

Столик на втором этаже у узкого окна ждал их.

Как и Райли Хили в строгом костюме, вставший навстречу профессору Деннету и Кире.

— Лорд-ректор, — сдержанно сказал он, не пожимая руку Тёмному Лорду. Кире пришлось только гадать, чего ему стоило согласиться на эту неформальную встречу.

Ей Райли улыбнулся куда теплее.

— Кира.

— Райли, — сказала она. — Ты один здесь?

— Устрицы вот-вот составят нам компанию, — беззаботно сказал Райли. — И сыр. Камамбер или стилтон?

— Оба, — легко сказал профессор, помогая Кире усаживаться. — И ещё с полдесятка сортов. Но сначала о ритуале.

— Я связался с местным отделением Протектората, и нам уже готовят всё необходимое, — кивнул Райли. — Мы поедем туда сразу после обеда.

— А маги для вершин силы? Отобраны?

— Шесть. Все — надёжные люди, преданные мне лично. — Лицо Райли было очень серьёзно. — Как бы я ни относился к вам, вы спасли мне жизнь.

Профессор кивнул, передавая Райли свёрнутый лист бумаги.

— Местонахождение алтаря и некоторые инструкции. Надеюсь, наши договорённости по поводу охраны для мисс Риаз всё ещё в силе.

— Я дал слово, — просто сказал Райли. — Вы уверены, что не хотите оставить Киру на попечение Протектората? Кира, ты не предпочла бы побыть с нами?

— Нет, — твёрдо сказала Кира. — Я предпочитаю быть вместе с лордом-ректором.

Профессор сжал её руку.

— Я сдерживаю проклятие, брошенное на нас обоих. Я понятия не имею, что станется, когда меня не будет рядом с мисс Риаз, и проверять это я бы не хотел.

Райли медленно кивнул.

— Конечно же. Что ж, я предложил бы обсудить наши будущие планы касательно поимки фон Вюрнера, но, пожалуй, это будет удобнее сделать после ритуала, не так ли? Внизу вас будет ждать машина — и охрана.

Телефон, лежащий перед ним на столике, вдруг завибрировал, и Кира ясно увидела первые буквы имени звонящего: «Веро…»

Палец Райли тут же скользнул по экрану.

— Миледи Крейн, — вежливо произнёс Райли. — Не ждал вашего звонка.

Вероника безмятежно улыбалась ему с экрана. Она шла куда-то, и её чёрные волосы развевал ветер.

— Зовите меня Вероникой, пожалуйста, Райли, — беспечно произнесла она. — Почему другие лорды запоминают так быстро, а вы — так медленно? Мы же друзья. Более того, я ваша преданная заместительница и звоню вам с таким же преданным отчётом — разве вы меня не выслушаете?

Кира задумчиво смотрела на экран.

— Я не один, Вероника. — Райли не сдержал улыбки. — Со мной милорд ректор и его невеста.

Он практически не сделал паузы перед «невестой», объявляя роль Киры. Кажется, Райли уже смирился с их грядущим браком. Особенно теперь, узнав об алтаре и о том, что они с профессором Деннетом тихо и незаметно сделались истинной парой.

Вероника ослепительно улыбнулась.

— Мисс Риаз, милорд ректор. Мои искренние поздравления. На вчерашнем рауте все говорили только о вас. Надеюсь, вы вернётесь в Академию уже очень скоро.

Она выглядела цветущей. Яркой. Её сердце было задето, но не разбито вдребезги. Ведь она спокойно оставила Тёмного Лорда на пять с половиной лет. И это значило, что теперь, когда она рассталась с ним окончательно, у Вероники Крейн всё будет хорошо.

И кажется, не только у неё.

— Что ж, — небрежно тряхнула локонами Вероника, — позвоните мне позже, Райли. — Её тон вдруг сделался другим, серьёзным и требовательным. — Берегите себя, все вы. И дайте мне знать, едва проклятие будет снято.

— Вы узнаете первой, миле… Вероника, — произнёс Райли. — До связи.

— Буду держать оборону до вашего приезда, — многообещающе улыбнулась ему Вероника. — Кстати, Райли, этот галстук вам очень идёт.

Кира чуть не захихикала.

Лицо Райли осталось невозмутимым, но кончики его ушей чуть покраснели.

— Кажется, я вынужден вас оставить, — произнёс он. — Перекушу чем-нибудь по дороге: доклад Вероники важнее. Она не беспокоит меня по пустякам.

— Миледи Крейн — выдающаяся женщина, — нейтральным тоном произнёс профессор. — Надеюсь, в вашем ведомстве её бесконечно ценят. Мне не хотелось бы, чтобы было иначе.

— Должен сказать то же самое о мисс Риаз, — негромко произнёс Райли, вставая. — Она эталон женственности, ума и такта. Безусловно, вы видите, какой редкий бриллиант ваша невеста, и цените это. Я надеюсь.

Кажется, скрытый подтекст этого обмена репликами уловила даже скатерть.

Профессор подозвал проходящего мимо официанта.

— Через одну минуту в руках моего коллеги должен быть хороший обед, пусть и без горячего, — чётко произнёс он. — За мой счёт, втройне, но немедленно.

Один холодный взгляд в глаза официанту, и тот полетел в сторону кухни как ошпаренный.

— Тёмный Лорд, — потрясённо произнесла Кира. — Умеете вы воздействовать на людей.

Профессор только улыбнулся, глядя на официанта, спешащего к Райли с бумажным пакетом в руках.

— Вы спасли мне жизнь, — искренне произнёс Райли, заглянув в пакет. — Заканчивайте обед и приезжайте. Кира, если ты не хочешь, чтобы я присутствовал…

— Хочу, — отозвалась Кира. — Всё в порядке. Никакой неловкости.

Профессор поднял бровь.

— Немного неловкости, — поправилась она. — Но её и правда немного. Ты нам нужен, Райли. Вы все нам нужны, чтобы снять проклятие. — Она улыбнулась ему. — Спасибо тебе за помощь.

Райли улыбнулся ей в ответ.

— Тогда увидимся.

Профессор проводил его задумчивым взглядом.

— Думаете, он и Вероника… — начала Кира.

— Миледи Крейн флиртует со своим начальством, вгоняя его в краску. По-моему, это далеко от предложения руки и сердца, мисс Риаз.

Кира вздохнула. Да. Он был прав. Просто, если бы Райли был не один… она была бы куда счастливее.

— Он и так не один, — негромко сказал профессор, словно услышав её мысли. — Любая женщина среди магов будет счастлива скрасить одиночество героя, а выбирать он умеет, раз уж когда-то остановил свой взор на вас. И если он выберет миледи Крейн — или, точнее, миледи Крейн выберет его, — я смогу за них только порадоваться.

Им принесли долгожданные устрицы, и Кира, взявшись за вилку и лимонный сок, забыла обо всём на свете. Она была в самом красивом городе мира, с ней был её будущий муж и самый любимый лорд-ректор Академии на свете, и проклятие, висящее над ним, вот-вот будет снято.

Она была счастлива.

Заиграла музыка, и Кира мечтательно улыбнулась, глядя в окно. Вальс. Такой медленный, такой красивый вальс.

Она не сразу поняла, что профессор встал и теперь протягивал ей руку.

Кира моргнула.

— Вы… хотите танцевать со мной?

— Нет, всего лишь закинуть вас на плечо и разложить на кухонном столе, миледи, — безупречно вежливым тоном произнёс он. — Вставайте, иначе именно это сейчас и произойдёт.

Кира поднялась, кладя свою руку на его, и они соединились в танце.

Она не танцевала — летела в его объятиях. Он вёл, и ей оставалось только подчиняться, разрешая ему вести её за собой, таять в его руках — и не отрываться взглядом от его глаз.

— Этой ночью вы будете моим десертом, — прошептал он. — И едва ли выберетесь из моих объятий живой. Поэтому я решил дать вам понаслаждаться жизнью напоследок.

Кира опустила взгляд, не сдержав улыбки.

— Премного вам благодарна, милорд.

Они протанцевали трижды, пока Кира не отлучилась в уборную. А когда вернулась, им принесли чай: удивительный, ароматный, с терпким фруктовым вкусом.

Рука Киры скользнула в руку профессора, и тот почти мгновенно выпустил её пальцы, спрятав то, что она ему передала. Кира вздохнула с облегчением.

Она чувствовала себя немного странно без нижнего белья. Но она обещала свои трусики в качестве трофея — и сдержала слово. Хотя передавать кружевной комочек нежной ткани под столом было… неловко. Но сладко всё равно.

Закончив с десертом — удивительными маленькими пирожными, тающими во рту, — Кира промокнула губы салфеткой и кивнула.

— Я готова.

— Раздеться перед толпой незнакомых мужчин?

Кира хмыкнула.

— А вы будете ревновать?

— О нет. Но одену вас сам, едва ритуал завершится. И, пожалуй, настою на том, чтобы Протекторы встали к вам спиной.

Кира прыснула.

Профессор расплатился, и молчаливый маг, в котором Кира угадала одного из Протекторов, проводил их до закрытого чёрного автомобиля с тонированными стёклами.

В машине они ехали молча, держась за руки.

Переполненный лифт закрылся у них перед носом, но профессор, усмехнувшись, достал карточку-ключ, которую передал ему водитель, и в соседний лифт они зашли вдвоём.

— Верхний этаж, — негромко сказал профессор. — Маги всегда выбирают лучшее.

— Вы скучаете по власти? По лучшему?

— У меня есть Академия, мисс Риаз. Более чем достаточно власти, вы не находите?

Он отрешённо улыбнулся.

— Впрочем, вы правы. Это только власть над магами. Есть ещё и люди. Пожалуй, мне стоит об этом подумать, если я всё-таки решу захватить мир.

— Когда-нибудь мы будем работать вместе с людьми, — отозвалась Кира. — Наравне.

— Уже года через два, когда мой друг лорд Дюпри возглавит Министерство после милорда Антейна и проведёт реформы, — кивнул её спутник. — Этьен уже готовит почву.

— Будет интересно.

— Не так, как было бы, сойди мы с ума и реши обнаружить себя перед человеческим миром, — хмыкнул профессор. — Но никто не пошёл бы на подобное безумие. Даже мой отец, надеюсь.

— Я понимаю, — негромко сказала Кира. — Началась бы зависть… ненависть. Даже война, может быть. Будет лучше, если сохранится тайна.

Профессор кивнул.

— Но то, что мы предлагаем: разрешить магам жить и строить карьеры среди людей и даже, может быть, создавать с ними семьи в будущем — это будет реальностью. Совсем скоро. И никаких больше разбитых жизней для магов, которым приходилось работать прислугой или голодать. Перед ними будет весь мир.

Он бросил взгляд на неё.

— И перед вами, если вы вдруг захотите меня бросить и податься в изучение морской фауны.

Кира фыркнула.

— Никогда.

Его глаза блеснули.

— Никогда?

Пальцы профессора коснулись приборной панели, и глаза Киры расширились.

Лифт остановился между этажами.

— И почему же, — негромко спросил профессор, — вы так не хотите со мной расставаться?

Кира пожала плечами.

— Терпеть не могу морскую фауну, особенно акул. Они кусаются.

Профессор шагнул вперёд, и она внезапно оказалась прижатой к стенке лифта.

Он поднял руку и провёл ребром ладони по её щеке.

— Кусаются, — повторил он. — Но не только акулы — хищники.

Их губы слились резко и внезапно, без прелюдии и без нежности — была только кабина лифта и страсть, настигнувшая их тут же, под беспощадным светом ламп. Профессор коротко хлопнул ладонью по стене — и камера, висящая над ними, осыпалась осколками.

— Что мы делаем? — прошептала Кира ему в губы.

— Что я делаю, — прошептал он, — вам должно быть понятно из опыта, мисс Риаз. Я хочу вас, и я вас получу.

Он сноровисто расстёгивал её брюки. Миг, и они оказались спущенными до колен.

— Нет, — хрипло сказал он. — Мне этого недостаточно.

Киру никогда не раздевали так жадно и быстро. Жакет и тонкий свитер полетели в сторону, чашки лифчика были смяты и отброшены, открывая грудь на всеобщее обозрение. Белья на ней больше не было, так что едва с неё были стянуты брюки, она осталась совершенно нагой. В туфельках, но это, кажется, заводило их обоих ещё больше.

— Ритуал… — хрипло напомнила она.

— Состоится. Чувственная связь, помните? — Он обхватил её ягодицы. — Я напомню.

Он прижал её спиной к стенке лифта. Руки Киры сами потянулись к его молнии, но он перехватил их и вздёрнул у Киры над головой. Не закрепляя их магией: Кире хватило одного-единственного взгляда.

— Вздумаете их опустить — выпущу из лифта голой, — преспокойно сказал он. — Вам всё равно нужно будет раздеться, в конце концов.

— Я вас…

— Обожаете. — Он склонился над её губами. — Я знаю.

Кира целовала его, пока он расстёгивал брюки. Целовала его, ощущая, как он подхватывает её ладонями под бёдра. Как разводит её ноги в стороны, как прижимает плотнее к стенке — и наконец берёт её.

— Маг же должен сдерживаться перед ритуалом, — прошептала она.

— Теперь, когда мы истинная пара, — больше нет.

Он зарылся лицом в её волосы, не переставая двигаться. Быстрее, быстрее, вколачивая себя в неё тугими мощными рывками. Кира начала задыхаться. Он держал её именно так, чтобы она расслабилась и получила наивысшее удовольствие, и она беззастенчиво этим пользовалась.

— Ночью мы всё повторим у открытого окна, — прошептала она. — И на полу. И на кровати.

Он прикусил ей мочку уха.

— Когда мы снимем проклятие, — прошептал он в ответ, — я никогда больше не дам вам спать.

Кира счастливо рассмеялась, откидывая голову.

И одновременно всю её пронзило щемящее предчувствие близкой боли. Пронзило чудовищной, сильной, невыносимой печалью, которая приходит только тогда, когда видишь будущее наверняка.

Оно было сокрыто от Киры. И от профессора тоже: руна над её грудью молчала. Но…

…Но тоска, нахлынувшая на неё, была реальной.

Кира упрямо тряхнула головой и вернулась к нему, к его поцелуям, его жаркому телу, к бесконечной нежности, с которой профессор держал её. И тоска угасла.

Только щемящий уголёк боли, задвинутый куда-то далеко-далеко, остался.

…Шанс, что проклятие снять всё-таки не удастся. Совсем небольшой шанс.

Но страшнее его не было ничего.